Чарующая любовь

      Утро началось с телефонного звонка от босса.   — Дживон, будь в отеле «Хансон» к девяти. Там Чжи Чанук, — коротко распорядился он и повесил трубку, даже не дав мне вставить слово.   Чудесно. Значит, никакого кофе в тишине — сразу в гущу событий.   Отель «Хансон» был именно тем местом, где всё блестело и пахло слишком дорого. На входе меня встретил его менеджер, деловито проверил бейдж и проводил к лифту.   — Сегодня у него фотосессия и интервью. Потом — ужин с продюсером. Ваша задача — держать его под присмотром и не мешать, — он сказал это так, словно я собиралась устроить драку посреди зала.   Мы поднялись на верхний этаж. Дверь номера открылась, и он стоял там — в белой рубашке, с расстёгнутым воротом и лениво небрежным видом.   — Доброе утро, телохранитель, — протянул он, слегка склонив голову. — Вы всегда приходите так рано?   — Это вы рано проснулись, — отрезала я.   Он усмехнулся.   — Знаете, вы напоминаете мне одного человека… — он на секунду замолчал, словно подбирая слова. — Кажется, мы встречались раньше.   Я напряглась.   — Сомневаюсь.   — И всё же, — он чуть прищурился, — в глазах у вас… что-то такое.   В его голосе было слишком много намёков, чтобы списать это на случайность.

***

Позже, на фотосессии

  Чанук привычно позировал перед камерой, менял выражения лица, будто это у него встроенный механизм. В какой-то момент он встал в профиль, и свет упал так, что я едва не перестала дышать.   Тот же взгляд… те же губы… которые я видела в своих снах у императора.   — Всё в порядке? — тихо спросил он, поймав мой взгляд.   — Следите за своей работой, — ответила я, хотя на самом деле говорила это себе.

***

Вечер. Ужин с продюсером

  В ресторане было шумно, но мы сидели в отдельном кабинете. Я стояла чуть позади его кресла, сканируя помещение.   — Дживон, — он вдруг обернулся ко мне, пока продюсер ушёл позвонить. — Если я попрошу вас довериться мне, вы сможете?   — С чего вы взяли, что это потребуется?   Он наклонился чуть ближе.   — Потому что однажды… вы уже сделали это. И тогда мы оба остались живы.   Я похолодела. Эти слова были почти дословно теми, что он говорил мне во сне, перед прыжком с обрыва.   — Вы что-то путаете, — ответила я ровным тоном, хотя внутри всё дрожало.   Он просто улыбнулся. И в этой улыбке было слишком много того, что я боялась признать.