Don't leave me

Злость. Именно из-за этого неприятного чувства в груди адски горело. Легкие больно сжимались, с трудом пропуская жизненно необходимый воздух. Ощущая все это, Чонгука разрывало на части. Громко тарабаня по входной двери, он вымещал все негативные эмоции на ней. Хозяйка квартиры не спешила впускать его внутрь, что злило ещё сильнее. Кулаки болезненно саднило, однако парень не успокаивался. Дверь резко отворилась, заставляя Гука дёрнуться назад. Невысокая шатенка потирала сонные глаза, что говорило о недавнем пробуждении. Серые спортивки, достигающие пола, придавали ей еще большей миниатюрности. — Гуки? Что-то случилось? — тут же отгоняя усталость, интересуется девушка. Ослеплённый гневом, он даже не подумал, что своим приходом мог побеспокоить Мину. Русоволосая действительно выглядела помято. Из-за грядущей сессии, она почти не спала, подготовка занимала все свободное время. — Заходи, — отступает, запуская брюнета внутрь. Она бросает короткий взгляд на его кулаки, сжатые от напряжения. С побитых костяшек стекают тоненькие струйки крови. Капельки быстро падают на ковролин, оставляя после себя яркие пятна. — Прости, я опять не во время. — в юношеском голосе чувствуется сожаление. — Эй! — Юн притягивает брюнета за щеки, бережно поглаживая его скулы. — Ты же знаешь, что я всегда рада тебя видеть, — мягкие губы кратко касаются мужского подбородка. В тишине пара поднимается в комнату девушки. Волна уюта накрывает Чона с головой, а в нос ударяет привычный запах карамели. От Мины и ее вещей всегда исходил приятный запах, от которого не жалко было и умереть. Хозяйка квартиры усаживает пострадавшего на мягкую постель, которую она не успела заправить. Ее не пугает то, что он сидит в уличной одежде прямо на свежем постельном белье. В другой раз она бы не допустила этого, но сейчас состояние парня было важнее. На мгновение девушка исчезает за дверью своей обители, но тут же возвращается, неся в руках небольшую аптечку. — Вместо того, чтобы терзать мою дверь и свои руки, мог бы просто позвонить в дверной звонок. — вздёрнутый носик мило морщится, пока девушка выуживает перекись из спасительного чемоданчика. Небольшие ранки пенятся, как только дезинфицирующая жидкость попадает на них. Парень скалится, чувствуя, как кожу обдаёт мерзким жжением. — Она сказала, что разочарована во мне. Сказала, что я еще хуже, чем Хосок. — с каждым новым словом голос становился тише. — Она сказала это только из-за того, что ты занял второе, а не первое место? — закончив обрабатывать царапины, шатенка нежно взяла большую ладонь в свои ручки. Лёгкими движениями поглаживая тёплую кожу, она успокаивала его. Ей всегда давалось это легко. Буйный характер Чонгука всегда куда-то исчезал, стоило Юн Мине появиться на горизонте. Девушка действовала на него, как успокоительное. — Ты ведь знаешь, что это не так. — девушка готова окружить его такой заботой, что он даже думать не посмеет о том, что он чего-то недостоин. — Разве важно на каком ты месте, если ты действительно хорошо потрудился? — хрупкие руки обвивают плечи Чонгука, заставляя парня прилечь на кровать вместе с ней. — Ми, — тихо шепчет, утыкаясь лицом в девичьи ключицы. — Никто в этом мире...нет, даже во всей Вселенной не заслуживает такого замечательного человека. — голос медленно затихает, плавно перерастая в шепот, когда Юн начинает восторгаться им. — Я горжусь тобой, — подводит итог. — Мне этого достаточно, — неразборчиво бормочет он, едва различимо целуя нежную кожу. Выдыхая через полуоткрытые губы, Мина запускает ладонь в растрепанные волосы цвета горячего шоколада. Волосы Гука - главная слабость девушки. А если они еще и отросли длиннее положенного или находились в лохмаченном состоянии - все, пиши пропало. — Куда ты? — в ласковом баритоне раздаются нотки беспокойства, когда Чон чувствует, что девушка начинает выбираться из его медвежьей хватки. Гук принимает сидячее положение, не слыша ответа со стороны. Напрягая глаза, он внимательно наблюдает за Юн, которая что-то ищет в недрах своего комода. Выудив свою находку, она упирается коленями на постель, удерживая в руках крошечную шкатулку. Брюнет наклоняется, чтобы разглядеть ее содержимое. Ми улыбается, замечая любопытный взгляд карих глаз. Из розовой коробочки выпадают яркие заколки-бабочки. Стоит солнечным лучам проникнуть в девичью комнату, как аксессуары начинают переливаться, создавая разноцветное сияние. Усаживаясь поудобнее, шатенка похлопывает ладонями по своим ляжкам, подзывая парня облокотиться на нее. Он выполняет ее молчаливую просьбу, поглаживая ладонями худенькие ножки подруги. Мужские веки подрагивают от удовольствия, когда пальцы Мины начинают заплетать его волосы. Детские украшения безумно шли Гуку, они отлично сочетались с плавными чертами юношеского лица, подчеркивая его оленьи глаза. Как только русоволосая заканчивает с прической, Чон тянет ее за собой, укрывая обоих пушистым пледом. Он прижимается ухом к женской груди, слушая спокойное сердцебиение девушки. Юн нежно целует макушку сонного Чонгука, наблюдая за тем, как мило дергается его носик. Прикосновения любимой усыпляли намного быстрее, чем даже самое сильное снотворное. — Не уходи от меня, — жалобно скулит перед тем, как окончательно провалиться в мир самых сокровенных мечт и желаний. — Куда же я денусь?...