Любить и быть любимыми

Пальцы подхватывают со стола ключи, они почти летят на землю из-за неуклюжего движения, но их ловят. -Нет, Серёж, тебе за руль нельзя. Некогда белоснежная рубашка, теперь перемазана в соусах и алкоголе. Серёжа что-то мычит себе под нос, возмущается, потому что его посмели увести с празднования. Не сказать что он был безумно рад, целому вечеру в кругу лицимеров и зажравшихся тварей, но это не отменяет того факта, что Олег его в принудительном порядке забрал с мероприятия, а теперь тащит в сторону парковки. -Там щас самое интересное будет! Возмущается тот, потому-что уж очень хотелось посмотреть, как алкоголь развяжет язык местной элите. Так происходило всегда, а потом было безумно ценной информацией в его руках, особенно в решении конфликтов, с этими людьми. Машина стоит на парковке, на которую они спускаются уже почти целуясь. У Серёжи, трясутся руки, которыми он старается как можно сильнее прижать к себе Волкова. Губы саднит от желания целоваться, а отказывать себе, он не собирается. Пальцы потные и цепкие, они впиваются в рукав чёрного, уже безвозвратно испорченного пиджака, который Олег снимает, кутая в него озябшего от сквозняка на парковке Серёжу. -Пристегнись, ну тыж не маленький. Пристегнись и мы поедем домой. Чужое настроение скачет с завидной периодичностью. Поэтому сейчас, уже не способный на сопротивление, Разумовский, старается попасть в отверстие для ремня. Тот больно шлёпает по неудачно выставленной щеке. А потом заставляет буквально прижаться к креслу. -Оно давит... Жалуется тот как маленький. А Олег только поглаживает напившиеся чудо по растрепанным волосам. -Это для твоей безопасности. Тот объясняет это миллионный раз. Даже трезвый Серёжа жаловался на тугой ремень безопасности. Шлагбаум медленно и натуженно поднимается, выпуская тонированную машину из здания. Снаружи оказывается уже начался дождь. И Серёжа с максимальной вовлечённостью следит за катящейся по стеклу каплю. Они барабанят по стеклу, то и дело теряясь среди десятков других. Мерный стук дождя успокаивает, а приоткрытое окно, впускает в салон сырой ветер. Прохлада попадает на лица, остужая и отрезвляя. Чего греха таить, Волков тоже под градусом, он сейчас опирается только на дорогую машину, которую в случае чего могут побоятся остановить. Поэтому слегка напряженно вглядывается в каждый патруль стоящий возле кромки дороги. Внимание Разумовского отвлекает тихо играющая в салоне музыка. Он моментально поворачивает голову, смотря на расплывшегося в лёгкой ухмылке Олега -Олег, ты не староват для... Он силится определить композицию. Она до боли знакомая, даже родная, но вспомнить название не даёт захмелевший мозг. -Смесь Христа и Аллаха, Будды и Сатаны. Праздник напоказ, но в предчувствии беды. Чужеземные пляски, пир во время чумы - Город сам себя пожирает изнутри..... Олег бурчит почти неслышно, только одними губами. Слова сами слетают с губ, а пальцы стучат по рулю в такт. А Серёжа улыбается. Ностальгия. Он уже своими пальцами стучит по бардачку, но слов не вспоминает, скорее просто на угад. Что-то вроде юношеского озорства накрывает с головой. Они почти дома, и он резко выдаёт. -Разворачивай. И поддавшись музыке подрывается на сидении, из за чего ремень натягивается лишь туже, сжимая грудь и давя на изгиб шеи. А Олег тормозит, резко сворачивает к обочине. -И куда-же ты собрался ехать? Он чуть не засмеялся, услышав уверенное. -Гулять. Разумовский полностью уверенный в себе, начинает отстегивать ремень. -Напомню, ты в дорогущем костюме, пьяный, что не в новинку но всё же, Серёж, ты нынче медийная личность, шлятся так по городу....не очень идея. Серёжа хмурится, а потом тянется назад. На сидениях валяется кепка, старая поношенная кепка Игоря. И он с горем пополам закаливает под неё хотяб половину рыжей копны. --Так себе конспирация... Закончить ему не удаётся. Серёжа хватает телефон и уже вываливается из машины. Мгновенно куда-то устремляясь. --Твою ж мать. Приходится идти следом. Дождь хлещет по лицу, не сильно, просто непривычно. Беглеца он настигает почти мгновенно, хватая за руку. А потом разворачивает к себе... А у того искорки в глазах, такие живые и яркие. А в руках телефон. --Совсем немного, полчасика. Олег не умел отказывать такому Серёже. Он таким теперь был крайне редко. Он не видел этот взгляд...очень давно И сейчас сдаётся. Перехватывая того за руку, а потом заталкивая в ближайшую арку, сразу хватая за предплечье и таща в сторону подъезда, который любезно открывает какая-то женщина, сразу выскользнувшая на улицу. Несколько этажей пешком, а потом крыша. -Снимай кепку, здесь тебя никто не узнает. Усмехается Олег, а потом выхватывает чужой телефон, моментально находя что-то в интернете. -Вечные 17? Разумовский смеётся, а потом под только начавшийся трек начинает прыгать как угорелый. Поёт вслух, совершенно не замечая как красивая одежда намокает, превращаясь в тряпки. А Волков только сидит на одном из выступов вентиляции, наблюдая за беснующимся чудом Телефон вибрирует, а на экране всплывает звонок от Игоря. Вспомнил. -Вы на своих мажорских попищах застряли? Игорь стоит посреди холла офиса. И только получает оповещение от Марго, о том, что его мужчины так и не вернулись. -На крыше. Слегка самодовольно, может немного грубо, зато правда. -Крыша? Игорь ещё раз оценивает погоду, а потом вновь выдвигается на противную улицу. Одновременно запрашивая чужую геолокацию. Разумовский глупо улыбающийся и довольный, тянется за своим мобильным. Переключая что-то и совершенно не обращая внимания на идущий вокруг дождь. А потом откладывает гаджет в сторону. -Нам по 25, чем мы занимаемся? Вопрос скорее риторический. Потому-что Серёжа глупо хихикает и прижимается своими обветренными губами к чужим. Особо не церемонясь, облизывает стиснутые в полоску губы Волкова. Тот думает, насколько всё уже запущено. Но перейдя к мнению что уже достаточно, позволяет себе удобней устроить ладони на горячей пояснице. А губы сминают чужие, под тяжелый выдох Разумовского. Целуются долго, а главное невозможно горячо Дорогая рубашка превращается в полнейший бардак, а ремень становит ужасно мешающим элементом. Кайф обламывает Игорь, злящийся и уже стоящий у машины, оставленной почти на самой дороге. Но уверенно строчит сообщение, угрожая Олегу выбросить его любимый пистолет, а Серёже отсутствием секса. И это срабатывает. Те отлипают друг от друга, потихоньку спускаются с крыши. И когда они находят машину, по Олегу сложно сказать что он только что был готов как подросток дрочить в первом попавшемся закутке. Хотя, Серёжа об этом говорил за них двоих. Особенно пока Игорь сосредоточенно ведущий машину, выслушивал о чужих планах на вечер. Им к слову так и не суждено было сбыться, потому что после нескольких движений рукой, Разумовский кончил, моментально засыпая в чужих руках. А оставшимся вдвоём Игорь и Олегу, осталось только самостоятельно доводить друг друга до конца.