I see forever in your eyes

Поезд остановился и заполнил станцию протяжным визгом тормозящих о рельсы колёс. Гарри Поттер вышел из "Хогвартс Экспресс" волоча за собой чемодан и через раз заглядывая себе за плечо удостоверяясь, что его друзья не отстают. Если бы кто-то спросил Гарри Поттера, каково было вернуться в Хогвартс, Гарри Поттер ответил бы, будто вернуться в разрушенный дом. В дом, который безжалостно разгромили, обокрали и заставили смотреть, как в этом, самом, казалось, безопасном месте на планете, кричат от боли и умирают его самые близкие люди. Гарри Поттер ответил бы, что потеряв их, он потерял и свой дом. Потому что ничего уже не будет прежним. Потому что Хогвартс не будет прежним. Потому что Гарри Поттер, больше никогда, не будет прежним. Когда Гарри получил письмо с предложением продолжить обучение, он обрадовался. Возможность отвлечься от тягостных воспоминаний, мучавших после войны, увидеть старых друзей, получить возможность после выпуска стать Аврором. Первые десять минут были наполнены приятной настольгией по школьным будням, но в следующие минуты, когда он осознал, что школа хранит воспоминания о войне, что в коридорах Хогвартса умирали, самые дорогие ему люди, а у старых друзей теперь своя, никак не пересекающаяся с его, жизнь, и работа в Аврорате принесёт только новые смерти и боль, быстро начеркал письмо с отказом и отправил сову. Будь проклят тот день, когда он получил сову из Хогвартса. Да, Хогвартс больше для него не дом. Теперь ему там делать нечего. Он победил Волдеморта, что им ещё от него нужно? Гермиона с Роном будто с ума сошли после этого чертового письма. У этих двоих не было ни капли сомнения, они готовы были хоть сейчас прыгнуть в поезд и умчаться в сторону станции "Хогсмид". Ровно неделю они уговаривали его согласиться, прожужжали все уши о том, что ему необходимо отвлечься и это будет прекрасной возможностью. Гарри, смотря на их счастливые, и, впервые после войны, горящие глаза, не мог отказать им. Именно поэтому сейчас он выслушывает нотации Гермионы о том, что им придётся больше учиться, чтобы успешно сдать экзамены. — Это очень важный год, если вы хотите получить работу в Аврорате, придётся получить "превосходно" по Зельеварению, ЗОТИ и Трансфигурации, а также "выше ожидаемого" по всем остальным предметам. — Рон издал протяжный стон и его лицо приняло выражение страданий, за что он получил от Гермионы строгий взгляд. — Я думал, что мы хотим вспомнить старые времена и всё такое — грусть в голосе Рона подействовала на Гермиону и она сиягчилась. — Конечно, Рон, просто я думала вы хотите быть Аврорами, разве нет? — Конечно, хотим! — он толкнул Гарри в плечо привлекая внимание — так, друг? Гарри, погруженный в свои мысли, не расслышал вопрос и растерянно закивал. — А-ага. — Гермиона нахмурилась и положила руку на плечо Гарри. — Волнуешься? — подруга всегда видела его насквозь. Будто для неё Гарри был прозрачным. — Немного, – признался Гарри. — Не парься, дружище, помнишь, что я говорил? Гарри кивнул и сказал. — Как прыгать в холодную воду. — Верно, без раздумий, Гарри, как в воду! На станции было много людей, но знакомых ребятам, лиц они не заметили. Может, они приехали раньше? И вообще, много ли восьмикурсников согласились вернуться в школу? Гарри точно знал, что Невилл и Луна не отказались бы от такого. Но, а остальные? — Не вижу никого знакомого, — сказал Гарри. — Может, мы единственные, кто согласились приехать? — в голосе Гермионы послышалось разочарование. Но не успели они подойти к Хагриду, который, как обычно переводил первокурсников через озеро, как увидели знакомые лица Дина и Симуса. Двое друзей шли навстречу с широкими улыбками на лице. — Рад видеть вас, — Финиган протянул Рону руку и тот пожал её в ответ. — Мы думали, что кроме нас никто не согласился. — Видели кого-нибудь из наших? — Невил и Луна здесь, из пуфендуйцев Ханна Аббот, Эрни Макмиллан и Джастин Финч-Флетчли, Падма и Чжоу. Это все кого мы встретили. — А слизеринцы? — все недоуменно захлопали глазами и Гарри уже пожалел, что спросил, но благо Хагрид заметил их и подозвал к себе, чтобы поздороваться. Церемония распределения в этот раз была самой быстрой из всех, что Гарри видел. Неудивительно. И года не прошло с момента победы над Волдемортом. Родители просто боятся отправлять детей так далеко от дома. — Интересно, как будут проходить занятия, — Гермиона задумчиво ковырялась вилкой в тыквенном пюре. Рон с ртом полным жареной курицы закатил глаза. — Рональд! Гарри не обратил внимания на их перепалку. Он тоже думал о том, как будет устроено обучение. Учеников, согласившихся продолжить обучение на восьмом курсе было не так уж и много. Будут ли они объединены или будут учиться вместе с седьмым. Пришло время для завершения пира и профессор Макгонагалл встала со своего места. — Дорогие ученики, я рада видеть вас здесь, живыми и здоровыми. Это было непростое время для всех нас. Многие потеряли близких им людей. Некоторые раны уже никогда не затянутся, но, как говорил мой дорогой друг, не жалейте умерших, жалейте живых, и в особенности тех, кто живёт без любви. Лучшее, что вы все можете сделать сейчас, это дарить любовь каждому, кто в ней нуждается. Без любви все становится бессмысленным. — Она помолчала некоторое время, задумчиво смотря на двери большого зала, и Гарри мог поклясться, что он знает, кого она там видит. — Вернёмся к организационным моментам. Впервые за историю школы мы решили дать возможность студентам поступить на восьмой курс, чтобы возместить пропущенный год обучения. Из-за технических проблем некоторые факультеты будут совмещены. Итак, восьмикурсники из Слизерина будут жить в Гриффиндорской башне, Когтевранцы примут в своей гостиной студентов Пуффендуя. После битвы за Хогвартс гостиные факультетов Слизерина и Пуффендуя были разрушены. Занятия начнутся завтра, старосты раздадут вам ваше расписание. — профессор снова замолчала и посмотрела на дверь, —Пусть Хогвартс вновь станет вам домом. Недовольный Рон шёл позади него и жарко спорил с Гермионой. — Слизеринцы в нашей гостиной, Герми! Слизеринцы в нашей спальне! — лицо друга исказила мука. — Прекрати вести себя, как ребёнок! Неужели после всего, что мы прошли ты до сих пор веришь в эту чушь?! — Чушь?! — глаза Рона стали больше в два раза и он активнее замахал руками, — они все были не на нашей стороне, если ты забыла! — Умоляю, прекрати, истерить! Портрет Полной Дамы на удивление обрадовал Гарри больше всего. Может из-за того, что с ним не были связаны его воспоминания. Это было больно. Помнить, где умер Фред, проходить в большой зал и видеть на полу Римуса и Тонкс. Потом думать о Тедди. Гарри каждый раз сжимал челюсти в попытке отвлечься от навязчивой мысли. От мысли, что это его вина. Тедди остался сиротой по его вине, Джордж больше никогда не сможет посмотреть в зеркало и увидеть там себя, Сириус не обнимет его, не расскажет истории о шалостях, которые они с его отцом  проворачивали, когда были школьниками. Помнить все это было его персональным наказанием. И он наказывал себя. Гостиная Гриффиндора была такой же тёплой и уютной, такой же красно-золотой, наполненной смехом и его любимыми людьми, и Гарри подумал, что может правильно сделал, что поддался на уговоры друзей. Они собрались здесь совершенно случайно, не сговариваясь, все просто пришли в гостиную, и Гарри подумал, что никто не хочет оставаться на едине с собой. Впрочем, как и он. Потом к ним присоединились ребята с других факультетов и это стало действительно похоже на их вечеринки после квиддича. Даже некоторые слизеринцы не остались в стороне и притащили из Хогсмида огневиски. Не было только досаждавшего Гарри всю школу назойливого блондина и его друзей. Поняв, из разговоров слизеринцев, что они отказались возвращаться в школу, Гарри, к своему удивлению, поник. Его не должно это волновать, но как будто без Малфоя и его вечных издевок его возвращение в школу не было настоящим. Его друзья так изменились. Невилл и Луна начали встречаться, от прежнего застенчивого и робкого парня не осталось и следа. Дин стал ещё выше и, к сожалению, серьёзнее. Симус избавился от привычки взрывать всё подряд. Это нормально, что все они выросли и изменились. Но Гарри отдал бы все, чтобы хоть на денёк, снова стать одиннадцатилетним. — Я слишком переживаю из-за экзаменов — призналась Ханна, — я хочу стать целительницей, но нужны высокие результаты на ТРИТОНах. Все согласно зашумели. — Когда мы сдавали СОВ на пятом курсе, я не спала ночами, готовясь к ним, и заснула прямо на экзамене по Истории Магии. — Чжоу засмеялась и добавила: — в Когтевране слишком развита конкуренция. Терри Бут плакал в туалете из-за того, что Падма опередила его по Зельям. Гостиная взорвалась хохотом и Терри смущённо вытер ладони о джинсы. — Я всегда спал на Истории Магии, — вставил Рон и мгновенно получил испепеляющий взгляд от своей девушки. — Самым сложным из СОВ были Зелья, — начал Симус и получил согласие от всех, кроме слизеринцев, — мне нужно было приготовить Болтливое зелье, Снейп весь экзамен стоял прямо за моей спиной, так что я не мог даже шевельнуться. Я был уверен, что где-то накосячил, но решил, что лучше сдам хоть что-то. Когда Снейп увидел, что я закончил, он обошёл стол и посмотрев мне прямо в глаза сказал, чтобы я выпил его. Я испугался, ведь был уверен, что зелье сварено не правильно, но вы же знаете какой он был настойчивый, — студенты захохотали, вспоминая профессора, — и мне пришлось выпить зелье, я тогда весь день разговаривал как Пивз. Снейп сказал, что мне повезло и поставил "удовлетворительно". Дин закивал головой, вспоминая тот день. Атмосфера становилась все более дружелюбной. Старая вражда между факультетами закончилась. Они больше не соревнуются ни в квиддиче, ни в соревнованиях между факультетами, им больше нечего делить. Теперь все изменилось. Они изменились. Или это война их изменила? Решив, видимо, выполнить поручение Макгонагалл в полной мере, Гермиона предложила. — Может, тогда, создадим кружок, где будем все вместе готовиться к экзаменам, — Рон тяжело вздохнул и насупился, — сможем помогать друг другу со сложностями и проверять знания, — на удивление восьмикурсники восприняли предложение с большим энтузиазмом и Гермиона засветилась от восторга. — Думаю, можем собираться в библиотеке, мадам Пинс не будет против. Уже в спальне Рон решил высказать все, что он думает об этой идее. — Сама сказала, что можем не заморачиваться с учёбой, но её же хлебом не корми, дай посидеть за домашкой! — возмущённо хрипя он залез под одеяло. — Как думаешь, почему Малфой не вернулся в школу? — поинтересовался Гарри, чем вызвал у Рона искреннее удивление. — Он не вернулся? Гарри отрицательно помахал головой, склоняясь над чемоданом в попытке найти на его дне пижаму. — Может ему стыдно? — Стыдно? — Рон активно закивал головой, подавляя зевок, — почему ему должно быть стыдно? — Бывший пожиратель смерти и всё такое, — не сумев сдержаться, Рон зевнул, прикрывая рот рукой, — может, ему вообще запретили возвращаться? — Кто? — нахмурив брови и по-турецки садясь на кровать, спросил Гарри. — Министерство, кто ещё. Благодаря тебе его, конечно, признали невиновным, но я слышал, что у Министерства на него зуб. Он единственный из всего нашего года принял метку. Может это причина, — Рон перевернулся на бок, закрывая глаза, — прости, друг, я сегодня устал как собака, поговорим завтра, окей? — Окей, — согласился Гарри, погружаясь в раздумия. Он действительно защищал Драко на суде, но ключевым моментом в разбирательстве над Малфоями служили их собственные показания в виде воспоминаний, которые те предоставили в Визенгамоте. Драко и Нарцисса были признаны невиновным, только потому что они не убивали. Люциуса ждала казнь. Поцелуй дементора. Не сказать, что он её не заслужил. Заслужил, ещё как. Но лицо Драко в момент казни было таким, что Гарри хотелось остановить всех, закричать, чтобы они не делали этого, послать патронус, всё что угодно, лишь бы стереть с его лица выражение беспомощности и отчаяния. Но он не позволил себе этого. Может из-за того, что в глубине души, желал Люциусу смерти. И этой глубины своей души он боялся сильнее, чем Волдеморта. Следующим утром в большом зале стояло оживление. Пеовокурсники каждого факультета выражали возмущение по поводу вечно меняющих направление лестниц и кричащих по ночам портретам, доставучий полтергейст Пивз уже успел запугать какого-то первокурсника так, что тому пришлось просить помощи у Филча. — Эх, когда-то и мы были такими же,— вдохновленно сказал Рон, быстро возвращая внимание к яичнице с беконом. Гермиона уже успела сходить в библиотеку за учебниками и внимательно изучала расписание. — Сегодня только два занятия, — разочаровано протянула девушка. — Как жаль, — пытаясь казаться ужасно расстроенным прошептал Рон. И Гермиона уже хотела начать тираду о его совершенной безответственности и инфантильности, как шум в большом зале сменился гробовой тишиной. Двери раскрылись и в зал вошли четверо. Слизеринцы шли уверенно, подняв головы вверх, но стараясь ни на кого не смотреть. Сам того не осознавая, Гарри искал в толпе блондинистую голову, и когда нашёл, дёрнул Гермиону за мантию и прошептал. — Малфой. Подруга недоуменно вскинула бровь вверх и пожала плечами. Четверо слизеринцев заняли свои места и большой зал понемногу стал вновь заполняться голосами. Теодор Нотт, Блейз Забини, Панси Паркинсон, Драко Малфой. Гарри не мог оторвать взгляд от слизеринцев. Вихрь кружил в его голове. Они все решили вернуться. Но почему? Их ненавидит добрая половина Британии, но они позволяют себе запросто вернуться в школу, как ни в чем не бывало. Гарри не мог принять, что можно так наплевать на мнение большинства. Сколько себя помнит он всегда делала всё чтобы угодить каждому. Может поэтому они вызывают в нем столько эмоций? Может поэтому он, как завороженный, всматривается в нечитаемое лицо Малфоя. Так спокойно сидеть в зале, зная, что все присутствующие в нем тебя недолюбливают, а некоторые и вовсе ненавидят, может только храбрый. Но Гарри не считал Малфоя храбрым. Никогда. Малфой трус. Не смог даже собственного решения принять, всю жизнь пытался заслужить одобрение папочки. А он? Гарри? Разве не занимался тем же самым, пытаясь заполучить одобрение всех и сразу? Так ли сильно они отличаются друг от друга? — Странно, что они приехали только сегодня, может что-то случилось? — Гермиона задумалась, но тут влетела её сова, и уронив почту на стол, приземлились прямо на руку девушке. Она угостила её остатками своего завтрака и приступила к почте. Первым делом раскрыв "Ежедневный Пророк", она задушено пискнула и ткнула пальцем на огромный заголовок на первой странице "БЫВШИЙ ПОЖИРАТЕЛЬ СМЕРТИ ТРЕБУЕТ РАЗРЕШИТЬ ЕМУ ПРОДОЛЖИТЬ ОБУЧЕНИЕ. ПРИСПЕШНИКИ ТОГО-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ ПЫТАЮТСЯ ПРОБРАТЬСЯ В ХОГВАРТС?" — Смотрите! Проклятая Скитер! Когда ей уже надоест! — Думаешь, это не правда? — Рон зыркнул девушке в глаза и сразу же опустил голову. — Хочешь сказать, ты веришь этому бреду? — Гермиона искренне возмущался, не понимая реакции парня, — как ты думаешь, Гарри, похоже, что Малфой хочет вернуть власть Тёмного Лорда? — она саркастически усмехнулась и глянула на слизеринский стол. Малфой выглядел напряжённым, но отнюдь не воинственным. Он выглядит даже слишком не воинственным. Гарри не привык видеть Малфоя таким — серьёзным, задумчивым, напряжённо сжимающим стакан с тыквенным соком. Сколько Гарри себя помнил, Малфой всегда был полной противоположностью. Разгоряченным, весёлым, в любую секунду готовым к издевкам и подначиваниям. Куда делся тот энергичный Драко Малфой? – Мне кажется, он просто хочет продолжать жить, — Гарри произнёс это так сочувственно, что друзья уставились на него удивленными глазами и он стал оправдываться, — я имею ввиду, может он тоже, как и Ханна, хочет сдать ТРИТОНОВ и получить работу, ну, жить, как обычные люди, вот и все, — Гарри смущённо опустил глаза в тарелку и принялся накалывать сосиску на вилку. — Это больше похоже на правду, чем то, что он пытается заполучить власть и всё такое. На фоне тотальной ненависти к таким, как Малфой, думаешь он станет что-то затевать? Тем более когда Волдеморт повержен. — Но это же Малфой, — Рон попытался вразумить друзей, дать им понять, что от Хорька можно ожидать чего угодно. Но не вышло. — Думаю, в глубине души, Малфой никогда не хотел быть на стороне Волдеморта,— Гермиона вернулась к почте, не замечая ошарашеных глаз обоих друзей. — Что ты хочешь этим сказать? — первым прервал тишину Гарри. — Ты разве сам не заметил? — Гарри захлопал глазами и Гермиона раздражённо захлопнула газету. — Ты же постоянно ходил за ним по пятам на шестом курсе! Не заметил, в каком состоянии он был? Он ведь так и не смог выполнить свое задание. При упоминании задания, которое Волдеморт дал Малфою, Гарри почувствовал, как желудок сжался, и тошнота подкатила к горлу. Малфой тогда не выглядел сильно радостным. Весь жался, плечи тряслись, рука с палочкой то опускалась, то поднималась вновь. А тогда в туалете Плаксы Миртл? Малфой плакал. Драко, мать его, Малфой, плакал. Не вязалось всё это. Но тогда почему? Почему он не перешёл на их сторону? Из-за семьи? Неужели он был готов ради семьи на такое? Смог бы Гарри пойти на такое ради своих родителей? Он никогда не узнает. Родители были мертвы, а даже если бы были живы, они уже и так состояли в Ордене. Но ведь Драко не убивал никого, состоит ли зло только в том, чтобы убить кого-то? Он ведь помог Пожирателям проникнуть в Хогвартс, он пытался убить Дамблдора с помощью ожерелья, медовухи Слизнорта, подвергая опасности Кэти Белл, профессора Слизнорта, Рон чуть не пострадал от его рук! Но он не убил, нет, он помог убить. Гермиона активно дергала его за рукав мантии. — Гарри! Сколько можно? Ты постоянно выпадаешь из реальности, — она выглядела встревоженной, — с тобой все в порядке? Гарри кивнул и она внимательно всматриваясь в его глаза, пытаясь увидеть там причину беспокойства, поднялась и заявила. — Мы опаздывем на Зелья,— парни схватили со скамьи свои сумки и кинулись к выходу из большого зала, не замечая, что они первые, кто оттуда вышел. — Почему это всегда срабатывает? — запыхавшись спросил Рон. Гарри пожимая плечами, с грустью в голосе, ответил. — Может, мы все ещё боимся опаздать на урок Снейпа,— Гарри отвёл глаза в сторону, справляясь с накатившей тоской, Рон подбадривающе похлопал его по плечу. Гермиона вышла из большого зала и смеясь сказала. — Я скучала по этому, — она улыбнулась и расправила руки в стороны приглашая парней в свои объятия. Довольные Гарри и Рон притянули девушку к себе и сжали в руках до хруста. — Прекратите! — она била их руками по спинам и они ослабили хватку, — надеюсь в этом году всё закончится хорошо, — она выдохнула и положила голову на плечо Рона. — Не знаю, мне нравились наши приключения... — прошептал Рон. Гермиона и Гарри хором ответили. — Вот сам в них и участвуй! Трое друзей стояли, обнявшись, и надеясь, что этот год позволит им стать счастливыми. Слизнорт был прекрасным профессором. Он был милым и добрым, и он любил Гарри. Но он не был Северусом Снейпом. Гарри скучал по мрачному зельевару, хоть тот и портил парню жизнь. В первый день учёбы профессор Слизнорт решил не нагружать студентов, поэтому попросил их сварить зелье из программы шестого курса — Амортенцию. В этот раз у Гарри не было с собой учебника Принца-Полукровки, поэтому пришлось вспоминать рецепт зелья по памяти. В конце занятия профессор Слизнорт прошёлся по кабинету, останавливаясь на несколько секунд возле котелка с бурлящей жидкостью и приговаривая "неплохо", "очень хорошо", или "мхм, стоит немного попрактиковаться". Гарри заметил, как профессор откровенно проигнорировал четвёрку слизеринцев, сваривших свои зелья, Гарри понимал это потому, что почувствовал запах пирога с патокой, проходя мимо их стола, минимум на "превосходно". Однако, казалось, никто из них не был удивлён поступком профессора. Нотт собрал с их стола подписанные пузырьки с зельем, отнёс их на стол Слизнорта, и слизеринцы, подхватив, свои сумки, скрылись. Гарри вышел следом за ними и наткнулся на Гермиону. — Тебе не показалось странным, что профессор Слизнорт ничего не сказал по поводу зелья слизеринцев? — Гермиона нахмурилась и сказала. — Честно говоря, я даже не заметила этого, — она неловко прикусила губу и продолжила, — это в его стиле. Не обращать внимание на тех, кто ему не полезен. Гарри почувствовал укол раздражения. Разве этого он добивался, когда выигрывал эту чёртову войну? — Он игнорирует только их четверых, к остальным слизеринцам он относится так же, как и ко всем. — Малфой. Они водятся с ним, поэтому он и их игнорирует,— Гермиона пожала плечами. — А что Малфой? — Он Пожиратель, Гарри. Людям непросто осознать, что он имеет право здесь находится. — Бывший Пожиратель. Девушка закатила глаза, и словно маленькому ребёнку, принялась объяснять. — После того, как ты убил Волдеморта все Пожиратели смерти стали бывшими, но это не отменяет того, что они сделали. Непонятно, почему его так задевает пренебрежительное отношение к этому Хорьку. Но, видимо, в последнее время у него слишком обострилось чувство справедливости, и Гарри ничего не мог с ним поделать. Оставшийся день прошёл спокойно, и Гарри был рад хотя бы этому. Он сидел в гостиной Гриффиндора и пытался сосредоточиться на учебнике по Травологии. Но мысли его сейчас были заняты, отнюдь не полезными свойствами Мимбулус Мимблетонии. Гарри бы и рад не думать об этом надоедливом Хорьке, но уж больно вид у него несчастный. Совсем не похоже на него. Наверное это его комплекс Героя. Малфой сам всегда говорил, что ему дай только спасти кого-нибудь. Ещё и Рон сказал, что у Министерства, что-то есть на Малфоя. Может он действительно что-то задумал? Нет, бред. Портрет Полной Дамы открылся, и в проёме появилась, та самая, злосчастная четвёрка слизеринцев. Они были встревожены и Гарри заметил, что Забини и Нотт старательно поддерживают Малфоя под локти пока он сам еле переставляет ноги. Гарри и сам не понял, как оказался рядом, помогая затащить Малфоя на диван. Он был в сознании, понимал, что происходит. Но цвет лица его был серый, под глазами залегли чёрные круги, платиновые волосы казались жёлтыми, а кости на руках выпирали так, будто они не скрыты кожей. — Мерлин... что с ним? — он сказал это так тихо, было даже удивительно, что ему ответили. — Такое бывает, Поттер, когда долго не ешь, — Нотт ядовито выплюнул слова, но Гарри понял, что тот обращается не к нему. Тео смотрел прямо в глаза Малфою. И так серые глаза Малфоя, сейчас казались прозрачными. — Что значит долго не ест? — Гарри не понимал. Он ничего не понимал. Почему он выглядит так же, как на казни Люциуса? Почему у Гарри сердце сжимается, когда он видит это выражение лица? — Малфой просто решил, наверное, что сможет от нас таким способом избавится, — он почти весело хмыкнул и хотел продолжить, но Драко зашипел на него и слабо сказал. — Не смей, — от звука его голоса Гарри вздрогнул, настолько слабым и безжизненным он был. Паркинсон всхлипнула и достала из кармана мантии платок. — Нужно отвести его в больничное крыло, — твёрдость в голосе Гарри заставила Малфоя, наконец, посмотреть на него. Забини засмеялся и усмехнувшись сказал. — Хотел бы я посмотреть, как ты это сделаешь, — он пытался говорить уверенно, но беспокойство ему скрыть не удалось. Гарри почудилось будто с приходом слизеринцев куда-то испарилось все тепло. То, что он увидел было ужасно. Это было ненормально. Портрет вновь открылся и Нотт испуганно подался к Малфою, закрывая его от посторонних глаз. В гостиную вошли Рон и Гермиона. — Что здесь происходит? — подозрительно оглядываясь на Рона, сказала девушка. Слизеринцы отвернулись от неё, вновь обращая все свое внимание к Малфою. — Я сам ничего не понимаю, Герми, — слабо пролепетал Гарри. Гермиона резким шагом обошла диван и, увидев Малфоя, застыла, прижав руки к лицу. Она испуганно глянула на Рона, и тот тоже обошёл диван, и не стесняясь выругался. — Мерлин, блять! Что с ним произошло? Малфой, не в силах терпеть этого унижения, но и не в силах самостоятельно уйти, дёрнулся и застонал когда что-то твёрдое уперлось ему в ребра. Гарри спохватился и, извиняясь, вынул из под него книгу. — Нужно идти в больничное крыло, — потерянным голосом сказала Гермиона. — О, да, это выход, — с сарказмом ответил Нотт, — после похода к Помфри он сразу же перестанет бояться есть, и после того, как ни взял в рот за полгода ни кусочка, сожрёт половину всего ужина в большом зале! — Тео устало выдохнул и трясущимися руками взялся за голову, не чувствуя, как Малфой, слабыми пинками, пытается обратить на себя внимание. — П-почему он не ест? — Мы не знаем. — А он не говорит? — Можешь прямо сейчас у него и спросить. Гермиона робко подошла ближе к дивану и присела на корточки. — Можешь сказать, пожалуйста, что тебе нужно? — она пыталась говорить спокойно, но голос дрожал. Малфой долго смотрел ей в лицо, а потом сказал, хриплым голосом. — Чтобы меня оставили в покое. Панси зарыдала и Забини притянул её и накрыл дрожащие плечи рукой, похлопывая её по спине. — Это все, что он говорит нам. — Думаю, нужно помочь ему дойти до вашей спальни и разбираться уже там. Если его здесь увидят в таком состоянии... — Гарри посмотрел на Малфоя и получил ответный взгляд и слово, которое тот произнёс одними губами, без единого звука, "Спасибо". Прежде чем потерять сознание, Малфой впервые сказал Гарри "спасибо", пусть и не вслух.

***