Атака на лагерь.

      В тот день, пятого июля две тысячи двадцать первого года, солнце светило особенно жарко. Последнюю неделю термометры северо-запада частенько показывали отметку выше двадцати пяти градусов по Цельсию, но в тот день жара могла сравниться с пустынской. В тот день начиналась третья, творческая смена в лагере под названием «Звёздный Гигант». ***       Рано утром новенький красный внедорожник подъехал к воротам лагеря. Из машины вышел мужчина лет пятидесяти, громко хлопнув дверью. Охранник, задремавший на посту, быстро встрепенулся и выскочил наружу из своей крохотной будки. — Здравствуйте, я –Дариус Закклай, режиссёр фестивальной смены «Звёздные узоры». — Здрастье-Здрастье, товарищ Закклай, — Задумчиво протянул охранник, ища режиссёра в списках. — Да, всё верно. Пойдёмте, сверим документики. Если я не ошибаюсь, Вы прибыли не один… И Закклай с охранником скрылись в будке.       Тем временем в машине разгорелся громкий скандал. В машине Закклая сидели его дети, Ханджи и Эрвин. — Я сказала — нормальная еда будет храниться у меня! А ты сам жри свои карамельки! — Ханджи орала во всё горло, пытаясь дотянуться до Эрвина, сидящего на переднем сидении. Но ей мешали ремни безопасности. — Ханджи, ты дура?! Хочешь чтоб нас двоих отсюда турнули?! Я тебе их жрать не запрещаю, просто они будут у меня, — Эрвин не хотел вступать в очередной глупый спор с сестрой, но Ханджи решила это за него. –Да-да, конечно. Сам их сожрешь, а мне как всегда — фи-га с ма-слом! — Отчеканив по слогам последнюю фразу, Ханджи запустила в Эрвина поп-итом — первой вещью, которая лежала рядом с ней. Поп-ит пролетел по всему салону, чётко отрекошетил от лобового стекла и улетел под ноги Эрвину. Пока Эрвин пытался достать поп-ит, Ханджи жаловалась на жизнь: — Интернета — ноль! Микроскоп отобрали! Рогатку брать не разрешили! Да что за жизнь такая, последней радости лишают! Вот возьму сейчас, встану и уйду пешком домой! Эрвин наконец-то нашёл поп-ит и метко бросил его в лицо сестре. В машину сел Дариус. Он кинул грозный взгляд на детей и молча поехал ко входу на территорию лагеря.       Закклай припарковал автомобиль в небольшом перелеске, находящимся позади корпуса номер Три. —Так, сейчас забираете своё шмотьё и возвращаетесь помогать мне с вещами, — Сказал Дариус, открыв багажник. Эрвин и Ханджи, уже получившие нагоняй, молча отстегнули ремни безопасности и вышли из машины. Под ногами неприятно впивались в обувь сосновые иглы, коих в лагере было видимо-невидимо. У Эрвина с собой был лишь небольшой чемоданчик, походный рюкзак и общая с сестрой сумка с едой. А вот Ханджи, видимо собиралась в экспедицию на Северный полюс примерно на год, не меньше. Ханджи с большими усилиями достала из багажника огромный красный чемодан, который был размером с неё саму. Следом за ним Ханджи выудила два пакета и большой рюкзак, в них хранились различные побрякушки, без которых она бы: «Точно не смогла прожить в лагере, я не первый раз еду, знаю уже.» За ними из багажника показались гитара и громоздкая плюшевая собака. А на плечах Ханджи уже висели две барсетки. — И как ты это потащишь? — Хмыкнул Эрвин. — Да поможет мне Титан-Прародитель! — Ответила Ханджи, водружая себе на плечи нечеловеческую ношу. Вещи постоянно норовили упасть, поэтому Ханджи шла очень медленно. Эрвин молча посмотрел на это, наткнулся на злобный взгляд отца и схватил в свободную руку чемодан сестры, с собакой. Эрвин и Ханджи направились к корпусу.       А Дариус тем временем неспешно пошёл покурить в перелесок. Пройдя несколько метров сквозь густые заросли, он вышел на знакомую поляну, в лагере именуемую курилкой. Там друг напротив друга стоялм две скамьи, а между ними была импровизированная мусорка с пепельницей. Поляну украшали руины чего-то, окружающие её. На одной из скамеек сидел Эрен Крюгер. —Привет, Эрен, — Поздоровался Закклай и присел рядом с ним, — Твои ещё не приехали? — Здравствуй, Дариус, — Ответил Эрен, выпуская изо рта клубы дыма, — Да… куда там. Ближе к обеду их жди, никто в такую рань не поедет. — То правда. Дариус достал из кармана куртки пачку сигарет и закурил одну. — Кстати, Эрен, ты слышал, что в этом году вместо Теодора поехал его брат… ***       Четыре двухэтажных здания, похожих на хрущёвки из русской эстетики, возвышались посреди лагеря. На каждом из них чёрной краской были выгравированы номера. Это были лагерные корпуса. Первый — элитный, Второй — грязний, Третий — шумный, и Четвёртый —самый новенький. После творческой, с две тысячи восемнадцатого года, в Звёздном Гиганте по обычаям всегда проходила военно-патриотическая смена «Страна Героев». В Стране Героев каждый корпус и, соответственно, отряды, живущие в нём, звались как армейские подразделения. Первый корпус, как самый элитный имел статус Военно-морского. Этот статус не давал проживающим никаких преимуществ, лишь прозвище «Моряк» или «Морячка» и герб на здании. Второй корпус был Пехотой, его обитателей так и звали — пехотинцы. Третий корпус был Авиационным, но его жителей звали не Лётчиками, а Десантниками. За их буйное поведение. В четвертом корпусе, самом новеньком, всегда жили юнармецы. Поэтому на фасаде здания большими буквами было написано — Ю-н-а-р-м-и-я, и нарисован соответствующий символ. Эти прозвища действовали и во время остальных смен. Все корпуса были уже заселены. Все, кроме Третьего.       — Чего, братишка, в этом году мы в ВДВ, — Ханджи шла чуть ли не вприпрыжку, на полпути отвесив большую часть вещей брату. Эрвин лишь кивнул в знак согласия. — Расплескалась синева, расплескалась! — Заголосила Ханджи, запрыгивая на крыльцо корпуса. На дверях висела табличка с графиками уборки, ещё с прошлой смены. — Так, папа говорил, что нам в левое тире центральное крыло второго этажа. — Мне он сказал селиться в тридцать шестую комнату… Ладно, поднимайся. Потом свои шмотки внизу заберёшь, — Эрвин скинул вещи сестры на асфальт и открыл дверь корпуса. Подъездная темнота встретила его своими объятиями. В корпусе было тише, чем на кладбище. Эрвин осторожно поднимался по лестнице, Ханджи осталась снизу. Наконец, добравшись до второго этажа, он повернулся к левому крылу, собираясь войти, как вдруг из темноты кто-то рявкнул: —А ну стоять! Куда по помытому? Эрвин огляделся. Прямо перед ним стоял низкий парнишка в одежде уборщика. — Здрасьте, извините, пожалуйста, — Промямлил Эрвин, испугавшись грозного паренька. — Я тут буду вожатым работать, вот. Ищу свою комнату. Парнишка хмыкнул и осмотрел вошедшего снизу вверх. Эрвин, зажмурился, в ожидании атаки. Но паренёк лишь выдал: — Пиздуй в тридцать шестую, я там уже помыл. — Вот, как раз её и искал, спасибо, — Эрвин облегченно вздохнул и направился в свою комнату. А Ханджи, пока Эрвин болтал с уборщиком, промелькнула в комнату напротив и скинула свои вещи на левую кровать возле двери, таким образом помечая место. Это место было самым блатным комнате. Рядом с кроватью находился шкаф для одежды и вешалка. А вошедший в комнату не мог видеть эту кровать, так как её закрывала дверь. — Н-да, ну и гадюжник, — Задумчиво протянула Ханджи, оглядывая комнату. По углам стояли четыре койки, которые, вероятно, начальник лагеря стащил из армейских казарм. И рядом с кроватями стояли тумбочки. Окно было лишь одно, и то с ржавыми ставнями. Ханджи подошла к нему, откинула старый тюль и с треском открыла. Запах сырости в комнате постепенно сменился свежим воздухом. За время проветривания Ханджи успела два раза сбегать вниз, чтобы забрать оставшийся багаж. Закончив со своими вещами, Ханджи вновь побежала на улицу, где её уже ждал Эрвин, и они вместе направились к машине отца, чтобы помочь ему забрать вещи.              Звук множества чемоданных колёс шумно разливался по лагерной округе. Эрвин и Ханджи, несущие последние коробки из машины, подошли к корпусу и увидели колонну детей, шагающую по направлению к ним. Ханджи ойкнула и скрылась в темноте подъезда. Эрвин же остался стоять и глядеть на приближающийся строй. Во главе него шли двое мужчин и один паренёк, примерно ровесник Эрвина. В одном из мужчин Эрвин узнал воспитателя Эрена Крюгера. А второй смутно напоминал воспитателя Теодора, но мужчина им не был. Третьего парня Эрвин не видел никогда. Ещё несколько секунд Эрвин посмотрел на строй, после чего, не желая, чтоб его сбили с ног, побежал вместе с вещами внутрь корпуса. *** Сорока пяти минутами ранее.       –Ну па-а-а-п-а-а-а, я не хочу-у-у-у туда еха-а-а-а-а-ать, — Мальчишка лет одиннадцати громко ревел, пытаясь вырваться из оков детского ремня на заднем сидении автомобиля. Табличка с надписью «Добро пожаловать в лагерь «Звёздный Гигант» " промелькнула за окном, и мальчик заревел ещё сильнее. — Эрен, прекрати истерить. Мы уже говорили с тобой на эту тему, –Отец, сидящий за рулём тяжело вздохнул. –Ты здесь будешь всего две недели, это не очень много. Тем более с тобой будут брат и дядя Крюгер.       Зик молча сидел рядом с Эреном в наушниках и слушал музыку на полной громкости. Машина остановилась на поляне около ворот лагеря. Много других машин уже стояло здесь. Взволнованные родители носились вокруг своих детей с огромными чемоданами. Рядом с воротами детей ждали двое воспитателей — Эрен Крюгер и какой-то мужчина невыского роста с чёрными волосами и круглыми очками на глазах. — Всё, приехали. Выходим из машины, берём чемоданы, достаём документы и идём на КПП. Эрен вжался в сиденье, скрестил руки на груди и сделал максимально недовольное выражение лица. — Я. Никуда. Не пойду. Здесь. Нет. Свободы. — Стараясь звучать как можно злее, проговорил он.        Гриша обернулся на младшего сына и посмотрел на него испепеляющим взглядом. Эрен не повёлся на этот трюк и сделал лицо ещё недовольнее. Гриша медленно нахмурил брови.        Тут и Эрен уже не смог противостоять этому жесту, и скоро они с Зиком стояли в толпе и ждали заселения в корпуса. — Итак, — подал голос Эрен Крюгер, — Третий отряд в этом году идёт ко мне. Я — Эрен Крюгер, ваш будущий воспитатель. Дети переглянулись. Крюгер был похож на старого, сварливого филина, чем очень напугал их. Второй же мужчина наоборот выглядел добрым, он был похож на милого барашка. Все взгляды устремились к нему, но он молчал.       Позади всех детей стояли три девочки и перешёптывались. То были Пик, Имир и Петра — лучшие подруги Ханджи, до этого момента друг с другом почти не знакомые. — Да где эта Ханджи, я ей уже десять раз звонила, — Возмущалась Петра. — Она же с самого утра поехала, наверное, уже давно тут, — Отвечала ей Пик. — Надеюсь, она заняла нам лучшую хату, — Мечтала Имир. Крюгер же продолжил говорить: — Сейчас представлю список, кто идёт ко мне в отряд, — Он достал из-за спины папку и начал зачитывать список, — Кого я называю — идёт к левой беседке. Кот мне в отряд идут: Ханджи Закклай, так, она уже здесь… Эрен Йегер тем временем наблюдал за старшим братом. Зик бещуспешно пытался поймать интернет. Внезапно Эрен услышал голос Крюгера: — Эрен Йегер. Мальчик подобрал свои вещи с земли и пошёл к левой беседке. А Крюгер продолжил декларировать: — Пик Фингер, Петра Рал, Имир Фриц… Девочки с заднего ряда шумно продвинулись через толпу, направлясь к беседке. — Остались только Жан Кирштейн, Конни Спрингер и Саша Браус. На этом всё. Зик оторвался от телефона. В списке не было его имени: — Подождите, а я? Я — Зик Йегер, брат Эрена. — Зик? Так ты у меня будешь, — Внезапно подал голос второй. мужчина. — Кстати, насчёт меня. Я — Том Ксавьер, воспитатель второго отряда. Буду рад с вами познакомиться, а сейчас скажу, кто идёт ко мне. Зик, давай будешь первым. Иди-ка в правую беседку. Зик вздохнул и последовал указаниям Ксавьера. Эрен показал ему язык из беседки напротив, но тут же осёкся, заметив подошедшего к ним Крюгера. — В мой отряд идут: Удо Гувер, Кольт Грайс, Порко Галльярд. Кстати, Марсель, подойди ко мне… ***       Спустя двадцать минут нудной проверки документов, двое воспитателей и вожатый выстроили детей с чемоданами в одну колонну, готовую заселяться в корпуса. Взволнованные родители прилипли к воротам и вдогонку кричали своим детям как они их любят и где какие вещи лежат. По команде Ксавьера и Крюгера колонна двинулась вперёд, стуча колёсами чемоданчиков по асфальтированной дорожке.       Лагерь «Звёздный гигант» был самым большим лагерем в области, и в него хотел попасть любой заядлый обитатель лагерей. «Звёздный гигант» — единственный обладатель душевых и оборудованных туалетов внутри корпуса. На каждый этаж приходилось по четыре туалета и душевых (по две женских и мужских). Да, лагерь был поистине огромным и оборудованным. Каждую смену он вмещал в себя порядка двадцати отрядов. В этом лагере был пляж с кабинками для переодевания, трёхэтажное здание по центру, вмещавшее в себя клуб, столовую, кружковую и администрацию, стадион с новейшими тренажерами и качелями, а также волейбольная площадка. Ко всему прочему, в лагере была возможность помыться в самой настоящей бане. А ещё условно на территории лагеря находились жилые дома, в одном из которых был нелегальный магазин. Но главными достопримечательностями «Звёздного Гиганта» были: густой сосновый бор, про который ходило много легенд и запретный, дикий пляж. ***       Колонна прошагала внутрь корпуса. Поднявшись на второй этаж, дети стали расходиться в разные стороны. Третий отряд шёл направо, а второй отряд налево. Дверь в тридцать седьмую комнату со скрипом отворилась и на пороге возникли Пик, Имир и Петра. Ханджи, уже лежавшая на кровати с чипсами, резко обернулась и заулыбалась: — Оо, девчата, привет! Зацените, какую я нам хату надыбала. Первой в комнату вошла Петра. — Мм-да, грязновато, конечно, зато просторно и не душно, — Петра огляделась по сторонам. За ней в комнату забежала Пик и сразу приземлилась на правую кровать возле окна. — Хаа, я у окна! — Взвизгнула она и с громким лязгом бросила на кровать чемодан. Задумавшаяся Петра мгновенно оживилась и прыгнула на кровать напроив: — Я тоже у окна! Стоявшая в дверях Имир оторопела. — Ну вы и суки, девочки, — сказала она и заняла самое невыгодгое место. Правую кровать у двери. Вошедший в комнату человек первым делом обратил бы внимание именно на эту кровать. Имир раздражённо опустила дорожную сумку на свою кровать. Ханджи всё это время смотрела на девочек, поедая чипсы. Когда пачка чипсов закончилась, Ханджи заговорила с девочками: — Ну, короче, я постельное и ковры вам принесла. Застелите сами. Потом надо подмести. — Это уже сделает Пик, — Ухмыльнулась Петра. — А чё-йто сразу Пик? — Возмутилась она. — А нехуй как кобыла скакать, — Поддержала Петру Имир. — Идите нахуй! Дайте шмот сначала разобрать! — Пик расстегнула чемодан и принялась раскладывать нужные вещи по полкам в тумбочке. Петра и Имир последовали её примеру, а Ханджи вещи раскладывать не спешила, ей сейчас было важнее незаметно выкинуть пачку из-под чипсов. ***       Стоит пояснить, что тридцать шестая и тридцать седьмая комнаты находились в центральном крыле второго этажа. Рядом с тридцать шестой находилась игровая. В ней, конечно же, никто не играл. Но в этой комнате находилось единственное на весь этаж зеркало и куллер с водой, которую рабочие обновляли два раза в день. Центральное крыло было почти пустым. Из него заняты были всего пять комнат: две для вожатых, две для начальства и одна с детьми. В центральном крыле осталось три пустых комнаты. Они принадлежали отряду Крюгера, который плантровал использовать их для собраний.        Отряд Ксавьера был небольшим и поместился в одно левое крыло. Сам Том выбрал для проживания первую комнату. Она была рассчитана на двух человек и обладала двумя розетками, столом и шкафом — невиданная роскошь. В прочем, такие комнаты были у всего персонала, но дети могли о них только мечтать. В правом крыле разместился остальной отряд Крюгера. Не прошло и десяти минут, как правое крыло встало с ног на голову. Девятилетняя Сашка Браус мчалась по коридору, прижимая к груди контейнер с котлетами и картошкой и вереща. За ней гналась высокая Нанаба со свернутой пополам футболкой. — А ну стоять! Уже жрать собралась?! — Нанаба была намерена отхлестать футболкой малолетнюю нарушительницу. — Лукошенко тебе такого не прости-и-ит! — Орала Саша, наконец выбежавшая из крыла к лестнице. В пролёте Саша напоролась на Эрвина, мирно поднимающегося к себе в комнату. — Ты чего орёшь на весь корпус? — Спросил Эрвин у Саши, взяв её за воротник футболки. — Меня бьют! — Саша крепче прижала контейнер к груди, — Нанаба бьёт. И еду отбирает. Нанаба стояла сверху. Эрвин поднял взгляд. — Так, ты Нанаба? Маленьких мне не обижай. — А что она жрёт, пока все пашут? — Всплеснула руками Нанаба. — Так. Обе пошли по комнатам работать, —Эрвин сделал голос чуть суровее. Через миг обе девочки вернулись к себе, а Эрвин пошёл в комнату, составлять план знакомства. Многие в отряде не были знакомы друг с другом, так как были из разных городов. Но на первый взгляд могло показаться, что они общаются целую вечность и являются чуть ли не семьёй. ***       Заселение в комнаты второй и третий отряды закончили как раз, когда пришло время обеда. — Стро-о-ойся! — Скомандовал Марсель отряду, толпившемуся возле входа в корпус. Послушав командный голос вожатого, все дети быстро поспешили взять друг друга за руки с встать ровным строем. Все, кроме Порко. Он остался стоять напротив Марселся и сверлить его взглядом. —А тебе особое приглашение надо? Порко в ответ раздражённо фыркнул: — Я в детском садике что ли, чтобы за ручки ходить? — Да, за ручку пойдешь со мной. А на обеде покормлю тебя с ложечки. Марсель цепко взял Порко за руку и потащил за собой, под дружный хохот всего отряда. Навстречу им из столовой вышел Том. — Всё, на нас накрыли! Пойдёмте! И второй отряд дружно направился в столовую. У третьего отряда с построением возникли проблемы. Эрвин с Ханджи общими усилиями вытолкнули всех во двор. Крюгер куда-то исчез, поэтому Эрвин остался один на один с кучей непослушной ребятни. Ханджи, как примерная сестра, вызвалась помочь ему. И вовсе не потому что она втихоря украла из сумки с едой все чипсы. Эрвин пытался говорить спокойно: — Быстро построились! Ребята, пожалуйста! Но третий отряд не обратил на вожатого ни капли внимания. Ханджи тоже ретировалась поближе к подружкам. Эрвин злобно покосился на неё, набрал воздуха в лёгкие и закричал: —Встали в строооой! — Тут же третий отряд изобразил подобие послушания и попытался выстроиться в ровную колонну. Эрвин ударил себя по лицу рукой. —А чего вы кушать не идёте? — Внезапно за спиной вожатого матереализовался Эрен Крюгер, — Вон, второй отряд уже поел, сейчас вернутся. Дети, марш в столовую! Разбегаясь в разные стороны, третий отряд понёсся в столовую. ***              После обеда был тихий час, на котором все бегали и кричали, мешая спать дежурному по этажу. — Если это отряд того блондинчика, я его придушу, — Взвыл черноволосый уборщик. *** По окончании тихого часа Марсель с Эрвином вывели свои отряды на улицу, дабы провести знакомство. Второй отряд, переругиваясь и давясь, расселся в самой первой беселке, стоящей перед входом в корпус. Эрен Крюгер как будто настоящий филин стоял позади вожатого и сверлил хищным взглядом неугомонный отряд. А Эрвин деловито листал страницы в папке с инструкциями по безопасности. — Короче, щас я объясню что да как. Итак, меня зовут Эрвин Закклай, и я ваш вожатый. Позади меня стоит ваш воспитатель Эрен Крюгер. Наша с ним задача — следить за тем, чтобы ваш отдых был весёлым, но безопасным. Мы теперь ваши мамки-няньки. Наше слово здесь — закон. Все поняли? Дети крикнули в знак согласия. — Хорошо. Тогда мы с вами сейчас будем знакомиться. Итак, предлагаю каждому выйти сюда, встать лицом к беседке и рассказать о себе, — Эрвин сделал шаг вперёд, — Я — Эрвин Закклай, мне почти девятнадцать лет. Я учусь в областном колледже культуры и искусств на отделении эстрадный вокал. Люблю раскрашивать картины по номерам. Эрвин поклонился и сделал шаг назад. Ханджи, стоявшая за беседкой лемонстративно поаплодировала. — Я следующая! — Вдруг подала голос Саша. Она встала со скамьи. За её плечами мерзко звенели бубенчики на рюкзаке. Саша вышла вперёд, набрала воздуха в лёгкие и закричала. — Я — Александра Браус, мне девять лет, иду в третий класс и играю на пианино! — А ещё люблю пожрать и напердеть, — Внезапно подал голос глуповатый на вид парнишка лет тринадцати с крашенными волосами. Все засмеялись, а Саша изрядно покраснела и села на место. — Жан! — Одёрнул его Крюгер, — Раз такое хорошее настроение — выйди и расскажи о себе. Жан гордо поднялся с места и вышел вперёд. — Я — Билли Джинн, насрал в кувшин! — Продекларировал он, подняв голову вверх. За этим последовал подзатыльник от Крюгера. — Ай! Я Жан Кирштейн, — Нехотя заговорил он, — Иду в седьмой класс, играю на гитаре. Жан злобно зыркнул на Крюгера и сел на своё место. Следующей поднялась Нанаба. — Нанаба Ито, пятнадцать лет, легкоатлетка, занимаюсь танцами. Вслед за Нанабой вскочила девочка с ярко покрашенными красными волосами. — Изабель Магнолия, иду в седьмой класс, пианистка. На голове Изабели был яркий ободок со стразами. Девочка демонстративно сняла его и поклонилась. После Изабели в развалочку вышел полненький мальчик лет девяти. Он был лысым, только панамка с марихуаной прикрывала его чуть заросшую голову. — Я — Конни Спрингер, — Высоким голосом заговорил он, — Иду в третий класс, люблю… Тут его прервал Кирштейн. — Пельмень! Третья волна смеха накрыла отряд. —Конь! — Во всю мощь крикнул Конни, и сбросив с головы панаму, сел на место. Нехотя в центр вышел. — Эрен Йегер, одиннадцать лет, хочу сбежать из этого концлагеря, — Отчеканил он, яростно глядя на Эрвина. — Отставить, солдат, — Крюгер подошёл к Йегеру и за ухо повёл его обратно к беседке. Эрвин удивлённо глянул на них. Воспользовавшись тишиной, в центр вышла Пик. — Меня зовут Пик Фингер. Мне почти двенадцать лет, я учусь на отделении фортепиано, занимаюсь хореографией и вокалом, в свободное время играю на гитаре и снимаю видео в тикток. — Вот это да! — Изобразила удивление Изабель. — Вундеркиндер, — Шепнула ей на ушко Нанаба. Вслед за Пик, хозяйской походкой вышла Ханджи. — Ханджи Закклай, четырнадцать лет, сестрёнка Эрвина. Я — вокалистка, научный деятель, играю на фортепиано, гитаре, казу, губной гармошке, варгане и ещё играю в театре и рисую. Всё! Ханджи наигранно поклонилась и вместе с Пик вытащила на центр Петру. Петра недовольно глянула на хихикающих подруг, выдохнула и сказала: — Я — Михримах Султан Хан Хазрет Лири. Дочь Хюррем Султан и… Четвёртая волна хохота прокатилась по отряду. Эрен Крюгер на этот раз тоже засмеялся, он сам любил этот сериал. — Отставить «Великолепный век», — Посмеиваясь, сказал воспитатель, — Расскажи о себе нормально. — Эх, ладно. Петра Рал, тринадцать лет, вокалистка. Обожаю помидоры и «Великолепный век», — Петра изобразила восточный танец и удалилась. В центр вышла Имир, так и не расставаясь с телефоном. — Имир Фриц, четырнадцать лет, гитаристка, всё. Никто и глазом моргнуть не успел, а Имир уже снова сидела в беседке. За ней вышли две маленькие девочки. — Я — Габриэлла Браун, мне девять лет. — Начала одна из них. — А я — Зофия Герц, мне десять лет. — Продолжила вторая. — Мы танцуем в образцовом хореографическом ансамбле «Конфетти»! — Хором прокричали они, встав по струнке. Крюгер подошёл к Эрвину и шепнул ему на ухо: — Конфетти — это же Магата коллектив? — Да, его, — Кивнул Эрвин Последним в центр вышел высокий парень, чем-то похожий на Эрвина. Петра неприрывно сверлила его взглядом. — Влюбилась, — Заключила Ханджи, заметив это. А парень высоко поднял голову и начал рассказ: — Я — Майк Захариус, мне пятнадцать лет. Я актёр и гитарист. — Петушара ты, — Прошептал Жан. — Сам петух, — Майк это услышал. Майк подошёл к Жану и дал ему подзатыльник. А Жан в ответ показал Майку средний палец. Эрен Крюгер погрозил им кулаком. На несколько секунд в отряде повисла тишина. — Итак, мы с вами познакомились. Теперь предлагаю подумать над названием отряда. Есть какие-то варианты? — Прервал тишину Эрвин. Пик подняла руку. — А на какую тему должно быть название? — Что-то творческое, звёздное, чтобы в тему лагеря, — Ответил Крюгер. Вдруг вскочила Ханджи: — О! Тогда может быть «Эстреллас»? Это «звёзды» на испанском. — Мы чё, в Испании? — Отозвался Майк. — Да, в Испании, — Кривляясь, ответила Ханджи, — Буэнос диас, амиго-о-о! — Что насчёт «Пятый Элемент»? — Предложила Изабель. — Фильм фигня, я в таком отряде не буду, — Ответила Имир. Тут мнение отряда разделилось на трое. Одна часть утверждала, что этот фильм — полное дерьмище, которое смотреть точно не стоит. Вторая часть стояла на том, что «Пятый Элемент» — шедевр мира кино. Третья часть отряда этот фильм не смотрела и не понимала, что происходит. А Эрен Крюгер снова куда-то исчез. — Так, без споров! Раз не нравится фильм, предлагайте другое название, — Эрвин прервал всеобщий галдеж. Идея появилась у Габи. Девочка — Давайте не будем париться и просто назовёмся «Конфетти», как каждый год — Нет! — Хором ответил отряд. Эрвин даже удивился такой сплочённости. Габи обиженно топнула ногой и села на место. Эрвин посмотрел на часы и понял, что до ужина осталось уже мало времени. — Ладно, название и девиз придумаем завтра, командира выберем тоже, — Эрвин оглянулся по сторонам в поисках Крюгера, — Так, видимо наш воспитатель снова куда-то исчез. Ну, ничего страшного. Ребята, сейчас мы встанем в строй и пойдём на экскурсию по лагерю. Ханджи, поможешь провести? — Да без бэ, — Ответила Ханджи и вышла вперёд, — Товарищи, сегодня вам несказанно повезло, ведь экскурсоводом буду я! А я, между прочим, была в этом лагере уже восемь раз. Стро-о-йся, ать-два! Ханджи не соврала. Начиная с две тысячи двенадцатого, отец каждый год ездил в этот лагерь работать на творческую смену. Детей он, конечно же, брал с собой. Первые два раза Ханджи не была в отрядах, а жила с отцом, ведь была ещё слишком маленькой. Но уже после, в девять лет, она полностью вкусила лагерную жизнь. Нельзя сказать, что лагеря ей нравились, но выбора у неё не было. А вот Эрвин каждый раз ездил в лагерь с большим удовольствием. Ему нравилось знакомиться с новыми ребятами, участвовать в различных мероприятиях и кушать еду из местной столовой. Можно было сказать, что Эрвин и Ханджи буквально выросли в «Звёздном Гиганте». *** Марсель и Ксавьер решили не откладывать на потом название и девиз отряда. Второй отряд был намного дружнее третьего, поэтому название и девиз были быстро придуманы и утверждены. Осталось только выбрать командира. А пока командовал вожатый: — О-отряд, наше имя — Громко декларировал Марсель. — Фениксы! — Дружно и громко отвечал отряд. — Наш девиз! — На крыльях мы взлетаем, — Хор из детских голосов заговорил ещё громче, чтобы их услышал весь лагерь, — Горим и зажигаем! Марсель был очень рад, что за такой короткий срок смог сплотить кучу разновозрастных ребят. Ксавьер стоял с ним рядом и улыбался. — Идеальный отряд, — Тихо сказал Том. *** В первый день дискотеки после ужина и планерки для вожатых не было. Третий отряд подозрительно затих, чем вызвал удивление у вожатого. Эрвин сидел в комнате сестры, Петра гадала ему на картах. Пик лежала на своей кровати и читала книгу из школьной программы. А Имир с Ханджи побежали на квест, который назвали: «Найди интернет в этой залупе» *** Первый и чётвертый отряды тихонько приехали и заселились на первый этаж во время тихого часа. До утра следующего дня их никто не замечал. Вместе с ними приехал и начальник фестивальной смены — Кит Шадис. Вечером он отправился к старым друзьям — Эрену Крюгеру и Дариусу Закклаю. Вместе они заперлись в комнате Закклая и под бутылочку вина принялись обсуждать планы на смену. *** Темнело в нчале июля поздно, и отбой был в лишь в одиннадцать часов ночи. Как только свет во всех комнатах погас, на смену вступил ночной воспитатель.