Идеальный конец прекрасной любви.

…цу… Эй, Угэцу, те чё, жить надоело? Или пары отменили, м? Угэцу почувствовал, как что-то огромное и мягкое упало ему на лицо. Дей кинул подушку, и попал точно в цель. Это заставило брюнета поднять, казалось, свинцовую голову с кровати. Парень чуть приоткрыл глаза, и тут же их зажмурил. Яркое осеннее солнце врывалось сквозь тонкие, старые шторы. По комнате кружил аромат печенья и свежесваренного кофе. -Доброе утро, красавица, — звонкий голос Дея вернул Угэцу в реальность. В такую мрачную, скучную и до безобразия надоевшую реальность. — Я спрашиваю, пары у тебя во сколько? — Мм, вроде в девять, а может и в десять- последовал долгий зевок.- Сколько времени? — Хах, почти восемь. Вставай давай, кофе остынет. — Угу…-опять зевок. — Я в душ, освежусь чутка. — Мне помочь? — с ухмылкой спросил красноволосый. — Обойдешься. С этими словами Угэцу скрылся за белой дверью ванной. Парень взглянул на себя в зеркало. Древесные волосы неряшливо спадали на заспанное лицо. Под карими глазами виднелись следы долгого перелета и недосыпа. Лицо было белее скатерти, которую скрипач видел в столовой. Губы пересохли от долгого сна. Парень глубоко вздохнул и скинул с себя пижаму. Снова бросил сонный взгляд на своё отражение и зашёл в душ. Выкрутил горячий кран на максимум и прислонился лбом к холодной, серой плитке. Она была как его жизнь, такая безэмоциональная, такая бесполезная, что к глазам внезапно подступили едва заметные слёзы. Угэцу не знал, почему ему вдруг случилось так грустно, почему он больше не хочет здесь учиться, почему та страсть к жизни, игравшая в нём ещё полгода назад, бесследно исчезла с его худого лица. Он запутался в этой паутине сплетен, интриг, не верил уже даже себе. А тут этот парень, такой живой, такой фантастический, яркий, как солнечный лучик. И тот действительно был этим самым лучиком в жизни скрипача. Почему-то с ним хотелось говорить на самые разные темы, обсудить всё на свете, узнать какой он, что любит и о чём мечтает, глядя в звёздное небо. Но Угэцу этого не знал, да и в прочем не стремился докопаться до истины. В конце концов, они знакомы от силы день. Кто его знает, этого Дея. — Эй, ты там живой? — голос Деймона сопровождался лёгким стуком в дверь. — Да выхожу я, выхожу. После нескольких махинаций, Угэцу вышел из ванной и сел за стол. Перед ним стояла тарелка с шоколадным печеньем и кружка ещё горячего капучино. В соседней комнате репетировал барабанщик. Угэцу улыбнулся. Приятно начинать утро с подобного. Допив кофе и взяв две печеньки на запас, музыкант схватил сумку, и выкрикнув: «я ушел», быстрым шагом направился на занятие. Бродя по длинным, полупустым коридорам, он наконец дошёл до своей аудитории. Там было темно и тесно. За партами сидели ученики, разделившиеся на пары и небольшие группы. За дальней партой было единственное пустое место. Рядом сидел странный парнишка. Его образ был мрачный, глаза стреляли всем в спины, пытаясь прожечь дыру. Как потом оказалось, это был староста. Он был умён и силён не по годам, и он пользовался авторитетом у всех. Его глаза встретились с глазами брюнета. Во взгляде старосты мелькнула тень интереса, но также быстро пропала. Парень отвернулся к окну. Неуверенно осмотрев класс ещё раз, Угэцу зашагал в конец аудитории.