Возможно...

Он называет его «Убожество». Шото четыре и на тот момент он не знает, что это оскорбление. Тойя говорит это с тихой злобой и… Что такое злость Шото в свои четыре знает хорошо. Так же как и то, что от Тойи стоит держаться подальше. Но не выходит. Они пересекаются слишком часто… Такой большой дом, по факту, небольшое пространство где тесно, страшно и напряженно всем членам семьи. * В пять Шото впервые прибегает к старшему брату за помощью. Стучит в дверь так, словно за ним гонится стая адских гончих, по факту… Где-то внизу его уже разыскивает отец и это хуже любых метаферических адских собак. — Чего тебе, Убожество? — Тойя смотрит холодно и зло, преграждает путь свою комнату. Это провал… Шото пять, он не хочет на тренировку боится гнева отца, а комната старшего брата была ближе всех. Надо было добежать до Фуюми или спрятаться в саду… — Пожалуйста, — это все что удаётся произнести и не разреветься. — Пожалуйста, можно побыть немного у тебя? Тойя задумчиво склоняет голову на бок и теперь смотрит на Шото чуть отстраненно, раздумывая о чем-то своём, при этом нервно теребя край бинта на левой руке. Внизу, отец громко зовет младшего сына по имени. На одну долгую секунду Шото уверен, что его выставят вон или сдадут с потрохами. — Ладно, — хмыкает Тойя и делает шаг назад. Вот так это начинается. Шото прячется в комнате старшего брата, под боком у самого неочевидного члена семьи. Шото прячется в шкафу у старшего брата, пока отец и мать разыскивают его по всему дому. * Сначала, Тойя зовет его «Убожество». Он произносит кличку с тихой злобой и ненавистью. Он шутит непонятно, остро и обидно до слез. Сначала. Потом… Он зовет Шото «Сопля» или «Мелочь». Уже не зло. С насмешкой, но не более. И не шутит так, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Шото почти шесть и он тайно проводит время в комнате старшего брата. — Это комиксы? — толстая книжка с картинками вызывает жгучий интерес. — Манга, Сопля, — Тойя хмыкает и показывает, как правильно читать книжку с картинками. — Ты совсем одичал на отцовских тренировках… Сначала манга. Потом книжки. С пометками и закладками. Тойя обводит маркером интересующие фразы и пишет заметки карандашом на полях страницы. — А что ты читаешь? — синия полоска маркера на странице привлекает так много внимания. — Кинга, Мелочь. Волки Кальи, — Тойя щурит бирюзовые глаза. — А хочешь вслух почитаю? Потом Шото всю неделю снятся кошмары из-за этой книги. Но он в этом так и не признается. Ведь с Тойей оказывается неожиданно круто. * — Почему ты не ходишь к Фуюми или Нацуо, а, Мелочь? — полы в комнате старшего брата теплые, а татами узкий. Еле хватает на двоих. — Потому что… Их комнаты дальше? Я не уверен, что им нравлюсь? Ты чаще бываешь дома? — Шото знает, что плохо взаимодействует с людьми. Ему сложно находить общий язык… С другими. А Тойя уже свой в этом плане. И может быть такой же… Плохо понимающий людей. — Почему ты мало общаешься с ними? Тойя закрывает книгу и поднимает задумчивый взгляд к потолку. — Я много болтаю с Нацуо… Ток после отбоя, — наконец отвечает он. — А Юми… Ну… Твои первые две отмазки довольно точно описывают почему мы с ней мало общаемся. Он невесело смеется, А потом легко ерошит разноцветные волосы младшего брата. * — Возможно… — тянет Шото, ему недавно стукнуло шесть и «возможно» он стал слишком часто пропадать в комнате Тойи. Когда-нибудь до отца должно дойти. Когда-нибудь… — Запомни, Удачный ребенок, «возможно» — самое лживое слово, — Тойя возится с мазями и бинтами. От него пахнет чем-то паленым и жженым. Шото беспокоится, Тойя по привычке переводит тему. — Это единственное слово состоящее из множества букв. Убожество. Мелочь. Сопля. Теперь вот это. Тойя придумывает ему новое прозвище. Почти не обидное и правдивое. Шото не хочет быть Удачным ребёнком. «Возможно» однажды он перестанет им быть. Возможно — лживое слово. * — Возможно ещё есть надежда! — мама плачет обняв отца. — Он может быть жив! Возможно… Шото притаился в тени лестницы и слушает тихие всхлипы. Мама плачет все громче. Тойя сегодня не вернулся с тренировки в горах, отец говорил, что-то про челюсть и закрытый гроб. Тихо. Слишком тихо. Шото шесть с половиной. И «возможно» самое лживое слово состоящее из множества букв. Шото шесть с половиной и он узнаёт, что значит «смерть». * В пятнадцать он добирается до Кинговской «Тёмной башни» и проглатывает весь цикл почти за неделю. В пятнадцать, читая одну из книг цикла, Шото понимает откуда у его старшего брата взялась нелюбовь к слову «возможно». В пятнадцать Шото понимает, что Тойя цитировал слишком много из этого цикла. * — Возможно, — хмыкает Ястреб и тут же морщится, словно, вспоминая что-то неприятное. — Единственное слово состоящее из множества букв, — Шото заканчивает фразу на автомате. По привычке. Он тоже не любит это слово и любит Кинга и Башню всей душой. Он выделяет интересные моменты в книгах синим маркером и ставит цветные закладки на любимые моменты. Он хранит в себе мелкие дурацкие привычки давно умершего человека. — Да… Я знаю, — Ястреб трет переносицу. — Это из фильма какого-то? Мой знакомый часто произносит эту фразу. Тодороки жмет плечами и слабо улыбается: — У вашего знакомого, Ястреб-сан, хороший вкус на книги. Это из цикла «Тёмной башни» Стивена Кинга. У второго героя Японии нервно дергается, уголок губ в намеке на слабую улыбку.