Огненная бабочка

Ху Тао — огненная бабочка. Вольная, стремящаяся упорхнуть прочь. Ху Тао вся сделана из огня — её тело и мысли горячи и сама она изнутри горит пламенем. Необузданное пламя, что стремится очистить небо и землю — вот та, кем является Ху Тао. Янь Фэй всегда восхищалась Ху Тао. Она горела своим делом, скрываясь за маской веселья, но только Янь Фэй понимает — Ху Тао гораздо больше, чем просто глупая маска. Она — пламя, способное принять множество форм. Ху Тао решительна. Янь Фэй видела, как она справляется со злом, как умело держит в руках копьё. Битва для неё — что обычная игра. Она смертоносна и быстра, она танцует в свете пламени, которым окутывает всю себя. Она не боится сгореть дотла. Ху Тао — пленяющий своей красотой огонь. Она тихо поёт песни, помогая душам умерших успокоиться. Она спокойна и не боится, когда видит духов. Она ходит на грани жизни и смерти — и ничто не может поколебать её уверенности. Янь Фэй впервые встречает Ху Тао на склоне Уван. Кучка монстров, что не давала ей пройти и преграждала путь, стала действительно большой проблемой. Ху Тао же вступила в драку легко и весело, словно танцуя и сжимая в руках алый посох. С усмешкой на губах она искореняла зло. С Ху Тао всегда легко. Она — пламя, что поглащает без остатка. Вторая их встреча происходит на пристани. Ху Тао отличается от той Ху Тао, что Янь Фэй привыкла видеть. Она спокойна и даже не улыбается. Она — такой же человек, что устаёт от своей ноши на плечах. Янь Фэй подходит ближе. Ху Тао тут же натягивает свою привычную улыбку, приветствуя её и предлагая прогуляться. Янь Фэй не может отказать. Янь Фэй совсем не замечает, как сгорает в пламени дотла. В её животе роятся сотни огненных бабочек, сжигая её изнутри. Это пламя неумолимо, оно — болезнь, и ни одно лекарство в мире не сможет вылечить её от этой загадочной болезни. Руки у Ху Тао напротив её характеру — холодный. И Янь Фэй греет их в своих, вкладывая в этот жест огонь, что бушует в ней. Она хочет лучше понять эту загадочную девушку. Ху Тао вовсе не пугает её, напротив. Огненная бабочка сама села к ней на руки, но сделаешь что-то не так — вспорхнёт, улетит. Невозможно удержать в руках пламя. Третья их встреча происходит в баре. Ху Тао уже достаточно пьяна — не ребёнок уже, имеет право выпить. Янь Фэй вздыхает, пытаясь поднять девушку. Горе, что Ху Тао несла в своей душе, выплёскивается в слезах, что катятся по её щекам. Она просто чертовски устала. И целует она тоже — из усталости. Целует нежно, не давая отстраниться. Поцелуй выходит с привкусом железа, соли и сладкой сливы, и всё это — вкус Ху Тао. Поцелуй быстро прерывается — Янь Фэй отталкивает Ху Тао, а та почти и не возражает, обмякая в её руках. Уснула. Ху Тао такая нежная и хрупкая. И Янь Фэй сделает всё, чтобы сохранить этот огонёк. Она берёт чужое кепи — чувствует, что важная вещь. А вот взять Ху Тао уже сложнее — Янь Фэй не привыкла к физическим нагрузкам. Дома Янь Фэй укладывает Ху Тао на кровать. Она держит её руку в своей, грея — чужие руки сейчас кажутся слишком холодными, словно и у мертвеца. Янь Фэй сжимает сильнее. Стоит отогнать от себя плохие мысли. Янь Фэй не может уснуть. Неприятное чувство скапливается в груди, убивая всех бабочек, порхающих в животе. Ничего страшного не случилось, но она слишком беспокоится из-за Ху Тао. Выпивать с её непереносимостью алкоголя было слишком глупым поступком. Засыпая, положив голову на край кровати, Янь Фэй чувствует нежные поглаживания по своим волосам. Это мнгновение тоже мимолётно, словно сон.

***

Лунный свет проникает в комнату — уже поздняя ночь и Янь Фэй открывает глаза. Первое, что она видит — два горящих огонька у края кровати. Янь Фэй тянет руку — огоньки пропадают на секунду, после появлясь вновь уже прямо над ней. — Бу! — этот смех, похожий на перезвон колокольчиков, она узнает из тысячи. Ху Тао, кажется, обижена отсутствием реакции и обиженно фыркает. Сейчас Янь Фэй видит её силуэт, склонившийся над ней. — Что, неужели совсем не страшно? — Я ведь знала, что никого, кроме тебя, тут нет… Поэтому не испугалась, — Янь Фэй приподнимается на локтях. Она слышит досаду в голосе Ху Тао. И вправду забавная девушка, заставляющая трепетать всё внутри. Ху Тао обиженно поджимает губы. Хоть этого и не видно в темноте, но Янь Фэй уверена, что это именно так. Она смеётся, видя, как Ху Тао скрещивает руки на груди. Такая забавная и такая искренняя. Янь Фэй была уверена, что это — не маска. У Ху Тао было множество масок и все они — её личности, но сейчас она была полностью искренней. — Пойдём. Твой ужин уже почти остыл, — наконец-то выдаёт Ху Тао и Янь Фэй удивлённо вскидывает бровь. Неужели Ху Тао позаботилась даже об этом. Да и, что греха таить, Янь Фэй было интересно, как та готовит. Вся эта огненная девушка, вся её личность — это всё поглащало её полностью, бед остатки. На кухне творился полный хаос — до появления Ху Тао на кухне Янь Фэй был полный порядок, но сейчас всё было перевёрнуто вверх дном. Явно Ху Тао успела что-то натворить, пока она спала. Ну что за непоседливый ребёнок. — Мистер Чжун Ли, как консультант, был поражён моими кулинарными способностями! Тебе тоже должно понравиться. Вот, это вегитарианские мидии, тебе должно понравится! — Янь Фэй смотрит и усмехается. Сверху на кусочках мацутаке нарисованы забавные лица, и по виду это напоминало призраков. Янь Фэй берёт кусочек в рот. По вкусу это было… Странно. Скорее всего, Ху Тао правда старалась, вот только готовить она почти не умела. Зато креативности у неё не отнимать. Янь Фэй не хочет расстраивать её — сделаешь что-то не так и потушишь горящее в девушке пламя уже навсегда. Поэтому с улыбкой на губах она ест. Счастливая улыбка Ху Тао стоит того, чтобы положить к её ногам целый мир. Ху Тао была прекрасна в лунном свете. Такая спокойная, такая счастливая… Редко когда можно увидеть её такой. Обычно взбалмошенная, сейчас она была невероятно спокойна. Янь Фэй подходит ближе, но та почти не реагирует, завороженная бледным светом луны. — Эй, Янян… — наконец выдаёт она. — Спасибо, что позаботилась обо мне… И… Ху Тао не может договорить. Слёзы катятся по её щекам и она стирает их рукавом одежды. Янь Фэй ничего не говорит. Только подходит ближе и целует. Целует робко, но Ху Тао быстро углубляет этот поцелуй, беря инициативу на себя. Этот поцелуй такой же солёный, как и первый, с сладким привкусом сливы — вкусом Ху Тао. Когда она, наконец, отстраняется, Ху Тао выдаёт: — Знаешь, Янян… А я ведь правда люблю тебя. Ты заставляешь моё сердце гореть. — И я люблю тебя, Таотао.