Я её не люблю

— Доброе утро, Малфой, — Гермиона решила первая поприветствовать соседа. Это было и вправду весьма непривычно… Она спустилась в гостиную достаточно рано утром и застала Драко, сидевшего у камина. Волосы его были растрёпаны, он и сейчас запустил в них пальцы, и одежда была вчерашней… Вид усталый, а в другой руке смятая газета. Он слегка дёрнулся, когда голос девушки вытащил его из собственных мыслей. — Да. Доброе… — Ну и как тебе первая ночь тут? Выспался? — Гермиона обогнула диван и села в кресло. Перед ней сразу же появилась чашка, наполненная горячим шоколадом. — Я не спал… Наколдуешь и мне кофейку? Удивительно. Это правда удивительно. Никто бы в жизни не поверил в то, что эти двое вновь заводят диалог. За второй день они говорили больше, чем за шесть лет. В мгновение перед Драко появился ароматный напиток. — Благодарю… — Так почему ты говоришь, не спал? Он резко поднял голову, в глазах обоих читалось удивление… Что? Серьёзно? Они это серьёзно?! — Так. Пора с этим завязывать, Грейнджер. Не ты ли вчера говорила, что темы для разговоров у нас будут сугубо деловые, а? — Да брось… Я интересуюсь чисто из вежливости… — Ага, как же… Твоё любопытство родилось раньше тебя. Хоть здесь себя не обманывай. — Если не хочешь отвечать, так и скажи. Зачем лишний раз быть такой задницей? — Не в этом проблема. Просто напросто это не твоё дело, вот и всё. Оба замолчали, погрузившись в свои мысли. Драко уже не думал о своих проблемах. Он думал о ней не, о том, как ему с ней себя вести. Парень с первого курса обманывал себя ненавистью к этой грязнокровке. Ведь когда-то Драко хотел дружить с ней. Он много раз видел на её лице искренность. Иногда ему казалось, что он видел её только на лице Грейнджер и каждый раз бесился, понимая, что такие эмоции она дарила своим ненаглядным дружкам. И да, ненавидел он её именно из-за этого, а не потому что у неё «грязная кровь». За подобные предрассудки он ненавидел только себя и свою семью, так его воспитавшую. Но Драко сам воздвигал эти стены на протяжении шести лет. И он не исправит этого, даже несмотря на то, что сильно желает. Хочет, желает, жаждет наконец-то увидеть эту искреннюю улыбку, адресованную только ему. Эту улыбку он любил и её же он ненавидел… И ественно, Грейнджер никогда об этом не узнает. Как и о том, что у Драко хранится целый альбом с её улыбками. Он рисовал их, её искренние эмоции, заверяя себя в том, что они только для него. Однажды, в один момент парень даже поймал себя на мысли, что это сводит его с ума. И винил во всём эту девушку и её друзей. Может быть поэтому он обращался к ним так каждый раз, когда видел… — Да ну вас всех нахер. Слишком неожиданное и резкое заявление. В следующую же минуту он бросает на столешницу смятую газету, поднимается с дивана и уходит, исчезая за дверью в ванную. — М-малфой? — Гермиона немного опешила, смотря ему в спину и удивлённо хлопая ресницами. Потом девушка перевела взгляд на эту злополучную газету и не долго думая, взяла её в руки и развернула. На первой же странице красовался заголовок: «Люциус Малфой ждёт своего приговора, находясь в стенах Азкабана. Что думает об этом его супруга Нарцисса Малфой. Ждёт ли подобное и эту женщину? Какое решение известная семья аристократов приняла по отношению к своему единственному наследнику рода Малфоев? Ответы на эти и другие вопросы вы найдёте в статье Риты Скитер…»

***

Большой зал кишит учениками. Зайдя, Гермиона обнаружила явные изменения. От переизбытка студентов в этом году, появился пятый стол. Как девушка могла понять, принадлежал он не факультетам или отельным первокурсникам, а всем старостам Хогвартса. Она увидела, сидевших за ним троих слизеринцев, пару когтевранцев, столько же пуффендуйцев и своего однокурсника, которого она терпеть не могла — Кормака Макклагена. Как только её взгляд прошёлся по всем присутствующим за тем столом, сзади неё послышались шаги. Два молодых человека встали по обе стороны от неё. — Гермиона? Почему встала? Пошли. — Послышался знакомый голос лучшего друга. — Грейнджер, только не говори, что этот стол для старостата… Голос второго был тоже неожиданным, поэтому к нему сразу же обратились два удивлённых взгляда. Малфой встретил их холодно, не отображая никаких эмоций. Сначала он посмотрел на Гермиону, потом на Гарри. — Что ж, Поттер, спешу тебя огорчить. Твоя подружка больше с вами не завтракает. Пошли, — блондин резко схватил девушка за руку и потащил за собой, заставляя гриффиндорца смотреть им в спину, разинув рот. Драко шёл быстро, заставляя девушку чуть-ли не бежать за ним. Гермиона лишь на мгновенье успела обернуться к другу и крикнуть: — Всё в порядке, Гарри, встретимся в кабинете. Приятного аппетита! Потом она обернулась ко второму молодому человеку, прибавляя шаг и догоняя его. Второй рукой она попыталась отцепить от себя его ладонь, но он держал её мёртвой хваткой. — Малфой, что ты делаешь? Отпусти меня немедленно! — Тшш… Грейнджер, мы двое главных старост всей школы. Мы должны подавать пример для всех учеников. Чего ты так разоралась? Просто иди рядышком. — Он насмехается? Возможно. Но в голове у парня уже другой голос продолжает говорить: «Да, рядышком. Теперь тут её место.» Пара уже подошла к своему столу. Драко резко остановился, шевелилась только его рука, в которой была уже покрасневшая женская ладошка. Он двигал ей так легко, будто она и всё тело девушки — это продолжение его самого. Поэтому парень легко усадил её на скамью рядом с Блейзом Забини, а потом и сам сел рядом, зажимая хрупкую фигуру между собой и своим другом. Взгляд Гермионы напоминал зашуганную зверушку. Она злобно взглянула на него, а потом повернулась к Забини и посмотрела уже более жалостливо, мол «ну хоть ты будь рассудительнее, выпусти меня или хотя бы подвинься, дышать нечем.» Блейз же ответил довольной ухмылкой. Уж он-то всегда знал, что твориться на душе у его друга каждый раз, когда эта девушка где-то неподалёку. Если на первом или втором курсе он не предавал большого значения всем этим взглядам Драко, то позже мулат в полной степени осознавал, что происходит, в отличие от самого Малфоя, кажется. Когда Гермиона смирилась со своим положением, она стала осматривать всех, кто так же сидел за этим столом и поймала на себе удивлённые и вместе с тем надменные взгляды Пэнси Паркинсон и Дафны Гринграсс, которые сидели напротив. — Чего ты смотришь так, Грейнджер? — Драко склонился к уху девушки и её щёку обожгло горячее дыхание, — Ешь давай. Приятного аппетита. Забини. — Да, Малфой? — Какой первый урок? — Зельеварение. Мы вместе с Гриффиндором. — Вот так новость. — А ты ещё не слышал? Этот семестр все предметы будут совмещены с львиным факультетом. — Неожиданно конечно. Займи нам два местечка. Теперь все изумлённые взгляды были обращены к блондину. — Малфой, а нам — это… — Нам — это мне Грейнджер… — Окей. — Не поняла… — возмущение. — Чего непонятного? Не забывай, мы — главные старосты. Мы — пример для всех. Правила Хогвартса резко изменились, но не все осознают это. Вот мы и покажем, что все их предрассудки уже не нужны, и то, что два враждующих факультета вполне себе могут работать сообща. — Может ты и прав, Малфой, но ты бы мог и со мной посоветоваться… — Я всегда прав, Грейнджер. И советоваться с кем-то это не мой стиль. Забини поперхнулся. — Друг, аккуратнее… Подавишься же, — и вновь старая-добрая ухмылка скользнула по тусклому бледному лицу. Все принялись за завтрак. Только вот у Гермионы совершенно не было аппетита. Как тут спокойно есть, если на тебя обращены почти все взгляды присутствующих в этом зале.

***

Парень потянул двумя пальцами за капюшон мантии мимо проходящей девушки. — А ну-ка, стоп. Куда это ты собралась? Наши места здесь. Кабинет зельеварения был полностью пустым, до начала занятия оставалось ещё минут двадцать. — Чёрт, Малфой… — Думала, что если придёшь раньше, то тебе удасться избежать со мной контакта? Выкуси, Грейнджер. Ты сядешь со мной. — И не дожидаясь в ответ очередных возражений, Драко с лёгкость усаживает Гермиону за стол, сразу же приземляясь рядом. Её единственная попытка подняться нарушена большой ладонью, прижимавшей её колено к краю скамейки. — Малфой, что ты делаешь?! Немедленно убери руку. Но он её уже не слышал, мысленно отмечая, как меняются изгибы её тела, из года в год становясь всё меня заострёнными, более плавными, но всё такими-же утончёнными. От её колена холодная ладонь моментально нагрелась, а взгляд всё ещё исследовал небольшую часть бедра, выглядавшую из-под задравшегося края юбки. В горле пересохло. Гермиона не замечала его взгляда, постоянно смотря назад, на дверь, боясь, что кто-то вот-вот зайдёт и увидит их. Девушка двумя руками пыталась по-очереди оторвать от себя его пальца, но они будто приросли к ней, сжимали так больно, что возможно останутся синяки. — Малфой! — Ещё один громкий шёпот и он сам резко убирает свою ладонь. Но Драко всё чувствует на ней её тепло. — Чего развопилась, а? Просто сиди смирно. — Да что с тобой не так, чёрт возьми. — Со мной всё впорядке. Это ты ведёшь себя, как бешеная выдра. — Нет, всё-таки что-то меняется, а что-то остаётся, как прежде. — И что же например? — Наример, твой невыносимый характер. — А чего сложного в том, Грейнджер, чтобы хоть раз меня послушать и сделать, как я прошу? — А в том и сложность, Малфой, что ты не просишь, а лишь раздаёшь приказы. Нахал! — Ты невыносима… Окей. Грейнджер, прошу тебя. Пожалуйста. Пожалуйста, сиди на всех уроках рядом со мной. Девушка опешила, подняла свой изумлённый взгляд на Драко. Она словно не верила в то, что он сказал. Как и в его взгляд, который ранее никогда в жизни не видела. Сколько прошло времени с того момента, как их взгляды встретились, никто не знал. Но вдруг в дверном проёме показался ещё один слизеринец. — Малфой. И зачем ты просил занять вам место? Только зря рано ушёл от ребят… Вы тут и без меня прекрасно справились. О чём-то воркуете? Глаза у Гермионы стали ещё больше? — Ч-что мы делаем? — Ой, да не строй ты из себя святошу, Грейнджер. Добрая половина женской части всего Хогвартса сохнет по нашему принцу. Ты же ведь не исключение… — Забини. Заткнись, и сядь уже. — Раздражение Драко было вызвано лишь тем, что он увидел поток студентов за спиной друга, который возглавлял его бывший враг номер один. А в основном, он бы слушал и слушал эти басни Блейза, которые так быстро вгоняли гриффиндорку в краску. — Гермиона, а почему ты здесь? — голос Уизли. — А потому что тебя забыли спросить, рыжий… — Малфой долго ждать не заставлял. — А ты что у нас, Гермиона? Не к тебе обращались, Малфой. — Да? А я всё равно ответил. Гарри встал рядом с другом и упёр непонятный взгляд в Драко. — Что, Поттер? Шатен проигнорировал парня и перевёл взгляд на подругу. — Ну так что? Ты идёшь? Все взгляды вновь были обращены к девушке, но она всё это время смотрела только на Малфоя, а тот, в свою очередь всё ещё прожигал глазами Поттера. — Понимаешь ли, Гарри… Теперь я главная староста… Моей задачей является показать студентам, как должны вести себя ученики… Даже по отношению к соперникам. К тому же, может это поможет смягчению правил для старост… Уж слишком их ужесточили, понимаешь? Поэтому я буду сидеть на всех уроках с Драко. — Что ж, хорошо, как знаешь… Увидимся тогда на перемене. Пошли, Рон… Ещё с минуту все приходили в себя после слов гриффиндорки, но в итоге расселись по своим местам и стали готовиться к предмету. Лишь один Малфой никак не мог осознать сказанное ею. Смысл этих слов никак не доходил до сознания, там крутилось лишь его имя. «Драко…» Она впервые назвала его имя. А ведь он представить себе не мог, что оно могло быть таким красивым и нежным. Оно було таким лишь тогда, когда его произносят только её губы.

***

Странно, но ощущение его прохладной ладони всё никак не покидало её. Весь урок Гермиона не могла сконцентрироваться на том, что им диктовал профессор. И она даже ни разу не подняла руку, чтобы дать ответ на заданные вопросы… Это было не похоже на неё. И продолжалось это на каждом последующем занятии, вплоть до четырёх вечера, пока они снова не остались с Малфоем наедине, сидя плечом к плечу за учительским столом в специальном кабинете, отведённым под занятия с первым курсом. В понедельник присутствовать должны были два факультета: Гриффиндор и Слизерин. Они сидели в гробовой тишине, слушая только, как их перья царапают пергаменты. Они должны были заполнить расписание своих занятий. Двери отворились и зашли первокурсники. Странно было видеть зелёные и красные галстуки в одной толпе. Даже одна такая пара зашла в кабинет, держась за руки. Это была маленькая девочка с белыми, как снег волосами и серо-голубыми глазами, которые будто смотрели в душу и маленький мальчик, с волосами цвета горького шоколада и янтарно-карими глазами. Именно за эту парочку уцепились взгляды обоих старост. Потом парень и девушка переглянулись, распахнув широко свои глаза. Дети всей дружной толпой уселись за парты. Гермиона поднялась со своего места. — Итак, всем здравствуйте. Рады приветствовать Вас на первом вводном дисциплинарном занятии, — девушка быстро вошла во вкус, примерив роль преподавателя, — на самом деле, мы даже не знаем, с чего начать наше занятие. Для учеников двух издавна враждующих факультетов, вы, ребята, слишком дружно выглядите. — Мисс Грейнджер, — с последних рядов послышался голос, принадлежащий тому самому мальчику, который зашёл в кабинет, ведя за руку гриффиндорку. На нём был изумрудно-серебряный галстук, — если я не ошибаюсь, обучение дисциплине это не разговоры о том, как нам вести себя с врагами… Неожиданный вопрос. Он был задан таким тоном, будто этому мальчику далеко не одиннадцать лет. Краем глаза Гермиона заметила, как из-за стола встаёт Драко. — Ваше имя, юноша? — Кристофер Джонс, сэр. — Значит ты, Крис, студент факультета Слизерин? — Да, сэр. — Не находишь ли ты своё поведение хамским по отношению к старшим студентам, а тем более старосте? Прямой вопрос ударил молнией прямо в лоб, заставляя мальчика виноватно опустить глаза. — Пожалуй, об этом мы и поговорим на первом занятии. Малфой спустился к столам учеников и важно зашагал между ними. — Достаём принадлежности. Почему вы ещё не готовы? Это такой же предмет, как и трансфигурация. Да, письменных экзаменов по нему не ждите. Но ждите проверки всех ваших записей лично от нас. Давайте, быстрее… Не вижу чернил на вашем столе, Джонс. Ваша соседка это ваша подружка? Как вас зовут, юная леди? — Эйлин Морган, сэр… — Проконтролируйте своего друга, мисс Морган. Итак, заголовок первой темы: «Уважение к профессорам и старшим студентам. Правила поведения на уроках.» Драко резко вытащил из кармана волшебную палочку и начертил что-то в воздухе, а мел, лежавший возле доски, взмыл вверх, повторяя каждую написанную им букву. Всё это время Гермиона стояла с открытым ртом. — Поразительно… — тихий шёпот в итоге сорвался её губ. Драко словно услышал его, такой тихий, даже в этом везде стоящем шуме. Он улыбнулся одним уголком губ. — Грейнджер, присядь. Ты загораживаешь доску. И кажется, графики занятий ещё не заполнены, продолжай заниматься не отвлекайся на нас, приму за честь первым провести занятие, — парень взглядом усадил девушку за стол и снова обратился к студентам, — итак, кто же из вас знает самое главное правило поведения во время занятий? — он подошёл к своему столу и развернулся спиной к доске, впивая пристальный взгляд чуть-ли не в каждого первокурсника и словно начал упиваться расстеренностью, которая явно виднелась на лицах каждого. — Джонс? Кажется, ты знаешь, чему должны обучать на подобных уроках… Может быть ответишь и на этот вопрос? — Малфой хитро прищурился. Мальчик лишь открывал и закрывал рот, иногда хлопая ресницами. Вдруг где-то недалеко от него задрала вверх руку рыжеволосая девочка. — Имя? — Драко не оставил её жест без внимания. — Энн Николсон. — Что-ж, Энн, давай послушаем твой ответ. — Мне кажется, что самое главное во время любого занятия, это внимательно слушать профессора, не перебивать его и задавать вопросы только тогда, когда он закончил рассказывать и разрешил говорить. Это элементарно. Главное, это в первую очередь соблюдать этикет и проявлять уважение. — Умница, Энн. Ещё кто-то может дать ответ? В другой стороне кабинет руку поднял мальчик с красно-золотым галстуком. — Твоё имя? — Мэтью Гриффин, сэр. — И как же ты считаешь, Мэтт? — Я согласен с Энн. Я думаю, главное проявлять должное уважение и внимательно слушать. И по отношению к людям старше по возрасту или должности это основы этикета. Так что… — Вы абсолютно правы, но так же, — Драко встал к студентам боком и повернул голову к Гермионе, ловя её взгляд, — но так же, вы не должны забывать и про отношения между вами самими, проявляйте уважение так же и к своим однокурсникам, будьте вежливы со всеми. И желательно, не только во время занятий. Гермиона понятия не имела, как ей реагировать. И вообще, почему он смотрит именно на неё? Это она-то не уважает одногруппников? Или… Может, таким образом, Малфой хочет извиниться перед ней за своё хамское поведение? Это могло быть, что угодно, но она решает просто кивнуть ему и снова опускает взгляд к своим пергаментам, но не до конца. Девушка замечает, как Драко кладет ладонь на край столешницы и слегка её сжимает, а в памяти вновь всплывает эта же ладонь, только сжимает она уже её колено. И Гермиона будто почувствовала её там. Поэтому щёки внезапно залил румянец, а ноги под столом машинально сжались. Что с ней творит этот парень?