Безымянный

*** Сколько бы Безымянный не хотел спать, времени у него на это явно не было. Когда-то давно он мечтал жить в скорости, он хотел просыпаться за пару минут до занятий или работы и, быстро схватив на скорую руку сделанный бутерброд, скорее бежать пешком, ведь нужный автобус уехал у него прямо перед носом. Но что-то пошло не так, и сейчас он мечтает лишь выспаться, ведь на носу экзамен к которому Неименнованный явно не готовился. Время было около шести утра. Молодой парень проснулся много раньше, просто валялся в обнимку с подушкой около часа. Еле пересилив свою лень Без имени наконец встал, есть всё равно не хотелось, поэтому, он просто решил повторить чёртову домашку. Прогуливать смысла не было, ведь ему нужна оценка автоматом. Без экзамена. Экзамен это трудно. Экзамен надо списать. А это долго и муторно. Но вот препод по. Какому то непонятному предмету у которого никто не знает названия (как и у нашего персонажа, он сам не знает своего имени, но не суть) был очень строг, сколько бы ученик не отвечал, сколько бы он не прогуливал — автоматы он не ставит, а у Безымянного были проблемы, какая неожиданность, именно с этим предметом, да, вы угадали. Жил парень в небольшой съёмной комнате у какой-то странной бабушки. Как-то ночью парень проснулся от бормотание. Звучало буд-то человек с хриплым грубым и очень даже неприятным голосом читал молитву. Конечно он не подумал на бабульку, ведь у неё очень нежный и опрятный голосок, что впускал в организм ромашки и тюльпанчики, как тут подумать на такого Божьего одуванчика? Так, слишком много цветов, ну да ладно. Тут у нас милота, нежности лютики цветочки, флафф и романтика. Ага, конечно, надейтесь. С мыслями о том, что у Безымянного вернулись галлюцинации, тот попытался отвлечься от странных звуков на телефон или вовсе уснуть, но почувствовав запах гари его нахватила паника. Даже если ему это кажется, парень хочет убедиться что всё нормально и беспокоиться не стоит, максимально тихо обошёл всю небольшую квартиру: маленькую уютную кухню со столом, что будто остался тут со времён СССРа, плитой и холодильником годов так с 90-х, кухонными тумбами и прочей утварью; небольшой гостинной где стоял запылившийся телевизор на котором красиво лежала ажурная накладка с какими-то цветочками, беленькая псевдо скатерть и стеклянная прозрачно-белая ваза в которой стояли искусственные лилии. Так же шкаф с красивым сервизом который явно шёл в комплекте с той вазой. Не менее пыльные чем телевизор и сервиз фотографии в рамках, но одна рамка пустовала. Она была почти без пыли, со следами пальцев. Будто фотографию кто-то достал. Обойдя всю квартиру Без имени почти успокоился, в комнату бабушки он решил не заходить дабы не мешать спать, но ему явно казалось что звуки оттуда. Решив всё же заглянуть в комнату одним глазком парень приоткрыл дверь в спальню. Он увидел как всё та милая бабушка, что несла в мир цветочки-лютики и бабочек сидела над свечой подпаливая фотографию, черт лица не было видно в темноте, но было явно понятно что это девушка. Кажется, это была та самая фотография из шкафа, по крайней мере по формату она подходила, да и следы от пальцев явно недавние.

»… Смерть… Покойника

Неизвестного, колом осиновым.

… Горе-беду на Рабыню

Божью. Здесь кто-то есть

Ритуал прекращён

Ритуал прекращён

… Ритуал прекращён»

—вот что он услышал до момента как бабка резко повернулась к двери с пугающим и твердым, будто нечистым взглядом, но в этот момент Безымянный закрыл дверь и быстро уйдя в свою комнатушку запер дверь на ключ. Парень облокотился о дверь лбом и прислонил руки. Он был в панике. Он не понимал что должен чувствовать. Он не понимал зачем он туда пошёл. Всю оставшуюся ночь было тихо. Комната Неименованного была оформлена в довольно спартанском стиле. Односпальная маленькая кровать с подушкой, что оставила хозяйка и, видимо, та, которую парень принёс сам, она была объëмной, но твердоватой, при этом с приятной на ощупь наволочкой сверху, её Без имени использовал для объятий, ласканий и прочих мелочей хотя, замечу, парень не особо любил объятия и прикосновения в жизни. О первой подушке говорить почти бессмысленно, она была не очень приятной, плоской и твёрдой, на ней было не особо комфортно, но бля Безымянного человека было абсолютно нормально. Он сам мне так сказал. Он сам так себя назвал, «человеком Без имени». Недалеко стоял деревянный письменный стол (по твёрдости как подушка оставленная бабулей) с наушники Безымянного и его телефон на зарядке (под столом была розетка и от неё исходил удлинитель с четырьмя разъёмами, что купил парень и теперь он стоит на столе), стакан воды, куча таблеток, тетрадь, ну и ещё разные мелочи по типу ручки, жевачки и так далее. Возле стола стоял не менее деревянный стул, а так же небольшой комод которого хватало на весь небольшой ассортимент его одежды, впрочем, большая часть всегда валялась на стуле, кровати или иногда даже на полу. Он живёт в этой комнате уже месяца так полтора, но всё ещё просыпается с непониманием где он находится, правда ли это он и что вообще происходит, и всё с этим же чувством валяется ещё час-два в размышлениях нежно поглаживая и обнимая подушку. Эта подушка ближе друзей, ближе той кучи девушек, что были у Безымянного, эта подушка была приятнее моментов, когда мать немного успокаивалась, покупала маленькому Неименновоному сладости, нежно обнимала или же спокойно, без криков и вырывания листов помогала ему с домашним заданием… Ах, как приятны были эти моменты. Но чертовски редки. Как бы он хотел вернуться в течение моменты, вновь ощутить ту нежность, ту атмосферу спокойствия и вновь почувствовать себя маленьким ребёнком. Навечно. Навечно остаться в тех моментах когда родители любили друг друга, навеки остаться в приятных фантазиях нежности и любви, спокойствия. Вновь ощутить ту радость и тот прилив жизни, что испытывал очень редко и в итоге, совсем перестал их испытывать, а позже даже понимать что есть "счастье", что есть "любовь", а что, как ему твердило общество полностью наоборот — "злоба". Но сейчас ему явно не до этого, сессия «любимого» Препода сама себя не сдаст, а жаль. Время летит чертовски быстро, на подработке опять зажали денег.. Зачем он вообще продолжает там работать? Стипендии его лишил ещё один "любимый" препод которого Безымянный даже не знал и никогда в лицо не видел, хотя редко прогуливал пары, что настучал о Без имени с сигаретой. И что, что он был вне универа? И что, что он был в положеном месте? И что, что он уже совершеннолетний? Всем глубоко плевать и парень остался почти без денег, вдобавок завтра сессия по предмету, которого Неимëнный, как я уже упоминал, даже названия не знает. Я уже молчу об имени препода и, уж тем более материала. На учёбе всё было как обычно: Безымянный лениво общался с парочкой своих "друзей" что общались с ним скорее ради статуса, внимания и притягивания девушек с кем можно построить поддельные отношения ради все того же авторитета, и пусть для многих это противно, но и девушки не оставались в безудачном положении. Те, кого выбирали "друзья" Неименнованного не обязательно были популярны, но приносили выгоду одним лишь существованием. Одни были богатенькие, у других было много связей или нет, они сами были владеющие чем либо, что могло как либо помочь в жизни. А девушкам и лучше, у них вроде как есть пара, значит докапываться никто не будет, при этом у них значительно повышается репутация и уважение, а свидание можно иногда потерпеть даже с самым противным человеком в мире, что везде жрёт свои сопли, чешет яйца и почти не моется я уж молчу о чистке зубов. На самом деле и те "друзья" еле смогли попасть на ту, так сказать, должность. Им самим было иногда страшно общатся, гулять и проводить время с Безымянным, они как никто другой понимали что парень может дать пизды за любую оплошность: что-то не то сказал,кого-то не того оскорбил, где-то оставил, пусть и небольшую, но улийку если они хулиганили. А дать пизды в понятии Неименнованного слово чёткое. Не как у многих это означает "дружески ударить человека" например за какую-то от любого другого человека неприятного, но от этого знакомого "дружескую" подколку или шутку ( что-то по типу "ты лох" "лошара", но тут думаю пояснять не стоит) или же всё так же несильно ударить за неудавшуюся шутку или за опозоренность или же что-то подобное, нет, он мог даже убить за что то, но ему противостояла лень. Если убивать- то хорошо. Без следов. Единственные моменты когда он мог убить лишь если ему очень надо или если он сойдет с ума полностью и пойдет на адреналине на скорости убьет нужного человека и почти со спокойной душой и радостью мести пойдет дальше. Ну как пойдёт.. Ему даже это скорее всего сойдет с рук так как он подыщет идеальное место, купит или сам сделает себе ахуенно сильное алиби и сразу же всё уберёт, в том числе минимальные улики и на него даже подозрений не будет. Внешне по нему даже не скажешь что парню было жутко некомфортно с этих комплиментов, обьятий и "совершенно случайных" прикосновений, конечно, выглядел он харизматично, притягивающее, комфортно. Он мог поддержать совершенно любой, даже самый занудный разговор. Лучший собеседник, что разбирается совершенно во всём. Безымянный вообще не понимал что происходит. Почему с ним так хорошо обращаются, почему его так любят люди и животные. В душе Неименованный до смерти боялся людей, да и в принципе общество. Особенно тех, кто открыто делился своими переживаниями, своим мнением, секретами. Он не понимал, как можно, вот так просто, какому то человеку, который почти ничего не говорит о себе рассказывать всё что ты чувствуешь? Как вообще можно четко осознавать что ты чувствуешь? Сколько парень себя помнит, особо он не понимал кто он и почти ничего не чувствовал. Максимум это странная боль, но и она была сильно подавлена, что Безымянный мог спокойно клоуничать на людях. Сочинения со смешным сюжетом по литературе, которые учителя читали после уроков перед всем классом дабы опозорить странного ученика который пишет о чем то смехотворном, но классу было только смешно и авторитет Без Имени только поднимался, рисунки с интересными, тоже смешными сюжетами по изо - вот что преследовало его всю школьную жизнь. Но медуниверу надо было явно не это. Нахуя он туда вообще поступил? Не удивительно, он сам не знает. Его даже не заставили родители, как многих там.