Я спасу тебя от твоих ночных кошмаров…

Кейтлин всегда спит плохо. В голове миллион мыслей, вращающихся вокруг расследования, которое она, по её ощущениям, ведёт целую жизнь, но кроме этого, она думает о Вай, которая, кажется, беззаботно посапывает в её постели, поджав ноги к груди. Что снится тебе, Вай? Прикасается практически невесомо, девушка с красными волосами улыбается во сне, шепчет еле слышно… Кейтлин… Душа Кираманн взлетает к небесам. Наконец-то ты обрела покой, Вай, для меня это самое важное в жизни. Я обещаю, тебе больше не придётся сбегать, прятаться от меня в своём мире, бороться со своими чудищами в одиночку. В руках тетрадь с записями по делам Силко. Что же нам теперь делать, Вай? Попытаться найти твою сестру самостоятельно или попросить о помощи? Я знаю, ты не доверяешь членам Совета, как и я, но мир - не огромная тюрьма, в которой всё решается силой, мы не заперты в ней, теперь мы свободны… Но внутри опасным зверем скребётся сомнение. Взгляд Кирамман напряжён, серьёзен, устремлён куда-то далеко, на самом деле, ей страшно. За эти несколько дней столько всего произошло… Резкая боль ударяет в голову, мигрень мучает Кейтлин, когда она взволнованна и не ложится спать в положенное время. Доктор с самого детства говорил ей, что после травматического опыта ей нужно быть особенно осторожной, заботиться о себе. Какая к чёрту забота с таким образом жизни… Кирамман потирает виски, хмурится. Безмятежный сон Вай прерывается, она вертится, закрытые глаза сжимаются. Дыхание Кейтлин перехватывает, она смотрит на любимую беспокойно, изучает Вай глазами, утопая в душевной боли. Мне так мучительно думать о том, что с тобой происходило раньше, Вай. Сейчас девушка одета в простенькое нижнее бельё в виде топика и шорт, что-то из гардероба Кейт, что вообще хоть как-то подошло по размеру; где-то на полу валяются её повязки, потому Кирамман может досконально и не торопясь рассмотреть руки Вай, её фигуру. Какая ты красивая… Ни один шрам не сделал тебя хуже. Глаза ласково скользят по изгибам тела, взгляд привлекает один едва заметный шрам, где-то под рёбрами. Та самая колотая рана, полученная в драке с Севикой. А вот ещё один, уже незнакомый, довольно крупный, в самом низу живота, рядом с пупком. Что спасло тебя тогда, Вай? Кейтлин неплохо разбиралась в видах ранений, это было явно от ножа, но судя по всему, тогда не Мерцание помогло Вай выжить, иначе бы рана затянулась куда более изящно и быстро. Должно быть, Вай потеряла много крови и была на грани смерти… Так и было. Этот шрам с Вай ещё с тюремных времен. Ей было примерно 17 (учитывая, что заунка потеряла счёт времени и с трудом понимала, сколько ей вообще лет) , когда девушка в очередной раз столкнулась с опасностью, на этот раз угрожающей её жизни. *** Слишком борзая, а, сучка? Девушки и женщины, попадающие в тюрьму, подчас были куда более жестоки, чем заключённые мужского пола. Чёрт знает, почему так происходило. Мужланы часто нарывались на неприятности, имели свои мотивы лезть к Вай, но некоторые даже уважали её, за силу, непокорность, за то, что она была достойным соперником, который никогда не сдаётся и поднимается с колен в любой ситуации. С одной из заключённых связываться было особенно опасно. Девушка примерно 23-25 лет, с хищным и кровожадным взглядом, она «держала» всех женщин в узде, ставила на место при любой возможности, а особо «непослушных» жестоко наказывала, некоторых из них больше никто не видел… Почему надзиратели позволяли ей такую жестокость и ничего не предпринимали - оставалось только догадываться. Возможно, так они контролировали количество заключённых в тюрьме, некоторые всё равно погибали от бесконечных избиений, последствий тех самых «бесед», на которые вызывали, словно приговорив к смерти… Вайолет была вспыльчивой натурой, но она умела оценивать риски. Как опытное хищное животное, она знала, с кем лучше не пересекаться ни в коем случае. Кроме того, её сила была в открытом противостоянии, на равных. В «Тихом омуте» не было никого, кто смог бы победить Вай в рукопашном бою, тем более за 5 лет было чему поучиться. Будучи ещё ребёнком, так легко не было, но время шло, тело окрепло, характер закалился ещё сильнее и уже казалось, что угрозы ждать неоткуда. «Ты меня игнорируешь?» злобный голос у самого уха, взгляд проницателен, поза человека, явно привыкшего доминировать во всём. «С чего бы мне? Просто не интересно» Вай привыкла отвечать дерзко, с вызовом, но сейчас она ощущала, что лучше сбавить обороты. «Не интересно, говоришь? Да кто ты здесь вообще такая?» «Вай, если так ты пытаешься узнать моё имя». «Срать я хотела на то, как тебя зовут. Я спрашиваю, кто ты такая, чтоб тебе должно было быть интересно?» Заунка поняла, что здесь замешано острое желание с кем-то подраться, нарваться на неприятности, выплеснуть свою злобу, жестокость, возможно даже пролить кровь. «У тебя месячные, что ли? Остынь, а? Я просто жру и мне вовсе неохота с кем-то чесать языками, пусть ты и ничего так». Окидывает насмешливым взглядом, продолжает жевать кусок чёрствого хлеба. «Когда будешь возвращаться к себе в камеру, лучше не оборачивайся, и не ходи окольными путями. Мало ли, что может случиться…» Вай и глазом не повела. «О, это обязательно! А что, ты уже горишь желанием встретиться со мной вновь? Быстро, но в принципе я не против, люблю постарше». Отвращение проскользнуло на лице соперницы. «Да как ты смеешь! Неужели ты думаешь, что я, да с тобой? Мерзость какая!» Всё могла стерпеть Вай, любое оскорбление, но некоторые из них были как удар ниже пояса. Из года в год она училась не принимать близко к сердцу то, что здесь говорят друг другу, но закрывая глаза, отвернувшись к стене, пытаясь согреться под грязным куском простыни, она позволяла себе немножко помечтать, предаться фантазиям о том, что однажды она будет кому-то нужна… Иногда мысли в голове становились слишком громкими, а одиночество - таким невыносимым, что она начинала плакать, обняв себя за плечи. Годы тренировок научили делать это абсолютно неслышно, рыдания вырывались из груди без единого звука, слёзы смешивались с грязью и остатками крови на лице. Вай смотрит прямо в глаза девушки напротив. Она по-своему красива, черты лица правильные, однако взгляд сверкает невыносимой злобой, это отталкивает и пугает. Она хочет крови. «Будь по твоему, кем бы ты ни была. Не стоит мне угрожать просто так, если я ещё ничего тебе не сделала. Хочешь помахаться с кем-то, померяться кулаками? Найди кого-то из своей весовой категории, не то ты сломаешься под моим натиском, куколка!» Вай уже не остановить. «По одному твоему лицу видно, что ты слабая, как ты вообще выживаешь здесь? Хватит с тебя разговоров, тошно уже! Может для тебя я и мерзкая, да только на тебя тоже никто не посмотрит, плоская как кровать в моей камере, а она вечно проваливается куда-то… Ни жопы, ни сисек, одно разочарование… Ааа, я знаю, наверное ты искусно владеешь ртом?» Заключённые, ещё до недавнего времени увлечённые своей едой, сейчас внимательно слушали перепалку девушек, а на моменте, когда Вай встала и насмешливо изобразила отсос, разразились бурными аплодисментами и засмеялись. Кто-то даже похлопал Вай по плечу. Какие же они всё-таки идиоты, эти мужики. Но наблюдать за ними занятно. Лицо девушки напротив зарделось от гнева. «Ты пожалеешь о том, что сказала. Берегись!» «Не утруждай себя угрозами, красотка! Найди уже кого-нибудь и трахни, смотреть больно на твоё неудовлетворённое лицо!» Всё, Вай, хватит с тебя, ты не забыла, кто она такая? Да, выглядит не слишком сильной, но мало ли что. Эмоции снова взяли верх, пора бы научиться прикусывать язык в нужный момент. *** Прошло ещё несколько дней, незнакомка не объявлялась, поэтому Вай уже и выкинула из головы случившееся в столовой. Раз в несколько дней девушкам и женщинам позволяли принимать душ. У них всегда было не больше 10 минут и надзиратели жёстко контролировали время, потому назвать это каким-то удовольствием было сложно. Вода редко была даже еле тёплая, чаще вообще холодная, но делать было нечего, всяко лучше, чем таскать за собой слои грязи и мучаться от полной антисанитарии. Кому-то из девушек везло, им что-то передавали снаружи, у кого-то было мыло или средства личной гигиены, возможно, даже приятное наощупь полотенце… Но их радость улетучивалась, когда появлялась она. Жестокая по отношению к своим же, заключённая 520 (её камера была недалеко от камеры Вай, тоже одиночная, для особо опасных преступников) отбирала всё, что могла отнять и никто не смел с ней поспорить. Ей всего было мало, она унижала других девушек, женщин, плевать ей было на возраст, физическую подготовку, ей просто хотелось уничтожить всех вокруг, поставить их на колени. И вот сейчас, едва появившись на пороге душевой, она уже выискивала очередную жертву, над которой можно поиздеваться и с которой заодно можно что-то поиметь. Вай не была настроена на противостояние, в дУше её интересовало только как бы побыстрее помыться и свалить, вода была на вес золота, некогда было разглагольствовать. Но внезапно она услышала чей-то плач и не смогла его проигнорировать. Выглянув из-за угла, она увидела знакомую преступницу, которая за волосы тащила пожилую женщину, вырывая из рук кусок ткани, судя по всему, просто нижнее белье. «Зачем тебе вообще трусы, а? Чего ноешь? Дай сюда!» Вай нахмурилась и сделала шаг вперед. «Ты в своём уме? Что ты делаешь? Это же просто старушка, у тебя совсем мозгов нет? Когда я говорила найти себе противника по способностям, я не совсем это имела ввиду, хотя судя по тебе, все остальные смешали бы тебя с дерьмом!» 520-ая отпускает волосы женщины и прищурившись приближается к Вай. «Без одежды ты ещё отвратительнее…» шепчет на ухо, Вай вздрагивает от неожиданности и на мгновение теряет бдительность. Спустя пару секунд острая боль пронзает тело. Нож! Откуда у неё в душевой нож? Не иначе, как связи с тюремщиками… Вонзает его в Вай, несколько раз проворачивает рукоятку по часовой стрелке. «Думаешь, я не смогла бы справиться с такой, как ты? Самое время сдохнуть, Вай. Никому не нужная сучка, сейчас ты такая жалкая… Удачи…» голос звучит издалека, Вай опускает глаза и видит, как кровь стекает по ногам. Сука, неужели всё сейчас так быстро закончится? - маячит где-то на задворках сознания. Падает на колени, заключённые в ужасе рассыпаются, интересно, кто-нибудь вообще скажет надзирателю, прежде чем она кони двинет? Образ Пау-Пау возникает перед глазами, дышать тяжело, тело парализовало. Ещё какое-то время и она теряет сознание… Следующие несколько дней прошли в агонии. Сильное, натренированное тело Вай боролось за жизнь… Её лечение в больничной палате было минимальным, а остальное - воля случая. Выживет - прекрасно. Не выживет - ещё лучше, на одно нуждающееся в еде, воде и камере тело меньше. Именно так относились к заключённым надзиратели и начальство тюрьмы… Вай привыкла ощущать себя животным. Нет, хуже животного. Отбросом… Мысль, однажды укоренившаяся в сознании ещё в детстве, сопровождала её везде. Она не рассчитывала на доброту или сочувствие со стороны кого бы то ни было, боль стала для неё обычным состоянием, все оттенки которой она с лёгкостью распознавала… Днём дралась и выживала, сталкиваясь лицом к лицу с физической, по ночам страдала от душевной. Последняя изматывала намного больше. Она была куда более сложная, невыносимая, скрыться от неё было невозможно. Она подкрадывалась даже во сне, заставляя просыпаться в холодном поту, от собственного крика на весь этаж, захлёбываться слезами. В тот раз Вай выжила… Многие удивлялись, как. «Любопытно, любопытно, Вай, мне казалось, я смогла пересчитать твои кишки, и вот ты здесь». Преступница под номером 520 презрительно усмехнулась, садясь рядом с Вай за один стол во время обеда. «Чтобы убить меня, тебе стоило отправить меня сразу в Ад и желательно дать взятку Сатане, для верности…» Вайолет шепчет на ухо и принимается за трапезу. Помои, ничего не скажешь, но существовать на что-то надо было? С тех пор убить её больше никто не пытался. Жестокие стычки продолжались в обычном порядке, «беседы», изоляция в карцере без еды и воды, всё по классике, но ничего противоестественного… *** Однажды Вай удалось выторговать боксёрскую грушу себе в камеру, в обмен на защиту одного из новеньких надзирателей от жестокости заключённых и коллег. Её дни стали куда интереснее и интенсивнее, заунка проводила за тренировками долгие часы, пока не падала практически замертво от усталости. Об этом моменте Вай рассказывала Кейт не раз, словно хвастаясь своими накаченными мышцами, но стоило только Кираманн нежно провести по ним пальцами, как уверенность куда-то улетучивалась и Вай смущалась, но как же Кейт любила эту черту девушки. Всегда сильная и дерзкая, она буквально таяла в руках Кейтлин, растворяясь в её ласке и нежности. Знаешь, Кексик, я даже мечтать не могла о том, что так будет. О том, что я не только выйду на свободу, но и найду свою любовь… И это всё благодаря тебе. Ты моё спасение. И вот сейчас Вай снова ворочалась, из её уст вырывалось что-то бессвязное, спустя какое-то время она с криком просыпается и садится на кровати. «Боже, Вай, ты в порядке?» Кейт уже тянется руками к девушке, привлекает её к себе и нежно прижимает, поглаживает по голове, целует. «Мне приснилось, как я умерла. Снова…» сдавленно шепчет, пальцы бессознательно прикасаются к шраму на животе. Кейтлин вздрагивает как от шока, страх сковывает её. «Я спасу тебя из твоих ночных кошмаров, Вай. И я так же не допущу, чтобы что-то подобное снова повторилось… Я никому не позволю сделать тебе больно!» Вай печально улыбается, уткнувшись лицом в грудь Кейтлин. Мягкая… Тёплая… Нежная… Чёрт, мы тут разговариваем о серьёзных вещах, а ещё пару минут назад ты проснулась от крика, Вай, и вот ты думаешь о сиськах?! Но они такие прекрасные… Ничего не могу с собой поделать. Начинает губами аккуратно нащупывать соски Кейтлин, как будто бы невзначай, но та возмущённо восклицает: «Вайолет!» ух как редко она её так называет, в особых случаях, когда нужно вырвать девушку с красными волосами из размышлений или отвлечь от занятий, которые в данный момент не уместны. «Да?» Глаза Кейт в мгновение ока смягчаются. «Мне ещё нужно работать, но ненадолго я бы могла прерваться…» и вот уже её горячий шёпот вскруживает голову им обеим и они растворяются в объятиях друг друга, как всегда без остатка, совершенно позабыв обо всём на свете. «Вай…» «Да?» «Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты просто умопомрачительно красива?..» Кейтлин заглядывает в серые океаны глаз любимой и смотрит просто прямо в душу. Взгляд Вай мрачнеет и она еле слышно шепчет: «Нет, Кексик. До тебя меня просто не существовало…» Этот ответ и радует, и одновременно причиняет жгучую боль. Вай… Когда-нибудь ты расскажешь обо всём, что с тобой произошло, но пока что я давить не буду. «Я люблю тебя и ты в самом деле просто сказочно красивая…» только и произносит Кейт, перед тем как подарить Вай очередной крышесносный поцелуй.