Расскажи мне о своей катастрофе, Солнышко

— Эй… Мундроп… Луна вопросительно посмотрел на своего солнечного брата, устало прислонившегося к разрисованной стене коморки спиной. Солнце выглядит потухшим и разбитым. Взяв лежащую рядом плюшевую игрушку, он слегка сжал ее в своих шарнирных пальцах и опустил лучистую голову. — М.. можно тебя обнять? Голос Солнышка звучит очень слабо, тихо, будто он пытается подавить слезы, ставшие комом в горле. Луноликий осторожно придвинулся ближе и заглянул в белые глаза. Они покрыты масляной пленкой — слезами, если можно так назвать. — Что случилось? Тебя кто-то обидел? — Деликатно поинтересовался Мун и положил свою руку на плечо Санрайза. Тот судорожно засопел и, сжавшись в комочек, прижался к брату. — Расскажи мне о своей катастрофе, Солнышко. — Успокаивающе произнес Луна, нежно поглаживая родного робота. — Не знаю, правда, найду ли подходящие слова, но… обещаю, что буду внимательно слушать. И Солнце начал свой долгий и нелегкий рассказ о том, что накипело и что тревожит его механическое сердце: о детках, об отношении работников пиццерии к нему, о жестокости людей, о личных проблемах… Все это время луноликий сидел рядом и разделял боль плачущего брата, внимая каждому слову и легонько качая головой. — Вооот… — Всхлипнул Санрайз, закончив свое повествование длиною в несколько часов, и взял очередной бумажный платочек из рук Муна, чтобы вытереть масляные слезы со своих щек. — П-прости меня, я нагрузил тебя своими проблем- Не успел договорить аниматроник, как тут Луна заключил его в свои крепкие объятия. — Не извиняйся. Твои чувства важны для меня. Солнцеликий оробело положил свои руки на плечи брата, пытаясь не расплакаться вновь. — М..Муни… — Санрайз, ты мне правда очень дорог. — Луна чуть отстранился, посмотрев в застланные маслом белые глаза. — И, если тебе нужна будет помощь, ты всегда можешь прийти ко мне: я готов тебя выслушать и поддержать, помочь чем только смогу. Ты, главное, помни: я у тебя есть всегда. И в этом мире, помимо меня, есть множество детей, для которых ты не менее важен. От этих простых, но таких нужных слов губы Солнца задрожали… Слезы опять невольно потекли по щекам. — Муни, с.. спасибо… Луна с любовью вытер масло с желтого лица брата и тепло улыбнулся. Не выдержав, мягкосердечный Санрайз снова заплакал и стиснул Мундропа в своих объятиях. — Я тебя люблююю! — Взвыл сквозь плач растроганный до самых винтиков солнечный аниматроник. — Я тебя тоже люблю, Солнышко. — Обнял его в ответ широко улыбнувшийся Мун. — Очень. На следующий день Санрайз с новыми силами приступил к своей любимой работе воспитателя, пока Мундроп отсыпался в их коморке с плюшевым Солнцем в обнимку.