В тени Колумбийского дуба

"Камилло. Судя по всему, ты так и не смог меня найти, да? Вчера я весь день тебя не видела, а значит, ты никак не мог заметить ленточку на моей руке. Чтож. Получается пришло время первой подсказки?

Первая подсказка: там, где днем темнее ночи, а ночью много искр от костра, найдешь цветок полночный. Вторая буква его имени будет четвёртой буквой моего."

      Эстель стояла, сжимая край листка в руке. Она не знала, когда осмелела настолько, чтобы так общаться с окружающими. Ей было непривычно, что она может так уверенно заставить кого-то бегать по городу, разыскивая то самое место и цветок, о которых она написала. Ее все еще терзали сомнения: правильно ли она поступает? Может ли она действительно назвать свое имя Камилло и сказать, что именно она та самая Лара, которую он так желает увидеть. Не будет ли он разочарован? Не прекратит ли общение с ней? Что если, он просто посмеется и назовет ее глупой и наивной дурочкой? Что если потом, он начнет рассказывать об этом всем в городе? Нет. Эстель резко потрясла головой, выкидывать такие мысли из головы. Камилло не такой. Может быть, он и будет разочарован, но он точно не станет высмеивать ее. Она глубоко вдохнула, а после медленно выпустила воздух из легких. Быстрым движением она приколола лист к стволу дерева и поспешила уйти прочь. Она поставила ставку. Она поставила ставку на то, что действительно дорога Камилло. Ей оставалось только и дальше давать подсказки и подталкивать к ответу, ожидая реакции.       Когда Камилло смог проснуться, было уже около 10 часов утра. Вчера вечером его мама прямо перед сном зашла к нему в комнату и сообщила прекрасную новость. Она обсудила с Альмой состояние своего сына, и та, войдя в его положение, дала ему целую неделю отдыха, чтобы он смог провести время как сам того желает и познакомится с самим собой. Все же, после происшествия со свечей она стала куда внимательнее относится ко всем в доме, а в особенности, к внукам. Юноша не спеша умылся, попытался привести кудри к более менее сносному виду и двинулся на кухню. Там, заботливая тетя, оставила ему несколько блинчиков и ягод, накрыв их сетчатым колпаком, желая защитить от вездесущих насекомых. Камилло заварил себе в, пододвинутой Каситой, кружке крепкий кофе, а потом разбавил его сливками и сахаром. Все же он был тем еще сладкоежкой и совсем не переносил горькое. Он не спешно завтракал и считал, что это утро можно назвать самым спокойным за все время, что он себя помнил. Кажется, он никогда не мог не торопясь насладится вкусным завтраком, а потом неспешно собраться и выйти на прогулку. Сегодня на нем были песочного цвета брюки и изумрудная свободная рубаха с парой растегнутых пуговиц, рукава которой было решено подвернуть, чтобы они не мешались. Камилло пошел по, уже ставшей родной, тропе, легко насвистывая незамысловатый мотив. Эту песню он когда-то в детстве услышал на одном из праздников, что устраивали на улицах города. Солнце сегодня светило ярче обычного, но совсем не припекало. Лес в его лучах казался еще более красивым и манящим. Птицы постоянно летали туда сюда, а на деревьях можно было увидеть поспевающие плоды фруктов. Придя на поляну, Камилло отметил про себя, что сегодня она выглядит волшебно. Тут снова появились те самые бабочки, о которых писала Лара в одной из своих записок. Они порхали над поляной, садясь на цветы, а потом вновь поднимались в воздух. Их крылья поблескивали на солнце и начинали поражать своим огромным количеством оттенков. Подходя к дубу, Камилло видел уже привычную бумагу, висящую на дереве. Он аккуратно вынул булавку и поймал падующее письмо. Прочитав слова о том, что он так и не нашел девушку, он задумался о том, как она это поняла, но потом продолжил читать дальше и в миг все стало ясно, как этот день. Однако, к концу письма ему вновь пришлось задуматься. Днем темнее ночи, а ночью много искр от костра... Что же это за место такое? Не может быть такого, чтобы днем можно было найти место, куда не пробивалось бы солнце. Разве что пещера. Но в Энканто не было пещер, да, и если бы были, то в них все равно нельзя было бы найти цветы. Они там просто не растут. Камилло прикусил губу и задумчиво погладил лоб. И вот как теперь искать это место? Он же не мог ходить и спрашивать у всех горожан не знают ли они такого места. Хотя... А это идея! Он же и правда мог поспрашивать у жителей. Кто-то должен хоть что-то знать. Похоже, не смотря на выходной, ему придется идти в город. Но юноша не отчаивался, эта идея не казалась такой уж плохой. Это все напоминало поиск сокровищ, о котором он мечтал в детстве. Камилло воодушевленно развернулся и подпрыгнув, пошел обратно в сторону дома, а там уже и в самый центр города. Он ходил по улицам и спрашивал у всех знакомых не знают ли они места, где днем темно. Но все они лишь отрицательно мотали головой: никто понятия не имел, что это чудо-юдо такое. Он даже заскочил в библиотеку и поздоровался со своей подругой, но даже она показала ему запись в блокноте с неутешающим ответом. Ближе к вечеру Камилло потерял всякую надежду на то, что он разгадает загадку, как ответ нашелся у самого неожиданного человека. Два дня назад Пеппа, с разрешения Камилло, рассказала обо всем, происходящем в жизни сына, Феликсу. Тот отнесся ко всему с пониманием и лишь пожелал удачи. Сегодня увидев, мрачное настроение Камилло, он спросил, что случилось. В ответ он услышал полный пересказ записки и историю о приключениях сына. Тогда он рассмеялся. И дал весьма подробный ответ на вопрос, мучающий юношу последние несколько часов. -Охох... Я знаю, что это за место. По молодости водил туда твою маму. Ей очень нравилось там. Я даже сделал ей там предложение в самый разгар волшебства.-Феликс перевел взгляд в потолок и мягко улыбнулся, он явно предался воспоминаниям. Камилло заинтересованно поднял голову со стола, на котором лежал, и начал смотреть на отца, подергивая ногой в ожидании. -Знаешь же озеро недалеко от главной площади? Так вот. Иди вдоль его кромки по берегу в правую сторону. Там увидишь несколько больших валунов, а между ними тонель. Пройдешь по нему и окажешься в небольшом пространстве между деревьями. Их кроны настолько густые, что днем солнце практически не освещает лужайку. Ночью там летает множество светлячков. Они светятся не только желтым или белым светом, но и оранжевым. Именно поэтому напомнают всполохи огня около кострищ. И цветы там тоже есть. Но я в них не разбираюсь и название сказать не могу.-Мужчина легко развел руки и пожал плечами. Он был одним из многих, кого правда не интересовали растения и рассказы о них от племяницы. Камилло резко подорвался со своего места и, крикнув слова благодарности, стремглав помчался к озеру. Скоро будет темнеть и ему нужно успеть посмотреть на цветы и оставить ответ Ларе до того, как станет совсем поздно. Все же, заставлять родителей беспокоится, не хотелось. Он едва успевал оббегать людей, встречающихся по дороге. Слишком уж он спешил на чудесную лужайку. Стоило ему оказаться на пляже, как он тут же остановился и, немного отдышавшись, пошел в сторону, указанную отцом. Во время пути он успел разглядеть блики на водяной глади и появление полумесяца на небе. Он уже думал, что родитель ошибся, но заметил, что по правую руку и правда было два крупных камня с пространством между ними. Он подошел к ним и, положив руки, на холодную поверхность, двинулся вперед. Прошел он так совсем немного. Всего около метра. И пройдя последнее препятствие, в виде ветки на уровне глаз, он оказался на перелесье. Тут действительно было темно настолько, что нельзя было ничего рассмотреть. Но стоило юноше ступить на траву, чуть выше его щиколоток, как в воздух взмыло множество крошечных жучков. Они мягко светились, позволяя узреть магию. Они подлетали к юноше и кружили вокруг него, улетая после этого прочь. Ветра тут совсем не было, но все равно было немного прохладно. Камилло запутался в пончо и начал ждать, когда появятся первые цветы. Пока это происходило, он наблюдал за танцами огоньков в воздухе. Можно было подумать, что они рассказывают какую-то историю, выстраиваясь в различные фигуры и сияющие силуэты. Внезапно, юноше вспомнилось, как он получил дар. Тогда дверь озарила Каситу похожим светом, а вокруг нее витали крупицы магии, выглядящие точь в точь, как насекомые, которых он видит сейчас. В тот день Камилло много переживал. Когда он коснулся свечи, внутри, около сердца, внезапно начали расходится волны тепла. Казалось, что свеча делится жаром своего пламени и старается его успокоить. Кончики его пальцев немного покалывало, а брови складывались "домиком". Он сосредоточено разглядывал дверь, а потом все же коснулся ручки, чувсвуя как магия усаживается в его теле и становится неотъемлимой его частью. Это было незабываемое ощущение. Сейчас юноша выскользнул из воспоминаний и заметил, что под одним из деревьев медленно начал раскрываться светлый бутон. Он тут же подошел к нему и сел на колени. Он не чувтвовал холода земли. В его мыслях было только то, что он сейчас видел собственнымиглазами, и чувство предвкушения. Он с волнением и спертым дыханием наблюдал за тем, как постепенно распадались лепестки цветка, образуя что-то наподобии короны. Белый цветок как-будто бы светился в темноте. Насколько ярким он оказался в ночной мгле. Ровно по середине его белых частей проходили полосы фиолетового цвета. Правда, он был ближе к розовому, но Камилло это не волновало. Массируя виски и нахмурив лицо, он начал усердно вспоминать, что это за цветок. Внезапно он вспомнил, что его кузина дарила похожий цветок Абуэле. Тогда бабушка плохо спала и ночью любила смотреть на город. Но она расстраивалась, когда видела закрытые бутоны цветов на своем подокойнике. Именно тогда Иза подарила ей цветочек в небольшом горшке кирпичного цвета. "Как же она его называла? Тририм? Тририс? Трипис? Тристис... Точно! Тристис! Вторая буква его имени четвертая буква моего... Вторая буква ... Р. Значит четвертая буква ее имени Р!",- Камилло радостно хлопнул в ладоши и подойдя к месту скопления светящихся жутчков, поспешил написать письмо Ларе.

"Р. Четвертая буква твоего имени - "Р". Я прав? Потому что тот самый цветок- это Тристис. Я же правильно понял?"

      Юноша поднялся на ноги. Следует быстрее отнести послание к дубу и вернуться домой. Хоть Феликс и знает, где сын, и явно объяснил это Пеппе, все же приходить слишком поздно не стоило. После откровенного разговора Пеппа переживает за сына больше, чем когда-либо до этого. Завтра будет новый день и новая подсказка. Будет ли она такой же сложной или будет проще? Этого Камилло еще не знает. Но уверен, что пойдет до конца и найдет Лару. Как бы трудно это не было.