Traditions

Он пытался сдержать спазм в глазах, пока слушал, как его невеста рассказывает о своих желаниях. У неё есть маленький список дел, а там множество пунктов, которые ей хотелось, чтобы Неджи выполнил, и он не первый раз уже слышал о них, но считал всё шуткой. По мере того, как приближалась дата, как шли месяцы, он начал подозревать, что то была не просто забава. И теперь, придерживая маленькую тарелочку с двенадцатью виноградинами, парень понял, что все те разы, когда Тентен упоминала об этом, она была совершенно серьёзна. — И я загадываю желание?.. — он тщательно пытался скрыть нотки сарказма в голосе. — Верно. — С каждой виноградинкой? — повторил он. — Да, всего двенадцать желаний, — ответила брюнетка с искренней улыбкой на лице, раскладывая виноград на своей тарелке. — Значит, — он начал снова, — я загадываю желание, пока ем первую виноградину, — Тентен кивнула, — а затем уже другое, как только начинаю есть следующую. — Не-ет, не-ет, — сразу же возразила она, энергично качая головой, — ты должен съесть их все сразу. — Все сразу? — снова кивок. — Двенадцать виноградин, — повторил он, — я должен съесть всё это разом? — Пока загадываешь двенадцать желаний до того, как прекратят стрелять салюты, — это был факт, а у парня уже начал, походу, дёргаться глаз. — Тентен, я не смогу засунуть в рот сразу двенадцать виноградин. — Конечно сможешь, это легко. — Тен… — Мои сиськи больше двенадцати виноградин, — перебила она его, — а ты что-то ни разу не жаловался, — он сразу покраснел и решил прокашляться, чтобы прочистить горло. — Это не одно и то же, — ведь для него то действие было удовольствием, — и если ты поставишь меня перед выбором, то я лучше выберу это, чем виноградины. — Не будь таким индивидуалистом, Неджи, традиция гласит, что ты обязан съесть двенадцать виноградинок, пока загадываешь двенадцать желаний ровно в полночь, — он хотел было открыть рот, чтобы возразить, но Тентен его перебила последующими словами, — быть может, тебе стоит потратить одно из этих желаний на воплощение твоих ночных мечт, которые вечно обрываются моим сном. Ну всё, битва проиграна. Как можно было опровергнуть подобный аргумент? Тем более, очевидно, что для Тентен эти фрукты имели какое-то особое значение. Первая совместная новогодняя ночь, не только в качестве парня с девушкой, но и в качестве мужа с женой; она была женщиной, с которой Неджи собирался провести остаток своих дней, так что если любимая попросила съесть несколько виноградин, он сделает это даже с риском подавиться до смерти. — Ну же, почти полночь! — придерживая тарелку в одной руке, Тентен схватилась за парня второй, и они вышли на маленький балкончик их квартиры. Несмотря на зиму, ночь была ясной, на улице и на других балконах можно было увидеть нескольких человек, которые, как и они, ждали наступления полуночи, чтобы отпраздновать начинающийся новый год. С одной стороны, для Неджи эта дата не сильно отличалась от любой другой, и в клане Хьюга никогда не придавали ей значения; обычный день, первое число следующего месяца, да, календарь сменился на другой, ну и ладно. Всего лишь другое число. Во всяком случае, даты важны для приглашений, которые нужно было отправлять для разных мероприятий, или для того, чтобы знать, когда всё же начнётся долгожданная весна. А с другой стороны была Тентен, его невестка, у которой, по-видимому, было несколько традиций или же примет, которым обязательно нужно было следовать, и, поскольку они впервые разделяли дату на двоих, он решил согласиться со всем, что ему было предначертано, оставив в стороне тот факт непонимания, почему в карманах валялись горсти бобов и почему нужно было составлять список задач на следующий год вместе. Вдалеке послышался обратный отсчёт, крик: «Один!». Затем возникло множество возгласов: «С Новым годом!», и именно в тот момент небо начало заполняться яркими, словно искры, фейерверками. — С новым годом! — сказала Тентен рядом с парнем, прежде чем потянуться, чтобы поцеловать его. — С новым годом, — повторил он, как только их губы перестали друг друга касаться. — Быстро! Виноград! — указала девушка с улыбкой, начиная есть свой и не давая ему уточнить, что он был безумно счастлив встретить с ней начало нового года, зная, что старый они провели вместе. Краем глаза Неджи заметил Тентен, которая, казалось, витая где-то в задумчивых облаках, одну за другой клала виноградины в рот, так что настала его очередь. Двенадцать виноградин, двенадцать желаний; он даже не подумал о том, что мог бы попросить. Парень никогда не верил в магию, карму, судьбу, загадывание каких-то желаний, молитвы несуществующим божествам — это казалось совершенно абсурдным, а теперь ему вдруг предстояло выдумать дюжину желаний. Он попытался сосредоточиться на двенадцати вещах, которые хотел бы получить на новый год. Так, их свадьба — первое желание; она должна пройти по плану и без каких-либо происшествий. Что ж, начало положено. Не помереть раньше свадьбы на миссии? Почему бы и нет? Вот и настал черёд второй виноградинки. На самом деле, не помереть бы ни на одной из этих миссий, и с этой мыслью пошла третья. Тентен тоже не должна умереть, это важно, вот и четвёртое. Он тяжело вздохнул: у него осталось ещё восемь виноградинок и столько же желаний. Не помешало бы, чтобы брак был хорошим, но одна виноградинка вряд ли сумеет исправить положение или же взять всю ответственность на себя за их благополучие. Ладно-ладно, с четырьмя штучками во рту уже и нет никакой проблемы. Так что это пятая. Здоровье дяди и двоюродных братьев и сестёр? Хорошо, вот вам шестая, седьмая и восьмая. Во рту не так уж много места осталось, но парочка ещё влезет. Придётся подумать, что же ещё он хотел? Ребёнок? Нет, если бы у них был выбор, они предпочли бы наслаждаться браком в блаженном одиночестве несколько лет, прежде чем подумать о расширении семьи. Новый дом? А вот это факт, они в нём нуждались, им всего лишь нужно было сделать выбор, но из-за отсутствия вариантов девятая виноградинка направилась в рот с мыслью поскорее уже определиться. Тентен больше не заставит его проходить через эту чушь с желаниями — хорошее желание. Оно же и десятое. Время почти кончилось. Тентен на секундочку забежала в квартиру, а затем вернулась на балкон с какой-то ужасной куклой, похожей на металлическую формочку; внутри неё лежал список, который они составляли вместе, и ещё несколько разных вещиц, и Неджи, честно говоря, не хотел знать, что это были за вещицы. Он видел, как девушка облила её спиртом и подожгла, а потом заметил, как перерывы между взрывами фейерверков стали увеличиваться. Ему нужно было поторопиться. Осталась всего лишь парочка виноградин, а он не мог уже ни о чём думать. Попросить мира в деревне? Конечно! С усилием ему удалось засунуть виноградину под номером одиннадцать в рот. Не хватало лишь одной, последнего желаньица, чтобы покончить с этой традицией, которую, как он надеялся, ему больше никогда не придётся соблюдать. Ещё одна хотелка, всего лишь одно желание. Последнее. Как бы Неджи ни старался, он не мог придумать последнее желание, а ещё закралось сомнение, что виноградина в принципе не влезет ему в рот. Мысль об этом неудобстве заставила вспомнить слова Тентен о том, что действительно способно с лёгкостью поместиться у него во рту, вещица, что была побольше всех виноградин на блюдце. Что ж, брюнетка точно сказала, что он может использовать для этой хотелки одну штучку, ведь она ему позволит. Так что это стало последним, двенадцатым желанием. С трудом парень начал жевать, стараясь не чувствовать себя нелепо, так как изо всех сил старался, чтобы ничего не вылетело у него изо рта, и морщил нос, потому что виноград был немного кисловатым. Он мог видеть искреннюю улыбку Тентен, которая, скорее всего, была вызвана тем, что девушка успела загадать запланированные ранее двенадцать желаний. — Я сейчас вернусь, — сказала она, прежде чем он обнял её, потому что стало холодно. Девушка мягко вывернулась из его объятий. Это действие показалось Неджи странным, но он промолчал, продолжая стоять ещё несколько секунд на маленьком балконе, прежде чем решиться войти внутрь. Шоу фейерверков уже заканчивалось, а небольшой пожар, устроенный его невестой, уже был потушен. Он оглядел квартиру и не заметил нигде Тентен, подумал, что она, быть может, в спальне, поэтому направился в ванную с твёрдым намерением не только сходить в туалет, но и раздеться перед сном. Парень не любил засиживаться допоздна или что-то в этом роде, и ему хотелось отдохнуть. Находясь в ванной, он услышал, как открылась входная дверь, и почувствовал некоторое любопытство наряду с нетерпением — посетитель в такой час? Неподходящие часы ни для приёма, ни для посетителей. Он не чувствовал никакого присутствия, кроме самой брюнетки, но всё равно решил не раздеваться, пока не останется с невестой наедине. Выходя, Неджи сразу же огляделся, но увидел лишь несколько взволнованную Тентен у двери, которая только что стянула с пяток обувь. — Ты выходила? — брюнетка кивнула, потирая ладошки, потому что на ней не было перчаток. — Что-то случилось? — Нет, всего лишь очередная традиция, — она ответила с улыбкой, и он приподнял бровь, не понимая, хочет ли знать, о чём идёт речь. В конце концов, если сама идея включала в себя выход в полночь на улицу зимой, то она, вероятно, была не очень хороша. — Ты не пропустила никаких… традиций? — спросил Неджи, старательно избегая слова «чушь». Тентен покачала головой. — Пойдём в кровать? Его невеста ответила искренней улыбкой, подходя к парню, чтобы поцеловать, запрокинув кисти рук ему на шею. Когда он раздевал девушку, от его внимания не ускользнуло, что на ней был комплект красного нижнего белья, в котором он раньше её не видел. Неджи признался себе, что алый цвет был ей к лицу, за секунду. У неё, несомненно, должно быть больше нижнего белья подобных оттенков красного (не то чтобы это имело большое значение относительно его планов об окончании вечера). И он определённо не собирался говорить вслух, что желание его двенадцатой виноградины вот-вот исполнится.

•──•─•──•✦•──•─•──•

Неджи, рассматривая пухлые щёки Тентен, тяжело вздохнул; они были в супермаркете, покупали продукты для рождественского ужина, и когда проходили мимо зоны фруктов, его жена, радостно указав на виноград пальчиком, сказала, что они могут сразу же его купить. Он не мог не нахмуриться, потому что не был намерен повторять прошлогоднюю глупость, которая не осталось незамеченной ею. — Это традиция, — произнесла она, надув губы. — Тентен… — Я всегда её соблюдаю, в этом году уже одиннадцать моих желаний сбылось. — До конца года две недели осталось, жалко будет, если что-то из списка останется невыполненным, — прокомментировал он, не желая объяснять ей причину, по которой виноград имел к этому какое-то отношение. — Последнее всё ещё может сбыться, — ответила она ему, скрестив руки на груди, оставив их обоих в тишине. Неджи мысленно искал способ не ссориться в тот момент, не только потому, что это была бы их первая ссора в качестве мужа и жены, но и потому, что они всё ещё стояли посреди супермаркета, а он не планировал устраивать сцену. — Тентен, у винограда нет… — Это моя традиция, — она повысила голос. — Отлично, берём виноград, — сдался он, потому что определённо не собирался спорить на публике, и девушка принесла огромную гроздь, в которой явно было больше двадцати четырёх виноградин. — Что скажешь на то, чтобы добавить яблоко в салат…? — он повернулся к фруктам, а там с прилавков на него смотрели лишь зелёные яблоки, но уж точно не жена. — Тентен? — У нас закончилась чечевица, — сказала она, возвращаясь с мешком бобовых, и он почувствовал, как его передёрнуло в канун Нового года. Год этого уже не чувствовал. — Ты снова мне её в карманы запихаешь? — Могу запихать фасоль, если хочешь. — Я бы предпочёл, чтобы мы их приготовили на ужин, а не держали сырыми в карманах, я две недели потратил на поиск чечевицы в своей одежде, — да, казалось, что надутые губы Тентен возвращаются, — кроме неё нам нужно купить что-нибудь ещё для ваших традиций? — он старательно не хотел подчёркивать слово «ваших». — Нет, остальное я уже купила. Неджи кивнул, и они продолжили поиски того, что собирались приготовить на рождественский ужин и планировали увидеть на столе в канун Нового года. Ему нравилась идея, что они снова проведут этот день вместе, будут также носиться по квартире, хихикать и вместе готовить, подыскивая на столе то, что понравится им обоим. Он мысленно улыбнулся тому факту, что у него до сих пор не было жалоб на свою супружескую жизнь, не желая при этом думать, что в его случае также лишь одиннадцать из двенадцати желаний были исполнены. Времечко ещё осталось, он ещё может заставить Тентен не повторять весь этот ужас с виноградом, и тогда все его желания сбудутся. Все двенадцать. Их свадьба состоялась в июне, и всего через пару недель после церемонии они получили прекрасный дом, в котором было столько комнат, сколько им было нужно для себя, включая будущую детскую, которую они ещё не планировали заполнять. Двор был прекрасен, потому что в нём было тихо, и это делало его отличным местом для медитации; весь их дом, как правило, был ярко освещён, а также поддерживал идеальную температуру независимо от времени года. Ну, лето было тихим, и до сих пор эта зима не казалась ему такой холодной. Здоровье двоюродных братьев, сестёр и дяди было в порядке, в деревне царил мир, они до сих пор не умерли, о чём он там ещё мечтал? Двенадцатый виноград был первым, что он выполнил, и всё ещё выполнял. Канун Рождества — тихое время, если не считать того, что ночью не ложишься спать до полуночи и обмениваешься подарками (и ведь засиживаться допоздна пару ночей в году того определённо стоит). Теперь приближался канун Нового года, а с ними и традиции, которые были у Тентен именно на эту конкретную дату. С тех пор, как они стали товарищами по команде, он узнал, что брюнетка была суеверной женщиной, начиная с того факта, что ей нравилось гадать, но тогда парень не обращал на это особого внимания. Когда они стали встречаться, он понял, что Тентен была одной из тех девушек, которым нравится отмечать месячные годовщины, любые повторяющиеся в отношениях мелочи по типу первого поцелуя, первого секса. В день их свадьбы он узнал от своей двоюродной сестры, что Тентен попросила выполнить определённые ритуалы, попросив своих друзей в тот день найти для неё что-нибудь синее, чтобы надеть в соответствии с этой традицией, о которой он не спрашивал. Не спрашивать — вот отличная стратегия. Когда они стали жить вместе, он распознал ещё одну примету (новую или старую, так и не ясно). Девушка рассказала ему, как занималась подобным ещё в детстве, будучи маленькой девочкой, и Неджи так и не понял, в какой момент это проявилось, поскольку ни разу не замечал за ней подобного, пока они встречались и иногда ночевали вместе; и только после того, как они поженились и стали ежедневно спать вместе, он заметил: Тентен переворачивала подушку, если ей снился кошмар, способный вытащить изо сна. Всякий раз она проделывала это, приговаривая, что таким образом можно избавиться от дурных мыслей, преследующих в ночи, чтобы возобновить сны и снова улечься. Неджи услышал об этом впервые, когда её ворочание его разбудило, и игриво рассмеялся, но девушка, как оказалось, не шутила. Его женушка и правда проделывала что-то подобное каждый раз, когда ей снился кошмар, из-за которого она тревожилась. Он посчитал ворочание по подушке несколько нелепым и детским поступком, но мало на что влияющим (тем более на него), а оттого решил никак сие действие не комментировать. Помимо этого, он понял, что в клане Хьюга, насколько бы традиционной не считали их семью, не было каких-то обычаев, похожих на то, что было у Тентен. Реальность была такова: традиции Неджи и его родственников сводились ко дням медитации, чайным церемониям или чему-то подобному, не было ни рождественских украшений, ни совместных ночных посиделок. Рано засыпать и просыпаться с первыми лучами солнца — вот единственный обычай клана Хьюга. Он проснулся тридцать первого числа первым, но всё же не с первыми лучами солнца, и на то были две простые причины: во-первых, Неджи мог не торопиться ложиться спать, если на следующий день ему не нужно было отправляться на миссию (чем он, собственно, и занимался); кто не воспользуется преимуществами счастливой супружеской жизни? Во-вторых, и эта причина была схожа с первой, счастливая супружеская жизнь обременяла на крепкий сон. Неджи нравилось валяться в постели подольше, если рядом с ним спала Тентен. Его жена сказала ему, что мясо на ужин нужно замариновать в течение нескольких часов, поэтому он встал, чтобы пойти на кухню и приступить к приготовлению блюда по рецепту, позже Неджи натянул на плечи пальто, чтобы выйти и немного помедитировать. Последний день года. Да, раньше он не придавал значения этой дате, но ему было приятно думать о том, что он собирался начать новый год вместе со своей женой. Словно бальзам на душу. Парень точно не знал, сколько времени прошло, но, войдя, услышал, как громко открывались и закрывались поочередно ящички комода, затем уловил ругательства, что вырывались с уст брюнетки потоком. — В чём дело? — спросил он, врываясь в комнату. — Не могу найти бельё на сегодня, — он поднял бровь в удивлении — с какого же дня? — Почему бы тебе не надеть что-нибудь другое? — он приподнял, подцепив пальцем, один из её лифчиков, — мне нравится вот этот малиновый комплект. — Нет, сегодня он должен быть красным, — что? — я уже купила его, точно помню, как положила в выдвижной ящик. — Давно купила? — Пару недель назад, я принесла его в сумке, и я знаю, что прикупила его специально для этого дня. — До того, как мы делали генеральную уборку во всем доме? — она кивнула. — Ты не могла его выкинуть по ошибке? — Конечно нет! Я оставила его, знаю, что оставила, — он наблюдал за тем, как девушка вернулась к нескольким ящикам, продолжая бормотать себе под нос разные слова. — Что будет, если наденешь другое? — Ни за что! — в одну секунду Тентен исчезла, а затем появилась вновь в верхней одежде. — Я успею купить ещё одно. — Ты серьёзно? — недоверчиво спросил он. — Ты думаешь, я шучу? — он не ответил. — Я ненадолго. И, не сказав больше ни слова, его жена ушла. Он продолжал стоять, словно вкопанный, на том же месте, анализируя: если это был настоящий разговор, то что за бельё? Что за определённый цвет? Она это серьёзно? В памяти всплыло прошлогоднее воспоминание, где Неджи стягивал с угловатых плеч Тентен алого цвета бельё в новогоднюю ночь. Прикусил губу из-за чересчур ярких образов, и, взяв себя в руки, пошёл в душ, чтобы привести себя в порядок. Тентен вернулась через несколько часов, с сияющей улыбкой показывая ему купленный ею сексуальный комплект алого нижнего белья. Неджи будет соблюдать традицию, да, он будет соблюдать традицию и наслаждаться, наблюдая, как его любимая наденет кружевные трусики (а ещё лучше — снимет). Они вместе готовили, перед ужином Тентен протянула ему лист бумаги и попросила составить список вещей, которые он хотел бы оставить после себя в этом году, а также вместе решить, какие желания у них будут на новый год. Помимо мысли о том, что его жена снова собирается поджечь бумажки, ему нравилось, как они планируют всё вместе в качестве мужа и жены. Около восьми часов вечера они сели ужинать. Тентен упорхнула, словно бабочка, в кабинет одна, чтобы каждый из них составил свой личный список вещей. Некоторое время Неджи видел перед собой лишь чистый лист бумаги. Ему вспомнились слова девушки о том, что никто его не прочтёт, и стоило подумать об этом, как ему пришла в голову идея ничего не записывать. Он аккуратно сложил пустой листочек бумаги и протянул его вернувшейся в гостиную брюнетке, которая тут же широко улыбнулась, когда его получила, и сложила все вместе в металлическую коробочку, в которой лежали вещицы с прошлого года, а теперь и бумажки вместе с ними. Они немного посидели, обнимаясь на диване, пока часы бежали — два за один. Когда перевалило за одиннадцать, Тентен встала и почти сразу же вернулась с пакетом чечевицы в руках, открыла его, достала горсть и протянула парню. — Тентен… — Ну же, засунь в карманы. — Нет, — ответил он, и сами слова уже были своего рода храбрым поступком. Неджи заметил, как она хмурилась с каждым словом. — Я больше не буду вытаскивать чечевицу из всей своей одежды. — Это традиция, — настаивала она. — Это твоя традиция, — он не хотел, чтобы девушка неправильно его поняла, но именно это и случилось, Неджи потерпел неудачу, и её нахмуренный взгляд, более нахмуренный, чем раньше, ясно дал это знать. — Тентен… — Она нужна, чтобы привлечь процветание. — Это чечевица. — Неджи. — Я не понимаю, как запихивание пучка бобовых во все карманы может что-либо в принципе привлечь. Ну, не считая мышей, если не вытащить чечевицу вовремя. — Это предзнаменование, обычай, который я всегда соблюдала. — Тентен… — Если это всего лишь чечевица, я не понимаю, почему бы тебе не засунуть её в карманы, разве это важно? Я же не прошу убить кого-нибудь. — Если я это сделаю, смогу избежать участи с виноградом? — Неджи пытался в течение недели съесть целую связку винограда, но в какой-то момент его жена заметила отсутствие ягод и купила ещё. — Что ты имеешь против винограда? В прошлом году ты его съел. — Ты это сказала, это твоя традиция, я такой белибердой не занимаюсь, — лицо Тентен моментально залилось алой краской, и чечевица, которую она держала в пальцах, сердито метнулась в его сторону. Девушка бросила сумку на пол, повернулась к нему спиной и ушла в спальню, хлопнув дверью напоследок. Неджи глубоко вздохнул. Этот день не казался ему особенным, он не был человеком традиций, однако, не желал создать новый обычай ссоры с женой в этот день, поэтому встал, чтобы помириться с ней до полуночи. Парень пару раз постучал костяшками руки в дверь, но ответа не последовало, он схватился за дверную ручку, и она повернулась без проблем. Тентен сидела на кровати, скрестив руки на груди. — Я не то имел в виду, — извинился он, по-прежнему считая это полнейшей белибердой. — Почему ты просто не можешь сделать это? — В этих верованиях нет никакой обоснованности, это просто глупые суеверия, которыми вы развлекаете детей, которые… — он тут же затих, как только заметил, что глаза его жены наполнились слезами. Теперь он ощущал себя круглым идиотом. Тентен была сиротой и выросла в полном одиночестве, так что традиции и детские суеверия имели для неё огромный смысл, они держали её на плаву, она искала в них утешение. Она будет цепляться за то, чтобы просить ничтожную виноградинку о тех желаниях, которые не сумели исполнить её родители. — Извини меня, — искренне сказал он, — я съем столько винограда, сколько ты захочешь. — Нет, — она вытерла слезу, — я не хочу, чтобы ты делал что-то из чувства долга, это моя традиция, не твоя, — она вытерла ещё одну слезу и встала. — Ты моя жена, — парень мягко остановил её, потому что Тентен собиралась пройти мимо него, не заметив, — здесь нет ничего твоего или моего, мы можем следовать нашим традициям. — Я больше не буду заставлять тебя делать что-нибудь. — Я с радостью сделаю всё, что ты захочешь, я пойду с тобой, если ты действительно желаешь этого. — Ты серьёзно? — Ну, у меня исполнилось одиннадцать из двенадцати желаний. — Двенадцать, — ответила она, — у меня все двенадцать. — В день покупок ты сказала, что одного тебе не хватает. — Последним желанием было отпраздновать канун Нового года в качестве мужа и жены, — он улыбнулся искоса, прежде чем пара коснулась друг друга губами в поцелуе. — Пойдём, времени чуть-чуть осталось, а нам ещё нужно подготовить виноград, — Тентен вздохнула и кивнула. Ничего не сказав, они вернулись в гостиную, и Неджи потянулся за пакетом с чечевицей, засунул горсть в карманы, а затем протянул ещё один Тентен, и она приняла её с улыбкой, сделав то же самое. Виноград был готов как раз вовремя, оставалось лишь выйти во двор и снова услышать обратный отсчёт, постепенно приближающийся к нулю. — С Новым годом! — нараспев произнесла жена, прежде чем поцеловать его. — С Новым годом, — повторил он в свою очередь, снова начиная думать о двенадцати желаниях. Первое — пусть их брак продолжает быть счастливым, второе — пусть их брак продолжает быть счастливым, третье, пусть, хм… по правде говоря, он загадал пять одинаковых желаний. Он всем сердцем любил Тентен, и с каждым днём, с тех пор, как они поженились, он всё больше убеждался, что она была той самой женщиной, с которой он собирался провести остаток своих дней. Остальные пожелания были почти такими же, что и годом ранее, за исключением винограда — теперь это стало нерушимой традицией, к которой он охотно присоединился. А ещё была одна виноградина с желанием увидеть, как его жена медленно стягивает с себя алое кружевное бельё. Пусть и это станет совместной традицией: Тентен натягивает его, а Неджи, наслаждаясь, стягивает, думая о том, как же ей чертовски идёт этот цвет. Когда он закончил есть виноград, то увидел улыбающуюся Тентен, которая уже успела поджечь куклу. Та теперь светилась, слегка согревая атмосферу. Он будет до последнего настаивать на том, что не хочет знать, насколько важно сжигать эту куколку, потому что всегда существует вероятность, что у его жены просто-напросто пиромания, а вот это действительно уже проблема. Как только фейерверк закончился, они вернулись в дом. Быстрыми шагами девушка подошла к двери и надела пальто, войдя в маленькую комнату, которую они использовали в качестве погребка рядом со входом, чтобы что-то поискать. Через секунду она вышла с чемоданом в руках и, не теряя времени, надела туфли, чтобы уйти. — Пойдёшь со мной? — Куда? — Пробежаться по кварталу с чемоданом, чтобы у нас был новый год, полный поездок, — произнесла она, и парень в недоумении приподнял бровь. — Мы шиноби, — сказал он, пытаясь скрыть очевидность своего тона и не повторять снова, что это чушь, — мы всегда путешествуем, — Тентен надула губы, и Неджи глубоко вздохнул. — У меня есть идея для традиции в качестве мужа и жены. — Какая же? — Ты пробежишься, а я в качестве верного мужа, который тебя безмерно любит, буду ждать около двери. — Договорились! В мгновение ока его жена исчезла, он направился к двери, через которую почувствовал холодный сквозняк, проникающий снаружи. Прошло не более пары минут, когда вбежала Тентен, кидая на каждом шагу в разные стороны чемодан и обувь, а затем сразу же бросилась в его объятия. Неджи поднял её в воздух, придерживая за талию, чтобы поцеловать, увидел, что её волосы слегка покрылись снежинками, и почувствовал, как у неё замёрз нос. Он не возражал — ему нравилось держать девушку в своих объятиях и оставлять на её мягкой коже лёгкие, но в то же время полные страсти поцелуи. Традиция, которую он действительно хотел соблюдать до конца своих дней.