Я её не люблю

      Драко Малфой сидел в своей комнате в подземельях Хогвартса. Он вернулся около часа назад, уставший и измотанный, он наскоро стянул с себя плотный чёрный свитер и упал в кресло напротив камина. Невидящим взглядом парень уставился на гибко извивающиеся языки пламя. Вскоре он снова увидел в них очертания её лица… Эти глаза… Они вновь смотрели на него тем самым непонятным взглядом. Обычно же он видел в них злость, ненависть и презрение. На этот же раз было действительно что-то непонятное. Что-то, что напоминало ему понимание. Её глаза будто бы говорили: «да, всё впорядке… я тебя понимаю.» Гермиона Грейнджер. Почти час прошёл с их встречи в кабинете профессора Дамблдора. Всё это время Драко испытывал двоякие чувства. Головой парень прекрасно понимал, что должен ненавидеть её и всё, что с ней связано, но Малфой слышал новый приказ директора о новых правилах этой школы. — Мисс Грейнджер. Мистер Малфой, — сдержано поприветствовал профессор, — вы поражаете меня своей синхронностью. Надеюсь, что в будущем это поможет вашей общей сплочённой работе над дисциплиной в Хогвартсе.

***

Двери в кабинет директора распахнулись и в них, словно вихрь, влетели два человека. Парень и девушка шли нога в ногу широкими шагами, громко топая. Выражение лица профессора Дамблдора оставалось таким де невозмутимым, как и всегда. Он поприветствовать своих студентов. После восстановления школы чародейства и волшебства, было принято организовать высший старостат. По новым правилам, двоих учеников с разных факультетов должны были заселить в главную гостиную старост, где они будут проводить всё своё время за учёбой и выполнением новых должностных обязанностей. Так же им будет запрещено покидать стены замка и посещать Хогсмид ближайшие полгода, а может и вовсе до окончания учебного года. На эту должность были назначены Драко Малфой и Гермиона Грейнджер. Решение довольно необычное и естественно, мало кого устраивал такой исход событий… Только спустя несколько минут гробового молчания, парень с девушкой осознали, что пришли сюда зря… Что они вообще хотели сказать? Какие аргументы привели бы в своём споре? Что такое надо было придумать, чтобы директор изменил своё решение? Их взгляды наконец пересеклись, будто до этого они даже не замечали присутствие друг друга. И вот он, тот самый взгляд Гермионы Грейнджер. Желание провести бок о бок с Малфоем весь год было ровно такое же, как и у него самого, а то есть, вообще никакого… И она знала это, поэтому в её глазах читалось понимание. Пропала ли былая ненависть и неприязнь? Осталось ли то соперничество между ними? Следует ли им как-то общаться? А если и нет, то может придётся? Им вообще этого хочется?

***

Идёт уже второй час с момента прибытия Драко в гостиную Слизерина. Ему бы собирать чумадан и съезжать, но нет… Он всё ещё рассматривает черты лица ненавистной грязнокровки где-то в глубине камина. Голова совсем опустела от мыслей. Хотя может где-то на задворках и осталась одна… Только он не хотел этого осознавать. Леденящие душу глаза закатились под веки, предоставляя взгляду темноту, на которой всё ещё начерчены линии какого-то профиля. И внезапно голос, как-будто на ухо шепчет: «точно ненавистная?» — Хей, Малфой! — знакомый голос старого друга Блейза Забини громко ворвался в сознание, заглушая тот шёпот, отрезвляя, — можешь не благодарить, я собрал твои вещи. — Забини, а это проявление заботы? Или ты просто хочешь, чтобы я поскорее свалил? Ухмыляясь, Драко встал и посмотрел на друга, приподнимая одну бровь. — Вот придурок. Малфой, ты действительно думаешь, что твоё соседство лучше, чем с Ноттом? Если так, то ты глубоко заблуждаешься…