Ты — моя самая сильная зависимость

«Да простит меня Попов», — пронеслось в голове у Антона. «Какое счастье, что он рядом!» — пронеслось в голове у Арсения.       До кинозала парни шли так же за руку, зная, что за ними до сих пор наблюдают, при этом ни один ни второй не проронил не слова. За углом, рядом с дверью в зал, Антон отпустил руку биолога. Неловкое молчание начало затягиваться, в голове были тысячи мыслей которые в данный момент было просто не возможно унять, ни один, ни второй не знали даже с чего начать и нужно ли сейчас вообще что-либо говорить. — Антон… — глядя на парня, начал учитель. — Арсений Сергеевич, у меня нет вопросов, точно так же, как и ответов, так что предлагаю сейчас просто сделать то, зачем мы сюда и пришли, а уже после фильма обсудим то, что произошло, идёт? — с самым невозмутимым видом спокойным тоном предложил Шастун, взглянув на стоящего напротив старшего. — Антон, если бы только знал, как я тебе благодарен за это всё… — Все благодарности потом, а сейчас у нас фильм идёт, если не забыли, — парень взял Арсения за руку и потянул в кинозал. Зачем? Просто захотелось. Войдя в помещение, где уже был приглушен свет, Антон продолжал тянуть учителя за собой к заветному девятому ряду, на котором сидела лишь одна пара, что не могло не радовать, да и в целом людей было не так уж и много, что радовало ещё больше. Подойдя ближе Шастун про себя проклинал этот день на чём свет стоит, потому что этой самой парой оказались Выграновкий и Фролова, которые так не кстати повернулись на приближающихся парней. — Однако здравствуйте… — как-то немного опешив тихо произнёс Выграновкий, не зная, как ещё реагировать на данную картину. — Во-первых, привет, во-вторых, все вопросы приберегите на конец фильма, потому что если кто-то из вас хоть что-то спросит я правда въебу, — сказал как отрезал Шастун, отпустив руку Попова и усаживаясь на своё место, не обращая внимания на немного косые взгляды друзей и учителя.

***

      Когда все вышли из здания, показалось, что на улице катастрофически холодно, поэтому Антон сильнее укутался в свою куртку. Фильм был достаточно интересный и Шастун быстро втянулся в сюжет уже совсем позабыв о том, что произошло перед сеансом. Тоша незамедлительно отправился к машине Арсения, но уже подходя к заветному автомобилю Шастун поскальзывается и падает несильно ударяясь копчиком. — Шастун, ты чего конечностями раскидываешься? — усмехнувшись, вопросил подходящий к нему Попов в компании Эдика и Оксаны. Арсений протянул руку всё ещё сидящему на земле парню. — Скользко. — Не сильно ударился? — Не, нормально, Арсений Сергеевич, давайте уже в машину, я замёрз, — умоляюще протараторил Антон «танцуя» от холода и обнимая себя руками. Арсений, не задавая больше вопросов, открыл машину и проследовал на собственное место, его примеру последовали и остальные. Оксана с Выграновским странно переглядывались, видимо, ожидая ответа на молча заданный вопрос. Его не последовало. Выехав с парковки, чёрный автомобиль «выплыл» на дорогу и под чутким руководством Попова, вёз компанию по домам. Для начала было решено увезти Оксану и Эдика, он решил остаться сегодня у девушки и посмотреть ещё пару-тройку фильмов. Попрощавшись с ребятами, Арсений с Антоном отправились к младшему. — Антон, может поговорим? — Арсений Сергеевич, увольте, я не стану спрашивать, кто это и какие у вас были отношения. У каждого своя личная жизнь, и что-то мне подсказывает, что узнавать о личной жизни своего учителя было бы не очень этично, — парень выдержал небольшую паузу. — Я просто попытался исправить ситуацию и мне это удалось, нам поверили и отстали, а остальное не так важно, — сегодня он на этот разговор был явно не настроен. Арсений молча кивнул, понимая, и больше давить не стал. Проводив учителя, Шастун направился прямиком в душ, смывать с себя происшествия сегодняшнего дня. А Арсений по приезде домой нервно набирал номер бывшего приятеля. Гудок. Второй. Третий. Ответа не последовало. Задумавшись о том, что это и к лучшему, решил набрать номер друга. — Да, Паш, привет, есть что обсудить, приезжай, — лаконично. Чётко и по делу.

***

      Добровольский с крайне удивлённой физиономией смотрел на человека напротив недоумевая…? Павел пребывал в культурном шоке? Павел Алексеевич находился в оцепенении от всего услышанного? — Арс, я в ахуе, — очень красноречиво выразился Воля. — Правда? А я-то в каком был, ты б меня видел, — всплеснув руками ответил Арсений. — Я за Антона побиваюсь, Гоша — стервятник, и как бы он не начал докучать Антону. — Встретится тебе с ним в любом случае придётся и объяснить, чтобы к Антону даже не приближался, ибо Попов, если твои прошлые проблемы коснуться этого мальчишки, то у тебя появятся новые, уже со мной и поверь, тебе это не понравится, — Паша не угрожал, а просто предупреждал. — Думаешь, я сам хочу, чтобы его это коснулось? С Гошей я поговорю. Арсений был в замешательстве, он понимал, что Антон участвовать во всём этом не должен, но так же осознавал, что это в какой-то степени может его коснуться и это удручало. Паша и Арсений еще достаточно долго разговаривали сидя на кухне у биолога. Обсуждая все подряд, начиная от школьных экзаменов и заканчивая погодой на улице. — Кстати, помнишь, я рассказывал, как Варнава ко мне на урок заявилась? — спросил мужчина и, получив утвердительный кивок, продолжил. — Так вот, Шастун в тот день относил ей какие-то документы, и, собственно, когда вошёл в кабинет, увидел, как они с физиком очень страстно лобызались. — М-да, двери с тех пор она закрывать так и не научилась, — хмыкнул Попов. — Мне Антон то же самое сказал… Кстати о нём, — мужчина выдержал паузу. — Какие у вас отношения? — Если ты на что-то намекаешь, то даже не думай. Да, я отношусь к нему чуть лучше, чем к другим, но это еще ничего не значит, — пытался отвертеться биолог, но судя по взгляду напротив, попытка была неудачной. Тяжело вздохнув, брюнет потёр глаза и сдаваясь, посмотрел на друга вполне открыто, больше не прячась за вечно каменной стеной, которая не позволяла ему раскрывать все свои тайны и наконец признал своё поражение. — Да, Паш, ты прав, что-то действительно происходит, но я сам не могу понять что именно. Как только он появился, во мне что-то надломилось, давая понять, что я не всегда могу иметь власть над ситуацией и контролировать всё происходящее. Меня это пугает, я так долго ограждал себя от этого всего и вот, когда на пороге моего класса появился русоволосый мальчишка, моя старательно выстроенная карточная стена начала давать трещины, — Арсений смотрел на остывающий кофе в своей кружке, сам анализируя то, что сейчас сказал, а затем перевёл взгляд на друга в надежде получить ответы на свои вопросы. Воля для Попова был тем самым человеком, кто понимал его с полуслова, всегда давал дельные советы, был рядом, когда все шло замечательно, и никогда не отворачивался, когда дела шли не очень. Во времена, когда сам Арсений не знал, чего хочет, Паша всегда точно знал, что именно нужно другу, и это поражало. То, насколько Добровольский знал и чувствовал Арсения, было на грани фантастики и мистики, но и сам друг отвечал ему тем же. Они оба были уверены более чем на сто процентов, что если вдруг кому-то из них что-либо будет нужно, они есть друг у друга и одна только мысль об этом все проблемы делала такими незначительными, так как они знали наверняка, что всё решаемо и из любой ситуации они найдут способ выбраться. — Знаешь, Арс, мой тебе совет, не потеряй его из-за твоей излюбленной манеры прятаться, когда что-то идёт не так, держись за него. Да, он тебя меняет, да, тебя это пугает, потому что ты привык всё контролировать, однако, может это и к лучшему? Ты впервые за долгое время позволил себе быть собой, а это о многом говорит, — литератор смотрел на друга по-доброму, зная, что именно это он и хотел услышать, но что-то во взгляде напротив поменялось. — Я думаю, что ты прав, — это всё что смог ответить Арсений на данный момент. Он понимал, что друг прав, но также понимал, какие последствия это может за собой повлечь, поэтому разгонять этот разговор дальше не стал.

***

Неприятные мурашки атаковали белоснежную кожу Антона, как только тот покинул ванную комнату. Парень со скоростью света пронёсся в спальню, желая скорее укутаться в тёплое одеяло и спрятаться от неприятного ощущения холода, которое сейчас было так некстати. Посильнее укутавшись, Антон взял телефон и зашёл в беседу с друзьями, в которой они активно что-то обсуждали, пролистав около ста сообщений и убедившись, что ничего интересного за время его отсутствия не произошло, парень включил ноутбук который всегда лежал на прикроватной тумбочке и наконец-то решил посмотреть фильм, который долго откладывал на потом. Вбив в поисковой строке короткое «Малефисента» и открыв первую ссылку с фильмом, полностью посвящая себя просмотру. Графика завораживала, сюжет затянул с головой, некоторые повороты событий даже заставили пустить слезу, и, посмотрев первую часть, он тут же принялся смотреть вторую. Превзошёл ли фильм первоначальные ожидания? Да! Захотел бы он пересмотреть его ещё раз тысячу? Да! Удивился ли он, что уже 4:50 на часах? Тоже Да! Ожидал ли он, что из-за просмотра он пропустил новость о том, что Эд предложил Оксане встречаться? Вообще нет. Огорчило ли его то, что он обо всём узнал последним? Вообще нет, так как он знал, что к этому всё и шло, и ничего удивительного он в этом не нашёл, он всего лишь тихо порадовался за друзей и решил, что поздравит их завтра, ну, точнее, сегодня, ну а, в общем, какая разница, поздравит и всё. А сейчас парень с огромной радостью «отплывал» в царство Морфея.

***

Утро. Хотя, будем честны, Антон проснулся в три часа дня. Встав с кровати, парень как всегда поплёлся сначала на кухню, чтобы поставить чайник, но войдя на кухню, парень был приятно удивлён, ведь на столе стояли бутерброды и свежеиспечённая пицца, сначала он подумал, что всё ещё спит, но, прислушавшись, понял, что находится дома не один. «Господи, спасибо за такую подругу, как Оксана, когда-нибудь я расцелую ей руки, но сейчас надо умыться» Антон удалился в ванную. Умывшись и помыв голову, парень направился в комнату друга, не забыв при этом постучать, ибо одному богу известно, чем они занимаются. Услышав разрешение войти, Антон открыл дверь. — О, ясно солнышко проснулось, — улыбаясь, произнесла Окс, подойдя к Антону, чтобы обнять. — Время три часа дня, ты чем занимался всю ночь? Неужто с биологом общался? — заигрывающим тоном подколол Эдик, на что получил уничтожающий взгляд Оксаны. — Ну началось… Нет, Эдик, я всю ночь смотрел прекрасный фильм и спать лёг без десяти пять, а что касается биолога, то свои догадки оставь при себе, — спокойным тоном ответил Антон. — Тош, может, всё-таки расскажешь, что это было? — аккуратно поинтересовалась Оксана. — Да ничего не было, просто решили фильм посмотреть, почему это вас так пугает? Я помню о предупреждениях и всё ещё в здравом рассудке, и желания расстелиться перед ним на столе до сих пор не появилось, так что страшного ничего не произошло. Все, что я могу сказать, так это то, что он не такой уж бессердечный тиран, каким его все считают, и я прямое тому доказательство. В нём есть другая сторона, которую я хочу раскрыть не только себе, но и вам, — Антон говорил спокойно и уверенно, а ещё он очень хотел, чтобы ему поверили, он сам не понимал, зачем ему это, но у него было непреодолимое желание разрушить чужие предубеждения по поводу Попова. Казалось бы, зачем ему пытаться показать другую сторону человека, это ведь не его проблемы, не он заработал себе такую репутацию, но что-то в Арсении его действительно цепляло, и не в смысле того, что он ему нравился, нет, тут была другая причина, которую Антон ещё сам не знал, но был на пути к просвещению. — Антош, мы просто обеспокоены, ибо нам известно чем это чревато, — ответила Оксана, с тоской оглядывая друга. — Ну, я могу с уверенностью сказать, что я знаю больше вашего, но об этом поговорим как-нибудь в следующий раз, а сейчас я хочу кушать, — Шастун под недоверчивые взгляды друзей покинул комнату. Оксана и Эд переглянулись, они искренне пытались понять, чем обусловлено такое сильное желание проявить Арсения Сергеевича в лучшем свете, но ответа на данный вопрос пока не находили. Неожиданно из кухни раздался звук разбитого стекла в сопровождении громких матов Антона, пара подорвалась, рванув на звуки и войдя в кухню. Они были, мягко говоря, шокированы. Антон стоял и держался за голову, окно было разбито, а на полу валялся не малых размеров камень и, учитывая степень повреждений, ещё и не особо лёгкий. — Какого хрена? — воскликнул Эдик и подошёл к окну, пытаясь разглядеть того, кто это сделал, но никого поблизости не было. Оксана подбежала к Антону, и осмотрев его голову, убедилась, что серьёзных повреждений нет. Взяв камень, девушка испуганно посмотрела на парней. — Ребят… Мне кажется, что у нас проблемы…