Нино

Шли дни, а Нино всё не знал её ответа. Он мучился неизвестностью каждый день, каждый час с тех пор, как неделю назад, весь раскрасневшийся как помидор, сбиваясь, пролепетал девушке заветные слова. Рой беспокойных мыслей вертелся в его уставшей голове с раннего утра до позднего вечера. "Что она ответит? Что она обо мне подумала? Может, я зря это сделал? А если она скажет "нет", сможем ли мы продолжать наши отношения как раньше?" От этой последней мысли он непременно ёжился. Все его нутро сжималось от одной только мысли, от одного только страшного предположения, что она может ответить "нет". Так что, стараясь отвлечься от ноющих в голове мыслей, он загрузил себя учёбой и домашней работой. - Бабушка, не вставай, я сам пойду в магазин! - восклицал он с заботой, любовно посматривая на сухонькую, но весёлую старушку. - Мне надо в магазин по своим делам! Или, что же, ты и трусы для меня сам купишь? - Бабушка! - покраснел Нино. - То-то же, - довольно прокряхтела старушонка, с его помощью вставая с дивана. Она знала, как легко смущается её внучек от одного только упоминания женского нижнего белья и да и вообще женского пола в целом, и потому часто поддразнивала его, простодушно наслаждаясь его стеснением и судорожными попытками перевести разговор на другую тему. - Ну, ба! - жалобно протянул он. - Ну а что в этом такого? Ты что, думаешь, женщины не носят трусы?! Ну ты же носишь! - Ба! - Я очень на это надеюсь! - озабоченно, и, как бы, не замечая его растерянности, продолжала она, надевая свою теплую кофточку, опять же, не без помощи своего любимого внука. - Я пойду с тобой! - решительно, хоть и все ещё не без смущения заключил он. - Я знаю! Как же ж ты отпустишь меня, дряхлую старушку, одну? Да к тому же, когда у тебя появилась возможность безпрепятственно пробраться в женский отдел! - Ба-а! - снова простонал Нино, всё больше заливаясь краской. На улице стояла замечательная погода! Было тепло и ясно, а лёгкий приятный ветерок предвещал наступление скорых осенних холодов. Нино с бабушкой шли под ручку, "совсем как мы с твоим дедушкой" - повторяла она. Бабуська эта очень любила прогулки, и потому, при любой появляющейся возможности, стремилась поскорее выглянуть на улицу в любую, даже самую скверную погоду. Любую, кроме жары. Вот если было то, что она ненавидела больше всего в своей жизни, то это несомненно была жара. Летом старушка становилась очень требовательной, раздражённой и беспрестанно мучала своего внука с просьбами переключить кондиционер на более низкую температуру при том, что, как знал и сам Нино, была той ещё мерзлячкой, и, исполни он её просьбу, непременно бы заболела. Но Нино всё равно любил свою бабушку, даже когда она заставляла его терять с ней всякое терпение. Он с уважением относился к старости и годам жизни, которые были позади уставших плеч несчастной женщины, и, хоть, бывало, в душе иногда и злился на её вредность, никогда не выражал её прямо и вообще всеми возможными силами старался её не обижать. По моему мнению, он, без сомнений, был самым лучшим внуком в городе. - Здоровская погода! - воскликнул он радостно в порыве чувств. - "Здоровская". В наше время мы говорили "замечательная", "прекрасная", "отличная", а "здоровская"? Это же фу, невыразительно. Да и слова-то "здоровская" нету! - прибавила она, помолчав. - Слова "нету" тоже нету! - парировал, весело смеясь, Нино. - Ты меня не учи! "Нету" - это диалект. Знаешь, как определяют нормы языка? Берут язык из столичных городов и делают его нормой для всех остальных! Потому и слова "нету" у них нету! А ведь зря! Очень напрасно! Какого замечательного, выразительного слова они лишились! - Да-а, здоровское слово, согласен, - отвечал Нино, довольно улыбаясь. Первым делом они зашли в продуктовый магазин неподалеку. Хоть бабушка и объясняла этот свой выбор разными "важными" причинами, она потянула внука туда исключительно из цели купить Нино какую-нибудь шоколадку, или булочку, чтобы он "покушал" её, пока они ходят за покупками. Нино же, хоть и знал об этих её намерениях, всё-таки останавливать не стал. Он не хотел, чтобы бабушка тратила слишком много денег на него и берёг каждую её копейку, но спорить с ней ему тоже очень не хотелось, да и это было просто невероятно утомительно. Тем более что покупка сладостей Нино стала для бабули какого-то рода ритуалом, она делала так с самого его детства и даже сейчас, несмотря на его возраст и то, что Нино уже давно стал выше её ростом и что, разумеется, маленькой булочки уже давно не хватало, чтобы утолить его голод, (который, по её мнению, всегда и непременно у него был) она все равно продолжала, что называется, "баловать" своего любимого внука. - Спасибо, бабушка! - как и в детстве поблагодарил он. Она посмотрела на него с покойной, счастливой улыбкой и двинулась дальше. Как ни стеснялся Нино, а они всё-таки пошли в магазин женского белья. Покраснев, юноша решил остаться у входа и подождать бабушку там. На этот раз она не стала спорить и неспешными шагами проследовала к полкам с одеждой. Нино места себе не находил. Он мечтал о том, чтобы всё это поскорее закончилось, и они отправились домой. Парень стоял спиной ко входу и, перетаптываясь с ноги на ногу, доедал свой, подаренный бабушкой гостинец. "Надеюсь, меня здесь никто не увидит" - повторял он мысленно, оборачиваясь по сторонам. Наконец успокоившись, он, задумчиво пережевывая "Сникерс", совсем было забыл где находится, как вдруг, вновь придя в себя, стал осматриваться в поиске бабушки. Он обернулся лицом к магазину и, найдя ее глазами, снова расслабился. Но взгляд его неожиданно уловил до боли знакомую фигуру, которую он, ну никак не хотел здесь встретить. Он поперхнулся батончиком, сразу отвернувшись и с трудом откашливаясь. Он взглянул через плечо снова, исподтишка - да, это была она! Его охватила паника. "Почему именно здесь?!" - восклицал он горестно в своей голове. - Ах, а ты не одноклассница Нино? - с простодушной радостью воскликнула бабушка на весь магазин. - Что? Девушка была в недоумении. Она впервые видела эту пожилую даму и уж точно не могла знать, чья она бабушка. Нино оцепенел. - Я бабушка Нино, а ты, стало быть, его одноклассница Юмэ́, не правда ли? Нино! Подойди сюда, тут Юмэ! - замахала она рукой. Девушка направила взгляд туда, куда неустанно указывала бабуля. Нино запаниковал. Шоколадный батончик полетел вниз, беспощадно оставляя маленький, но заметный след на белой футболке. - Чёрт! Он принялся стирать пятно, ещё больше размазывая его по ткани. - Нино! - снова позвала бабушка. - Эм, не нужно. Мы же с ним вчера виделись, - начала было Юмэ. Но бабуля настаивала. - Видеться в школе и видеться вне школы - совершенно разные вещи, девочка моя! В школе вы просто одноклассники, на улице же... - с хитрой улыбкой начала старушка, не успев, однако, закончить, ведь, почувствовав, что сейчас она скажет то, чего не стоило бы говорить, Нино бросился к ней, впервые, наверное, в жизни так беспардонно её перебивая. На что она на секунду взглянула на него с удивлением. - Нет-нет-нет-нет! - вдруг затараторил он, - Да, это я! Я - Нино. "Что я несу?!" - пронеслось у него в голове. Юмэ молчала. Она с небрежностью смотрела на жалкое поведение парня, с выражением лица уставшего от назойливых гостей хозяина. Нино же, взволнованный, совершая очередь мелких бессмысленных нервных движений, смотрел на Юмэ с совершенно потерянным видом, вроде как бы желая что-то сказать, но что именно и сам не ведая. - Вот, мы выбрались в магазин, - снова взяла инициативу бабушка, - А ты тут с мамой? - Нет, я одна. - Какая самостоятельная! Тебе не нужна помощь? Юмэ помолчала. В ответ на слова женщины, она оглянулась по магазину и вернула свой взгляд к ней. Нино покраснел ещё больше. Он с укором взглянул на бабушку, (о чем потом горько жалел) задавшую, как ему тогда показалось, такой глупый вопрос. - Нет, не нужна, - спокойно произнесла девушка. - Какая молодец! - ничуть не теряясь, похвалила старушка, - Тогда если ты закончила, вы с Нино можете погулять вместе, а я пока займусь своими делами. - Бабушка! - в панике воскликнул Нино. - Это плохая идея, - недовольно, но сдержанно ответила Юмэ. - Да! Это плохая идея! - с жаром поддержал юноша, накинувшись на бабушку как бы заодно с одноклассницей и, опять же, ведя себя так, будто бы то, что сказала первая, было просто смехотворной глупостью. Простив внука в душе за эту его суетливую выходку, она все же настояла на своём. - Ничего не знаю! А знаю только то, что в такую замечательную погоду молодые люди должны гулять! - она простодушно засмеялась, - Ну всё, давай Нино! Гуляй, пока молодой! Я сама со всем разберусь, задерживаться не буду, а потом пойду домой! Всё! Уходи! Она ушла вглубь магазина, уже не оборачиваясь и не слушая никаких уговоров Нино. Он понял, что в своем решении она тверда, и в нерешительности остановился. Сбиваясь в дыхании, всё ещё краснея, он с замиранием сердца взглянул на Юмэ. Она с прохладцей смотрела бабуле вслед. Ему стало страшно неловко от этого взгляда. Он почувствовал, как сильно они ей оба надоели и ему стало грустно. Затем она перевела взгляд на него. Он застыл, ожидая, что же она ему скажет. - Что ты тут делаешь? - с претензией спросила она. - С бабушкой, - робко ответил юноша. - Что с бабушкой? Нижнее белье выбираешь? Нино весь вспыхнул. - Что ты имеешь в виду? Не говори глупостей! - хватил он с волнением. - Это ты не говори глупостей, - раздражённо, но просто ответила она, - И не говори со мной в таком тоне, - добавила она холодно и повелительно. Нино замолчал. Он подумал, что, действительно, ему не стоило отвечать ей так нервно. Он же вообще из себя никогда не выходил, а тут вдруг вякнул. Нино и сам когда сказал, почувствовал, что это было слишком. Так что он решил, что его справедливо поставили на место. Юмэ развернулась и прошагала вперёд. Нино на секунду потерялся, что ему делать. Он обернулся в поисках бабушки и увидел её деловито обсуждающей бельё с консультантом и сразу понял, что назад пути нет. Он посмотрел обратно на Юмэ, удалявшуюся все дальше к сотне разнообразных магазинов. Вдруг, неожиданно даже для самого себя, он подумал: "А почему бы и не воспользоваться этим шансом?" и поспешил к Юмэ. Когда он её нагнал, она глянула на него с удивлением, но сразу отвернулась с недовольным видом. - У тебя футболка грязная, - холодно заключила она. - Да, я знаю, это "Сникерс", - сказал Нино, снова зачем-то начав делать ненужные бесполезные движения, как бы пытаясь сделать что-то с пятном, - У тебя есть салфетки? - снова поднял он голову на Юмэ, обрадовавшись вдруг поводу поговорить. Она закатила глаза. - Да, есть. Не теряя времени, девушка направилась к краю коридора, чтобы не мешать движению людей, и начала кисло копаться в сумке. Наконец достав салфетки, она открыла упаковку, как бы предлагая Нино достать одну самому, при этом максимально стараясь не коснуться ненароком его руки, как если бы он был каким-то заразным. Нино этого не заметил. - Спасибо, - с чувством сказал он. Она с отвращением наблюдала за его неумелыми попытками стереть пятно. Казалось, ещё чуть-чуть, и она не выдержит, досадливо выхватит у него салфетку и начнет сама беспощадно тереть шоколадный след, лишь бы не видеть, как долго и мучительно неуклюже парень возится. Но она стояла. Стояла и смотрела. Она перевела взгляд на его длинные светлые ресницы, на его русые волосы и обратно на ресницы. Юмэ с равнодушием вспомнила его нелепое признание и на лице ее выразилось насмешливое презрение. Нино почувствовал ее взгляд и быстро робко глянул на неё, беспомощно улыбаясь своей неловкости. "Прости" - подумал он, но даже сам признал, что, скажи он это ей вслух, он стал бы выглядеть уж слишком жалко. Наконец он закончил. Пятно было различимо, но почти не заметно. Разве что только если приглядеться. - Спасибо, - ещё раз сказал он, протягивая ей использованную салфетку. - Мне-то она зачем? Иди выброси. - Ой, - он стал оглядываться по сторонам и, быстро найдя урну, выбросил тряпку, так же быстро вернувшись. Нино встал прямо перед Юмэ, выше нее на полголовы. Она почему-то оценивающе поглядела на него. Не выдержав взгляда, парень снова смутился и застенчиво отвернулся. - Пошли, - вдруг произнесла она, уходя вперёд. Неожиданный прилив радостного волнения вдруг наполнил его сердце. Она позвала его? Его? Юноша почти побежал за одноклассницей, забыв все и вся в это счастливое мгновение. *** - Куда мы идём? - увлечённо проговорил Нино. - Куда-куда? Гулять. Твоя бабушка же сказала - гуляй пока молодой! - ответила Юмэ без интереса. Ответ согрел его сердце. "Неужели мы пойдем гулять?! Вдвоём?!" - восклицал он безудержно в своей голове. Они вышли из торгового центра и подошли к мелкому магазинчику с едой. Купили по хот-догу ("Я заплачу" - твёрдо заявил Нино) и присели на лавочку. Вот-вот наступало время заката. Юмэ по-свойски упала на лавочку, вытянув вперёд кеды. Нино невольно обратил внимание на ее белые стройные ноги и сразу отвернулся. Она его смятения не заметила. Он стоял перед ней в метре от скамейки и ел свой хот-дог, какое-то время смотря в сторону. - Ты живёшь с бабушкой? - лениво спросила она. - Да, - ответил он с готовностью. Парню прельстило, что одноклассница вдруг заинтересовалась его жизнью и он с вниманием слушал ее, с внутренней радостью ожидая следующего вопроса. - А где твои родители? - Оу, они живут в городе. В смысле, в столице. Я сам захотел пожить с бабушкой, чтобы она не оставалась одна, пока они путешествуют, - он не к месту замахал руками. Сейчас юноша вел себя куда спокойнее, чем при встрече, но он все ещё волновался и этого нельзя было не заметить. - Так они живут в столице или путешествуют? - допрашивала она. - Ой, да. То есть, сейчас они путешествуют, но так, они живут в столице, и я переехал от них сюда, с тех пор как умер дедушка, вот уже на второй год. - Ясно. Хреново объясняешь, - заметила она совершенно беспардонно. Его аж передёрнуло от этой фразы. Ещё долгие мгновения прошли в молчании. Закатные лучи солнца покрыли все вокруг: скамейки, траву, плитку. Слышался негромкий говор людей издалека. Юмэ уже доела свой хот-дог и теперь ковырялась языком в зубах, удаляя остатки пищи. Нино смотрел то на неё, то на людей вдалеке. Пауза становилась невыносимой и он чувствовал, как постепенно разочаровывается в своей идее поговорить с Юмэ. Тем более что, он ожидал услышать сейчас от нее её ответ. Но, казалось, она совершенно об этом забыла. Он чувствовал это, но не хотел себе верить. Однако, ощутил нужду хоть как-то напомнить ей об этом. И тут он снова начал волноваться. От одной только мысли о том, что ему сейчас "придётся ей об этом напоминать? Что?" - он был взбудоражен. - Завтра идёшь в школу? - спросила девушка. - Да, - оторвавшись от беспокойных раздумий, ответил он. - Мм, - промычала она, впрочем, снова без интереса. Вдруг она спросила: - Тебя не бесит Сагавара? - Сагавара? Какая? - сказал он, тем не менее помня, о ком идёт речь. - Какая? У нас только одна Сагавара, - едко заметила она. - А-а, да. - Тебя она не бесит? Нино отметил, как Юмэ оживилась, заговорив об однокласснице. Это было, должно быть, первое ее предложение за сегодня, которое она высказала с интересом. Он вспомнил образ темноволосой строгой девушки, пришедшей к ним в школу в этом году. Обычная. Что в ней такого? Но он знал, что Юмэ она жуть как не нравилась. Юмэ вообще мало что нравится, она почти никогда не бывает довольна, разве что, кроме как, когда они с ребятами подшучивают над Рейкой. - Она не очень, - заключил он. - Скажи? - загорелась она, - Такая беспонтовая, а строит из себя непонятно что. - Да, ничего особенного, - вдруг поддержал её Нино, сам про себя признавая, что сделал это исключительно с целью понравиться Юмэ. - Вот именно. Ходит такая вся неприступная, типа все должны лезть к ней. В начале, главное, пришла вся такая из себя добрячка и т.д., а потом стоило разок ей показать ей своё место, как тут же заткнулась, - она повторила "ей" дважды, - Ходит тут как солдат, всем своей рожей настроение портит. При этих словах Юмэ откинулась на спинку скамьи, скрестив на груди руки. Нино, почувствовав облегчение атмосферы, присел рядом. Она (к его радости) особо этого не заметила. Он посмотрел вперёд, немного помолчав и, повернулся лицом к ней. Девушка чувствовала его взгляд, но ей было настолько всё равно, что она даже не попыталась ничего ему на это сказать. А, между тем, Нино смотрел и наслаждался. "Такая красивая" - подумал он про себя. Юмэ высказала ещё пару своих мыслей по поводу злосчастной Сагавары, её самомнения и поведения в своей едкой, ненавидящей манере. Нино не мог понять, почему она так ее раздражает. - Да ей же далеко до тебя, - вдруг совсем расслабившись, сказал он. - Ну, разумеется, ей далеко, - поддержала она заключительно, повернувшись к нему лицом, чем несказанно его порадовала, - Просто ей видимо это придется ещё долго напоминать, - она снова отвернулась. Парень голодным взглядом осмотрел ее с ног до головы. Он нечасто мог сидеть с ней так близко. Да ещё и видеть ее в обычной одежде, а не форме. Хотя форма ей тоже очень шла, но сейчас у нее был совсем другой вид. Она, как будто, стала собой. Нино почувствовал, что щас самое время напомнить ей о его признании. Неизвестно, чего он ожидал, но надежда окрыляла его с привычной жестокостью. - Юмэ, - вдруг позвал он её решительно. Она удивлённо повернулась к нему. Нино опять замялся. Он не знал, с чего и начать и как вообще спросить? И что спросить? - Эмм... - Не мямли, говори, - сухо потребовала она. Нино поспешил, испугавшись внезапного требования ответа. - Что ты ответишь мне... на моё признание?.. Его взгляд устремился на неё. Он буквально впился в нее глазами, ожидая своего приговора. Юмэ с недоумением приподняла брови. - В смысле? - убила она его. Этот вопрос заново заставил рассыпаться в прах всю его решимость. Но отступать было поздно, и он собрал снова всю свою волю в кулак. - Моё признание... Что ты ответишь?.. - спросил он снова, более жалобно, чем ему хотелось. Она все ещё насмешливо приподнимала брови. Её взгляд был красноречивее слов. Нино тут же пожалел о том, что вообще начал все это, ведь было очевидно, что она скажет. Его сердце с болью упало, наполнилось досадой и негодованием. - ...Ты серьезно? Так ты ждал моего ответа? Его недельное ожидание вдруг показалось ему такой страшной глупостью, что ему стало стыдно признаваться в нём. Он тупо ответил: - Нет. - Но ты ждал. Ты ждал, не ври, - надавила она все с тем же насмешливым возмущением. Нино промолчал. - Я даже отвечать на это не стану, Нино, - сказала Юмэ, вновь отвернувшись, таким тоном, будто только что услышала просто неслыханную ерунду (какой её и считала), и Нино должен бы ее понять в её возмущении. Но вдруг это сильно его задело и он воскликнул: - Ну почему? - Что значит "почему"?! - налетела она, - Ты что, хотел, чтобы мы начали встречаться?! Чтобы я сказала: "Да, я тоже люблю тебя, Нино!" - и мы бы, счастливые, радостно умчались в закат?! - вскрикнула она с упрёком. Парень горестно опустил голову. - Ты издеваешься?! Юмэ помолчала и вдруг рассмеялась. - Меня просто удивляет, что ты вообще о чем-то там думал, на что-то надеялся! Ты что, больной?! Нино молчал, грустно понурив голову. Она была беспощадна. Она всегда была, и он знал это. Он знал, что если она отошьёт его, то только так. - Господи. Ещё и фотку мою небось своей бабушке показал. Наверное, уже в голове нас и поженил, - претензионно сказала она. Нино вспыхнул. Это было правдой. Бабушка редко видела его одноклассников, а даже если видела, то непременно всех забывала. Как иначе она могла узнать её? Он действительно как-то раз показал ей, с любовной гордостью, фотографию Юмэ, чтобы поделиться своей сердечной тайной. Юмэ помолчала, все ещё пребывая в страшном возмущении и, раз на него взглянув, поднялась с сиденья. - Я пошла. - Стой, куда ты? - тупо спросил Нино. - Домой, умник! - крикнула она и быстро ушла. Уже темнело и Нино думал предложить проводить её, но знал, что это вызовет у нее ещё один шквал возмущения и упрёков. Так что он всё оставил как есть.