С благословением небожителей

Всё, что было мне небом дано, Ты забрал, обрекая на гибель. Тщетно было старание всё. Я запомнил тебя, мой мучитель. Даже смерть подарить не смогла Мне крупицы покоя и счастья. Моя злоба всё больше росла, Превратившись в морское ненастье. Но я знал: месть холодной сладка, И момента её дожидался. Понимал, что не дрогнет рука, Но не ведал, где я просчитался. Повстречался я с богом ветров, Что с моею живёт судьбою. На убийство тогда был готов, Но успешно я справился с ролью. Обернувшись богом земли, Я смог рядом с ним быть постоянно. Холодны были мысли мои, Пока слежка велась неустанно. Но года шли один за другим, Он как будто ко мне привязался. Называл меня другом своим И во всём на меня полагался. Поначалу я был не рад Неуместной и глупой дружбе. Но мелькнула раз мысль невпопад, Что хотелось бы ближе и глубже. Я хотел его больше узнать. Понемногу оттаяло сердце. Не хотелось мне принимать, Что теперь есть вторая дверца. Полюбилась мне зелень глаз, Нежность голоса, мягкость кожи. Лишь подумал об этом раз - И пробрал меня ужас до дрожи. Тенью следовал всюду за ним, Не желая того, волновался, Подходить не давал другим, Но себе в том не признавался. Я бы мог быть честнее с собой И заметить, как он улыбался, Как стремился быть рядом со мной, Как порадовать вечно старался. Я бы мог быть честнее с собой И обнять его крепко, но нежно. И не нужно бы жизни другой, Если с ним так смогу я быть вечно. Но судьба подарила мне шанс С его братом за всё рассчитаться. И другой нету жизни для нас, Суждено нам врагами остаться. Отомстил за всё богу воды, Зацепив заодно бога ветра. Ведь друзьями не были мы, Ведь моей было целью это. И, конечно, смогу я забыть Его боль и бессильные слёзы. Не впервой чью-то жизнь мне губить, Разбивая чужие грёзы. Я бы мог быть честнее с собой И не трогать тогда бога ветра. И, быть может, обрёл бы покой, Ведь его полюбил я за это.