СИСТЕМЕ наперекор II. Мы летим в Хогвартс!

      После похорон Дамблдора, у учеников было окого часа чтобы собраться. Кроме, разумеется, седьмых курсов, которые будут сдавать экзамены ЖАБА. В обычное время после этого должен был состояться ещё и Выпускной Бал, но в связи с трагическими событиями в этом году Бал по случаю выпуска был отменён.       До станции учеников — снова традиция — доставили «безлошадные» кареты.       И, разумеется, как без выпендрёжки. Падма, присоединившаяся к ней сестра и присоединившаяся уже к Парвати Лаванда Браун. Ну и наша тройка: я, Луна и Асока. Ехали в новенькой карете покрашенной в яркий синий цвет. На правом боку, на двери, находился щит в форме значка старосты, а на левом — красовался нанесённый тонкими штрихами бронзовой краски раскинувший крылья орёл когтеврана. Красила карету и рисовала, разумеется, Луна.       Рон Уизли раздуваясь от гордости, открыл дверь в карету старост гриффиндора — ярко красного цвета, со значком старост на двери и золотистым рисунком гриффиндорского льва на противоположной стороне. Рона, впрочем, немного обломали: помимо Гермионы, в карету зашли ещё и старосты-пятикурсники.       Лаванда немедленно донесла до нас, что теперь Рон выглядел не как джентльмен, открывший дверь Даме, а скорее как лакей. Ну не умеет Рон Уизли в манеры...       Кареты пуффендуя и слизерина ещё не готовы. И это был... удар по престижу чистокровных, которые не сумели отремонтировать свои кареты. Об этом тоже поведала Лаванда, уже после прибытия на станцию, цепким взглядом обежав кареты не обнаружив среди них достаточно зелёной чтобы считаться слизеринской.       Хогвартс-экспресс вёз учеников из Хогсмида в Лондон. Луна читала толстую стопку писем, иногда делала какие-то пометки... вся в работе. Заглянул — сплошной официоз. Надеюсь, она знала, на что шла, когда занимала должность директора...       Асока, посидев некоторое время с нами, ушла к однокурсникам-гриффиндорцам: у нас скучно, а у них намечался последний в этом году чемпионат по игре в плюй-камни, какой-то экспресс чемпионат, который сможет (потенциально) закончится до прибытия в Лондон...       На вокзале нас встретил мистер Лавгуд, мы отстояли очередь к каминам и переместились в «Ладью»       На следующий день мы отправились каминами... обратно в Хогвартс. Ну, точнее, целью была Хижина Хагрида, но у него собственного камина, подключённого к сети не было, а идти через Хогсмид было не желательно. Так что переместились в кабинет профессора Флитвика, и отправились к Хагриду.       Разумеется, нам предстояло восстановить и отремонтировать мотоцикл Блэка. Которому, в свою очередь, предстояло выполнить важную миссию в операции «Семь Поттеров».       Асока про операцию не знала, для неё это просто очередная возня с механикой. А мне СИСТЕМА предложила этот мотоцикл в собственность. Правда только если счёт сбитых превысит 15 пожирателей.       Прикинул: мотоцикл займёт не меньше чем половину ИНВЕНТАРЯ. Впрочем, СИСТЕМА сказала, что таскать его в ИНВЕНТАРЕ стоит только если я собираюсь его использовать, а в некоторых мирах, там, где подобное средство ещё не изобрели — он работать не будет.       СИСТЕМА предложила поставить его в АНГАР — что-то вроде ИНВЕНТАРЯ, только без возможности мгновенного прямого доступа. Порывшись у себя, вкладки ангар я не нашёл. Так что махнул рукой: получится — хорошо, нет — специально за фрагами гоняться не будем.       Луне что-то понадобилось в самом замке, так что проводив нас с Асокой до домика Хагрида, Луна убежала обратно.       А мотоцикл первым делом пришлось просто отмывать от грязи и пыли: он простоял у Хагрида в сарае без какого-либо присмотра полтора десятилетия.       Потом мы с Асокой его разобрали, и тогрута взяла в качестве образцов то, что нужно докупить.       На следующий день визит в Лондон. Мы с Луной прошлись по магазинам где торгуют запчастями для мотоциклов. Продавцы с некоторым удивлением рассматривали рисунки Луны и фотографии (обычные, магловские). Раритет, таких не выпускают, надо бы вам в специализированный магазин...       На таком бы проехать...       Но таки достали нужные прокладки, свечи какой-то необычной конструкции, очередные уплотнители, тросики (какое счастье что хоть они стандартные)       А ещё на следующий день вернулись к Хагриду.       Тот притащил достанную где-то мотоциклетную коляску. Канон, такой канон...       Я предложил обойтись вообще без коляски: расширить сиденье, сесть за спиной Хагрида, спиной к нему и отстреливать особо наглых пожирателей.       Но нет, нельзя. И вообще, я должен защищать тебя, а не ты меня.       Логика, конечно... с другой стороны, получить шальное проклятие мне тоже не улыбается... а ведь седоки на мотоцикле сидят открыто... с другой стороны, коляска — это хоть какая-то защита: навылет ни одна авада не пролетит. Так что смысл как минимум в защите — есть. Так что отбросив сомнения, стали ремонтировать ещё и коляску.       Я помню, в каноне слабым местом было крепление той самой коляски к мотоциклу, именно оно и не выдержало. В киноне выдержало, и даже выдержало приземление, так что...       Волшебники! У коляски и мотоцикла крепления... тупо не совпадали между собой! И я подозреваю, что какой-нибудь мистер Уизли просто подогнал всё магией, «шоп держалось». А во время боя, от перегрузок ли или от вражеских заклинаний, подгонка слетела, и получилось то что получилось. Может поэтому и не сработало стандартное репаро?       Мотоцикл разобрали буквально по винтику. И, Асока не зря ходила на древние руны. Нашли те цепочки, что заставляли эту железку летать. Асока их подновила, отшлифовала, ржавчину сняла, новая чёрная краска легла на заслуженный каркас. Подновлены фары, указатели поворота, совершенно новый аккумулятор, новые камеры, новые покрышки, новая цепь... перебранная коробка передач. Что-то с ней новой Асока сделала, и в результате не говорит что там внутри и что снаружи.       Своё будущее место я тоже отремонтировал. Первым делом, естественно, всё вскрыть, счистить ржавчину, покрасить защитной краской, затем оборудовал на задней части коляски турель. Не, ну зачем стрелять вперёд, если на встречных курсах у пожирателей времени прицелиться не будет? Естественно, они будут лететь вдогонку, как кстати было и в каноне и в киноне. Так что самое разумное решение — поставить хвостового стрелка. А ещё для защиты от шальных заклятий, я навесил с внутренней стороны коляски небольшие мешочки с песком и части рыцарских доспехов.       Асока решительно выбросила «усовершенствования» Хагрида вроде вылетающей из выхлопной трубы каменной стены и сети. Нафиг не надо. Вот форсажную камеру с драконьим огнём — да, оставила. Причём, похоже, не чтобы сделать приятное Хагриду, а потому что это круто.       Самое главное, без чего Асока не собиралась лететь — она установила на мотоцикл пулемёт, тот, купленный мной, крупнокалиберный М2 Браунинг. Вроде того, что устанавливался на «летающих крепостях», «супер крепостях» (с дистанционным управлением) и вообще много где. Его, вроде бы, до сих пор выпускают. Установка жёсткая, как на истребителях, целиться придётся всем мотоциклом. «Смотрел» пулемёт, естественно, вперёд.       

* * *

      — СИСТЕМА, я не то чтобы отказываюсь участвовать в операции, но ты помнишь, я не переношу оборотное зелье.

Это учтено. Для всех ты будешь выглядеть

как Гарри Поттер.

Более того, с вас всех снят Надзор...

Ладно, ладно, на вас Надзора никогда и не было.

Вы могли колдовать в своё удовольствие

и не прятаться по другим странам

* * *

      Гарри Поттер мысленно прощался с ненавистным домом Дурслей. В нём ему было плохо, и он каждый раз с нетерпением ждал начала учебного года, чтобы уехать в Хогвартс. Сегодня ему предстояло покинуть эти стены навсегда. И ни малейшего проблеска грусти.       Внезапно где-то совсем рядом возник оглушающий рев. Гарри резко выпрямился и ударился макушкой о притолоку низкой двери. Помедлив, чтобы перебрать кое-какие из самых любимых дядюшкой Верноном ругательств, Гарри, держась рукой за голову, проковылял на кухню и вгляделся через окно в садик за домом.       Сумрак садика словно подёрнулся рябью, сам его воздух дрожал. Затем начали по одной появляться фигуры людей, снимавших с себя Дезиллюминационное заклинание. Центр этой композиции образовал Хагрид, сидевший в шлеме и защитных очках верхом на огромном мотоцикле с чёрной коляской. Окружавшие его люди спешивались — главным образом с метел, лишь двое прибыли на скелетообразных лошадях с чёрными крыльями.       Рывком распахнув заднюю дверь, Гарри влетел в самую гущу этой компании. Раздался общий приветственный крик, Гермиона обняла Гарри, Рон похлопал его по спине, а Хагрид спросил:       — Порядок, Гарри? К отправке готов?       — Конечно, — ответил Гарри, улыбаясь всем сразу. — Но я не думал, что вас будет так много!       — План изменился, — пророкотал Грозный Глаз Грюм, прижимавший к себе два здоровенных, туго набитых рюкзака, и волшебное око его с головокружительной быстротой обшарило темнеющее небо, дом и сад. — Давайте уйдем в укрытие, а там уж и поговорим.       Гарри провёл гостей на кухню, где они, болтая и смеясь, устроились на стульях, на блистающих чистотой рабочих столах тети Петуньи, прислонились к её бытовым машинам, где не отыщешь ни единого пятнышка. Рон, высокий и тощий; Гермиона, заплетшая густые волосы в длинную косу; Фред и Джордж с их совершенно одинаковыми улыбками; покрытый жуткими шрамами длинноволосый Билл; лысеющий мистер Уизли с его добрым лицом и кривовато сидящими очками; Грозный Глаз, одноногий, израненный в битвах, с ярко-синим волшебным оком, неустанно крутившимся в глазнице; Тонкс, чьи короткие волосы отливали сегодня излюбленной ею яркой краснотой; Люпин, обзаведшийся новой сединой и новыми морщинами; тонкая и прекрасная Флер; Кингсли, лысый, чернокожий и широкоплечий; Хагрид с его буйной шевелюрой и бородой, стоявший пригнувшись, чтобы не зашибить голову о потолок; и Наземникус Флетчер — маленький, грязный, вечно пристыженный, с грустными, как у бассета, глазами и спутанными волосами. Были в этой компании ещё трое, которых Гарри меньше всего ожидал здесь увидеть: Полумна Лавгуд с мечтательным взглядом, устремлённым на люстру; бывшая соперница по Турниру Трёх волшебников, Асока Тано и их общий друг, лохматый, как и сам Гарри, Дмитрий Менделеев. Гарри оглядывал своих гостей, и его сердце, казалось, расширялось и согревалось: он ощущал невероятную привязанность к ним — даже к Наземникусу, которого едва не придушил при последней их встрече.       — Кингсли, я думал, вы присматриваете за премьер-министром маглов? — окликнул он через кухню старого знакомого.       — Одну ночь как-нибудь обойдется и без меня, — ответил Кингсли. — Ты намного важнее.       — Ты уже слышал, Гарри? — Забравшаяся на стиральную машину Тонкс повертела в воздухе левой ладонью, на которой блеснуло кольцо.       — Вы поженились? — ахнул Гарри и перевел взгляд с нее на Люпина.       — Мне жаль, что тебя не было с нами, Гарри. Впрочем, все прошло очень тихо.       — Как замечательно, поздрав…       — Ладно, ладно, у нас ещё будет время обменяться последними новостями, — грянул, перекрикивая общий гомон, Грюм, и в кухне сразу стало тихо. Грюм опустил рюкзаки на пол и повернулся к Гарри. — Дедалус, полагаю, сказал тебе, что от плана А нам пришлось отказаться. Пий Толстоватый переметнулся на сторону врага, отчего у нас возникла серьёзная проблема. Он добился в Министерстве решения, в силу которого подключение этого дома к Сети летучего пороха, установка здесь портала и даже любая попытка трансгрессии обратились в преступления, караемые тюремной отсидкой. Всё это проделано во имя твоей безопасности, ради того, чтобы помешать Сам-Знаешь-Кому добраться до тебя. И всё совершенно бессмысленно, поскольку ты и так уже надежно защищен заклятием, наложенным твоей матерью. На самом деле его усилия были направлены на то, чтобы не позволить тебе безопасно выбраться отсюда. Проблема вторая: ты несовершеннолетний, и, значит, на тебя всё ещё распространяется действие Надзора.       — Я не…       — Да Надзор же, Надзор! — нетерпеливо произнес Грозный Глаз. — Заклинание, которое отслеживает магические действия тех, кому ещё нет семнадцати, позволяя Министерству ловить несовершеннолетних баловников! Если ты или кто-то находящийся рядом с тобой попытается произнести заклинание, способное вызволить тебя отсюда, Толстоватый сразу узнает об этом и Пожиратели смерти тоже.       — Ждать, пока снимут Надзор, мы не можем, поскольку в тот миг, когда тебе исполнится семнадцать, ты лишишься защиты, обеспеченной твоей матерью. Короче: Пий Толстоватый полагает, что окончательно загнал тебя в угол.       Гарри не мог не согласиться с неведомым ему Пием.       — И что мы будем делать?       — Воспользуемся тем транспортом, какой у нас остался, тем, который не отслеживается Надзором, потому что никаких заклинаний не требует: мётлами, фестралами и мотоциклом Хагрида.       Гарри тут же увидел все изъяны этой схемы, однако говорить о них не стал, полагая, что это сделает сам Грозный Глаз.       — Так вот, чары, наложенные твоей матерью, спадают при выполнении одного из двух условий: когда ты становишься совершеннолетним или когда перестаешь считать это место, — Грюм обвел рукой чистенькую кухню, — своим домом. Ты, твои дядя и тётя отправились этой ночью по разным путям, полностью сознавая, что вместе вам больше жить не придется, так?       Гарри кивнул.       — И стало быть, когда ты уйдешь отсюда сегодня, обратной дороги не будет, а чары спадут, едва ты окажешься вне поля их действия. Мы решили проделать это пораньше, поскольку иной выбор сводится к тому, чтобы дожидаться, когда Сам-Знаешь-Кто явится сюда и схватит тебя, как только тебе исполнится семнадцать. На нашей стороне одно обстоятельство: Сам-Знаешь-Кому не известно, что на новое место ты переберешься этой ночью. Мы скормили Министерству ложную информацию, там думают, что переезд назначен на тридцатое. Но мы имеем дело с Сам-Знаешь-Кем, поэтому полагаться только на расхождение в датах не можем. Он наверняка отправил пару Пожирателей смерти патрулировать небо в этом районе, просто на всякий случай. Поэтому мы подобрали дюжину домов и обеспечили их всевозможной защитой. Все они выглядят так, точно могут стать твоим укрытием, и все так или иначе связаны с Орденом: мой дом, жилище Кингсли, дом Моллиной тетушки Мюриэль... В общем, идея тебе понятна.       — Да, — ответил Гарри не вполне искренне, поскольку всё ещё видел в этом плане зияющую прореху.       — Ты отправишься к родителям Тонкс, и, как только окажешься в пределах действия защитных заклинаний, наложенных на их дом, мы сможем перебросить тебя через портал в «Нору». Вопросы?       — М-м… да, — ответил Гарри. — Может быть, поначалу они и не будут знать, в какой из двенадцати надежных домов я направляюсь. Но разве это не станет очевидным, как только мы, — он быстро пересчитал присутствующих по головам, — семнадцать человек, вылетим к родителям Тонкс?       — Ах да, — произнёс Грюм, — о главном-то я и забыл. Семнадцать человек к родителям Тонкс не полетят. В эту ночь небеса пересекут семеро Гарри Поттеров — каждый со своим сопровождающим, и каждый полетит в свой укреплённый дом.       И Грюм вытащил из под плаща флягу с грязноватой на вид жидкостью. Больше он мог ничего не объяснять — в чём состоит остаток плана, Гарри понял мгновенно.       — Нет! — воскликнул он так громко, что его голос наполнил звоном всю кухню. — Ни в коем случае!       — Я предупреждала, что так всё и будет, — с легким намёком на самодовольство произнесла Гермиона.       — Если вы думаете, что я позволю шестерым людям рисковать жизнью…       — ...да ещё и впервые, — вставил Рон.       — Одно дело изображать меня...       — Думаешь, нам так уж этого хочется, Гарри? — серьёзным тоном осведомился Фред. — Представь, вдруг что-нибудь заколодит и мы навсегда останемся тощими очкариками.       Гарри даже не улыбнулся.       — Без моего содействия вы этого сделать не сможете, вам понадобится несколько моих волос.       — Да, вот это наш план и погубит, — сказал Джордж. — Ясно же, что, если ты не станешь нам помогать, у нас не будет ни единого шанса получить от тебя хоть один волосок.       — Ага, тринадцать человек против молодца, которому и магией-то пользоваться запрещено — какие уж тут шансы, — поддержал брата Фред.       — Смешно, — отозвался Гарри. — Очень забавно.       — Если придётся применить силу, мы её применим, — громыхнул Грюм, волшебное око которого теперь чуть подрагивало в глазнице, наставленное на Гарри. — Здесь все совершеннолетние, Поттер, и все готовы рискнуть.       Наземникус пожал плечами и сморщился; волшебное око выехало, чтобы взглянуть на него, едва ли не на висок Грюма.       — Хватит спорить. Время уходит. Мне требуется несколько твоих волосков, мальчик, и немедленно.       — Но это безумие, нет никакой необходимости…       — Необходимости! — прорычал Грюм. — Когда Сам-Знаешь-Кто совсем рядом и половина Министерства на его стороне? Поттер, если нам повезёт, он проглотит нашу приманку и решит напасть на тебя тридцатого. Но он был бы полным идиотом, если бы не послал в дозор одного-двух Пожирателей смерти. Я именно так и поступил бы. Может, они и не способны добраться до тебя или до этого дома, пока держится заклинание твоей матери, однако оно вот-вот утратит силу, а примерное местоположение дома они знают. Наш единственный шанс — использование двойников. Даже Сам-Знаешь-Кто не способен разделиться на семь частей.       Гарри встретился глазами с Гермионой и тут же отвёл взгляд в сторону.       — Итак, Поттер, несколько волосков — будь любезен.       Гарри взглянул на Рона, и тот состроил гримасу, говорившую: давай.       — Ну же! — рявкнул Грюм.       Ощущая на себе взгляды всех, кто находился на кухне, Гарри поднял руку к макушке, ухватил тонкую прядку волос и выдернул её.       — Хорошо, — сказал Грюм и, хромая, приблизился к Гарри, попутно вытянув из фляги пробку. — А теперь, будь добр, брось их сюда.       Гарри уронил волосы в грязную жидкость. Едва они коснулись её поверхности, как зелье вспенилось, покрылось паркóм и мгновенно очистилось, став ярко-золотистым.       — О, Гарри, ты с виду куда вкуснее, чем Крэбб с Гойлом, — сказала Гермиона, но тут же заметила, как приподнялись брови Рона, и, слегка покраснев, добавила: — Ну, ты же помнишь, Гойлово варево на сопли смахивало.       — Поддельные Поттеры, построиться! — скомандовал Грюм.       Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Флёр выстроились в ряд перед сверкающей раковиной тети Петуньи.       — Двоих не хватает, — сказал Люпин.       — Да тут он, — хрипло сообщил Хагрид и, сцапав Наземникуса за загривок, оторвал его от пола и поставил рядом с Флёр, которая демонстративно сморщила носик и сменила место, встав между Фредом и Джорджем.       — Я же просил, меня бы лучше в защитники, — промямлил Наземникус.       — Молчать! — рявкнул Грюм. — Я тебе уже говорил, червяку бесхребетному, любой Пожиратель смерти, на которого мы напоремся, будет стараться схватить Поттера, а не убить его. Дамблдор всегда говорил: Сам-Знаешь-Кто намерен прикончить Поттера лично. Хуже всего придется защитникам, потому что их-то Пожиратели смерти постараются прикончить.       Дмитрий Менделеев, вздохнув, тоже сделал шаг в сторону, отлипнув наконец, от косяка, который подпирал с самого начала разговора.       Услышанное, похоже, не сильно успокоило Наземникуса, но Грюм уже извлек из-под мантии шесть стопочек размером с подставку для яйца, раздал их стоявшим в строю и налил каждому по небольшой порции Оборотного зелья. Менделееву зелья не досталось, но его обработала Луна, нацепив такие же, как у Гарри, круглые, замотанные скотчем очки (с «нулевыми» линзами) и, достав перо, тщательно срисовала шрам, сделав Менделеева ещё больше похожим на Гарри. Затем заполировала какой-то иллюзией, но никто не почувствовал и грамма магии.       — Ну, теперь все разом...       Рон, Гермиона, Фред, Джордж, Флер и Наземникус проглотили зелье. Каждый из них, ощутив его в горле, ахнул и сморщился, и мгновенно лица их начали пузыриться, точно закипающий воск. Гермиона и Наземникус вытягивались, увеличиваясь в росте, Рон, Фред и Джордж уменьшались, волосы у всех темнели, а у Гермионы с Флёр они словно втянулись внутрь черепов.       Грюм, не обращая на происходящее никакого внимания, развязывал принесенные им с собой рюкзаки, а когда выпрямился, перед ним уже стояли, пыхтя и отдуваясь, шестеро Гарри Поттеров и один загримированный под Поттера Менделеев...       Фред и Джордж повернулись друг к другу и одновременно произнесли:       — Ух ты, какие мы одинаковые!       — Ну, не знаю, — сказал Фред, изучив свое отражение в кастрюле, — по-моему, я всё ещё покрасивее.       — Фу, — произнесла оглядевшая себя в дверце микроволновки Флёр. — Билл, не смот'ги на меня, я у'година.       — Для тех, кому одежда великовата, здесь найдутся размеры поменьше, — сообщил Грюм, указывая на первый рюкзак, — и наоборот. Да про очки не забудьте, шесть пар лежат в боковом кармане. А как переоденетесь, разберете то, что лежит во втором рюкзаке.       Настоящему Гарри Поттеру казалось, что ничего более причудливого он в своей жизни не видел, а видеть ему приходилось вещи очень странные. Он наблюдал за тем, как шестеро его двойников роются, извлекая одежду, в рюкзаках, как они надевают очки, сбрасывают с себя то, во что они были одеты. Когда они начали с совершенной беззастенчивостью раздеваться, ему захотелось попросить, чтобы они проявили чуть больше уважения к его личным тайнам, однако выставлять напоказ его тело им явно было легче, чем свои собственные.       — Так и знал, что про татуировку Джинни наврала, — сказал Рон, оглядев свою голую грудь.       — Ну и зрение у тебя, Гарри, ужас какой-то, — сообщила, надевая очки, Гермиона.       Одевшись, поддельные Поттеры вытащили из второго рюкзака совиные клетки, в каждой из которых находилось чучело белой совы, и такие же, как у Гарри, рюкзачки.       — Хорошо, — произнес Грюм, когда перед ними выстроились семеро одинаково одетых и нагруженных очкастых Гарри. — Делимся на пары так: Наземникус отправляется со мной, на метле...       — Почему это я с тобой? — спросил стоявший ближе других к двери поддельный Гарри.       — Потому что за тобой глаз да глаз нужен, — прорычал Грюм и, больше уже не сводя, в соответствии со сказанным, волшебного ока с Наземникуса, продолжал: — Артур и Фред...       — Я Джордж, — сказал тот из близнецов, на которого указал Грюм. — Неужели вы не можете различить нас, даже когда мы обращаемся в Гарри?       — Простите, Джордж...       — Да я пошутил, вообще-то я Фред...       — Хватит дурака валять! — рявкнул Грюм. — Второй из вас — Джордж, Фред или кто вы там, — с Римусом. Мисс Делакур…       — Я повезу Флёр на фестрале, — сказал Билл. — Она не любит мётел.       Флёр подошла к нему и встала рядом, глядя на Билла с сентиментальным, раболепным обожанием, которое, как от души надеялся Гарри, никогда больше на его лице не появится.       — Мисс Грейнджер с Кингсли, тоже на фестрале…       Гермиона обрадованно ответила на улыбку Кингсли — Гарри знал, что и она чувствует себя на метле неуверенно.       — Выходит, остаёмся только мы с тобой, Рон! — весело воскликнула Тонкс и, помахав ему рукой, сшибла со стола сушилку для чашек.       Рон выглядел далеко не таким довольным, как Гермиона.       — А мы должны были лететь с тобой, Гарри, — не без некоторой тревоги в голосе сказал Хагрид. — Покатили бы на мотоцикле, я, понимаешь, тяжеловат для метёлок с фестралами. Но Луна и Грюм всё переиграли...       — Эмм... — Гарри с сомнением пересчитал фальшивых Поттеров: и уже было семь, если считать Поттером ещё и Менделеева. Что-то в арифмантике расклада не сходилось, и Гарри не понимал, что именно.       — Асока отправится с Хагридом. В мантии-невидимке, — подсказала Луна. — И Димон с ней. Мы немного усовершенствовали мотоцикл, а Хагрид в качестве щита.       — Я имел ввиду, что Грюм говорил о семи Поттерах, а нас... Восемь!       — Семь ФАЛЬШИВЫХ Поттеров! — поднял палец бывший аврор.       — Но я не понимаю...       — ...Это нормально... — отозвался Менделеев.       — Самое ценное мы, разумеется, доверим Луне, — отозвалась Асока.       — Самое... ценное? — До Поттера только дошло. — То есть меня!?       — А он таки умеет соображать! — ухмыльнулся Менделеев.       — И на чём полетит Луна?       — И как она собирается...       — Слишком много вопросов! — Луна достала свою волшебную палочку и сделала хитрый жест в направлении настоящего Гарри Поттера. Через мгновение на его месте лежал плюшевый кролик. Которого Луна не церемонясь убрала к себе в карман.       — эй! — сообразил Рон, как всегда не вовремя. — это же заклинание! И ей ещё нет семнадцати! Сейчас сюда набежит куча авроров!       — Это не заклинание, тебе показалось, — отозвалась Луна. — и авроры не набегут, разве что только ты их позовёшь. Ну и, самое главное, так превращение в игрушечного кролика поможет вызволить Гарри отсюда!?       — А в самом деле, как? — задумался Рон.       — Пока ты думаешь, я пойду. — Луна вытащила из кармана кролика мантию-невидимку и накинула её на себя.       После чего ушла по английски, не прощаясь. И, по моему, кроме нас с Асокой этого больше никто не заметил, точнее, не обратил внимания... Луна, иногда она пугает даже больше, чем СИСТЕМА...

* * *

      — До отправления осталось три минуты. Запирать дверь бессмысленно, Пожирателей смерти, когда они сюда заявятся, замок не остановит... Вперёд...       — Коллопортус, — отозвался Менделеев, плюхаясь на сиденье коляски, прицепленной сбоку к тяжёлому Харлею. Это опять таки было правильно: не оставлять же дом на растерзание обычным воришкам! А с запирающими чарами старосты мальчиков когтеврана ещё поди разберись: силой взломать легче, чем передавить интеллектом.       Асока натянула мантию-невидимку, которую ей вручила Луна. Сама Луна тоже под мантией, принадлежащей Поттеру, видимо уж ушла.       — Ну хорошо, — произнёс Грюм. — Прошу всех приготовиться, мы должны стартовать точно в одно время, иначе наш отвлекающий манёвр не сработает.       Все, вылетавшие на мётлах, оседлали их.       — Держись крепче, Рон, — сказала Тонкс. Рон, бросив на Люпина виноватый косой взгляд, обхватил её за талию.       Хагрид включил мотоциклетный мотор — тот заработал с каким-то необычным звуком, словно не мотоциклетный мотор, а... авиационный?