История Гвиневры

      Драко до сих пор помнил, какой он увидел её спустя полгода.       Пустая, с темными кругами под глазами, мелкими порезами на руках. И более глубокими на ногах. Она упала ему в руки, только он открыл дверь их личной комнаты в Хогвартсе. Он смог спокойно жить дальше, вот только не видел своей любимой, своей милой маленькой девочки.       В то утро, когда он впервые увидел её, она даже не узнала его. Он пошел с ней под руку в Большой зал, следя, как она идет, чтобы она не упала. Она смотрела вперед, а её глаза были до ужаса холодными. Они забрали её у него на целых полгода. ПОЛГОДА!!! А ведь она была так благосклонна, что рассказала все. А они… Они издевались над ней.       На ней было простое зеленое платье, черная мантия и лодочки. Распущенные волосы, лежащие аккуратными локонами. Драко довольно долго вспоминал её любимое заклинание для прически. МакГонагалл, которая была восстановлена в роли директрисы, вскочила с кресла, когда увидела её. И бросилась к ней. Драко вел осторожно её к столу факультета. Там была тишина. Во всем зале стало так тихо. Даже переговаривающиеся первокурсники затихли.       МакГонагалл встала напротив них, Драко не смотрел вокруг. Его взгляд был прикован только к ней. Женщина чуть кашлянула, и он поднял взгляд. Он чуть отступил, придерживая Гвиневру за руку. Женщина кинулась обнимать Гвиневру. Вот только она ничего не почувствовала. Она лишь качнула головой, не понимая, что это за новые руки. Её губы чуть изогнулись, будто она что-то хотела сказать, но ни один звук так и не смог сорваться с её губ.       МакГонагалл отступила, вытирая выступившие слезы счастья. Но присмотревшись, она увидела её взгляд. Пустой. Там не было совершенно ничего. И слезы заструились по её щекам. Она отвернулась к стене, чтобы вытереть слезы. Драко все же усадил Гвиневру за стол. Придерживая её за талию. Она взяла своими тонкими, худыми пальцами ложку, Драко пододвинул к ней кашу и помог ей поесть. Девушка смотрела лишь прямо. Она не могла ничего сказать. Но Драко почувствовал, как за их спиной кто-то был.       Парень обернулся и увидел того, кого не желал сейчас видеть. Джеймс Поттер. Он донимал Драко Малфоя каждый день, где его сестра. Что с ней. Когда она вернется? Ему нужно с ней поговорить! Да, будто он, зная, где она, был бы в этой школе?! Драко лишь отмахнулся от него, и помог выйти Гвиневре из-за стола. Стоит с ней сейчас вернуться в их комнату. Или позвать Северуса, который не знал, куда ему деться. Он вновь был восстановлен на должность зельевара всего Хогвартса. Он объяснил все преподавателям Хогвартса.       Девушка послушно встала и начала нащупывать руку Драко. Парень взял её за талию и повернул в другую сторону. Осторожно беря её руку, нежно поглаживая запястье. Джеймс увидел её взгляд. Он хотел что-то сказать, но у него будто ком застрял в горле.       Парень опустил голову и Драко заметил у него на щеках слезы. Он судорожно сжимал и разжимал кулаки. Блондин покачал головой и повел её к выходу из Большого зала. Там он заметил Гермиону, что смотрела на Гвиневру со слезами. Они что, специально? Они специально, что ли рыдают все при виде неё? ДА, он сам хочет броситься на кровать и расплакаться. Но это ничего не решит! Лучше бы помогли, черт возьми!       Драко прошел мимо неё. Гвиневра все продолжала смотреть вперед. Сколько боли она вынесла за все это время? Насколько же авроры хотели поиздеваться над кем-то из-за своей оплошности? На лестнице их увидел Северус. Мужчина сначала протер глаза, скорее всего тоже не поверил, а после отошел чуть в сторону, приглашая пойти с ним. Ну, хоть один не ударился в слезы. Слава богу! Драко бы не выдержал ещё раз увидеть такие слезы.       В комнате Северуса Драко усадил Гвин на стул, Северус подошел к ней и взял за руки, и замер, давая ей возможность ощупать его руки. Она что-то долго ощупывала, будто пытаясь понять. Но после все же замерла, как-то отрешенно склонив голову. Мужчина тяжело вздохнул, поднимаясь с колен, и положил одну руку ей на лоб. Северус обернулся на беспокойного Драко, что старался держать себя в руках и не метаться по комнате. Но его тело колыхалось из стороны в сторону. Зельевар тихо подозвал его к себе, и Драко практически подлетел, с некоторой надеждой. Мужчина положил руку блондина на её лоб, и Малфой повторил его позу, дав одну свою руку в мягкие ладошки Гвиневры, которые массировали их руки.       Девушка была безучастной, от чего становилось горько и больно на душе. Но ни Драко, ни Северус не могли позволить себе такой роскоши, как слезы. Эта глупышка, она ведь решила защитить их двоих, принимая все на себя. Северус глубоко вдохнул и начал пробираться в её голову, так что и Драко повторил его действие. Гвиневра последние годы училась «отстраняться» от своего тела, чтобы не испытывать боли. Оставалось лишь найти её в потоке сознания и понадеяться, что они смогут её вернуть.       Это могло бы вполне оказаться простым, если бы человек был не особо умным. Но Гвиневра… Она же знала практически все! И её сознание, это просто колоссальное количество информации. В какой-то момент их прервал домовой эльф по имени Руру, которая следила за распорядком дня супружеской пары Малфоев, вместе с домовиком Тью. Но пока не было Гвиневры, они очень пристально следили за Северусом и Драко, по наказу своей хозяйки. Она видимо знала к чему все придет, так что и создала запасную подушку безопасности. Домовики принесли им поесть. Они часто напоминали своим хозяевам про еду. Ведь и мужчина, что с головой старался уйти в работу, чтобы не думать о плохом, и Драко, что мог просто лежать в их кровати и не двигаться порой сутками, не замечали течения времени.       Гвин они пододвинули ближе к столу, чтобы она могла продолжить ощупывать их руки. Казалось, что так она расслабляется. С каждым «жмак», она дышала как-то даже глубже, более естественно. Домовички охали, обходя свою хозяйку. А после Руру переместилась в поместье Гвиневры Малфой, с собой она привела парочку домовиков с новинками одежды для их госпожи. Два домовика-лекаря и их «помощники». Решено было переместиться в их комнату для удобства. Пока Северус продолжал свой завтрак, домовики занялись ранами по всему телу своей хозяйки, очень осторожно их, обрабатывая, переживая, не больно ли ей.       Северус пришел спустя полчаса, несколько нервный. Тью не позволила ему выйти из комнаты, пока он не съел все, что ему подали. Гвиневра лежала на кровати в нежно-белом платье, что очень сильно сглаживало все её раны, заклеенные пластырями. Снейп присел на край кровати, напротив Драко и положил руку вновь ей на голову. Девушка спала, так что вторую руку Северус протянул к Драко, чтобы синхронизировать их волшебство. Так дело пошло куда быстрее. В отдаленной части сознания они нашли сферу, в которой и была заперта «душа» Гвин. Поверх той сферы было ещё четыре слоя подобных сфер, пока они не сужались до её сферы, плотно обхватывая её маленькое тело.       Они решили действовать и потянулись к барьеру первой сферы, проникая внутрь.       … В помещение находилось четверо мужчин, один стоял недалеко с кипой бумаг. Гвиневра сидела на каменном троне-стуле в какой-то тряпке. Вся картинка была несколько помутневшей. Вокруг неё ходили мужчины и задавали ей вопросы. В какой-то момент, совершенно её не слушая, в руку ей вошел шприц со странным веществом, что затуманило её разум полностью. Ноги ей раздвинули одним грубым движением. Она продолжала отвечать на вопросы, пока её грубо насиловали. Её голос оставался таким же спокойным, будто ничего и не происходило. И Северус, и Драко предпочли отвернуться от чего-то на столько мерзкого. Однако Северус все же превозмог свои эмоции и постарался рассмотреть сквозь пелену воспоминания лица этих «людей». Девушка отвечала несколько механически, будто и не она.       Её спрашивали обо всех планах Волан-де-Морта. Куда он делся? Куда он мог спрятаться на сей раз? И ведь Гвиневра четко отвечала все, что ей было известно, ничего не скрывая. Для парней это длилось около пяти часов, но воспоминание все не заканчивалось. Драко все же смог совладать со своими эмоциями, но ему было страшно. Его жену буквально поимели, когда она пыталась его защитить. И теперь она в подобном состоянии….       Но воспоминания на этом не заканчивалось. Перед глазами Гвиневры хлопнули в ладоши и она закрыла глаза, будто под гипнозом и отключилось. Далее щелкнули пальцами, перед глазами Гвиневры оказалось подобие клетки, где она лежала на кровати, прикованная цепями к стене.       -Хо? Ты снова пытаешься этими игрушками меня остановить? — Девушка зло сузила глаза, пытаясь встать, но её нижняя часть тела онемела, и отказывалась слушаться.       -Заткнись, шлюха. — Буркнул мужчина и попытался скрыться за дверью.       -Как долго ещё меня будут тут держать, придурок? — Гвиневра сжимала и разжимала кулачки, пытаясь простимулировать свой организм, от подобных перепадов контроля, тело становилось ватным.       -Сколько потребуется.       -Хватит уже! Я рассказала все! Я хочу домой! — Она вспылила, раздраженно дергая руками от стены, но даже выпрямить их не могла. Дальше последовал щелчок и она вырубилась.       …Следующая сфера воспоминаний начиналась с того же помещения, вот только там она висела на цепях что свисали с потолка. Взгляд Гвиневры был спокоен. Она смотрела куда-то сквозь них. Обернувшись, они встретились взглядом с тем же мужчиной и двумя парнями, около двадцати лет. Они смотрели странным желающим взглядом на неё. Она презрительно сощурила глаза.       -Ты опять привел ко мне новичков? Который месяц ты держись меня здесь? — Она взмахнула руками и повисла на цепях, закидывая ногу на ногу.       -Как впрочем, и всегда. Авроры должны знать и уметь сражаться с такими стервами, как ты. — Мужчины прошел сквозь компанию и подошел к Гвиневре, кладя свои руки ей на попу и приближая своё лицо к ней.       -Где мой муж и мой отец. Ты знаешь, что произойдет, если я не получу ответ. — Девушка продолжала спокойно висеть на цепях.       -Как я и обещал, их никто не трогает. Клянусь своей жизнью. — Мужчина, не стесняясь ничего, стянул с неё белую тряпку, раздвигая её ноги.       -Решил без рук остаться? — Девушка презрительно сжала глаза. Мужчина вытащил из кармана шприц и воткнул ей его в руку.       -Маггловское изобретение, а как интересно работает. Даже стерву усмирит. Ну, чего замерли мальчики. Вперед. Сегодня она в вашем распоряжении.       Драко обозлено подошел вплотную к мужчине, в этот раз, рассматривая его лицо. Он найдет его. Он найдет его и своими же руками придушит. Глаза Гвиневры тем временем застлала белая пелена, руки перестали её слушаться, и она повисла на цепях. Юноши, заметив изменения в этой опасной девушке, приободрились и занялись ею. Воспоминание подернулось белой пеленой. Девушка видела влюбленный взгляд Драко, а тело знало, что это вовсе не нежные и осторожные прикосновения Драко. Драко чувствовал все эти ощущения Гвинни. Он чувствовал, и это бесило ещё сильнее. Парень гневно всматривался в лица всех этих людей, ощущая своё бессилие.       …Следующее воспоминание было из того же из помещения, где она была прикована к стене на цепях. Рядом стоял столик с инструментами. Ножички, ножи, иголки. Девушка была в обычной одежде, на ней ещё ничего не было. Её разум был чист и спокоен. В помещение зашел тот же мужчина и, потирая руки, он подошел ближе.       -Где Драко Малфой и Северус Снейп? — Произнесла она спокойным и четким голосом. Драко и Северус даже вздрогнули от подобного тона. Вслед за мужчиной в помещение зашли ещё трое парней. Она окинула их презрительным взглядом. Ответа ей не последовало. Гвиневра скривила губы и тряхнула головой, создавая волосами волну. В помещение ворвался ветер вперемешку с огнем и песком. Двое погибли, задохнувшись. Третий упал, пытаясь защититься. Мужчина покряхтел, возвращаясь в комнатку и охнул.       -Что творит стерва-то?! ПРЕКРАТИ! Чертовы цепи должны были её оставить без магии! Что вообще происходит.       -Я повторю свой вопрос. Где мой муж и мой отец? — Девушка свела брови к носу, злобно сверкая глазами.       -Да не трогал их никто! Стерва такая! Убила мне двоих парней! И что мне теперь в отчетах писать. Господи боже. — Он покачал недовольно головой, осматривая мертвые тела, и заметил ещё живого.       -Впредь отвечай на мои вопросы сразу, — проговорила Гвиневра и отключилась. Но картинка отчетливо воссоздавалась из её методов рассуждения. Мелкие порезы на руках, ногах, лице. Удары по спине.       А воспоминания все продолжались. К ней приводили все новых и новых людей. Или меняли комнату, интерьер подвала. Меняли орудия пытки. Но не убивали её. Не отрезали конечности. Боялись, что от сильной боли, она воспламенится и тогда всех убьет? Снейп и Малфой были опустошены, когда смогли закончить «просмотр» воспоминаний. Гвиневра бесшумно спала, будто и не дышала вовсе. Руру и Тью накрывали на стол, прошло много времени с начала их сеанса.       Драко лег к ней на кровать, прижимая к себе. Северус озадачено смотрел в потолок. Парень ласково очерчивал пальцами её лицо, милые маленькие губки и нос. Все ли в порядке с её внутренним здоровье после подобного отношения? Конечно, домовики осмотрели и обработали её внешние раны, но лучше пригласить лекаря, чтобы он проверить её. А лучше прямо сейчас, пока она спит. Драко сел на кровати и тихо позвал Руру. Она поспешила подойти, отвлекаясь от стола.       -Господин?       -Приведи лекаря, желательно самого лучшего из больницы. Чтобы он мог проверить здоровье Гвиневры. После подобного, вдруг из-за этого она останется бесплодной? — У парня прямо-таки пересохло в горле. А ведь она так хотела иметь своих детей и доказать своим ужасным родителям, что она не такая. Что её дети будут самыми счастливыми!       Северус сел за стол и оперся на стол руками, о чем-то раздумывая. Эльф кивнула и исчезла. Буквально через пять минут она появилась снова, под руку с врачом.       -Мистер Малфой? Здравствуйте. Ваш эльф сказал, что нужно полный осмотр и осмотр репродукционной системы, верно? — Блондин кивнул и встал с кровати, пуская доктора к девушке. — Тошнота? Плохой аппетит? Что-нибудь такое было? — Доктор начал магический осмотр, параллельно спрашивая.       -Сегодня утром все было хорошо.       -А вчера?       -Я не знаю, она сегодня только вернулась.       -Гм, понял. — Доктор продолжил магический осмотр и диагностику, выводя информацию на планшетке. Драко, простояв минут пять у него над душой, все же уселся напротив Северуса и стал ждать результатов. Позже доктор тронул его за плечо, привлекая внимание Малфоя. — Можете не переживать. С вашей женой все в порядке, только немного стресса. Репродукционная система не повреждена, так что наследников вашей семье спокойно сможет выносить. Но это нужно будет смотреть по ситуации. Но у неё все же не до конца стабилизировалось состояние. У неё были какие-то проблемы последний год? — Драко отрешенно кивнул и выдохнул.       -Спасибо, доктор. Руру перемести его обратно. Теперь я спокоен.       Домовик растворился в дымке, подхватывая под локоть собравшегося врача, а Драко присел на кровать подле Гвиневры, подлаживая её по волосам. Девушка тихо сопела, будто напевая мелодии, что так успокаивало нервы Малфоя. Маленькая девочка…. Он улегся на кровать, прижимая её голову к своей груди, нежно перебирая прядки таких прекрасных черных волос. Она снова с ним, он обязан её защитить. Хватит ей рисковать собой, хватит ей подставлять себя всюду! Драко закрыл глаза, вспоминая, какой же она была несносной всего пару лет назад.

***

      Впервые он встретил Гвиневру, когда закупался перед школой всем необходимым. Она ходила с Северусом, который отказался провести этот день со своим крестником, на что тот был очень обижен! Северус улыбался, рассуждая с маленькой девочкой подле него о чем-то. Она бурно махала руками, что-то доказывая, и сильно надувала щеки, когда Северус не соглашался с ней. Волосы её были черными словно воронье крыло, они блестели на солнце, а озорные зеленые глаза, так и метали молнии, когда она злилась. Одиннадцатилетний мальчик был поражен её внешностью, она выглядела необыкновенно, а его крестный, что так постоянно хмурился, становился совершенно другим. Из-за этого в нем даже проснулось некое чувство зависти. Что-то не принадлежит ему, и он никогда не сможет вот так же свободно о чём-то спорить с таким ворчливым Северусом. Они проходили по многим магазинам, оживленно болтая, а в некоторых и вовсе замолкая, будто боялись, что их могут подслушать, а после девочка заливалась смехом.       Второй встречи мальчик ждал с особым нетерпением, ему хотелось доказать этой зазнайке, что Северус принадлежит ему, и вообще как она посмела! Но в поезде он так и не смог на неё наткнуться, зато столкнулся с её внешней копией, вот только мужского пола. И как же не поиздеваться над каким-то мерзким зазнайкой? Драко тогда знатно посмеялся над ним вместе со своей компанией, что за убожество вертелось подле него, просто слов не было.       Второй раз он смог её увидеть в Большом Зале вновь подле Северуса. Может она призрак, который привязался к Северусу? Почему он видит её только с ним? Как же ему тогда всё высказать! Только теперь она выглядела напряженной, молчаливой и в какой-то степени скучающей. Она не смотрела с восторгом на потолок, или призраков. Она лишь скучающе скользила взглядом по силуэтам новых первокурсников среди которых пошли недоуменные перешептывания, из-за сходства этой девочки и «мальчика который выжил». На перекличке к разделяющей шляпе он и смог узнать её имя:       -Гвиневра Поттер.       Это имя было таким изысканным, таким «вкусным», как любила выражаться его мама, Нарцисса. Маленькая девочка спокойно отошла назад от Северуса, обогнула преподавательский стол и под одобрительные улыбки учителей, села на стул. Шляпа пробыла у неё тогда долго на голове, пока она что-то тихо шептала себе под нос, шляпа ещё тогда тяжело вздохнула и откликнулась «Слизерином». После-то он узнал, что Гвиневра доказывала шляпе, что в любом случае пойдет на Слизерин, даже если шляпа пошлёт её на другой факультет. Так что выбора у неё как такового не было, пришлось соглашаться, чтобы не выслушивать новые скандалы. Черноволосая девочка тогда встала с табуретки, аккуратно поправила шляпу, передавая её в руки МакГонагалл, и сделала реверанс. После она словно поплыла к столу Слизерина, где села почти на самый край, гораздо дальше, чем все первокурсники. Там никого практически и не было, ведь мало кто хотел веселиться прямо под носом у учителей. Это действие как-то даже насторожило Драко. Она ни с кем не пыталась начать общение, лишь скучающе переглядывалась с Северусом, который полностью разделял её мнение на словах директора и всех остальных.       Когда его отравили туда же, на Слизерин, Драко и не сомневался в себе, хотелось плюхнуться около неё и начать диалог, но его уже подзывали знакомые старшекурсники, так что пришлось смириться и сесть к ним. По окончанию ужина, она не сдвинулась с места за старостами, лишь когда Северус поднялся, она пошла за ним. Драко это смог увидеть, лишь потому, что шёл последним. Она расцвела улыбкой рядом с ним. Что за странная девочка. У неё есть имя, она сестра «мальчика который выжил», но ведет себя будто и не от мира сего! Что за ужас!       В гостиной, где они ждали декана своего факультета, было оживленно от увиденного за этот ужин. Гвиневра Поттер из чисто гриффиндорской семьи, попала на Слизерин, первокурсники бурно это обсуждали, пока старшекурсники вяло отвечали, что «это было ожидаемо». Алекс Розье тогда заявлял, что он ей как старший брат, и вообще кто будет доставать их малышку, огребет по шее! На чём его и поймал Северус, так что по шее получил именно он. Девочка стояла слегка позади него и была очень серьезной, будто и не было той улыбки, на входе в гостиную. Северус зачитывал совершенно стандартную для его факультета лекцию, что они семья, не просто кружок по интересам. Слизеринцы должны стать семьей, принять новых членов и помочь их воспитать. А Драко все не мог оторвать глаз от этой странной девочки, как впрочем, и все остальные первокурсники. По окончанию своей лекции мужчина подозвал к себе старост и передал им чуть ли не лично в руки на попечительство Гвиневру. Девочка выглядела спокойно, но вселенская тоска будто поселилась в её глазах. А после, Северус подал знак крестнику, подзывая его к себе.       -Подружись с нею. — Это было слишком неожиданно для маленького, гордого собой Драко. Который был уверен, что мир крутиться вокруг него. — Только тебе я смогу доверить мою маленькую девочку.       Драко хотел было возразить, ведь… Ведь это о нем должны заботиться! Она должна хотеть с ним подружиться! Так почему же он… Пришлось согласиться, но по возвращению в гостиную — её он не нашёл. Девочка ушла в свою комнату и носа оттуда не показывала. Панси, девочка, которая придерживалась его круга для защиты, сказала, что она спит.       На следующее утро в гостиной её застать не получилось, она ушла раньше него, а в столовой было слишком шумно. Весело переговариваясь, старосты сами решили, что первокурсники будут оставлены на Гвиневру, ведь «она провела здесь побольше нашего». Она знала все ходы, где можно пройти, а где не стоит, какой ход короче, а какой длиннее. Черновласка спокойно кивнула, будто ожидала этого. Как после выяснилось, да, это было нормально. Она каждый год проводила экскурсию первокурсникам на протяжении четырех лет перед первым курсом. Её отличная память помогала в этом. На первый урок, трансфигурации, они прибыли точно вовремя, рассаживаясь по местам. Гвиневра села на самую первую парту, что на самом деле было очень удивительно для первокурсников Слизерина. Ведь МакГонагалл не переносила Слизеринцев, как декан Гриффиндора. И мало ли что могло случиться с теми, кто сидят на первых партах.       Но какого было их удивление, когда на перекличке сама МакГонагалл расплылась в ласковой улыбке девочке, а по окончанию предложила ей сделать из стола перед ней свинку, чтобы подбодрить всех остальных студентов, видя их грустные глаза от вырисовывающихся формул на доске. Девочка кивнула и взмахнула палочкой, выводя какие-то символы, из её уст полились слова, которые дополняли линию, что после опустилась на стол, перевоплощая его в большую такую напуганную свинью.       -Ты все ещё используешь эту длинную формулу?       -Простите. Мне не хватает практики, профессор. — Девочка понуро опустила голову, перевоплощая свинью обратно в стол, что произошло гораздо быстрее, чем до этого.       -В любом случае, для твоего возраста просто потрясающие способности. Сто баллов Слизерину. — Женщина поаплодировала ей, так что девочка приподняла голову, в глазах её появилось просветление надежды. С задних парт Гриффиндора послышался едкий смех, так что профессор немедленно отреагировала. — Минус десять баллов с Гриффиндора, мистер Поттер ведите себя прилично, что это за поведение?!       Профессор тогда ещё устроила целую лекцию на тему поведения, пока Гвиневра успокаивала свои губы, что так и норовили расплыться в улыбке. Драко отчетливо видел, как ей хотелось широко улыбнуться, но смех «брата» напугал её, так что она замерла на пару секунд. А после она неловко потупила взгляд вниз, в учебник, что отличался от их книг, приступая к изучению его. Зам-директор все продолжала свою поучительную беседу, так что слизеринцам оставалось лишь тихо перешептываться между собой или использовать пергамент, для особо осторожных. После пары трансфигурации девочка дождалась их всех в коридоре, пересчитала и повела на урок чар, где Флитвик выдал ей довольно крупный свиток с рисунками, кругами и разнообразными словами на непонятных языках.       Девочка кивнула и засела его разбирать. Она выписывала на свой пергамент последовательность действий, а после расшифровку. Драко мог воотчую наблюдать это всё, ведь сел прямо около неё. Девочка даже никак не отреагировала на него, что очень ударило по его самолюбию. Следующим уроком стояла пара зельев, так что Драко уже начинал предчувствовать, будет что-то нехорошее. Он так и не заговорил с ней за все это время. А Северус определенно ждет от него хороших результатов. Перед кабинетом зельев стояли и даже слегка дрожали гриффиндорцы. Северус выглянул из своего кабинета только перед самым звонком, приглашая напуганных студентов войти.       -Гвин, займись проверкой работ. А все остальные, готовьте перья, на первом уроке вы будете писать работу. Узнаем, было ли у кого-нибудь желание открыть учебник по зельеварению. — Северус испытывал удовольствие от этих шокированных лиц студентов, пока девочка прошла за его стол, села на высокий стул, что ровно подходил под её рост, и взяла в руки стопку пергаментов, с чернильницей красного цвета. Она даже не смотрела на остальных студентов, не замечала заинтересованных взглядов, или же разъяренных со стороны её брата.       На втором уроке Гвиневру усадили за проверку работ её класса, пока они готовили зелья. Северус очень громко комментировал работы, которые девочка проверяла. Пристыжая студентов за их глупейшие ошибки. А после устроил шоу с Джеймсом Поттером в главной роли.       -Ох, наша маленькая звездочка. Джеймс. Поттер. — Северус как-то раздраженно выдохнул фамилию, будто смаковал, чтобы разорвать на куски. — И что же, у нашей знаменитости не нашлось времени открыть учебник по зельеварению.       -Никак нет, сэр. — Парень отвечал сквозь зубы. — Я не считаю…       -А вашего мнения никто и не спрашивал. Как погляжу, звезда во лбу имеется, а в голове пусто. — Он раздраженно вздохнул.       -Д-да как ты… вы!!! — Мальчишка так и задохнулся от злости.       -Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора. — Четкий и ровный голос Северуса отлетел от стены и вернулся эхом. Джеймс сжал кулаки ещё сильнее. — А манеры все такие же, как и у вашего отца. Совершенно никаких. Неподобающее поведение. Мисс Поттер, — девочка подняла на него глаза, — подпиши так же минус пять баллов всем, кто не получил оценку выше средней.       -Поняла, профессор. — Черноволосая склонилась над пергаментами, внимательно выписывая буквы с цифрами.       -И как же так вышло, что ваша старшая сестра во много раз лучше вас? Какое разное воспитание. — Северус покачал головой, сощуривая глаза.       -Ведь именно ты её воспитал, ничего удивительного. Такая же подколодная змея, как и ты. — Тихо прошептал Джеймса, но все прекрасно слышали, что ничуть не взбесило Северуса, и он повернулся на Гвин.       -Мисс Поттер, запишите ещё минус сотню баллов с Гриффиндора за подобные слова мистера Поттера.       После этого мальчишка осел на стул, будто шоком пораженный. Благодаря ему тогда Гриффиндор сильно пострадал. Чему очень радовались старосты Слизерина, у них был шанс хорошенько отыграться и достичь необходимого им. Черноволосая за просто так получила на зелья много баллов, за хорошо проделанную проверку работ старших курсов, или же за грамотное разделение ингредиентов по классам и полочкам. Девушка была очень спокойна и лишь кивала головой, когда ей давали новое поручение.       Драко буквально не успевал следить за ней. Она быстро уходила, когда завершался обед, и её не было видно до самого ужина, а после и вовсе до следующего дня. Девочки из её комнаты говорили, что она рано ложится спать. Учебная неделя пролетала слишком быстро, когда он все же смог поймать и заговорить, да и при очень странных обстоятельствах.       Это был урок полетов, Гвиневра вела себя спокойно и тихо, она отличалась своим поведением от всех остальных первокурсников, она будто готовилась к нападению. Драко был в окружении своей свиты, и подобраться ближе к Гвиневре у него не вышло, Панси встала между ними, не замечая разъяренного взгляда Драко. Раздосадованный очередной неудачей, Драко искал на ком отыграться. И когда Лонгботтом взлетел слишком высоко, а после чуть не разбился, его разразило злорадным смехом. А глянув под ноги, стараясь отдышаться, он заметил катящуюся напоминалку, которую так бурно обсуждали сегодня за завтраком гриффиндорцы. Ему хотелось почувствовать себя всевластным, ведь эта девчонка никак не шла с ним на контакт! Как так?!       -Ой, а что это у нас? Того толстяка что ли? — Блондин весело подкинул вверх шарик, ловя одной рукой, привлекая к себе внимание. Ох, эти взгляды! Драко тогда упивался ими.       -Отдай! — Рявкнул Джеймс, порываясь подойти к нему ближе, но довольно маленький Драко легко отскочил назад.       -А зачем оно мне? Я лучше найду для неё прекрасное место, чтобы вы потом всем факультетом её и…       -Прекрати. — Прервал его спокойный голос Гвиневры, и она легонько ударила его по руке, не заметно подкрадываясь со спины. — Ссоры факультета должны оставаться на факультете. — Девушка забрала напоминалку, протирая её рукавом мантии, а после прошла вперед и посмотрела на младшего брата. — И ты тоже прекращай. Ведёшь себя, как псих. — Гвиневра смотрела на него спокойно, вот только его злой и напряженный взгляд говорил о многом, обо всех разногласиях между братом и сестрой. Девочка повернулась к нему спиной, и направилась к своему факультету. Вот только у Джеймса были другие планы, он запрыгнул к неё на спину, пытаясь отобрать напоминалку. Девочка от неожиданности пошатнулась и выпустила шарик из руки, так что тот полетел, скользя по воздуху к стене. Джеймс оттолкнул сестру и поспешил к метле, взвиваясь быстрее, чем кто-либо успел сообразить, что он нарушает наказ профессора. Он поймал напоминалку буквально в паре сантиметров от стены замка. А Драко тогда вместе с Панси еле-еле успели поймать девочку, прежде чем та распласталась по земле.       Девочка поднялась с их рук очень растерянная, она видела шокировано пораженное лицо Панси и напряженно надутое Драко, это же надо было такое сделать. Поттер-старшая встала, отряхнулась и подняла палочку. Запуская заклинанием в беспризорного брата, которое заставило его замереть на месте, после оказаться прямо перед ней. Девочка подошла ближе и ударила его по щеке.       -Мне без разницы, как ко мне относятся родители, как относишься ко мне ты, но. Я в первую очередь твоя старшая сестра. — Девочка ещё раза три хорошенько ударила ему по щекам, прежде чем кто-то из гриффиндорцев ожил и попытался вмешаться. — Твоё поведение безобразно, если у тебя есть время на такие глупости, уверена, профессорам будет очень кстати тебя завалить учебой. — Девочка ещё несколько раз ударила его по щекам, и хотела продолжить свою речь, под недоуменными взглядами одиннадцатилетних детей. Да только вмешался Северус, бережно беря её за руку.       -Гвиневра, будь спокойна. — Его голос не предвещал ничего хорошего. — Вас вызывают в кабинет директора, мистер и мисс Поттер. Ваши родители так же там будут. — К полю уже бежала МакГонагалл требуя остановить малышку Гвиневру от избиения на глазах у остальных детей. Её руки тогда колотило, будто ей этого было мало. — Мистер Малфой, а с вами я проведу беседу позднее.       Блондин тогда сильно струхнул, Северус редко ему что-то запрещал, но если он делал что-то не так… Был чуть ли не единственным человеком, который мог его наказать. Н-да, от проблем ему тогда отвертеться не удалось. После он смог узнать, что в директорском кабинете Гвиневру отчитывал отец, ведь она посмела ударить ЕГО, «Мальчика-Который-Выжил»! Да как она посмела! За её спиной стоял Северус, как бы защищая, но девочка тогда пропустила мимо ушей половину его тирады. А когда тот затронул оскорблениями вечно спокойного Северуса, девочка подняла заклинанием одну из тяжелых «безделушек» с директорского стола и бросила магией точно в челюсть. Мужчина, не ожидавший удара, упал, а девочка вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Её никто так тогда и не выслушал, и конечно, никто не наказал Джеймса-младшего, а наоборот ему вручили место ловца. МакГонагалл тогда отдельно вызвала к себе Гвиневру и тихо сказала, что «не могла упустить такой талант». Черноволосая была крайне зла, но после того случая стала здороваться с Драко и Панси, которая изначально была с Драко и даже родителями частично рассматривалась, как невеста, неожиданно перешла на сторону Гвиневры, постоянно преследуя её. «Она слишком очаровательна! Ты только посмотри!» Но у Драко-то оставался из умных собеседников ещё Блэйз, так что расстраиваться не пришлось.       Девочка не стала отходить от них или возражать, когда они подсаживались к ней за завтраком или обедом с ужином, относилась к этому скорее спокойно и нейтрально. После той пятницы, она часто получала Громовещатели, но не один из них так и не смог раскрыть своего бумажного рта. Девочка их сжигала щелчком пальцев, даже не удосужившись повернуться. Но и для Слизерина она сделала нечто наилучшее, раскрыла благодаря кому Слизерин последние лет шесть занимает первое место в соревновании по квиддичу. Она так же пожала плечами и сказала, что не может скрывать свой талант к руководству и стратегиям. МакГонагалл пришлось смириться, ведь она не играла сама, а лишь строила стратегию, так что фактически правила не были нарушены. Команда по квиддичу, под предводительством вечно угрюмого Флинта и чересчур спокойной Гвиневрой развивались гораздо быстрее, чем команда Гриффиндора. Девочка лично проводила отбор в команду, составляя новые стратегии, пока Флинт рассказывал старые своим новым участникам команды.       Она была слишком увлечена своим долгом доказать, что никакой талант Джеймсу не поможет! Не смогут поймать снитч? Не проблема, нужно просто забить больше очков до его появления и не позволить забить в свои ворота! Девочка отбирала крепышей для защиты или же охотников, и в то же время очень маленьких и юрких девочек для работы с бланджерами. Они маневрировали с ними, уходя в пики, а после отбивая их в сторону. Её целью было полностью завладеть полем, имея два состава команды.       Она вызвала восторг среди первокурсников, а вот Алекс Розье вновь влезал, радостно сжимая в своих объятиях девочку. «Вот она гордость нашего факультета!» Драко смог стать частью её окружения, перенимая её привычки и даже некоторые увлечения. Учеба и посещение библиотеки стали чем-то из ряда нормального, в след за ней ходили половина первокурсников, стараясь понять, в чем же её секрет и способ быть такой умной. Со временем, она решила устроить «кружок помощи с домашним заданием». Она-то изучала темы гораздо сложнее их, поэтому могла с легкостью справиться с подобной глупостью. Конечно, к Гвиневре приставал Джеймс, вот только теперь его грубо посылал весь слизеринский факультет, старшекурсники раздражено фыркали на него, все слышали рассказы первокурсниц зеленого факультета, о том как на малышку Гвиневру, что и так ниже своего брата, была подвержена нападению со спины, так ещё и младшим братом! Слизерин, который ценил больше всего семейные узы, расценивал это как предательство, буквально был готов загнобить паренька. Но было принято единое мнение задавить его на матчах по квиддичу. Драко приходилось смирять свой гнев от вида «мерзкого Поттера», который несколько раз показательно пытался вызвать девочку на дуэль. Вот только за секунду был околдован заклинанием, сорвавшегося с её палочки.       -Всё? Достаточно? У меня нет на тебя времени. — Черноволосая отвечала грубо и жестко.       Зеленоглазая не раскрывала ещё своей души новообретенным друзьям, но иногда рассказывала о своём детстве и веселых моментах со старшекурсников, ведь повидала она много. И последний седьмой курс, буквально был с её самого первого года в этой школе. Она их проводила от самого начала до самого конца, так что девочке даже было немного грустно, ведь они были для неё невероятно ценны, даже тот самый дурак Розье, был потрясающим рассказчиком, выступал многим первокурсникам поддержкой.       Год закончился раздраженной Гвиневрой, которая была готова убить своих родителей, после борьбы с «очаровательным профессором», который пытался провести ей очередную лекцию о дружбе и мире с её братом. А философский камень был благополучно забран из зеркала ещё до начала всей суматохи, правда после пришлось потрудиться, чтобы забрать и стекла зеркала желаний, которые представляли собой прекрасный материал для заклинаний и амулетов.       На следующий день после возвращения по домам, девочка пригласила Драко, Панси и Блейза в гости, посидеть, попить чаю, пообщаться. Ей было очень скучно. Северус новые книги не разрешил взять, сам уехал на задание, а ей пришлось вернуться к «родителям», где делать буквально нечего. Так что Панси, осмотрев фронт работы над образом и внешним видом Гвиневры, заявила, что «мальчики могут делать что хотят, а я тебя забираю подбирать нормальный гардероб! Что же это за ужас такой, да у меня гардеробная втрое больше твоей комнаты!» Так что под предводительством Паркинсон почти второкурсникам пришлось провести много времени, просматривая «шмотки», которые маленькая, но очаровательная, девочка старалась натянуть на Гвиневру. Зеленоглазая не сопротивлялась, а лишь заинтересованно рассматривала все эти платья, блузки, юбки и они выглядели, так красиво? Девочка даже расплакалась, когда увидела себя в красивом платье, Паркинсон была горда собой и повела её по магазинам, уже представляя, что подходит её подружке.       Весь июль они провели вместе в доме Поттеров, пока те развлекались за границей и «утешали» своего сыночка. Панси поработала над внешним видом и одеждой Гвиневры, и была полностью горда собой. Малышка Гвиневра выглядела очень мило, словно куколка, с такими большими и хрустальными искрящими глазами. Вот только их веселье прервали вернувшиеся злые Поттеры. Им нужно было срочно отправляться в Аврориат, их вырвали с отдыха вместе с сыном, тот сонно мотался, пока раздраженный Джеймс-старший чуть не выбил дверь в дом с ноги. Кажется, мужчина не ожидал, что в гостиной будут веселиться дети вместе с его дочерью, но он так на них зыркнул, что вся четверка насторожилась, готовая драться.       -Ох, дорогая, прости, но похоже вам придется все это свернуть… — Лили попыталась успокоить подобную ситуацию. — Нас срочно вызывают в Аврориат, на длительное задание, кажется нашли следы Темного Лорда, так что вы с Джеймсом проведете остаток лета с семейством Уизли. Она приедет завтра утром вас забрать. Гвиневра нехотя кивнула и, взявшись за руки с Панси, пошла наверх, в свою комнату, Драко с Блейзом последовали за ними. После в гостиной послышались страшные звуки, будто диван взрывали раз за разом, а после тушили, и вновь взрывали и тушили, и так по кругу, сопровождаемые криками родителей Поттер. Гвин не оставили выбора, Панси села с ней на кушетку у окна, пока мальчики расстилали кровати, в комнату специально были перемещены ещё три небольшие кровати, вместе с заклинанием расширения пространства. Драко после смог узнать как все же прошел остаток лета с семейством Уизли.       Девочка вела себя тише воды, ниже травы. Ей поручили полный контроль действий Джеймса, который бегал всюду с одним из своих прихвостней — Роном Уизли, а так же девочкой, что мечтала стать женой этого «волшебного мальчика» рыжая бестия — Джинни Уизли. Черноволосой приходилось постоянно ходить и наблюдать за ними, между тем почитывая одну из книг, что прислали вместе с письмом в Хогвартс. Списки книг пополнялись с помощью Северуса, который не видел смысла в покупке книг, от которых ей никакой пользы. Мисс Уизли, когда увидела её списки, была очень удивлена, они совершенно отличались от тех, что она когда-либо покупала одному из своих сыновей. Черноволосая уверила, что сама сможет найти и купить книги, ей помощь не нужна, она достаточно самостоятельна.       А уж её день рождения как весело тогда прошёл! Джеймс был недоволен, что ему никто практически не отправил и письма, а к Гвиневре совы все прибывали и прибывали, пока её ворон сидел на спинке дивана и важно каркал, будто самолично доставил всю стаю, хоть всем известно, что совы боятся воронов. Ворон с металлическими когтями и пронзительно зелеными глазами, так ещё и ростом в метр, а размах крыльев четыре метра! Тут даже человек побоится. Перси проникся уважением к Гвиневре, хоть и относился с некоторым подозрением из-за её слизеринской наружности. А Фред с Джорджем нашли в ней сестру по оружию. Хоть она и была чертовски замкнутой и «заучкой», с их точки зрения, но идеи у неё было просто на высшем уровне!       А сам Драко смог с ней встретиться и все это обсудить в середине августа, когда семейство Уизли отправилось за покупками к школе. Девочка говорила с миссис и мистером Уизли очень вежливо, почтительно, отпрашиваясь пройтись с друзьями — слизеринцами по магазинам, ведь для неё это было во много раз привычнее. Миссис Уизли её ни в чём не ограничивала, ведь девочка, если уж не создавала проблемы, так наоборот, помогала решить некоторые из них, даже без магии. В свои двенадцати лет она могла организовать даже её безответственных сыновей — Фреда и Джорджа.       В тот день Драко, Блейз и Панси, что недовольно высказывалась Блейзу о его внешнем виде, встретились с Гвиневрой около банка. Девочки дружно обнялись и, взявшись за руки, поспешили пройти в сам банк. Драко и Блейз же принялись выспрашивать у подруги, как поживается в полуразвалившемся доме. А как может житься вместе с девчонкой, что сохнет по твоему брату и все время пытается строить против тебя козни? Впрочем, пары встреч с Трэфом, змеем Гвиневры, которая чем-то напоминала собой девятиглавую гидру, вот только более меньших размеров, хватило маленькой девочке, чтобы та отстала от черноволосой.       Покупки, прогулки по Косому переулку, да и Темной Аллее, где часто прогуливалась Гвиневра в поисках ценных ингредиентов для своих экспериментов. А конец лета она проводила, запершись в комнате, читая новую литературу доставленную Северусом. Гриффиндорцы шугались декана Слизерина, пока маленькая Поттер, весело бросала к нему в объятия. Он поднимал её на руки и выходил из дома в садик, там они разговаривали о новых книгах, теориях. Что уж там, «разговаривали»…. Спорили! Да ещё как оживленно.       Второй учебный год Гвиневра начала вместе с Драко, Панси и Блейзом в поезде. Вернее, началось с Панси, которая ждала перед проходом, а там уже и забрала в охапку Гвиневру, весело удаляясь к Драко в начале поезда. Гвиневра только и успела, что попрощаться с семейством Уизли, а именно с Перси, ведь её отправили первой, чтобы не задерживать так, сказать.       В их купе, где Панси разложила новые наброски и фото «потрясающей» одежды, ворвался вихрь каштановых волос. Гермиона Грейнджер. Драко был с ней знаком благодаря склокам с гриффиндорцами, а вот Гвиневра предпочитала не влезать в эти неприятности, с этой девчонкой, что сохнет по её брату. Проблем ей и тогда хватало. Вот только у Гермионы видимо были другие планы. Она подсела к Гвиневре и завела рассуждение о прочитанном материале на каникулах, будто это было в норме вещей. Ни тебе здрасте, ни тебе досвидание…. И ведь Гвиневра отвечала спокойно, будто не удивившись этому. Оказалось, пока Гвиневра засиживалась на первом году в библиотеке, она и познакомилась с Гермионой, что так РВАЛАСЬ к знаниям, которые Гвиневре были предоставлены. Черноволосая не предлагала ей свои материалы, но отвечала на вопросы, возникающие у Грейнджер. Да и вмешиваться в её логическую цепочку, что так потрясающе сложилась благодаря чумному трио с двумя прихвостнями Гриффиндора. Хоть золотой пятеркой называй! А ведь после она, будто между делом, обмолвилась, что Джеймса-младшего и Рона так и не видела в поезде….       Следующим, особо запоминающимся моментом, связанным с Гвиневрой, моментом был урок защиты от темных сил. Златопуст Локанс был полностью уверен в своем эго, давая тест на прочтение его книг, так что девочка, которой было совершенно нечем заняться, распространила недавно собранную формулу мысленной магии. Это заклинание помогало передавать по мысленным каналам верные ответы этого дурацкого теста, ведь девочке пришлось прочитать эту ересь. Профессор тогда был очень удивлен, что его знает так много студентов, но вот только…. Гвиневра подняла руку.       -Профессор, если вы утверждаете, что я освоила материал ваших книг на «отлично». То позвольте я задам вам вопрос? — Девочка выглядела серьезно, так что Локонс даже немного опешил, но загордившись ещё сильнее, важно кивнул. — Чему вы собираетесь нас учить по этим книгам? — Гвин сощурила глаза, повторяя движение Северуса, которое Драко забыть никак не мог, это выражение лица на допросе… профессор несколько опешил, и хотел было что-то сказать, но…. — Уточню сразу, что я не пытаюсь вас задеть. Я просто хочу вам напомнить, что я одна из студенток второго курса, которая проходить программу более углубленно. И в ваших книгах, я не нашла того, что может быть полезным для студентов. В них описываются ваши подвиги, как вы решали чьи-то проблемы. Вот только…. Не каждый волшебник имеет столько мощи и величия, как вы, чтобы справиться с такими трудностями. — В её голосе прозвучали нотки иронии, но вот Локонс поплыл от «комплиментов». По классу прошелся шепоток гриффиндорцев о «подлизе». Вот только, черноволосая сильно иронизировала свою речь. — Способ обучения профессора Квирелла, не смотря на его заикания, был действенным и хорошо помогал понимать этот довольно сложный предмет.       -Ну, что вы, юная мисс. Мои книги помогают совершенствоваться, стремиться к цели!       -Они не предназначены для обучения детей, профессор. Как обычной роман из книжной лавки — да, но не как учебная литература, профессор. — Девочка задумчиво посмотрела на книги.       -Значит так, юная мисс? — Профессор озорно сверкнул глазами. — Тогда вы, наверное, сможете справиться с феями? — Он поднял полотно с клетки, что так сильно шумела под потолком. Посмотрев на удивленное молчание класса, он открыл дверку клетки. Феи озорно вылетели оттуда и попытались начать всё крушить. Вот только Гвиневра подняла свою левую руку и оттуда, из рукава, вылезли девять голов Трэфа, он сонно облизывался, почувствовав запах добычи, и тихо зашипел. Феи мгновенно насторожились и поспешили разлететься в стороны от «чудовища». Змею понадобилось меньше минуты, чтобы схватить по одной в каждую голову и лениво пожевывая закинуть в клетку. Остальные между собой обернулись и так же поспешили залететь в клетку, зажимаясь в комочек в углу. Профессору осталось лишь удивляться.       -Этого достаточно?       -Н-но! Вы не сами, это ваш п-пит…       -Профессор, а кто сказал, что великие волшебники все делали сами? Грамотно подобрать себе фамильяра и воспитать — дело не из легких. — Черноволосая ласково погладила по туловищу змея, а после её рука засверкала, и на ней оказалось угощение. — Так повторю свой вопрос. Чему, вы собрались нас учить профессор? Силе духа?       Профессор тогда не смог придумать ответ, и даже попытался снять с неё баллы, но злобный «зырк» от змея его все же остановил. После он никогда не докучал черноволосой, а даже наоборот старался обходить стороной, ведь профессора открыто ему пояснили, что Гвиневра — очень умный ребенок, поэтому может высказываться о его уроках, как пожелает. И он снимать с неё баллы не имеет права! Северус тогда очень сильно хвалил девочку, ведь его до безумия раздражал этот блондин в блестках с завышенным эго, который не позволил ему пробиться на место профессора ЗоТИ.       Следующим конфликтом второго курса стала борьба за поле для квиддича между Слизерином и Гриффиндором. Драко очень любил квиддич, фанател по нему, но в способностях ловца побороться с «гением столетия» не мог. А для остальных позиций он был слишком мал и слаб. О чём ему прямым текстом заявила Гвиневра, даже не смотря на то, что они друзья. Она была сердцем команды Слизерина, и не могла позволить кому-то завладеть хоть малейшим шансом на победу над её подопечными. А Люциус Малфой, который спал и видел, как его сын уделывает загордившегося сына Джеймса Поттера, решил, что будет прекрасным аргументом купить всей команде новейшие метлы. Драко был не в восторге от этого, казалось, что его взяли только ради этих метел. Но Гвиневра лишь их осмотрела, посмотрела на Драко, задумчиво ощупала руки, а после протянула: «ну не хочу я тебя туда пускать, ты же пострадаешь с этими хрупкими костями…». Пожалуй, именно на этом моменте Драко стоило задуматься над её отношением к нему, ведь тогда вся команда по квиддичу смогла разглядеть, что даже у такой холодной и безэмоциональной девочки появились чувства к противоположному полу. Но в нем заиграл детский азарт, чтобы доказать, что все возможно, ей пришлось уступить, лишь бы не вступать в ссору с другом.       На одну из тренировок к ним заявились гриффиндорцы. Хотя вернее все же было сказать, что туда взошел Джеймс Поттер, сопровождаемый Роном и Джинни Уизли, Гермионой Грейнджер и двумя придурками, которых даже никто особо не запоминал. Гвиневра ещё стояла на краю поля и вырисовывала петли палочкой, что-то настраивая с кольцами ворот. Повинуясь её палочке, они оторвались от держащих их столбов, подлетая ещё выше. Флинт, вместе с Драко стояли уже около гриффиндорцов, что были крайне обескуражены тем, что ИХ поле, заняли слизеринцы. Черноволосая, как уже упоминалось, была сердцем сборной Слизерина, так и мозгом в большинстве случая, поэтому она поспешила подойти ближе, слегка покашливая, напоминая о своё присутствии.       -Что происходит?       -Ты ещё смеешь спрашивать об этом?! — Вскрикнул Джеймс и попытался ринуться к ней, но его остановила рука Вуда, капитана сборной Гриффиндора.       -Пытаемся понять, почему Слизерин занимается на поле, если сейчас наше время. — Парень смотрел на девочку, что встала во главе всей команды, а после Флинт, будто замыслив что-то, приподнял девочку за талию и посадил к себе на плечо, так что девочка теперь смотрела на всех сверху вниз. Она потрепала его по волосам, не отводя взгляда от капитана красной команды.       -Сейчас наше время, Оливер. Я получила письменное разрешение от профессора Снейпа для занятий на поле, как впрочем и всегда. И уже обговорила с мадам Хуч расписание для наших тренировок. И она его вполне одобрила, так же как и Пуффендуй с Когтевраном. — Девочка покрутила палочкой над своей рукой, и там возник блокнот. Где она перелистнула пару страниц и будто в подтверждение, ткнула в строчку ноготочком. А после повернула в сторону гриффиндорцев. — Какие-то ещё проблемы?       -Ты как разговариваешь со старшими, хамка! — крикнула Джинни из-за спины Джеймса.       -От хамки слышу. — Спокойно отреагировала Гвиневра, поправляя свою юбку, чтобы все было достаточно прилично. За Флинтом стоял Пьюси и поддерживал её за спину. Драко стоял слегка сбоку от старших.       -Как ты её назвала?! — Джеймс ринулся вперед, вот только путь ему уже преградил Драко.       -Как слышал. Псих нашёл себе самку того же полёта, вот и всё. — Блондин пожал плечами, гордо поднимая нос. Ну, смотри же, какой он молодец! Вот только Гвиневра как-то снисходительно хмыкнула, с теплыми нотками в глазах.       -Тебя не спрашивали номер два!       -Вот-вот! Без своих новеньких метел ничего не умеешь!       -Ты сначала слюни свои утри, бедняк. — Вот этих слов Ронни не смог вытерпеть и попытался своей сломанной, после увлекательного путешествия на машине мистера Уизли до Хогвартса от станции Кинг-Кросс, палочкой наложить заклинание. Однако, заклинание было прекрасно отражено назад, из-за нестабильности его палочки, так что Драко от нервов засмеялся в голос. От блюющего слизнями Рона смеялись все наблюдатели, в особенности, собравшиеся слизеринцы, которые всегда наблюдали за работой Гвиневры.       -Ну, если вы закончили разводить конфликт на пустом месте, — девочка раздраженно свела брови к носу, приподнимая палочку, — то будьте так любезны, уйти восвояси. У нас тренировка. — Она взмахнула палочкой и поднялась с плеча Флинта на метлу, а после полетела по направлению к кольцами, выравнивая их перемещение по определенной траектории. — Марк, ты чего там прохлаждаешься с командой?! А ну-ка, по метлам, у нас не так много времени!       Девочка озорно подмигнула команде, вставая на среднее кольцо. Гвиневра расплылась в улыбке, смотря на трибуну, где сидела Панси. Та аж подскочила, будто призрака увидела, но после она села обратно, утыкаясь в книжку. «Ты слышала? Слышала? Он такой классный! Такой очаровашка!» Она одна была никак не занята во время этих тренировок. Ведь даже Блейз тренировался на запасного вратаря.       Гриффиндорцы успокоились и опустили меч войны на время. Поттер-старшая помогала своим однофакультетникам с уроками, помогала Северусу в его экспериментах и его работе. Гермиона все так же пыталась поймать её и завести разговор о науках, так что Панси, которая всё время находилась со своей «супер милой подружкой» предложила создать для всех факультетов Класс помощи с домашним заданием. Гвинни не была против, но и не сказать что рада. У неё не было дел в школе, большинство книг она уже прочитала в библиотеке, оставались лишь те, которые и вовсе не были ей интересны. Школьная жизнь двигается довольно сбалансировано, без происшествий, так почему бы не разнообразить? Когда она спросила об этом у совета преподавателей, они лишь радостно закивали. Гениальнейший ребенок хочет помогать ребятам, так почему нет? А прошлый год убедил, что она в состоянии это делать. Под её началом первокурсники слизеринца, даже не особо блещущие умом Кребб и Гойл смогли натянуть свои оценки как минимум на «выше среднего», что так же можно было назвать положительной оценкой!       Вот так, в школе магии Хогвартс появился класс помощи с домашними заданиями. Конечно, изначально на них ходили только слизеринцы, ну, плюс ещё Гермиона. Но Гвиневра и не стремилась заставлять к ней ходить. Вот только профессора сами говорили, что если они не понимают тему — могут обратить в её класс помощи. Гвиневра сразу говорила, с какими предметами она справиться, а от прорицаний сразу отмахивалась. Столь ненаучный урок был ей не нужен. Она спокойно реагировала на любых учеников, и ей даже нравилось, когда её подопечные понимали тему, что она объясняла.       Из Гриффиндора, девочка очень хотела забрать к себе на воспитание мальчишку Невилла Лонгботтома. Который настолько был восхищен Джеймсом Поттером, что ходил порой попятам. Она начала с ним общение через зелья, вызываясь помочь ему с готовкой оного. Северус был несказанно удивлен, но дал добро. Ему не хотелось вновь отмывать свой кабинет от неудавшегося эксперимента Лонгботтома. Мальчишка относился к ней несколько насторожено, но внимательно слушал объяснения, а после повторял сам. Такое внимание к этому «толстяку» очень раздражало и обижало Драко. Но когда он ей об этом сказал, она спокойно объяснила, что семья Невилла достаточно влиятельна, что уж говорить о его бабушке. А заиметь такого союзника — хорошее вложение на будущее. Так что, мальчик смирился с этой ситуацией. И на вторую неделю открытия класса гриффиндорец стал ходить к ней на занятия. Да, ему пришлось нагонять своих однокурсников, но никто из слизеринцев, НИКТО, не высказал ничего против. Они были слишком увлечены объяснением Гвиневры, чтобы отвлекаться на что-то другое. Она объясняла иногда на уроках что-то сложнее программы, или же показывала свои умения в магии, устраивая яркое шоу.       И всё было хорошо, до Хэллоуина, как впрочем и в прошлый год. Драко видел то ледяное раздражение, что расплывалось в её глазах. Будто она уже прекрасно понимала что к чему. Да, она понимала и знала, ведь «неизвестный» отправлял ей сообщения с фениксом, что же происходит в замке и где она нужна. Девочка после ужина шла к кабинету, для подготовки к ещё одному уроку, вместе со своей командой зеленых первокурсников. Они чувствовали себя спокойнее вместе, сплоченнее. Но повешенная на втором этаже миссис Норрис отвлекла их. Что уж говорить об удаляющемся шипении «убить…. Надо убить….» Конечно, директор Дамблдор все знал, и ожидал действий со стороны своего воспитанника. А Гвиневре, которая имела запас всяких зелий — пришлось делиться своим зельем мандрагоры для того, чтобы расколдовать кошку. А уж сколько было вылито грязных слов, как ушат с помоями, на головы компании Джеймса Поттера, что проходил мимо того места, когда и нашли кошку. Гвин пришлось смириться со «строгими мерами предосторожности» и вместе со всей своей компанией вернуться в гостиную, а там уже и заняться уроками. Так что, для Слизерина — эта ситуация не имела никакого смысла. Гвиневра все равно с ними.       До нового года и каникул в ту пору все было тихо. Гвиневра часто куда-то уходила из гостиной по ночам. Ах, ну ещё кто-то устроил взрыв в кабинете зелий, и выкрал ингредиенты из кладовой Северуса, через пару дней после Хэллоуина. Он тогда был готов устроить всем курсам масштабную контрольную, но Гвиневра кое-как смогла его успокоить. Так что даже Гриффиндорцы начали молиться на ёё лик. Ах, ну и ещё Джеймса чуть не прибило бланджером на матче между Слизерином и Гриффиндором. Бланджер летел по своей траектории, так что команда Гвиневры даже не пытались его как-то перенаправить, их он не задевал, а вот цель в виде Джеймса Поттера ему понравилась. Матч они выиграли, понятное дело, даже снитч Драко смог поймать прямо перед носом Джеймса, пока тот был увлечен бланджером, над чем очень сильно сокрушался мальчишка-комментатор с гриффиндора.       На новогодних каникулах в гостиной Слизерина оставалась лишь компания Гвиневры, состоящая из Драко, Блейза и Панси. Так же два тугодума, Кребб и Гойл, оставались с ними, им хотелось побольше узнать, чтобы их семьи могли гордиться своими детьми. А так же двое старост на пару с Флинтом, которому было «слишком лень» ехать домой, ведь Гвиневра их загоняла на тренировках, а матч все так же не предвиделся. Кребб с Гойлом ушли после ужина в библиотеку, пока у них было время. А Гвиневра выслушивала речь Панси о новом платье, которое очень хочет получить на новый год. Драко с Блейзом же сидели подле них и дописывали домашнее задание, стараюсь не вслушиваться в их разговор, себе дороже….       В гостиную Слизерина зашёл Дерик Мальсибьери, который как-то странно посматривал на своих спутников, в след за ним зашли и Кребб с Гойлом, а за ними зашла Миллисента, хотя её не могло быть в школе. Вот только смотрели они на гостиную как-то иначе, как рассказала после Гвиневра, которая моментально отвлеклась от разговора с Панси. Её взгляд насторожился, а после похолодел. Вот изменения в её лице, Драко замечал сразу. Он уже и не понимал, почему все время следит за её настроением, её выражением лица или поведением. Но девочка ничего против не высказывала, так что и он не старался убрать свою привычку так делать.       -Винсент, Грегори, Милли! — Гвиневра сдержала свои эмоции, радостно приветствуя своих «подопечных». Парни обернулись на неё, как-то с задержкой кивнули и подошли ближе. — Разобрались в теме, что я вам посоветовала в прошлый раз? Или возникли какие-то вопросы? Ох, Милли, я и не знала, что ты сегодня возвращаешься! — Девочка сидела на большом диванчике, придерживая в руках один из журналов Панси. Блондин поднял голову и внимательно посмотрел на некогда его «компанию» и самую тихую студентку Милли. Они и правда выглядели странно, будто и не они вовсе, а эти взгляды на девочку, что им всегда помогала…. Что-то было точно не так. Кребб, Гойл и Булстроуд уселись напротив Драко и Блейза, и Грегори Гойл заговорил:       -Да, что нам это. Мы ходили поискать материал про Тайную комнату! — парень несколько глуповато улыбнулся, а после нахмурился, слегка покашляв, а после ткнул локтём Кребба.       -Да. И вот нашли нечто очень интересное. — Он задумчиво почесал подбородок. — Там говорилось, что Тайная комната уже открывалась раньше. Но вот что произошло и кто открывал, ничего не известно. — Гойл повернул на девочку своё «личико», пока девочка была очень спокойна, слушая их.       -Да. И хотели у тебя узнать, ты же дольше нас в школе, может знаешь чего об этом? — Подхватила Милли. Гвиневра задумчиво на них посмотрела, перевела предупреждающий взгляд на Драко, Панси, а после и на Дерека, который только-только собирался выходить обратно на патрулирование. Но тот все же остановился, и решил поговорить немного с Флинтом, что развалился недалеко от камина на диванчике и спал.       -Ну, — протянула черноволосая, закрывая журнал и прикладывая палец к губе. — Не сказала бы, что я знаю многое. Такие скучные вещи, как легенды мне не особо интересны. — Пожала девочка плечами, перекладывая журнал на столик подле диванов и села в обычную позу, закинув ногу на ногу. — Но помню, что была история, что около пятидесяти лет назад кто-то открывал Тайную комнату, и даже убили одну из грязнокровок. Но насколько это правда, не знаю. — Она беззаботно пожала плечами на удивленные взгляды Драко и Панси.       -А кто это был? — Гойл заинтересованно придвинулся ближе.       -Хм? Не знаю, но его вроде исключили из Школы, может вообще отправили в Азкабан.       -Азкабан? — недоуменно переспросил Кребб, но тут же прикрыл свой рот рукой. — Ах, да… Азкабан.       -А зачем вам оно? — Черноволосая недоуменно наклонила голову. — Я точно помню, что вы мальчики, говорили мне, что будете усиленно заниматься по предметам. А теперь расспрашиваете про какие-то глупости! А ты, Милли? Почему ты не предупредила профессора Снейп, что сегодня приезжаешь? Так это не делается, нужно обязательно сообщить профессору.       -Ой, да ты чего. Не надо! — воскликнула Милли и поспешила пойти к двери гостиной. — Я сама схожу, не беспокойся. — Черноволосая набрала в легкие побольше воздуха, покрутила пальцем перед своим носом и дунула на всю тройку. Дерек мгновенно обернулся на них и… Кто бы мог подумать? Перед ними оказались Джеймс Поттер, Джинни и Рон Уизли.       -Сходит она, как же. — Фыркнула Гвиневра. Дверь гостиной не открылась перед Джинни. — Вот сейчас и провожу, крошка Джинни.       Гриффиндорцы шокировано замерли, а после их подхватили под белы рученьки. Блейз и Драко взяли под руки Джеймса с Роном, а Дерек за шкирку потащил Джинни. Гвиневра же шла впереди их колоны, ведя к Северусу. Гриффиндорцы пытались кричать, противиться, упираться, вот только слизеринцы пылали праведным гневом, затаскивая в кабинет профессора Снейпа, куда его позвала Гвиневра. О! Какое же было тогда у крестного Драко лицо, он был так доволен, когда отнимал баллы с каждого. А гриффиндорцы пытались что-то возникать, но лишь зарабатывали ещё минус баллы. В подземелья к Северусу вбежала Минерва МакГонагалл, выкрикивая, что её мальчики и девочки не причем! И не надо на них клеветать. Вот только Гвиневра представила ей весомое доказательство: на каждом из гриффиндорцев был остаток оборотного зелья. От чего Северус был готов расцвести в улыбке в любую секунду. С факультета улетело за мгновением около трёх тысяч баллов, ведь такое простить уж точно никак нельзя было. Это было не только простое нарушение правил, а так же и проникновение в кладовую Северуса, воровство, что уж говорить о проникновении в гостиную Слизерина! Декан Гриффиндора разочарованно качала головой, не прерывая отнимание баллов с её факультета. А после так и добавила им отработку в классе зелий до конца года. На что Декан Слизерина согласно кивнул, пусть послужит им уроков. Гриффиндор тогда ушёл в минусовые баллы, более чем на две с половиной тысячи, что сразу их снизило на самое последнее место в рейтинге. Так что компании Джеймса пришлось стать тише воды ниже травы.       После того случая Гермиона перешла полностью на сторону Гвиневры, ведь Джеймс тогда сорвался на ней, даже не замечая, что она влюблена в него. Грейнджер была слишком расстроена из-за этого и проводила всё своё время в библиотеке, где её и нашла Гвиневра. У неё было желание забрать Гермиону на Слизерин, но в школе запрещены переходы с одного факультета на другой, все слушаются распределяющей шляпы. Да и нужен ей был кто-то умный в компании младшего брата, чтобы его направить на путь истинный. Черноволосая, сопровождаемая, как и всегда, Панси, проводила с Гермионой много времени, пока они рассуждали об учебе, «заучка гриффиндора» не вмешивалась в дела Джеймса, он обходил её стороной, вместе с Джинни, что уж говорить обо всех остальных второкурсниках. Она вновь осталась одна на своём факультете, когда же Гвиневра, да и Панси, у которой просто не оставалось выбора, подружились с ней. Паркинсон рассуждала о новых коллекциях, а Гвиневра с Гермионой внимательно выслушивали её речи, иногда перешептываясь о каком-либо интересном учебнике.       Через пару месяцев Джеймс все же искал встречи с Гермионой и просил у неё прощения. Он ничего не мог сделать без её знаний, что уж говорить про его учебу. Но брюнетка четко сказала своё нет, и ушла на дополнительные занятия с Гвиневрой, куда гриффиндорцы из компании Джеймса боялись ходить, чтобы не навлечь проблем на свою голову. У Джеймса начали развиваться комплексы неполноценности из-за того, сколько людей уходили от него к «чертовой темной». Невилл, Гермиона, некоторые первокурсники и даже некоторые старшекурсники. Что уж говорить, даже Перси и Фред с Джорджем ходили к ней! Если первый ходил за знаниями и увлекательными дискуссиями, то близнецы приходили для составления новой интересной задумки для шутки. Джинни и Рон были злы на своих старших братьев, но не рисковали противостоять им.       Конец года, июнь, жаркая пора, время экзаменов близилось. И вот до конца оставалось всего нечего, так ведь не может учебный год с Джеймсом Поттером закончиться спокойно! В один из вечеров в Тайную комнату были похищены Джинни и Гермиона. Да, нападения продолжались, грязнокровки застывали в ожидании зелья из корня мандрагоры, а все остальные учились как и раньше. Гермиона для малышки Гвиневры стала кем-то очень ценным, Драко это отчетливо видел, так что поддержал подругу в цели пойти за ней. Панси и Блейз были оставлены в гостиной строгим наказом от Гвиневры и старост, они не хотели и девочку с Драко отпускать, но они-то были на особом счету у Северусу. Так что разобраться подобной проблемой, как гнев Северуса — они смогли бы сами.       Гвиневра пошла глубже в подземелье, подзывая своего змея, который выполз из щелочки в стене. Трэф довольно что-то нашептывал Гвинни, пока она шла вперед, вместе с Драко. Они прошли по коридору в старую часть замка. Поворот, ещё один, в другую сторону, а после она остановилась и щелкнув пальцами перед ней зажегся огонёк. Девочка подошла ближе к стене и нашептала что-то. На стене сверкнули глаза двух змей, а после стена отъехала в сторону. Драко знал, что его подруга змееуст, иначе как бы она справилась со столь опасной змеей, как её питомец? Далее проход стал увеличиваться, показывая им довольно большое озеро, а по стенам были головы змей, который мгновенно подчинились черноволосой, выстраиваясь в мостик. После им пришлось долго петлять по коридорам, выходя в просторный зал с большой статуей уже известного им великого волшебника. Салазар Слизерин. Вот уж кто точно был великим магом, что смог сделать столь потрясающее строение. Драко с удивлением рассматривал это помещение из-за угла, где они остановились, а Гвиневра не выглядела удивленной. Казалось, что так и должно быть. Перед ней предстала битва между Джеймсом и «воспоминанием» Тома Реддла. Василиск нависал над ним грозной фигурой, а спереди его поджимала Гермиона под заклятьем. Джинни лежала у ног статуи без сознания.       Гвиневре понадобилась минута на составление плана действий, а после она ринулась к василиску, отталкивая своего брата от него. Что уж говорить о её состоянии, когда она заметила парящего Фоукса, феникса директора. Она грозно прикрикнула на птицу, предупреждая, что придушит птицу, если он вздумает лететь к василиску. Джеймс же, стоял со шляпой в руках не знал, что ему делать, Гермиона была под заклятьем, но и вредить человеку он не хотел. Гермиона бросилась на Гвиневру, игнорируя Джеймса, так что Драко выбежал вслед за Гвиневрой, загибая руки гриффиндорки ей за спину, перекрыв горло рукой. Драко тихо нашептывал о ситуации, что происходит, где она, и вообще какого черта эта умница разумница подчиняется заклятью какого-то воспоминания! Пока Гвиневра тихо шептала василиску утешения, между делом крича брату не о сражении с воспоминанием, а более веской цели, как уничтожение дневника! Василиск мерно покачивался, прикрывая глаза, и шептал об усталости, укладываясь кольцами перед её ногами.       После уничтожения дневника, оттуда хлынули чернила, а Джинни открыла глаза, отчего Джеймс чуть не расплакался. Драко отпустил Гермиону и она начала протирать глаза, уши и трясти головой, будто пытаясь избавиться от наваждения. Она смотрела на мир более спокойным взгляд, чем до этого. Гвиневра подняла палочку, посмотрела на вход, откуда пришёл, по-видимому, её брат, и переметила всю компанию за дверь, захлопывая её. Змеи послушно взвились на двери, закрывая Тайную Комнату навсегда. Джеймс придерживая Джинни за талию пошёл вперед, поглаживая её по волосам и утешая. Гермиона шла чуть позади, стараясь не смотреть на все эти нежности. А вот Драко такой поворот событий насмешил, и когда Гвиневра закончила со змеями, он подхватил её за талию и под коленками, а после понес вперед, обгоняя гриффиндорцев. Девочка была поражена, что полностью удовлетворило эго мальчика, девочка схватилась за его плечи, то ли от страха, то ли от неожиданности. Он нес девочку, как принцессу, мама рассказывала, что девочкам нравится подобное. А ведь правда, Гвиневра тогда покраснела до самых ушей.       Достигнув завала, она взмахнула палочкой, раздвигая все эти камни в стороны, там-то они и нашли Рона с Локонсом, что даже не мог вспомнить, как его зовут. Пришлось тащить и глупого профессора за собой магией, а уж там отправлять его к профессорам, что стояли наверху. Профессора радовались, что все живы и даже не ранены, разве что, психологические травмы у гриффиндорских девиц. Гвиневра спокойно доложила, что комната запечатана, дневник уничтожен и теперь в руках Джеймса, а она хочет спать. Она кивнула Северусу, а после положила голову на плечо Драко и расплылась в улыбке. Драко это заметил, но предпочел смолчать, поспешив удалиться из туалета плаксы Миртл, в направлении их гостиной. Джеймса и всю остальную команду оставили на допрос, а вот взгляд Северуса, Драко так и не смог забыть. Казалось в нём дырку прожгут, а вот за что, он тогда не смог понять.       Летом, буквально на следующий день после окончания учебного года, девочка написала ему письмо, что её выгоняют из дома, когда он хотел пригласить к ним в дом в гости на «званый обед». Малфой очень переживал, когда спрашивал у своих родителей, сможет ли остаться Гвиневра у них до начала учебного года. Он не хотел, чтобы его подруга пострадала. Нарцисса, когда увидела состояние сына, что-то определенно задумала и, переглянувшись с мужем, дала согласие. Когда девочка пришла в их дом, она была очень вежливой и спокойной, она была в легком зеленом платье с черным кружевным подолом.       Люциус, отец Драко, оценил манеры девочки. Ей было почти тринадцать, но вела она себя так элегантно. А её манеры, статность! Выше всяких похвал. Мать Драко важно кивала, рассматривая девочку, так что в какой-то момент Драко показалось, что они видят в его подруге — невесту для их «малыша». Эго Драко было тогда очень недовольно, и он высказал, что это его друг, и не нужно портить его дружбу с кем-то! А после ушёл из столовой, где Гвиневра осталась с его родителями. Да, через некоторое время Драко пожалел, что дал волю своему эгоизму, а не подумал о чувствах Гвиневры.       На следующий день девочка была как обычно, веселой и блистательной. Блейз и Панси приехали к Драко в гости, как только узнали, что «милашка Гвинни» у него. Блейз чувствовал себя старшим братом черноволосой, а Панси старшей сестрой, поэтому они старались позаботиться о ней. Вот только сталкивались во мнениях и спорили на эту тему. Они занимались уроками, новыми темами, а после Драко показывал разные развлечения для магов, что были у него.       31 июля для Гвиневры семейство Малфоев устроили грандиозный праздник, куда были приглашены многие волшебники-родители детей, которых она обучала в школе. Они благодарили за её старания, ведь многие дети Слизерина теперь были гениальны! Получали положительные отметки, вели себя спокойно и рассудительно. Многие её благодарили и задаривали подарками: от редких книг, ценных ингредиентов до всяких сладостей. Для многих в школе она прослыла сладкоежкой, ведь раньше у неё не было времени на сладости, даже когда Северус предлагал ей их.       Северус, когда узнал, что его приемная дочь находится у Малфоев, хотел было забрать её, вот только тут уже против был Люциус, который узнал о чувствах Гвиневры к его сыну, и хотел, чтобы они стали ближе. Мать Гвиневры не интересовалась где её дочь, но документ о свободном посещении Хогсмида подписала без вопросов.       Третий курс начался со злостного извещения, что из Азкабана сбежала Белатрикс Лестрейдж, её муж и его брат. Практически доехав до замка школы, их поезд остановили дементоры, для проверки. Гвиневра играла в карты вместе со своими друзьями, весело переговариваясь между собой, когда купе заледенело. Она мгновенно насторожилась и вытащила палочку из своего сапога. Быстрее, чем дементор смог открыть дверь до конца, она воскликнула «Экспекто Патронум» и с её палочки сорвался феникс, освещая все вокруг пронзительно белым светом, дементору пришлось отступить назад, а девочка вышла из купе в коридор, направляя своего патронуса по коридору, спасая своих подопечных слизеринцев. Некоторые первокурсницы сидели, сбившись в кучку и жмурились от страха, так она подошла к ним и ласково погладила по волосам, успокаивая, пока её яркий феникс отгонял Дементоров, грозно покрикивая. Черные тени сонно вылетели из купе, когда к ним подбежал один из новых преподавателей. Римус Люпин. Гвиневре пришлось состроить самое радостное выражения лица, но после она смогла рассказать Драко причину её недовольства.       Люпин здесь для наблюдения за ней, как и Сириус Блэк. Вот только Сириус пытался на неё повлиять силой, а Люпин пытался играть на чувствах маленькой брошенной девочки. Так что все были крайне насторожены к новым преподавателям ЗоТИ. После первого урока у старшекурсников девочка узнала, как Блэк ведет свои занятия, отнимая баллы за самую глупость и прибавляя гриффиндорцам не за что. Северус, тоже узнал об этом, и отрывался на гриффиндорцах по-своему. Это уже походило на баталию между учителями. У курсов младше четвертого уроки вел профессор Люпин. Только на одну неделю его замещал Блэк, и слизеринцы были готовы взвыть от его уроков. Пока он не столкнулся с Гвиневрой на своих уроках.       -Профессор Блэк, вы недостаточно компетентны для проведения уроков у детей. — Заговорила девочка. — На ваших уроках настолько скучно, что даже уроки истории магии покажутся интересными.       -Минус пятьдесят баллов за ваш дерзкий ответ, мисс Поттер.       -Профессор Блэк, видимо не знает правил и отношения профессор к моему мнению на счет педагогов? — Девочка расплылась в улыбке, вставая из-за стола. — Я прохожу школьную программу более углубленно, если вы не знали профессор. И могу судить по вашему поведению, что вы не способны обучить студентов. Если вашей душеньке будет так угодно, то я выйду из класса. — Девочка встала напротив него, не сдерживая улыбки.       -Да как ты смеешь, мелкая темная! — Он попытался замахнуться на неё, прикрикивая.       -Судя по правилам школы, профессора не имеют права повышать голос на студентов, отнимать баллы за неправильный внешний вид, если это делает не деканы одного из факультетов или же замдиректор с директором. Обычные профессора могут лишь наказывать в связи с их предметами отработками, но не постоянным снятием баллов. Так же профессора не имею права обзывать своих студентов, дискриминировать их по любому из признаков. Профессорам так же запрещено касаться своих студентов, разве что в особых случаях. — Девочка слегка наклонила голову, вырисовывая восьмерку пальцем. Профессор Блэк замер. — Мне продолжить, профессор? Я обязательно после доложу об этой ситуации профессору МакГонагалл.       Слизеринцы расчувствовались после этого шоу. Девочка сходила к профессор МакГонагалл и доложила об ужасном поведении профессора Блэка, который использует свою власть, чтобы наказать неугодных ему, а именно слизеринцев и возвысить гриффиндорцев, как и он сам. Женщина была в ярости и запретила Сириусу возможность добавлять или отнимать баллы, у кого-либо. Ему вообще многое запретили и поставили под вопросом его работу в учебном заведении. Профессор Блэк ещё долго пытался шипеть на девочку, приходя к ней на занятия и пытаясь их сорвать, однако, Гвиневра быстро об этом доложила совету преподавателей, так что ему запретили походы в её класс. Он пытался комментировать её способ обучения, с магией копии под необходимое количество, как иногда используют в магазинчиках на Темной Аллеи, так что она помогала каждому, у кого возникали вопросы. Пытался доказать, что «фи, она же просто темная, а вот Джеймс-младший знает больше. Фи, да он в сто раз лучше. У него великий дар. Он более умный, более способный» и так далее. Мальчишка поддакивал своему крестному, что только усложняло всю ситуацию.       Джеймс вынюхивал, где же скрывается Белла, чтобы поймать её, как его отец. А Гвиневра ловила старост, а именно Катрин Лестрейдж и Дерека Мальсибьери, и Маркуса Флинта за поисками тайных ходов и проделывание нового. Старшие отмахиваются от неё, а девочке приходится смириться, что они порой видят в ней всего лишь маленькую девочку. Хоть и уже давно знают её.       Гвиневра мало что рассказывала Драко про этот год, но он точно помнил, как девочка раздраженно говорила, что если бы не её тупой брат, она могла бы быстрее подружиться с Беллой и выполнить свой план. Старосты Слизерина похитили Джинни, за ними погнался Джеймс, которого они пытались заманить в Визжащую хижину, где и скрывалась Белла. Да только Гвиневра, скрываясь в черном плаще, вытащила своего брата и рыжую бестию, вырубая своих старших, а после исчезла с гриффиндорцами.       Девочка после долго выговаривалась друзьям, ведь «этот придурок вновь мне мешает! Как я должна его спасать, если этот идиот все время лезет на рожон, пока я пытаюсь все подвести к концу?!» После этого Панси забрала девочку к себе, и обещала друзьям, что успокоит и у неё всё будет в порядке. Дома у Панси девочки проводили много времени вместе, родителей Паркинсон не было видно, как оказалось позже, они уехали. Драко и Блейз ежедневно приходили к ним, чтобы поддержать раздраженную девочку. В её голове было множество разных планов мести, в то лето она начала одеваться, довольно открыто и ярко, подворачивая юбки, делая их короче. Ей казалось это веселым, ведь это было совсем не похоже на то, какой её воспитывали. А Панси лишь предлагала новые идеи, примеряя на её подругу новые образы. Черные крупные кольца завитых волос, слегка подчеркнутые тенями и черной стрелкой взгляд, небольшое количество красной помады в середину губ. Драко, когда впервые увидел её такой, обомлел. Она выглядела слишком красиво и тогда, как мог вспомнить Драко, он впервые увидел в ней девушку. Не подругу или сестру по крестному отцу. А именно девушку, которой она являлась умом, а тело развивалось следом.       Девушка носила черную юбку до середины бедра, чулки, легкий топ, что не прикрывал живот, а так же крупные ботинки на платформе. Она считала, что когда носит каблуки, становилась похожей на мать. Считала, что если будет одеваться скромно, то будет повторять внешность матери. Поэтому старалась сделать все совершенно по-другому, лишь бы быть другой. Блейз аж присвистнул от её вида. Он всегда был несколько выше своих однокурсников, но возраст давал о себе знать, так что он продолжал быть все выше и выше. Панси, в 11 лет была не особо красивой, но сейчас, она была довольно милой, но с Гвиневрой не идет ни в какое сравнение. Это мелькнуло в голове Драко, и он старался тогда отделаться от этой мысли. Вот уж чего точно не хватало…. Засматриваться на подругу, чувак, как ты мог?!       Тем летом он смог с отцом и Панси привести Гвиневру на матч по квиддичу мирового уровня. Там было столько людей и болельщиков, но с тем богатством Малфоев, конечно же, в вип-ложу им был прямой путь. Люциус был во главе молодняка, рассказывая об этом уже довольно старом стадионе, который после матча будут сносить, да строить новый. Усевшись на свои места, мистер Малфой любезно обменялся приветствиями с разными довольно высокими по званиям людьми. Туда пришли так же и семейство Уизли и Джеймсы Поттеры. Завидев Гвиневру, что была одета совершенно по иному, выглядела она просто потрясающе в ярко-зеленом платье с пушистой юбкой до колена, а так же накинутая черная мантия, что держалась красивой брошью в виде змеи, опутавшейся вокруг иглы. Младший брат не удержался и начал комментировать её внешний вид, на чем его поддержал отец, говоря, что она просто дура и тому подобное, но девушка подняла палочку, слегка покачивая её в воздухе. «Может заклятье немоты, как в старые добрые, мистер Поттер?» Она отвечала расслабленно, гордо подняв нос. Она выглядела столь статно, величественно, держа в одной руке омнинокль, а во второй палочку, мерно покачивая ей. Поттер-старший завидев с кем она сидела, только сильнее разозлился, но копаться в её заклятье немоты, что было гораздо сложнее для снятия, чем обычное, не хотелось. Так что он раздраженно бурчал что-то себе под нос, но все же сел на своё место. Фред и Джордж с интересом пододвинулись к ней и начали рассуждать об одной из своих задумок, и вообще «как ты могла не сказать, где тебя по итогу искать! Нам столько нужно обсудить!» Люциус как-то скосился на неё, но она спокойно отвечала им, вежливо кивая. Удовлетворившись её ответом, они отодвинулись назад, начиная о чем-то перешептываться. А Гвиневра пододвинулась к Люциусу, что сидел с другого боку от Драко и тихо сказала:       -Это хорошее вложение в будущее, мистер Малфой. Они совершенно отличаются от их отца, уж поверьте мне, я довольно много времени провела с ними.       Люциус даже почувствовал некую гордость за неё. «Как можно было не ценить столь развитую особу в своей семье, Поттер? Тебе не нужна, тогда я, заберу её в свою семью!» Он видел в ней очень выгодную партию для сына, а девочка сама проявляла знаки внимания его сыну, оставалось лишь подтолкнуть Драко к действиям. Для девочки это так же выгодная партия, богатство и власть.       По прибытию министра Магии — Фаджа, и министра Магии Болгарии, девушка слегка оживилась. Она вежливо кивнула, расплываясь в очаровательной улыбке, пока Фадж пытался что-то объяснить знаками своему коллеге. Министр Магии Болгарии как-то по-вежливому кивал в ответ, с веселыми искорками в глазах. Мистер Фадж оглянулся и спросил «знает ли кто тут Болгарский?». Так что черноволосая подняла руку, слегка склоняя голову. Да… Она знала несколько языков, в особенности французский и болгарский, ведь с ними английские волшебники имели больше всего контактов. А значит, можно было найти в этом выгоду для себя.       Гвин встала около Фаджа, оживленно переводя его речь на болгарский язык для министра магии Болгарии, мужчина отвечал так же спокойно, что девушка переводила на английский. Так что Фадж остался доволен. И держал её подле себя ещё некоторое время, пока она переводила для него какие-то речи. Драко несколько переживал, что его подруга так и не сможет посмотреть матч с этой помощью, но видел, как поблескивали её глаза от восторга, что она прокладывает себе дорогу в будущее.       Девушку отпустили на начале матча, ведь и министрам нужно наблюдать за столь знаменательным событием. Поэтому она села на своё место между Панси и Драко. Матч был интересным, девушка записала для себя некоторые стратегии, но ирландская команда все равно проиграла болгарской. Что уж говорить, даже зрительская симпатия была полностью на стороне Виктора Крама. Гвиневра смотрела на него несколько безразлично, не понимая, что девушки видят в нем такого? Да, довольно симпатичный, но не более того. Драко был рад увидеть такую реакцию Гвиневру, что с особой усмешкой поймала Панси, слегка двигая тонкими бровками, как бы намекая. Блейз так же слегка улыбался, будто выжидающе. Что уж говорить, Драко почувствовал ожидающий взгляд своего отца.       Гвиневра мягко встала со стула и поплыла к Министру магии, поймав его быстрый взгляд. Министр Болгарии был на веселее, и радостно пожимал руку Фаджа, что-то говоря на болгарском, девушка, только-только подошедшая, мгновенно перевела. Министр магии Болгарии повернулся на неё и заговорил на чистом английском, что очень поразило Фаджа, но не Гвиневру:       -Вы очень способны, юная леди. Могу я узнать ваше имя, работу?       -Благодарю, сэр. Меня зовут Гвиневра, Гвиневра Поттер. Я студентка школы Хогвартс, перешла на четвертый курс.       -Ох, ты! Какая молодая прекрасная леди. — Хмыкнул мужчина, пожимая ей руку. — Надеюсь, у меня выйдет ещё с вами увидеться, талантливая мисс Гвиневра Поттер.       Министр магии Болгарии потянул за собой коллегу, Гвиневра же присела в реверансе, придерживая юбку платья, а после пошла к мистеру Малфою, который погладил её по спине, говоря, какая она умничка. Девушка смущенно опустила глаза в пол, ей все ещё было неловко от такого обилия заботы со стороны взрослых. Драко предложил ей руку и пошел с ней на выход из ложи, следом за ними Блейз и Панси, а мистер Малфой поспешил пойти за министрами. Пока и Поттеры, и Уизли пребывали в шоке. Они были поражены таким представлением. Джеймс-младший был глубоко оскорблен, что его, ГЕРОЯ, не представили министру Болгарии, а вот его сестру — так вперед!       Юные слизеринцы прибыли в палатку Малфоев и там сидели и пили чай, рассуждая о том, как будет вновь тяжко с учебой из-за этих глупых гриффиндорцев. Гермиона так же была среди них, она вообще приехала с семейством Уизли, ведь она «как бы дружила» с ними, и была приглашена. Но вот сердцем находилась в компании Гвиневры. Слизеринцы не относились к ней с подозрением, скорее были безразличны. После разговор перешел на тему новых заклинаний, новых формул, что Гвиневра частенько придумывала в своей комнате дома у Панси. Она предпочитала не рассказывать, но давала маленькие намеки.       За пределами палатки стали раздаваться странные звуки, будто началась битва. Драко вышел из палатки и заметил, что вокруг все в хаосе, люди бегали, кричали, а над лагерем извивался какой-то мужчина. Послышался голос «тети Беллы», что запугивал людишек. Драко тяжело вздохнул и зашел обратно, доставая своё кольцо-телепорт. Оно было настроено домой, запасной план, что вручил ему мистер Малфой, незадолго до конца матча. Вновь его проделки, подумалось Драко, и он протянул на середину стола кольцо, переглядываясь со всей компанией. Слизеринцы не стали ничего спрашивать, лишь кивнули, и коснулись пальцем кольца. Гермиона не очень понимала, что происходит, но Гвин взяла её руку и приложила к кольцу. Перекидывая их в гостиную поместья Малфоев. Драко был не доволен, что грязнокровка оказалась на территории его поместья, но и пойти против желания Гвин защитить «ценное вложение», не мог. Уже через камин, Гвиневра доставила Гермиону домой к Уизли, где и оставила, как попросила брюнетка. И так они разъехались, перекидываясь лишь письмами.       Гвиневра осознала, что самая пора действовать. Если гора не идет к Магомеду, то Магомед пойдет к горе. Её план был почти готов, усиленное заклятье защиты сознания, укрепление костей, кожи, всего тела. И даже питомец, что обвивал её талию, переходя на руку. Она связалась с Маркусом Флинтом, который был подле Беллатрикс все время, как один из подопечных. Он назначил встречу на одном из заброшенных участков, недалеко от кладбища, куда девушка прибыла быстрее них. Белла была несколько недовольна, и не пришла бы, если бы не интерес Лорда, когда тот прознал о желании юной слизеринки встретиться с Беллой. Женщина смотрела на неё очень подозрительно, но не нашла за ней никого более, и перенесла точно в комнату Темного Лорда, где девушка мгновенно присела в реверансе, приветствуя.       -Маленькая Поттер… Как интересно. — Скрипучий голос Темного Лорда пугал до мурашек. — И что же юной девочке семейства Поттер от меня нужно?       -Я хотела служить вам, господин. — Мягкий голос девушки был совсем не свойствен голосам его прислуги, она не спешила поднимать головы.       -Очень интересно, очень интересно. И почему же?       -Я стала тем, кем являюсь только благодаря вам, господин. Если бы вы тогда не пришли в дом Поттеров, я не смогла бы стать такой же, как сейчас.       -Но ты мешала моему возрождению последние три года.       -Тому были некоторые обстоятельства, Темный Лорд. На первом году обучения, когда я вас впервые встретила, я не могла позволить вам возродиться в столь жалком состоянии. Я могла предположить, что при убийстве профессора Квиррела, вы освободитесь и сможете возродиться ещё более могучим. На втором году, я боялась, что ваше «воспоминание» решит, что он настоящий Темный Лорд и будет только вам мешать. А смерть моего брата от руки Беллатрикс была бы не к месту, вы так не думаете? Его жизнь может послужить общему делу и помочь в возрождении вашей мощи, господин.       -Говоришь ты складно, маленькая девчонка. Мне это нравится, я позволю тебе следовать за мной, но знай. Я не потерплю предательств. — Девушка почувствовала некое жжение в районе затылка.       -Я поняла, мой Лорд.       -Вытяни руку, маленькая Поттер. Я с удовольствием поставлю тебе метку, ведь никак не могу позволить такому таланту пропасть впустую.       Девушка послушно выставила левую руку вперед, терпеливо выдерживая боль от выжигания черной татуировки змеи обвивающей череп. Трэф несколько недоуменно посматривал на яркий свет, что проник в его укрытие. Нагайна, скользнувшая от ног Темного Лорд, заинтересованно посмотрела и тихо зашипела. Трэф почтительно кивнул девятью головами, скромно отвечая. Темный Лорд удивлено кивнул, одобряюще хлопая в ладоши. А после девочку отправили обратно на место встречи с Беллой. Только тогда Гвиневра разогнула спину и вступила телепортационный магический круг, оказываясь в своей комнате. Первая часть плана — готова.       Четвертый курс начался с известия, что в школе пройдет магическое соревнование. Самое время, профессор Дамблдор, разражено покачала головой Гвиневра. Её назначили старостой, хоть она и была только на четвертом факультете, а по правилам разрешено только с пятого. Но Северус рассказал, что он четко объяснил МакГонагалл, что лучше Гвиневры — никто не справиться, после того что было в прошлых годах. Девушка была горда собой, роль старосты от парней досталась Драко, ибо Северусу больше никому не мог доверить свою девочку. Так что парню не оставили выбора и он согласился. Что уж говорить про МакГонагалл, ведь именно компания Гвиневры поддерживала порядок в рядах Слизеринцев, даже после проступка некогда старшекурсников.       Она ходили по поезду, контролируя слизеринцев что, как и обычно уселись в начале поезда. Проверяли первокурсников, они заинтересовано рассматривали «красивую слизеринку». Да, Драко помнил, как ему хотелось забрать её к себе и никому не отдавать. Такие чувства у него появлялись только к Гвиневре, так ещё и отец летом постоянно говорил про красоту Гвиневру, ведь её могут и увести, такую-то прекрасную партию. Девушка заходила к некоторым в купе, если видела, что они плохо себя чувствуют или нервничают. Конечно, в основном переживали, что они попадут на Слизерин, на зеленый и ужасный факультет, о чём они, смущаясь рассказывали. Девушка понятно кивала и гладила по волосам, успокаивая. «Везде есть хорошие и плохие люди, они не разграничиваются факультетами». Девушка щелкала пальцами, устраивая небольшой фейерверк из разных огоньков, от чего первокурсники чувствовали себя намного лучше. Они ей счастливо махали рукой вслед, надеясь ещё поговорить со «старшей сестренкой». Драко видел её улыбку в такие моменты, она расплывалась в очень довольной улыбке и прикладывала руки к сердцу, глубоко вздыхая.       По прибытию в школу, им сообщили о новом учителе ЗоТИ, Гвиневра выглядела слегка взволнованной, стараясь высмотреть Северуса. Появление «профессора Грюма» окончательно убило настроение девушки, она весь ужин раздраженно цокала языком, посматривая на него. А то ей в прошлые два года не хватило головной боли от профессоров по такому простому предмету как ЗоТИ. Вслед за Грюмом явились и юные авроры, которым было поручено следить за всем вокруг, так что Драко с ужасом заметил среди них Нимфадору Тонкс, двоюродная сестра, что была слишком яркой по сравнению с обычными людьми.       Драко и Гвиневра исправно контролировали факультет, проверяя, чтобы все вставали вовремя, успевали сделать домашку, правда у многих, ладно, давайте говорить по правде, у всех слизеринцев, возникали проблемы с профессором Грюмом. Он пытался подчеркнуть, что они — дерьмо, что они ничего не могу, что они дно. Вот только знаний на тестах они проявляли больше, как и в практике, так что страдала психика только первокурсников, что Гвиневра не могла позволить. Малышня только прибыла в замок — ещё чтобы им какой-то учитель сломал психику по глупости?       На уроке «практики», которым профессор Грюм грозился всем слизеринцам, ведь это именно такие нехорошие слизеринцы придумали непростительные, сотворили и первые использовали, ага в школьном возрасте. Грюм был навеселе, оставалось около пары дней до Хэллоуина и дня, когда команды французов и болгар прибудут в Хогвартс. Гвиневра сидела за первой партой, прямо перед своими подопечными, она знала, что ей нужно отстоять честь. Грюм посматривал на «подозрительно» затихших слизеринцев и покачивал между пальцами палочкой.       -Кто же у нас пойдет первым? Может мистер Забини? Или мисс Паркинсон? О! или же мистер Малфой? — Мужчина с особым интересом рассматривал их своим магическим глазом.       -Это же Непростительное заклятье, профессор. Хотите сказать, Вам за его применение ничего не будет?       -О, как же я мог забыть, мисс Поттер, гениальный ребенок всего Хогвартса. Ну, выходите, выходите. Раз вы так умничаете, то и покажем на вас, что бывает. — Девушка встала из-за стула, отбивая четкую дробь по полу высокими каблуками, и встала во весь рост, поправляя свою мантию. Профессор навел на неё палочку, прочитав заклятье повиновения, но девушка даже не перестала смахивать пылинки со своей мантии, а после подняла глаза на него.       -Вы закончили профессор? Мне лишь слегка щекотно. Вы уверены, что не напортачили с магической формулой? — Она заносчиво приподняла бровки вверх, накручивая прядку на палец. Да, она была горда собой. После Драко смог узнать, что она поняла — это не настоящий Грюм. Он знал о том, что её тело и сознание не восприимчивы к непростительным заклятьям. По классу прошелся смешок, а профессор покраснел.       -Раз вы недовольны, то можете убираться и не возвращаться в мой класс! — Он с яростью смотрел на девушку, а так лишь провела рукой по волосам, поправляя их.       -Если вам так угодно. — Девушка слегка наклонила голову в бок, и посмотрела на зеленый факультет, они кивнули и начали собираться. — Тогда всего доброго, в ваших методах обучения примером дискриминации служить не будем. — Девушка взмахнула пальцем с зеленым ногтем, и её вещи начали собираться в сумку. — Я доложу профессору МакГонагалл, а вам стоит повторить формулы столько примитивных заклятий.       Девушка зацокала по камню к выходу, эффектно тряхнув волосами, Драко показалось, что его сердце на миг пропустило удар. Блейз, что шел за ним, даже пошутил, чтобы блондин «подобрал челюсть с пола». Гвиневра повела своих ребят на следующий урок, прикладывая к голове два пальца, передавая мысленный сигнал всем слизеринцам об отмене ЗоТИ для них, и начале занятий в её классе с того же вечера. Послышался многократный облегченный вздох слизеринских студентов, ведь этот профессор буквально мозг проедал своими нравоучениями и придирками, а Гвиневру любили все, от первого до седьмого курса. Она объясняла темы гораздо проще профессоров, показывала примеры и отпускала шуточки между делом. А её внешний вид! Она была просто прекрасна, хоть ей и было всего четырнадцать!       Профессор МакГонагалл смирилась с решением Слизеринского факультета перенести заботы учебы на девочку, которую почитали всем факультетом. И до Хэллоуина Слизерин претерпел изменения в расписании, с переносом пар ЗоТИ в более позднее время, чтобы девочка могла успеть уследить за своими ребятами. Так ведь на её голову ещё свалили подготовку мест для гостей-болгаров. Предполагалось, что французы сядут к воронам, а болгары к слизеринцам. Драко старался взять на себя большую часть обязанностей, ведь Гвиневра одновременно должна была учиться, преподавать в своём классе помощи, а так же у всех семи курсов Слизерина преподавать ЗоТИ, а ведь ещё нужно было проверять домашнее задание и придумывать новое. Поэтому основу на подготовку для гостей взял на себя Драко, Блейз и Панси. Они были не столь эрудированны, как девушка, но все же, могли справиться с планированием и простейшими согревающими чарами, которые применяются повсеместно в их гостиной.       Хэллоуин начался с завтрака. Некоторые четверокурсники выжидающе крутили головами. Они так и ждали что, вот сейчас! Сейчас что-то будет, наученные горьким опытом. Но было тихо и до обеда, а после и до ужина. Драко был полностью доволен своей работой, а Гвиневра только-только завершила разбор всех работ и их проверку. Она устроила небольшой тест по курсам, чтобы понять — в чем подтягивать своих ребят. Ведь седьмому и пятому курсу итоговые экзамены сдавать, а все остальным после писать промежуточные экзамены. А она успела множество их повидать, чтобы знать, на какие темы поднимаются вопросы и что лучше всего нужно знать.       Вечером их погнали во двор, встречать гостей. Уже выл ветер, и озеро слегка покрылось льдом, который некоторые профессора раскалывали на куски. Гвиневра и Драко стояли чуть в отдалении от своих друзей, все же, они старосты. Девушка была одета довольно просто, в тот самый наряд с квиддичного матча, в теплой мантии кристаллического черного цвета, вокруг неё витал плотный купол согревающих чар, что она усилила и уплотнила в основании формулы. Она как-то показала Драко её способ нахождения слабого места заклятья, и что можно добавлять, у него тогда чуть голова не закружилась. Она возвращалась к истокам то, что изначально волшебники использовали магические круги, руны и магические волны. Там находила каждую маленькую щелочку и добавляла туда другие «незавершенные» заклятья.       Карета французов прибыла раньше, и Драко мысленно содрогнулся. К нему оттуда вышли его старшие двоюродные братья по отцу. Оба блондина помогали девушкам выйти из кареты, а после подали руки и директрисе — Мадам Максим. Следом появился и корабль болгар, они оттуда вынырнули, гораздо быстрее, соскакивая с палубы в больших шубах и мехах, когда же французы кутались в свои тонкие накидки, зуб на зуб им не попадал, так что и заклятье прочесть не выходило.       Профессора, встретив и директора болгар — Каркарова, сжалились над детьми и накрыли их согревающими чарами. Гвиневра с Драко, как отвечающие старосты за болгар подошли к ним ближе, и черновласка завела мирный разговор на болгарском, выспрашивая, кто у них главный, представляя себя и самого Драко, а после и пригласила жестом пройти за ней в замок. Болгары, конечно, сначала опешили, но вперед вышел никто иной, как Виктор Крам, заводя с ней разговор о чем-то своем. Он был на три головы выше неё, даже на её каблуках, что очень мешало, но девушка продолжала спокойно идти и разговариваться с болгарами. Они вклинивались в диалог поочередно, выспрашивая у своей сопровождающей, кто она такая. Гвин жестами объяснила Драко, чтобы он шёл за их факультетом, чтобы он проследил за первокурсниками. Так что ему пришлось отпустить её, нагоняя свою толпу.       В Большой Зал они зашли чуть позднее, весело смеясь, пока девушка рассказывала о некоторых странных обычаях Хогвартса, показывая на украшения залы. А после повела гостей за их стол, рассаживая между своими ребятами, которых она немного обучала болгарскому и французскому последние два месяца. Конечно, знаний было не то чтобы много, но чуть-чуть имелось. Старосты Когтеврана рассаживали своих гостей за столом, помогая им, некоторые когтевранцы заговорили по-французски, все благодаря усилиям Гвиневры. В зале было спокойно и даже весело. Болгары осматривали Залу с особым интересом и переспрашивали о строение школы у своих соседей. Гвиневра была слишком сонной, так что ответ на себя брал Драко, стараясь уловить все, о чем говорили ребята, чтобы после составить отчет.       За разговором они узнали, что Виктор уже знал о Гвиневре, от министра магии Болгарии, он нахваливал Гвиневру Поттер за её помощь в переводе, а так же видел в ней потенциал, поэтому Виктору было велено побольше общаться с ней, о чем тот без зазрения совести спокойно говорил. Девушка весело смеялась, расплываясь в улыбке, чтобы скрыть смущение. Эти их переглядывания раздражали Драко, а то, как другие парни-болгары посматривали с особым интересом на неё, так тем более. А ещё сильнее раздражали подозрительно-ехидные взгляды Панси и Блейза. Они договорились на мировую между друг другом, лишь бы свести своих друзей по скорее. После ужина, Гвиневра и Драко проводили болгар к их кораблю, ведь Каркаров был исключительно против нахождения в замке, как впрочем, и французы. Возведение кубка огня на пьедестал — было великолепным зрелищем. Многие пришли тогда на это поглазеть. А уж тем более, как французы и болгары один за другим закидывали свои имена. Ограничение по возрасту, сильно расстроило гриффиндорцев, а слизеринцы лишь закатывали глаза. Вот уж точно не их ума дело в подобные аферы впутываться. Они же после ужина пошли на урок Гвиневры, кто-то из слизеринцев мимоходом об этом сказал за ужином, так что Виктор Крам, как «любимчик» своего учителя, был отпущен к ней на урок.       Девушка не обращала на него особого внимания, контролируя свои копии, что уже начинали работу с разными курсами. Семь различных копий контролировали семь курсов, а «главное» тело девушки контролировало пространство вокруг, чтобы они не мешали друг другу. Виктор слушал сначала лекцию четвертого курса, а после постепенно перешел к седьмому. Он заинтересованно переспрашивал у «своей личной копии» Гвиневры, которая говорила на болгарском, чтобы ему было все понятно, английский у него сильно хромал.       Настоящая Гвиневра же сидела на стуле, посреди кафедры, сложив ногу на ногу. На плече у неё сидел Трэф и о чем-то оживленно шептал, после Драко смог узнать, что докладывал о местоположении Джеймса. Девушка выкупила летом ещё нескольких змей и приручила их. Они подчинялись Трэфу, все же слегка его побаивались, хоть и был василиск, но он в большинстве спал в своем логове. Змеи поочередно следили за передвижением Джеймса Поттера и докладывали своей хозяйке.       Лекция проходила на протяжении часа, а после девушка взмахнула рукой, завершая лекцию для младших курсов и оставляя с четвертого по седьмые. Хоть нужно было готовить только с пятого по седьмые, но её ребяткам пойдет только на пользу побольше практики. Виктор присутствовал и даже сам повторял её заклятья. Девушка не просто преподавала школьную программу, но и дополняла своими заклятьями, что могут сильно помочь в их жизни. Крам был сильно удивлен её методом обучения, что уж говорить о её способностях. Драко помнил, как девушка, смеясь, говорила «он был удивлен моей наивностью, что я ему секреты раскрываю». Драко про себя лишь успел отметить, что он сам точно такой же наивный…       Конечно, когда из кубка вылетело имя Джеймса, Гвиневра не удивилась. Ей сообщили, что её брат должен будет попасть к Лорду, а пока нужно совершить все приготовления, которые на ней. Он знал её развитие, её знания, так что полагался на них. Девушка была с этим согласна и не мешала. Она лишь изредка подливала масла в огонь. В испытание с драконами она усилила зелье, что было подмешано животным. Пробуждение материнского инстинкта, ей было весело наблюдать, как её брат сначала пытался колдовать против животинки, а после начал паниковать и бегать из стороны в сторону. Дракониха толи пыталась съесть его, толи задушить в объятиях. Но и то, и то выглядело бы забавно. Набаловавшись, девушка подбросила в воздух метлу брата, когда до того дошло как можно все решить. Парень быстро пролетел по кругу, путая животное, а после рванул вытягивать золотое яйцо. Гвиневра потом долго смеялась в спальне старосты Слизерина.       Спальня старост представляла собой две комнаты соединенные ещё одной просторной гостиной, она находилась напротив гостиной факультета, скрытая за нишей и несколькими картинами. Пробраться к старостам было даже слишком сложно, так что в их комнатах было довольно много пустого пространства, на случай эвакуации или места для пряток. А известие про Бал, Гвиневра первой и донесла до своих однофакультетников, предупреждая девчат, чтобы они не оставляли всю подготовку на потом. Она рассказывала Драко, как ей было жалко ребят, которым не разрешили посетить бал, разве что, в качестве партнера кого-то из старшекурсников. До объявления директора слизеринцы лишь тихо перешептывались между собой, рассуждая, чем им заняться, впрочем, некоторые из студентов и вовсе не хотели идти.       Но самым важным для Слизеринцев — это был экзамен у Снейпа, который хотел увидеть результат работы своей дочери. Слизеринцы боялись Северуса во время экзамена, но тот заверил их, что просто будет слушать, как Гвиневра их будет опрашивать. Слизеринцы были полностью преданы Гвиневре и были готовы следовали за ней всегда. Драко был приятно удивлен, когда на экзамене, что сделали практически на следующей неделе после объявления про Бал, все сдали. Северус был полностью доволен работой Гвиневры, а уж тем более, работой его студентов, которые и на зельях начали преуспевать.       Драко помнил, как сильно он нервничал, видя подходящие фигуры парней с разных факультетов к Гвиневре. А он ходил с ней довольно часто, ведь они старосты. У него сердце в испуге сжималась, но ему очень хотелось облегченно вздохнуть, когда он слышал её отказ. Парни его тогда сверлили злым взглядом, и это несколько напрягало. Девушка была тогда навеселе, занятия ей разрешили пока приостановить, но вот заданий она дала достаточно, которое нужно было сделать до начала учебной четверти после рождественских каникул. Другие факультеты с завистью посматривали на них, некоторые когтевранцы мечтали перейти на факультет к Гвиневре. Им нравилось слушать её, обучаться у неё было сущим удовольствием, с чем охотно мог согласиться Драко. Что уж говорить о его воспитании, именно эта девочка поспособствовала его быстрому развитию с психологической точки зрения. Драко помнил, как часто она уходила посреди ночи, стараясь не шуметь, но он просыпался. Долго он не рассказывал подруге, что видел её. Впрочем, куда она ходила, он узнал в конце года.       Когда после объявления про Бал прошло уже более двух недель и до самого праздника оставалось не больше недели, девушка была несколько нервной. Панси, с которой она в тот день никак не могла перестать шушукаться, была очень веселой. Паркинсон пригласил Блейз, ведь им совсем недавно сообщили, что их поженят. Почему? А потому что родители так решили. Им пришлось уживаться, и Блейз, как более уравновешенный, решил идти на уступки чумной девушке. Чем та активно пользовалась. Оставалось ей только устроить личную жизнь подруги, и можно было расслабиться. Панси часто зависала с другими девчонками, распуская очередные сплетни, ведь Гвиневра была занята другими делами, что были гораздо важнее сплетен. Но когда случайно услышала некоторые из них, её лицо заливалось краской, а после она старалась сбежать подальше. Драко тогда был крайне удивлен, ведь девушка направлялась к нему. Драко же в то время контролировал работу домовиков, чтобы они украсили зал достойно. Девушке было поручено патрулировать, так что он был крайне удивлен, что она ушла со своего задания.       -Драко, я могу тебя отвлечь? — Она поправляла сбившуюся прядку волос, несколько нервно, но весь её внешний вид, будто не соответствовал. Парень тогда задумчиво кивнул, ему было более важно точно повесить гирлянду на стене. — Я хочу пригласить тебя пойти на бал вместе. — Драко тогда замер, и несколько секунд не двигался, а после обернулся и увидел её смущенное лицо. За её спиной Панси оживленно кивала, готовая кричать от счастья.       -Да, почему бы нет? — Малфой мягкой улыбнулся ей, и она прямо расцвела улыбкой, смущенно потирая щеки. — Давай вечером обсудим наши наряды, мы ведь должны прекрасно подходить друг другу? — Девушка кивнула, глубоко вздохнула и поспешила пойти к Панси, стуча по камню замка каблуками. Когда двери за ней закрылись, он смог расслышать сдавленный возглас счастья. Он так и не смог понять, тогда кричала Гвиневра или же Панси?       Вечером, после смены патрульных, Драко старался быть обычным, но его сердце колотилось, словно бешеное. Он думал, что ей это не интересно, а тут…. Ему вообще не особо хотелось идти на бал, он боялся что увидит, как Гвиневре будет хорошо ещё с кем-то. Вспоминая своё прошлое, Драко мог сказать, что тогда пытался себя убедить, что просто переживает за подругу. Девушка была прекрасна, как и всегда, заходя в их общую комнату. Она сначала заходила к Северусу, а после шла в их комнату. Драко помнил, как все же нервничал от ожидания. Она была спокойна, когда присела на кресло напротив него и, подхватывая кружку чая, что мгновенно появилась на столе подле её кресла.       Они тогда мирно обсуждали цветовую гамму и даже предлагали быстрый поход по магазинам, ведь никто не сообщал о столь важном мероприятии в начале года. Хоть и стоило. Все же подобрать пару и согласовать наряды — это довольно важная задача. А тут… Времени мало. Однако, благодаря тому, что Гвиневра была на особом счету учителей, а в особенности Северуса, то ей дали разрешение на поход по магазинам посреди года. Так что девушка прихватила заодно Панси, а та и Блейза. Все остальные обычно закупались по каталогам, что приносили их домовики или же присылали по почте. Так что они были полностью готовы. У Панси платьев было даже слишком много, но она была из тех девушек, что низачто не пропустят шопинг. Забини и Малфою лишь оставалось подхватывать магией все наряды, что подбирала Панси. Гвиневра тоже выбирала много, но вот носить она предпочитала сама, все же у неё магия имеется. Продавец, когда увидела сколько набрали девушки покупок, была только рада.       Панси тогда набрала не только платья и мантии на бал, но так же решила разнообразить гардероб подруги различными по цвету и фасону платьями. Черноволосая тогда специально взяла свой «шкафчик для одежды», что был так похож на маленький брелок, висящий у неё на значке мантии. Но лишь одно прикосновение палочки и шкафчик раскрывал свои дверцы и засасывал любую одежду внутрь, которую девушка к нему подносила. Панси, которая мечтала о таком, напомнила тогда об этом Гвин, и им пришлось зайти в ещё один магазин. А пока они ждали настройки подобного «шкафчика», чтобы Гвин его после слегка доработала, Паркинсон потащила ребят в ювелирный магазин, подбирая множество блестящих заколок. Панси, получив полную волю в выборе, закупалась на всю катушку. Ей хотелось, чтобы Гвиневра выглядела по особенному. Драко же стоял с Блейзом старались не отсвечивать. Мантии им закупили ещё там, а вот в ювелирном, как бы и их не заставили что выбирать.       Тогда они вернулись поздно вечером воскресенья. До бала Панси и Гвиневра часто закрывались в её комнате, а вот Драко все переживал, он сильно нервничал из-за этого праздника. Переживал и много думал, да не в ту сторону. Ему казалось, что Гвиневра просто хочет так ему показать, насколько крепкие дружеские отношения у них. Или чтобы он насладился этим моментом и перестал её преследовать. С Блейзом на эту тему он не делился, так что пришлось ему это все обдумывать в одиночку. Четырнадцатилетний подросток, что вполне разумно для его переживаний.       День бала к ним подкрался незаметно. Утром весь замок гудел, кто-то в самый последний момент спрашивал о походе на бал. Где-то слышались всхлипывания, раздраженное бормотание и многие другие эмоции школьников. Уроки в этот день никто не отменял, и студенты спешили на них. Днем в школе стало практически тихо, все студентки разбежались готовиться к балу. Студенты же кто тихо бродил по школе, патрулируя, кто надеялся сбежать от суматохи. А кто-то просто хотел поспать подольше.       Начало бала было довольно поздно, так что Драко успел и пройтись по всему замку, завершая свой круг патруля, а после и вернуться в свою комнату, слегка вслушиваясь в голоса, раздававшиеся из соседней комнаты. Нервы все накалялись, тогда Драко все казалось, что его с позором отвергнут, хотя она сама его и пригласила. Н-да, у него было тогда даже слишком много глупых мыслей. А после, все затихло. Скрипнула входная рама картины, потом кресло и повисла тишина. До времени обязательного прибытия оставалось около десяти минут, когда Драко был полностью готов. Он ещё пару минут стоял перед дверью, боясь выйти. А вдруг её там уже нет? Может она уже ушла? А ему бы хотелось первым увидеть эту красавицу.       Открывая дверь, Драко зажмурился, медленно приоткрывая один глаз, а потом и второй. Она сидела в кресле, и пила чай, закинув ногу на ногу и покачивая верхней. Она сидела к нему спиной, так что он смог лишь увидеть её пышную прическу из кудрей, там виднелись несколько темных камней от заколок. Обойдя кресло, парень слегка поклонился, выставил перед собой руку и произнес:       -Простите, что заставил вас ждать, миледи. Мы можем идти? — Ему хотелось её рассмешить, но девушка как-то смущенно улыбнулась и поставила чашку на стол, где она мгновенно растворилась. Парень предложил ей локоть, и девушка с радостью взялась за него. Она была великолепна. Даже если её тело ещё не до конца сформировалось. Темное нежно зеленое платье состоящее из: твердого лифа без лямок, прекрасно обтягивающего её небольшую фигурку, переходящий в обтягивание талии и расходясь дальше пышной юбкой, что струилась за ней. Черная мантия, что легко развивалась вслед за ней. Черные туфли на довольно высоком каблуке, чтобы хоть немного достать до роста Драко. Он не был особенно высоким на факультете, но она была гораздо ниже. Из-за чего частенько раньше обижалась. Крупное черный кулон, висящий слегка ниже линии начала платья из-за длинной черной цепочки. Черные кружевные перчатки до запястья. И серьги с несколькими черными и зелеными камнями, идеально дополняли её образ. Глаза были слегка подведены стрелками, а губы мягкой розовой помадой, что подчеркивала её пухлые милые губки. Она выглядела просто прекрасно. Как можно засмотреться на каких-то вейл, если рядом с тобой есть вот такое прекрасное творение?       Перед входом в зал, девушка мягко его остановила и посадила на его карман смокинга небольшой букет похожего цвета на её платье, роз. Они были небольшими и смотрелись очень аккуратно, даже имелся легкий запах. Драко расплылся в улыбке для неё, а после стал слегка серьезным, проводя её в зал. Они старосты, так что должны быть несколько более серьезными, чем остальные студенты. Они были шокированы столь гармонирующей парой. Драко был одет в черный смокинг с черной рубашкой, а поверх была того же оттенка мантия, что и её платье, что и цветы на его смокинге. Они шли столь величественно, гордо, что от краснознаменных послышалось фырканье, но все же абсолютное большинство встретило их аплодисментами. Драко повел Гвиневру к их друзьям, что уже сидели за столом, который предназначался слизеринским старостам. Панси и Блейз были извечными помощниками Гвин и Драко, так что никто не возмущался. А дальше в зал вошли и участники турнира. Многих шокировало появление Гермионы с Крамом, но вот Гвиневра была вполне рада, как и Панси, готовая сочинить новую сплетню. Седрик и девочка с Когтеврана, Флер и один из его братцев, на что Драко слегка цокнул языком. Н-да, ему было сложно тогда сдерживать эмоции по отношению к родственникам. А после зашел и Джеймс с Джинни. В этой паре вообще никто не сомневался.       Бал проходил вполне обычно. Началось все с вальса, но в итоге подростки весело отплясывали под попсовую музыку. Гвиневра смеялась и веселилась во всю, игнорируя всех подкатывающих парней. В какой-то момент Драко заметил, что девушка выпивала из своего стакана что-то определенно покрепче сока. Через несколько часов её еле-еле держали ноги, и она сидела за столом, иногда хихикая. А как услышала медленную музыку, потянула Драко обратно танцевать, довольно улыбаясь. Панси с Блейзом где-то тоже вместе танцевали, хотя у Забини получалось чаще усадить свою партнершу отдохнуть. Прическа черноволосой растрепалась уже через полчаса после начала бала, так что она убрала заколки и распустила волосы, чтобы те легли аккуратными кольцами на её спину и плечи. Сейчас её глаза горели азартом, и она охотно обвила руками шею Драко, утыкаясь носом куда-то в грудь. Парень был уже слишком эмоционально измотан для того, чтобы хоть как-то реагировать на все вокруг. Поэтому он не сразу услышал её тихий шепот.       -…блю тебя.       -Что? — Драко слегка наклонил к ней голову. Девушка хитро улыбнулась и надавила ему на плечи. Драко было уже без разницы на все, поэтому он наклонился к ней сильнее.       -Я люблю тебя, Драко Малфой. — Тихо прошептала она ему на ухо. Парень заледенел.       -Правда что ли?       -Да! — очень коротко кивнула девушка с серьезным лицом, а после снова расплылась в улыбке шире прежней. — Уже очень давно.       -И насколько же давно? — У Драко пересохло в горле и ему почему-то стало неуютно.       -Первый курс, урок полетов. Помнишь? Вот тогда. — Она положила голову ему на грудь. — Ты такой милый был пару лет назад, а сейчас ты становишься таким, что просто дух захватывает! А ведь на деле ты ещё тот неряха и избалованный мальчик. — Девушка тихо хихикнула.       -Ну, знаешь ли… — Пробормотал Драко, покрываясь румянцем. Да. До него начало доходить. И причина тех взглядов полных ненависти от парней. И причину её смущения, когда она звала его на бал. И причину множества других действий, что её, что его родителей, что их общих друзей. — А я….       -Тшш. — Девушка приложила палец к его губам. — Я сильно сомневаюсь, что хоть что-то вспомню завтра. — Она глупо улыбнулась, поправляя прядку волос, что спала на глаза. — Поэтому лучше скажи мне это завтра. Я дождусь. И буду ждать столько, сколько потребуется. — Она положила голову ему на грудь и тихо вздохнула, начиная посапывать. Выдохлась. А ведь Драко хотел ответить положительно. Может она боялась, что он отвергнет её?       Драко помнил, сколько косых взглядом он получил в свою спину, когда подхватив её на руки, понес в их комнату старост. Даже колючий от Северуса поймал, но предпочел не оборачиваться. Они все будто слышали, о чем они говорили. Слышали, о чем думала она и были уверены, что она права. Это на самом деле его тогда напугало. Так что скрыться с места преступления ему показалось самым разумным. Уложив её в кровать, он понадеялся, что со всем остальным справятся домовики и поспешил вернуться в зал, а оттуда был послан с заданием патрулирования и ловли всех «разбредшихся» парочек.       Утром он проснулся, как ни странно, раньше неё. После патруля, и буквально оттаскивание слизеринцев обратно в гостиную, он слишком устал и мгновенно уснул. Голова у него не болела, что было к счастью, да и времени для раздумий вчера у него было предостаточно. И поймать её хотелось пораньше. Но его будто громом поразило, когда он вспомнил об очередном патрулировании. Ведь нужно проверить, чтобы утром по школе нигде не валялись уставшие тела студентов, какой угодно школы…. А раз Гвиневра, так и не проснулась, как ему сообщил домовик, отвечающая за её комнату и саму девочку, то ему придется это взять на себя.       Девушка летом позаимствовала на время домовика из дома семьи Паркинсон, ибо уследить за всем зверьем и своим режимом, у неё уже не выходило. А в комнате у неё начинал твориться полный кавардак. Так что ей нужен был помощник, который будет все раскладывать и приводить в порядок. Так что Локки очень помогала ей, уважительно относясь к подруге юной госпожи. Коридоры были пусты, как в прочем и в любое утро каникул. Разве что иногда сонно проходили болгары, которых всё же поселили в замок, ибо нужно было освободить озеро. А поворачивая за угол, он столкнулся нос к носу с Виктором Крамом. Болгар был несколько сонным, впрочем, выглядел как обычно. Драко кивнул и хотел было пройти дальше, но Виктор положил ему руку на плечо, останавливая.       -Внимательно слушаю, вам что-то нужно? — Несколько раздраженно ответил Драко, ему не нравился Виктор. У него был талант, которого не хватало Драко, так что злиться у него было полное право!       -Вы теперь вместе? — Виктор заговорил на болгарском. После нескольких раз, когда он пытался говорить на ломаном английском, многие просто хотели плакать от ужаса. Именно поэтому те студенты, которые следили и помогали гостям — были обязаны вызубрить болгарский. Гвиневра даже создала небольшое вспомогательное заклятье, специально для этого. Драко несколько удивленно приподнял брови. — Ты и Гвиневра.       -Разве это как-то касается тебя, Виктор?       -О, прости. Мне больше нравиться Гермиона. — Виктор слегка отступил, предвидя предупреждающе агрессивный взгляд Драко. — Просто хотел предупредить…       -Предупредить? О чем? — Малфой насторожился. Ему было вовсе без разницы, с кем там собирался встречаться этот всемирно известный ловец. А вот информация про … про всю ситуацию вокруг….       -Над ней повисла тень смерти.       -Чего? — Брови Драко недоуменно подскочили вверх. — Ты имеешь введу предсказания или пророчество?       -Ни то и ни другое. Над её головой висит тень смерти, буквально повиснув на её плечах. Впрочем, именно поэтому она наших, так и заинтересовала изначально. — И видя удивленный взгляд, недоуменно пожал плечами. — Мы же школа, которая в основном по темным искусствам, поэтому подобное узнаём быстро, просто посмотрев на человека. — Малфой тяжело вздохнул и повернулся в сторону их комнаты. — Ну, моё дело сказать. Береги её.       -Ты её знаешь меньше моего, так что прекращай этот цирк. — Отмахнулся Драко и поспешил пройти обратно в сторону из комнаты. Быстро проскальзывая внутрь. Гвиневра лежала на диванчике в самом обычном свитере и брюках, на ногах у неё были черные пушистые тапочки. Она держала в руках книжку и кружку с ароматным лимонным чаем. Девушка, обернувшись на него, расплылась в улыбке.       -Доброе утро, спасибо, что подменил! — Она взмахнула палочкой и на столике появилась вторая такая же кружка, так что Драко присел на корточки около её дивана, посматривая то в её глаза, то поверх её головы, чтобы не так сильно переживать.       -Ты… — Начал было Драко, но ему вдруг совсем стало плохо. Внутри все сжалось от ужаса и страха. — Ты помнишь, о чем мы говорили вчера, перед тем… как ты уснула? — Голос Драко был очень тихим. Гвиневра тихонько вздрогнула и отвернулась к спинке дивана, слегка закусывая губу. Но все же кивнула. — Я бы хотел дать тебе свой ответ, если… ты не против. — В горле пересохло. Девушка зажмурилась, будто ожидая удара. Драко не мог понять, почему он так переживает? Все ещё думает, что она так неудачно пошутила? Но она же никогда раньше не устраивала розыгрыши? Но ведь она часто общается с близнецами Уизли. А что если они тоже хотят её отнять у него? Драко собрал волю в кулак и тоже слегка зажмурился. Все же страшно. Тишина только напрягала. — Мне кажется, что я тоже тебя люблю. — Быстро сказал он и замолк. Долгую минуту в комнате висела тишина. И только после этого парень осмелился открыть глаза и увидеть заплаканные, но искрящиеся от счастья, глаза. Она прикрывала рот руками, стараясь утереть слезы. Драко не смог и слова сказать, а она положила голову на свои сложенные руки, и смотрела на него таким счастливым взглядом.       -Мне казалось, что ты видишь во мне только друга…       -Так и было, — Драко неуверенно положил руку ей на голову и начал поглаживать её волосы, — до этого лета. То, какая же ты прекрасная я смог увидеть только этим летом. Тот образ с квиддичного матча мне запомнился надолго. — Парень положил подбородок на край дивана около неё, тоже положив под него руки. — Что уж говорить о тех нотках ревности, когда видел, как на тебя посматривают все эти парни. — Драко неловко улыбнулся, а девушка заливисто рассмеялась.       -Ты такой глупенький, Драко! — Она утерла рукой слезу, не убирая улыбку с лица. — Мне никто больше и не нужен. — Она ласково улыбнулась, слегка прикрывая глаза. Драко засмотрелся ею. Ещё бы свет добавить за её спиной и просто маленькая богиня. Парень чуть-чуть приподнял и нежно чмокнул её в лоб.       -Прости, что я так долго. — Ему было неловко. Она говорила и рассуждала уже как взрослая. А он все ещё ребенок, и совсем ничего не знает. Девушка весело смеялась и чмокнула его в щеку, слегка отстраняясь. По косяку слегка постучали и подростки резко обернулись, только заметив Северуса и Локки, что крутилась вокруг и не знала, куда себя деть.       Драко тогда сильно испугался, ведь Северус мог и отчитать его, но им лишь напомнили про завтрак. А после мужчина поспешил выйти, лишь подмигнув дочери, Драко помнил, как она покраснела, сильно смутившись. Из комнаты они уже вышли вместе, девушка опиралась на его локоть. В Большом зале на них косились практически все. Все и так знали о близких отношениях между Драко и Гвиневрой, все же они были друзьями. Но сейчас, буквально весь зал ощущал, было что-то другое между ними. Слизеринский стол аплодировал стоя, громче всех была Панси, которая чуть не придушила свою подругу в объятиях. Парни подходили к Драко и хлопали по плечу с наставлениями да шутками. «Думали, ты никогда не заметишь нашу малышку Гвин».       Они стали ходить везде вместе. Драко было комфортно с Гвиневрой, а ей с ним. Конечно, спать в одной комнате они не стали, это было ещё слишком рано! Да и было чертовски неловко, все же там была Локки. Гвиневра начала меняться. Она стала более спокойной, ей не хотелось издеваться над своим тупым братом, ей стало на него фиолетово. Все своё свободное время она старалась проводить с Драко, так что парень даже несколько переживал. Успевает ли она сделать все свои дела? Впрочем, он стал помогать с её школой, как и Панси с Блейзом. Хоть ни первая, ни второй не были к такому повороту готовы. Однако им становилось как-то спокойнее рядом с ней.       Второе испытание прошло достаточно гладко, Гвиневра не вмешивалась в ход событий и предпочла наблюдать. Из кладовой Северуса выкрали жабросли, чем тот был очень недоволен. Был в бешенстве, если уж говорить по правде. Гвиневра не рассказывала тогда Драко все о планах. Она многое умалчивала, впрочем, после, когда он обо всем узнал, он понимал, это было ради его блага. Да и она никогда не врала, а лишь «я не хочу об это говорить». Блондин мог прочесть на её лице панику, когда она так отвечала. Она боялась, что он обидится, а ведь ему хотелось. Но что-то глубоко внутри запретило это делать, и он повел себя более по взрослому, согласно кивнув.       До третьего этапа все было достаточно тихо. По школе разгуливали репортеры, несколько раз Рита Скиттер забирала Гвиневру на интервью, как старшую сестру героя. Она интересовалась всеми сплетнями, так что Гвин оставалось только смириться. Драка с репортером не входила в её планы. После на свет выходили одна за другой скандальные новости, о плохих отношениях между семейством Поттеров и Гвиневрой. Девочка ничего не скрывала, лишь не рассказывала то, что и знать любопытной журналистке не нужно. Старшие Поттеры пытались давить на неё, писали письма, но девушка оборвала любые контакты с семьей. Были пару раз случаи их приезда, чтобы устроить ей разборки, но вот за девушку вступались, чуть ли не всем Слизерином. А после ещё и Северус подходил, вежливо отправляя Гвинни заниматься чем-либо в подземельях, куда ни один из Поттеров-старших не мог пройти без его разрешения.       Перед третьим этапом состязаний, она собрала всех слизеринцев и разделила на группы во главе с определенным старшим, который должен был контролировать свою группу. Она была абсолютно серьезна, её взгляд не предвещал ничего хорошего. Но и не на какие вопросы она не давала ответов, лишь качала головой.       -Если хоть что-то пойдет не так, старшие каждой группы должны собрать своих ребят и найти укрытие для себя. Под трибуной судей будет такое место. Я уже проверила, оно достаточно большое, чтобы спрятаться там. — Она стояла на одном из столиков посреди гостиной, и все зеленая масса слушала её очень внимательно. — Запомните, мы все семья, и должны защищать нашу связь. Если кто-то захочет уйти от своей группы — сообщите старшему. Потому что в случае потери хоть кого-нибудь, шкуру буду драть со старших. Все вы знаете, мы не вмешиваемся в дела друг друга. Но сейчас, я вас очень прошу. Только в этот раз послушать меня и будьте наготове. Распределение по группам сделано насколько это возможно гладко, чтобы не вызвало подозрений. Я надеюсь на нашу сплоченность, Слизерин.       Гвиневра закончила свою речь немного резким стуком каблука о поверхность стола. Несколько первокурсников вздрогнули. Драко, Панси и Блейз стояли подле неё, как самые приближенные. Тогда они не поняли, зачем это нужно было, лишь верили в неё. На следующий день они смогли все узнать.       Гвин не было видно с самого начала тура. Для остальных преподавателей было оправдание, что она перетрудилась, поэтому отдыхает в своей комнате. Но никто из слизеринцев на самом деле не знал, где же она. На протяжении пары часов, пока длился этап, все было тихо. Кто-то между собой переговаривался, кто-то читал книги, а некоторые играли в карты. Было довольно скучно. Пока небо не прочертила черная стрела и не взвилась куполом вокруг. По краям хлынули фигуры в черных накидках и масках, и слизеринцы с ужасом узнали в этих фигурах своих родителей. Благодаря наставлениям Гвиневры все команды Слизерина оказалась под трибуной судей, двигаясь небольшими группками в том направлении. Да, некоторые из старшекурсников убегали к своим родителям помогать. Семейные узы превыше всего, Гвиневра сама это подчеркнула тогда. Но вот её не было.       Прошло ещё долгих два часа, а за стенами все продолжался различный шум. Впрочем и слизеринцы были слегка взволнованны. «Старшие» накладывали защитные и поддерживающие заклятья, готовясь к атаке в любой момент. Вот только она пришла сама собой, никто тогда не ожидал подобного. У стены, что была ближе всех к лабиринту, появился свет, оставляя после себя замершего Джеймса Поттера-младшего и лежащую у него на коленях Гвиневру Поттер. Слизеринцы замерли, отступая перед Драко, спешащим в ту сторону. Тогда повисло такое тяжелое молчание. Джеймс жалобно посматривал на слизеринцев, что окружили его плотным кольцом. Он поспешно отскочил от тела Гвиневры, и её голова стукнулась о пол. Это послужило сигналом к бедствию. Несколько старшекурсников взяли парня за грудки, а Драко подошел ближе и приставил палочку к его шее. Да, в его голове тогда было множество ругательств. Панси тихо, очень тихо прошептала «мертва. Драко, она мертва» и потеряно оглянулась. От одного этого взгляда захотелось разрыдаться, и Панси не смогла удержаться. Остальные слизеринки бессильно опустились на пол и так же разрыдались, прижимаясь друг к другу. Блондин помнил тот ком в горле.       -Что ты сделал?       -Я…я… я….       -Что. Ты. Сделал. Отвечай!       Джеймс судорожно хватал воздух в истерике. А после его глаза судорожно распахнулись и в них появился блеск огня. Малфой обернулся и заметил уже угасающий огонь на теле Гвиневры. Панси, чтобы была ближе всех пораженно сидела на полу рядышком. На полу осталась лишь небольшая кучка пепла.       -К-как такое возможно? — тяжело сглотнул Блейз, осматривая эту горку пепла.       -Моя малышка Гвин, малышка Гвин…. — тихо нашептывала Панси, утыкаясь в плечо Блейзу.       Драко бессильно сел на колени, нерешаясь притронуться. В голове тогда было пусто, и звон в ушах становился сильнее. Почему? Почему ты решила поступить так? Что пришло в твою умную головушку, что ты решила оставить меня вот так? Зачем? Ты же обещала все рассказать? Множество вопросов, помимо этих, крутились в его голове. В комнате повисла тишина, разве что слышалось безудержное всхлипывание девочек. Но появился новый звук. «Кра». Ещё раз. Ещё и ещё! Из кучки пепла поднял голову феникс. ФЕНИКС! Черный феникс с пронзительно зелеными глазами. Драко замер, эти глаза ему показались каким-то знакомыми. Феникс взлетел, легко помахивая крыльями и покружил над их головами, несколько раз вскрикнув. А после и вообще толкнул головой небольшую дверь из этой «защищенной зоны» и вылетел наружу. Драко ринулся за ним.       Малфой смог увидеть, как черная тень легко взметнулась вверх и засияла. После послышался скрежет и купол рассыпался, как осколки битого стекла. А сам черный феникс спикировал вниз, пытаясь усесться к нему на руку. Блондин даже несколько заворожено вытянул руку и птица села, очень аккуратно обхватывая руку когтями. Рядом появился красный феникс директора, Фоукс. Он заинтересованно осматривал черного феникса. За спиной Драко послышались шепотки.       Черный феникс наклонил слегка голову, заглядывая в глаза Драко, а после залетел в комнатку обратно, усаживаясь на пол неподалеку. Единым взмахом крыльев, он закрыл свою голову крыльями, и возгорелся. Фоукс тревожно вскрикнул и было метнулся к фениксу, но остановился всего в шаге от потухающего огня. На полу вновь оказался пепел. Он закружился, увеличиваясь в количестве, взметаясь вверх ветром, и стал уплотняться, оставляя после себя Гвиневру. Девушка открыла глаза, проморгалась и грациозно смахнула со своей головы пепел. И только после осмотрелась. Первым очнулся Драко, ринувшийся ощупывать её лицо. Она живая, она дышит, она улыбается. Это, наверное, первое что возникло у него тогда в голове. Черновласка расплылась в улыбке, а после радостно уткнулась носом ему в шею, сонно зевая. Ту «битву» они смогли пережить и отсидеться. Скрыться, спрятаться, называйте как хотите. Они остались в безопасности. После их нашло подкрепление авроров, и «спасли». Как после было напечатано в газетах.       Лето и каникулы начались быстрее обычного, обычные экзамены между курсами отменили, разве что остались для пятых и седьмых курсов. Драко проводил с Гвиневрой буквально все время. Да, он знал о её жизни многое, но девушка начала понемногу ему раскрываться.       Одним из самых значимых событий того лета для Драко и Гвин было ничто иное, как появлении одного единственного конверта с ключом и крупным перстнем с гравировкой каких-то символов. Это была ночь после той «битвы», сова буквально ворвалась в её комнату и всполошила своим уханьем обе комнаты. Прикоснувшись к кольцу, на бумаге появился текст: «До встречи завтра утром в родовом поместье, Гвиневра. Это кольцо-телепорт, покажет тебе путь к нему». И внизу стояла приписка: А. А. Поттер. Да, Гвиневра тогда была очень удивленной. Есть ещё Поттеры?       Ту ночь они не смогли уснуть, и Драко вызнал у девушки, что же произошло с ней тем днем. В тот вечер она и рассказала, про свои дела с Темным Лордом, показала метку, что до этого скрывала за её же собственным изобретеньем. Девушка накинула на своего брата заклятье слежки, и когда он был практически у кубка, что излучал особую магическую энергию, Гвин использовала отталкивающее заклятье, не позволяя никому из других участников и близко подобраться к Джеймсу. Ей проблемы были не нужны. А после использовала заклятье бумеранг. Похожее на телепорт, только имеющий определенное слово/действие/время до окончания его работы, а после возвращающее обратно.       На кладбище она встретилась с Петтегрю и вежливо кивнула, скрываясь за статуей. По округе уже бродила Белла, а метка нещадно жгла, призывая новые черные тени, одну за другой. Джеймс Поттер-младший лежал на траве, подозрительно всех осматривая. У статуи во главе, в паре шагов от него, висело чье-то тело и Белла смотрела на него с некоторым коварством и хитростью. Появление Темного Лорда было знаменательным, с вспышками огня за спиной и верными слугами.       -Гвиневра, подойди же ближе. — Проскрипел он тогда, и только после этого Джеймс заметил девушку. Парень подскочил на ноги, Гвинни мгновенно скосила глаза на Темного Лорда и получила разрешение на любые действия, направила палочку.       -Ах ты, проклятая темная! — Вскрикнул Джеймс, видя её поведение. — Отец был прав, ты долбану… — Девушка завершила своё заклятье оледенения и снисходительно улыбнулась. Она смогла увидеть человека, что прямо-таки повис на статуе.       -Какой невоспитанный молодой человек! — Хохотнул Лорд, а после махнул ей рукой. Так что её руки прямо-таки пустились по сложным движениям, будто танцевали. Прочерчивая круги, руны и множество этапов усиливающих заклятий. Зачитывала несколько ритуалов на латинском, пока Петтегрю выполнял основной ритуал с кровью врага и плотью слуги. Слуги все замерли, всматриваясь в выступивший силуэт и Гвиневра приклонила колени, почтительно кивая. Мужчина внимательно осмотрел свои руки, несколько раз сжал их, а после поднял голову на Джеймса-младшего. — Какой невоспитанный молодой человек. — Проговорил он ещё раз, более тихо, как-то хитро. — Кого-то он мне очень напоминает. Гвиневра, не представишь нам этого очаровательного юношу, может, не все здесь знают его?       -Как прикажете, Господин. — Кивнула девушка и встала с колен. — Это Джеймс Поттер, или же более известный всему миру как Мальчик-Который-Выжил. — Гвиневра встала сбоку от него и осмотрела замершего брата задумчивым взглядом. — Можно так же упомянуть, что он является моим близнецом, мой Господин. А более я не знаю, что может быть интересно вам о столь непримечательном человеке. — Она пожала плечами и присела в реверансе. Лорд засмеялся, его поддержали не синхронным хохотом Пожиратели.       -Что верно, то верно. А вот тот мужчина на статуе… Это? — Девушка повернула свою голову, расплылась в улыбке и взмахнула палочкой, поворачивая голову брата.       -Ах. Этот. Этот мужчина является моим биологическим отцом, Джеймс Поттер, с пометкой старший. — Она очень иронично развела руками в стороны. Брата около неё затрясло, но заклятье держалось крепко.       -Мне кажется, или наш гость очень хочет, что-то сказать? — Задумчиво произнес Лорд и подошел ближе. А после махнул ей рукой. Она почтительно кивнула и сняла заклятье. — Что расскажешь, мальчик?       -К…       -Что-что? — Между рядами Пожирателей раздался прямо-таки задорный смех.       -Кто это сделал. — Выдавил Джеймс, пытаясь нашарить в своих карманах палочку. А после резко вытащил палочку. — Кто это, я вас спрашиваю, сделал?! Кто это сделал с моим отцом! — А после резко обернулся на Гвиневру, что замерла с немым обожанием к Темному Лорду. — А ты! Ты! Ты же его дочь?! Как ты можешь! Мерзавка! Падаль! Мусор!       -Ну, что ты, малыш. — Сладким голосом пропела Белла, оплетая Гвиневру своими руками. — Это сделала я, и конечно, все ради нашей милой малышки Гвиневры. — Женщина нежно погладила её по волосам, а после нежно коснулась кончика носа. Гвиневра рассказывала Драко, как была глубоко поражена такой перемене в настроение. Ведь… Всего каких-то девять месяцев назад, она относилась к ней с подозрением. — Это ведь твоя милая старшая сестра, как ты можешь?       И она засмеялась очень громко, Лорд удалялся в другую сторону, махнув своим слугам. Пожиратели громко засмеялись и растворились в черном тумане. Джеймс рванул в сторону Лорда, взмахивая палочкой. Его от Беллы спасло лишь одно мгновенье, за которое Гвиневра возникла перед её заклятьем и упала уже на брата, повалив того. Бумеранг сработал просто потрясающе, все же такое действие, как «падение», было подобрано идеально. Н-да, рассказ не был наполнен радугой, хотя очень хотелось надеяться.       На утро, ребята смогли хорошенько выспаться. Магический мир молчал в оцепенении от ужаса, после известий от Джеймса Поттера-младшего о воскрешение Волан-де-Морта. Нападение Пожирателей смерти на школу, когда там находились иностранные гости, это была серьезная оплошность со стороны директора и Аврориата, которые даже людей отправили туда. Ну, как людей, новичков. Иностранные послы сразу же после подобного известия собрали все свои вещи и поспешили уехать, да подальше. Вмешиваться в проблемы чужой страны — хотелось меньше всего. Особенно директору болгар, бывшему Пожирателю.       Локки разбудила их уже ближе к обеду. Все же это было воскресенье, так что это не повлекло за собой каких-либо проблем. Драко мог самому себе признаться, что вообще хотел не ложиться спать и поскорее узнать, что же ждет там его девочку. Гвиневра была несколько нервной. Отношения с Поттерами, а именно с родителями, у неё были напряженными. А тут ещё какой-то родственник? Было в этом что-то подозрительное.       Пообедав, Гвиневра наведалась к Северусу, рассказать про письмо и показать кольцо. Драко впервые видел столько удивления на лице крестного. Им торопливо поведали, что это фамильный герб Поттеров. Но Гвиневра была полностью уверена, что в доме Поттеров, где жили её, так называемые, родители, не было ни одного подобного герба. Общим решением было отправиться вместе. Чтобы если вдруг что — спасать друг друга. А отпустить Драко с Гвиневрой вместе, одних, Северусу совесть не позволила. Надев кольцо на указательный палец, Гвиневра как-то грустно усмехнулась, оно болталось на пальце. А после оно стало уменьшаться подстать под её пальцы.       Перемещение было быстрым. Перед ними расстилался пышный сад, за которым начиналась просторная веранда, а на втором этаже виднелся шикарный балкон. На ступенях перед верандой появился домовик. Гвиневра двинулась к ней, держа перед собой ключ и письмо. Домовик вежливо поклонилась.       -Приветствуем истинную хозяйку наследия Поттеров. Меня зовут Корти, главный домовик. Пройдемте за мной, я провожу вас к господину.       Домовик открыла дверь перед ней, и пошла по лестнице вверх. Поместье выглядело замечательно. Громадная лестница посреди холла, ведущая на второй этаж, просторный зал в обе стороны от прихожей. Дом был выполнен в довольно светлых тонах, белый, голубой, нежно-зеленый. Домовик остановился на четвертом этаже поместья, и повела их по коридору с картинами. Под каждой картиной было подписано имя члена семьи. Портреты между собой шептались, тихо обсуждая прибывшую в поместье девушку и её сопровождающих. Домовик остановился перед портретом Арчибальда Поттера. И Гвиневра наконец вспомнила отца Джеймса-старшего.       -Ну, здравствуй, моя дорогая внучка. Впервые могу тебя воочию узреть. — На картине сидел довольно внушительный мужчина средних лет, с черными волосами и пронзительными черными глазами.       -Здравствуйте. Дедушка? — Осторожно прошептала девушка, будто боясь подставы.       -Ох-хо-хо. Этот засранец Джеймс даже моего лица внучке не показал?! И чего я только ожидал от этого недоумка? — Мужчина покачал головой, оборачиваясь на соседнюю картину. Там сидела широкоплечая женщина с нежно-каштановыми волосами и серо-голубыми глазами.       -Дорогой, ну сколько раз тебе повторять, хватит так выражаться.       -Прошу прощения. — Вмешалась Гвиневра. — Но я не очень понимаю, зачем вы меня позвали сюда. Дедушка. — Немного подумав добавила она.       -Ну, как зачем, внучка. Чтобы передать права наследования тебе. Джеймс-то, сын мой бездарный, помер вчера. А значит, теперь наследие переходит прямиком его старшему ребенку.       -Но у меня ещё жива мать, разве не ей должно было передаться всё это?       -Этой грязнокровке? Ещё чего! — Гвиневра недоуменно наклонила голову. — Похоже, тебе даже не рассказывали об этом поместье. — Гвин кивнула, неловко переминаясь с ноги на ногу. — И то верно, ему же было велено не возвращаться в это поместье, раз решил жениться на грязнокровке.       -А как же мой «великий и могучий» младший брат?       -Та тряпка, что Джеймс воспитал как себе подобного? Ха! — Портреты засмеяли практически в едином смехе. Но спине побежали мурашки. — Да ни в коем случае. Тем более, наследует старший ребенок, вне зависимости от пола.       -Я не смогу передать свою фамилию наследникам. И даже больше скажу. Не хочу.       -Это тоже понимаем, но уж лучше ты, чем никого.       -И даже несмотря на то, что я дочь грязнокровки?       -Зачем же столько вопросов, внучка? Ты мне не веришь?       -Не верю. У меня нет никакого желания подчиняться беспрекословно кому-либо. Поэтому желаю узнать все подробности сейчас, а не после по ходу дела.       -Ох… Как ужасно. — Послышалось с картины позади, но Гвиневра гипнотизировала деда.       -Ты отказалась от своей семьи, разве нет?       -Скорее они от меня, но не суть дела. Да. Не хочу иметь ничего общего с Лили и Джеймсами Поттерами.       -Вот и замечательно.       -Разве?       -Я не в том плане, внученька. — Арчибальд весело улыбнулся, разглядывая её лицо. — Ты можешь спокойно унаследовать это поместье, и никто не посмеет у тебя его отобрать.       -И указывать вы мне не будете?       -А зачем? Раз мы тебя признали, — портрет развел руками в стороны, — значит, полностью доверяем.       -И не против будете, если тут будет жить человек, что меня воспитал, которого я называю отцом?       -Я так понимаю, это вон тот черноволосый мужчина. — Портрет заинтересованно приподнял, посматривая на него. — Не представишь мне своих спутников заодно?       -Северус Снейп, человек, который воспитал меня и помог стать тем, кем я являюсь. — Гвиневра кивнула в одну строну. — И мой возлюбленный, Драко Малфой. — Кивнула в другую, на него.       -Северус. Северус. Что-то знакомое. — Портрет задумчиво почесал подбородок.       -Ваш сын надо мной издевался со своей шайкой в школьные годы, если так вам будет проще вспомнить. — Усмехнулся Северус. Гвиневра была спокойна, хоть это был и очень статный и серьезный человек. Значит и ему нечего трусить.       -Ах, точно! А Малфоев я помню. Люциус был очень знаменит вместе с Нарциссой Блэк в своё время.       -И хотите сказать, что вы мне ничего против не скажите на любое моё действие? Моих людей, питомцев? Моё я уже сформировалось, и редактировать его под рамки этого поместья я не желаю.       -Да бог с тобой! — Раздраженно всплеснул руками Арчибальд. — Делай что хочешь, приводи кого хочешь! Дом-то твой теперь.       -Слишком подозрительно. — Девушка прикрыла глаза, постукивая каблучком.       -Это же что за условия выживания, чтобы дети в пятнадцать так рассуждали. — Послышалось вновь из-за спины.       -Послушай, внучка. Ключ только у тебя. Перстень тем более. Да и мы уже только картины, всего лишь оставленные воспоминания, которые и информацию получить могут лишь через домовиков. Поместье не может пустовать слишком долго. Нам домовики зачитывали всё о твоей жизни, поэтому мы все имеем представление, через что пришлось тебе пройти. Так вот, к чему я разговор веду. Никто не собирается тебе выгонять из дома. Это поместье теперь принадлежит тебе. Вон как перстень сел, как влитой! И если ты уйдешь, то и поместье тоже. Поверить в это все, довольно сложно, мы понимаем. Но все в порядке, правда.       -Я все ещё считаю это подозрительным. Но постараюсь поверить. — Кивнула девушка. — Вы уж простите, это на уровне инстинктов.       Тогда ей было чертовски неловко, но вместе с главным домовым эльфом, она обошла весь дом. Северус после был крайне смущен и предпочел отказаться от переезда. Тут будут жить два влюбленных подростка, как-то он не готов вставать третьим лишним. А вот Драко очень понравилась эта затея, ведь уже сейчас их дом был оккупирован Пожирателями и Лордом. А значит, дома будет постоянно шумно и невозможно спокойно отдохнуть. Это светлое и тихое поместье на берегу моря было просто потрясающим местом. Да и провести лето вместе с девушкой, что так запала в сердце, понять свои чувства до конца, проверить их в конце-то концов. Все же пятнадцать лет, это ещё не взрослый человек. Драко тогда осознавал, что его чувства могут быть лишь его собственным обманом, когда же Гвинни искренне его любит всем сердцем и душой, он переживал. Сильно в себе сомневался.       Когда девушка осмотрела поместье, она была очень довольна. Широкая площадка перед входной дверью, веранда, потрясающий вид со второго этажа, где располагался балкон. Поместье расходилось в обе стороны с красивыми украшениями по фасаду здания. Не было преобладающего красного или черного, все было в гармонии. Хоть и как выразилась Гвиневра: я ожидала увидеть подобие гриффиндорской гостиной, Джеймс постоянно твердил, что у него все в семье были Гриффиндорцами. Она казалось, была готова сделать ремонт, если ей не понравилась бы одна деталь в комнате.       После они к вечеру вернулись в школу и застали уже собранные свои вещи. В связи с возрождением Темного Лорда, детей решили отправить по домам пораньше, а Драко смог написать своим родителям о своем желание остаться в гостях у Гвин только через пару дней. Правда им для прикрытия понадобилось ещё и Панси с Блейзом позвать. Они были её ближним кругом друзей, поэтому могли служить хорошим оправданием для нахождения Драко у неё дома. Было крайне сложно скрывать от людей вокруг свои отношения, но они кое-как справились.       Лето проходило весело. Гвиневра обставляла дом в соответствии со своими вкусами и даже смогла заставить домовиков носить нормальную одежду с её эмблемой в виде феникса. Она тогда сделала большой заказ для своих друзей и ребят с факультета. Ведь теперь в школе станет неспокойно, и буквально всех слизеринцев будут воспринимать, как предателей и опасность. А значит, будут и такие дураки, что захотят напасть на них. Она потратила довольно много времени в своем кабинете за кропотливой работой накладывания чар. После Драко помогал ей тестировать их в подвале, где был оборудован безопасный тренировочный зал. Она вкладывала в этот дом много своих сбережений. Она тогда подрабатывала, как после оказалась, на министерство, переводами и налаживанием контактов среди сотрудников, чтобы не было никаких глупостей.       Где-то в середине июля Темный Лорд устроил встречу всех Пожирателей, а значит, Гвиневре нужно было быть там. Как и Драко. Которому не оставили выбора, ведь родители очень боялись Лорда. На мероприятии Лорд был весел, сам представил новых членов Пожирателей и торжественно поставил метку Драко. Да, парень тогда был несколько ошарашен всем действием. Гвин была спокойна и учтива, но не могла проводить с ним все время. В какой-то момент, он понял, что уже более часа не видел её, а после заметил подле Лорда. Она подливала ему алкоголя в бокал. Лорд выглядел полностью довольным и даже несколько отшучивался. Нагайна вновь с интересом рассматривала Трэфа, замершего на плече Гвин. Что ещё больше веселило мужчину, он даже с некоторым азартом заговаривал с Трэфом, пытаясь что-то вызнать. С лица Гвин не сходила обворожительная улыбка, сама она вновь вырядилась в одно из новых платьев в черно-зеленых тонах. Она выглядела потрясающе для своих пятнадцати, так ведь к ней и тетя Белла подходила и что-то рассказывала. После Гвиневра рассказала ему, что женщина ей описывала во всех подробностях, как пытала Джеймса-старшего. Женщина посчитала, что Гвиневра предательница и возможно решила переметнуться на другую сторону, поэтому и пыталась вывести её на конфликт.       После ребятам было очень весело это обсуждать в компании друг друга. Гвиневра могла свободно отдыхать в его объятиях и часто засыпали они именно так. Правда, на утро, они просыпались уже в своих комнатах. Эльфы знали, что так будет лучше для них и уносили по комнатам. Сами домовые эльфы были несколько обескуражены идеей носить одежду вместо обычных тряпок. Но Гвиневра не могла позволить ходить в столь красивом доме в таком ужасе, поэтому и решила создать свой собственный стиль одежды для домовика. Эту одежду им никто не дарит, её дают лишь на время, пока они работают на неё. А после им нужно будет её вернуть. Поэтому с этим они смогли свыкнуться достаточно быстро. Аккуратный пошив обычных брюк, холщовая рубашка и небольшие ботиночки. А после все отличалось от типичной занятости эльфов, некоторым были заказаны фартуки, другим пиджаки, а третьим даже специальные шляпки от солнца. Гвиневра заботилась об этих ребятах, даже слишком, как казалось Драко. Ведь это их обязанность, они же эльфы. Но Гвин была слишком добра, поэтому хотела, чтобы этим ребятам было проще и они сами хотели пойти за ней. Она прописала целый список правил в её доме, что могут делать эльфы, а что ни в коем случае. Наверное, в тот момент, Гвинни хотела, чтобы у них было право выбора, а не как у неё.       На день рождения девушка собрала у себя большое количество гостей. Дом к тому времени уже был полностью готов в стиле Гвиневры. А вечеринка прошла просто замечательно. На ней присутствовали в основном подопечные Гвиневры, а некоторые только отправляли сов с подарками. Они весело обсуждали новые уроки, даже подшучивали на тему новых занятий. Ведь теперь с возрождением Темного Лорда большинство школы погрузиться в хаос, а они могут спокойно жить хоть иногда! Так же там была и Грейнджер, чему уже никто не удивлялся. Гвиневра держала её очень близко, чуть ли не под руку ходила с ней, знакомя со многими ребятами.       После Малфой смог узнать зачем. Гвин показывала и называла всех ребят, у которых родители были пожирателями, но при этом сами дети были очень даже нормальными. Они не пытались ей угрожать или запугивать, Гермиона была очень даже близко знакома со многими ребятами и после рассказывала в их узком кругу, что дети были очень милыми и очаровательными. Невилл тоже был там, он держался несколько скованно, за те два месяца после четвертого курса он сильно преобразился и был сам не свой из-за этого. Драко помнил, как Гвиневра с ними лебезила. Были некоторые когтевранцы, пуффендуйцы. Черноволосая была горда собой, она смогла объединить многих ребят под своим началом.       После праздника домовые эльфы занялись уборкой, а Гвиневра впервые зашла в «комнату с подарками», куда их относили эльфы. Да, это было очень весело для пятнадцатилетних подростков. Паркинсон вообще заявила, что хочет вновь пройтись по магазинам. Блейз тогда ещё тяжело вздыхал на подобных фразах, поход по магазинам мог затянуться от четырех до двенадцати часов. А значит, выдержка нужна была ещё та.       Письма из Хогвартса им уже пришли, поэтому Гвин согласилась на эту авантюру. Она тоже любила покупки, но скорее в разделе зелий. Драко и самому нравилось за ней наблюдать в это время, девушка была столь увлечена рассмотрением всяких ингредиентов, что очень очаровательно закусывала нижнюю губу. Конечно, Паркинсон после утаскивала подругу в раздел с одеждой, подбирая новые модели черных и зеленых платьев, пока Гвиневра не заявила, что хочет белые. Её дом выполнен в светлых тонах и ходить постоянно в темных было некомфортно, да и лето сейчас, жарко все же.       Через пару недель после закупок за Гвиневрой постучался Северус, ему нужно было отвести её «кое-куда». Впрочем, Драко и вся их компания уже узнали об этом походе все вечером, когда она вернулась.       Северус нехотя привел Гвиневру в дом на площади Гриммо, где заседал «супер тайный» орден Феникса. Там заседало все семейство Уизли, Гермиона, Люпин, Сириус и конечно остатки от семейства Поттеров. Лили сидела в апатии за столом, будто и не её дочь пришла, а Джеймс Поттер попытались накинуться на неё вместе с Роном. Однако девушка щелкнула пальцами, и они замерли. Тут же подлетел Сириус и расколдовал их, прикрикивая на неё, что она такая плохая и всякое разное. Гвин прошла мимо него в «столовую» и поприветствовала старших легким реверансом. Тогда на неё обратили внимание все. Она прошла ближе к столу, и, не дожидаясь разрешения взрослых, села на стул.       -Какая наглость! А все от тебя нахваталась Нюни…! — Из рта Сириуса прекращают литься помои, когда девушка поднимает указательный палец, и мужчина открывает рот, вот только и звука не издает.       -Я не вижу смысла перед кем-то тебе подобным выделываться, псина. — Хмыкнула девушка и откинулась на спинку стула.       -Да как ты смеешь?! — Взвизгнул Джеймс, но не рискнул подойти ближе.       -Я здесь лишь потому, что меня позвали. Если вы намерены лишь покричать на меня, но я лучше отправлюсь домой.       -Домой? Мы выгнали тебя из нашего дома! — Ещё раз взвизгнул Джеймс, и подошел ближе.       -А кто говорил про ваш дом? — Девушка слегка повернула на него голову, закинув ногу на ногу. — Я говорила про СВОЙ дом, из которого выбросили твоего отца, Джеймс. Как и твой отец меня выбросил из дома три года назад, а мне, между прочим, было двенадцать. — Хмыкнула девушка и обернулась на Северуса, что встал за её спиной. — Так зачем ты меня сюда привел, папа?       -Все эти люди горели желанием с тобой встретиться. — Угрюмо сказал Северус, ему и самому эта компания не нравилась.       -Хо? И зачем же? — Девушка обернулась на другой конец стола и расплылась в улыбке. — Что же нужно всем этим людям от маленькой меня?       -Ты пре…ла…. — Бормотала Лили, но девушка не смогла до конца расслышать.       -Что-что, дорогая «матушка»? — очень ехидно переспросила Гвиневра, не убирая своей улыбки.       -Ты предала Орден Феникса! — вскрикнула женщина, зло оборачиваясь на неё.       -А я разве вступала в него? — Любезно спросила у неё Гвиневра, облокачиваясь на стол. — Я не припомню подобного момента в своей жизни.       -Ты обязана была защищать Джеймса! А что ты сделала?! — Женщина вскочила из-за стола, и её удерживал только Люпин, что качал головой от слов девушки.       -А я что? Я его защитила от убийственного заклятья Беллы, если ты не знала, глупая женщина. — Нахмурилась Гвиневра. — Ведь твой сын не наделен мозгом, интересно, чем же вы его кормили, что он такой тупой и не знает когда нужно остановиться и рассуждать логически? — Девушка закатила глаза, а после стала рассматривать свои ногти. Это все сильно раздражало её.       -Ах ты, паршивая темная! — Вскрикнул Сириус, который все же смог распутать её заклятье немоты, и попытался подойти к ней ближе.       -Повтори это ещё раз, псина, и останешься без голоса навсегда. — Проговорила Гвиневра, оборачиваясь на него и сверкая зелеными глазами. Северус обернулся следом и зловеще поднял палочку. — Ещё что-нибудь, дорогой «Орден Феникса»?       -Почему ты помогла Темному Лорду воскреснуть? Почему ты предала всех нас? — Люпин, успокоив Лили, подошел к ней ближе и говорил более мягко.       -Предала? Разве, дорогой крестный? А не вы все предали меня, когда мне был только год? Если вы не забыли, я ребенок, которого вы все бросили, а теперь говорите, что Я предала? — Девушка недовольно сощурилась, рассматривая все эти удивленные лица. На лестнице послышались шаги. — Просто в отличие от вас, у меня есть мозг, и я знаю, кто здесь настоящий злодей. Если на этом все, то я ухожу.       -Ты обязана защитить Джеймса! — Вскрикнула Лили, вновь подскакивая со стула. Сам Джеймс несколько дернулся в сторону.       -А в чем смысл, женщина? Мне за ним по пятам ходить? Ха! Я из-за него дважды умерла, а мне всего пятнадцать, если ты не забыла, старая карга, как и твоему очаровательному сыночку, что без меня ничего не может. — Девушка встала со стула, грациозно отдергивая мантию и подол небесно-голубого платья. А после посмотрела ещё раз в глаза всем этим глупым взрослым. — Я веду свою игру, не ввязывайте меня в свои разборки. Я уже совершеннолетняя и имею полное право распоряжаться своей жизнью и своими ресурсами, как пожелаю. А теперь я покину ваше раздражающее общество. — Девушка взмахнула рукой и растворилась в сизо-белой дымке.       Сириус, вместе с Люпином и несколькими людьми попытались пойти за ней, вот только их грубо оттолкнуло назад. Северусу пришлось остаться там, ведь он был связан по рукам и ногам со всем этим орденом.       -Куда она пошла, Нюниус?!       -Северус!       -Она пошла домой. — Спокойно ответил Северус, уже не реагируя на грубое прозвище детства.       -Она же слушается тебя, так почему…?!       -Почему я не повлиял на неё? — Хмыкнул зельевар. — А почему вы не повлияли на Джеймса?       -Он ещё ребенок, он ещё слишком эмоционален! — Вскрикнул Сириус, отгораживая своего крестника, который надул щеки от негодования.       -А она, по-твоему, кто? Точно такой же ребенок, ведь если вы все забыли, она его сестра-близнец.       -Вырастил себе змейку подпевалу Нюниус? То-то она ведет себя столь мерзко! Ей бы хорошего ремня и сразу стала паинькой!       -Что же ты не попытался это сделать тогда, в школе. Когда даже Минерва тебе запретила какие-либо действия против моей дочери? Уверен, она подобрала бы для тебя какое-нибудь увеселительное наказание. Поверь мне, весь мой факультет держит на тебя зуб, и лишь потому что Гвиневра на тебя никак не реагирует — ты ещё жив. — Хмыкнул мужчина, гордый своей девочкой.       -Что… Что ты такое несешь, отрепье?!       -Если бы не моя девочка, ты бы уже давно умер. Вот и все. — Снейп взмахнул палочкой, так что сильный поток ветра ударил точно в лицо Сириуса и тот упал, задыхаясь. А после Северус просто растворился в черной дымке, переходя в дом Гвин. Девушка сидела раздраженная в кресле и пила чай, покачивая ногой, будто готовая придумать новый способ убийства.       -Я не хочу этого делать, пап! Я устала от них! — Вскрикнула девушка, когда заметила знакомый силуэт.       -Я это прекрасно знаю, дорогая. — Мужчина присел в соседнее кресло и ему подали такую же кружку чая. — Но они будут тебе это припоминать до самой смерти, так что никуда от этого не убежишь.       -Смерти, значит…. — Задумчиво пробормотала девушка, запивая своё горе чаем. — Можно и так! Да! Так и сделаю! — Она белозубо улыбнулась, довольная собой. Северус тогда приходил к Драко и просил приглядеть за ней. Она начинала сходить с ума, её тяготили эти люди, тяготил этот «долг». И сама она этого не замечала, будто была уже не самой собой.       На одном из собраний с Темным Лордом, она сидела по правую руку от него, как и всегда. И в нужный момент ввернула свою идею: убрать кого-то из дорогих Джеймсу людей. Лили там, или Сириуса. Это сломает его психологически. Оставалось лишь придумать, как на него повлиять, чтобы это ещё сделать у него на глазах. И тогда можно будет совершенно спокойно его убить. Темный Лорд после своего возрождения даже наградил её, что она защитила Джеймса. Ему хотелось убить его самостоятельно. А вот Белла была наказана, так что вела она себя гораздо тише, чем обычно.       Уже наедине с Лордом девушка предложила ему использовать «прозрение» Джеймса, чтобы сначала запутать, а после запугать до такой степени, что у него не осталось времени на раздумья! И Волан-де-Морт ведь согласился на её практически не исполнимый план. Девушка помогала Лорду воссоздать картинки и направить по необходимому каналу, все же она была личной «ученицей» Северуса и перенимала его способности. А вот Лорд подобным не занимался, так что и не хотел колдовать нечто подобное.       Пятый курс начался с шумного поезда. Хоть и на платформе было даже слишком тихо, будто все были в ожидании нападения, но дети, зайдя в вагоны, сразу начали делиться всеми им известными новостями. Первокурсники чувствовали себя не в своей тарелке. Некоторые, скорее по незнанию, усаживались в первое вагоны, где обычно располагались Слизеринцы. Гвиневра и Драко неспешно ходили из вагона в вагон, контролирую свой «закуток». Первая четверть поезда была под их наблюдением, так что и прогуливаться пришлось много.       В какой-то момент Гвиневра просто встала напротив окна, вытащила книгу и стала читать, будто ожидая чего-то. В купе напротив, сидели некоторые первокурсники, что-то обсуждая с интересом посматривая на девушку и парня. Драко нравилось наблюдать за Гвиневрой, но в тот момент так и хотелось шикнуть на малышню. Уже через минуту в проход, соединяющий купе вагона ворвался Джеймс, с поднятой палочкой на Гвиневру. Девушка очень лениво повернула на него голову и, с тяжелым вздохом, закрыла книгу.       -Теперь-то ты никуда не сбежишь, убийца! — Взвизгнул парень, когда за его спиной мелькнула ещё и парочка рыжих голов. — Экспелиармус! — Палочка Гвиневры вылетела из её руки, но девушка выглядела крайне спокойной, и лишь закатила глаза.       -И почему это происходит из года в год, милый? — Она посмотрела на Драко так грустно, будто сейчас перед ней разыгрывалась драма. Она протяжно зевнула, слегка вытягиваясь, а после вытянула свой указательный палец в сторону Джеймса, а после щелкнула. — Экспелиармус. — Как-то лениво пропела девушка и палочки, что были в руках у Джеймса, взвились в воздух, перелетая в руки Гвиневры. — Остолбеней. Вингардиум Левиоса. — Девушка и не думала останавливаться, накладывая заклятья ещё и ещё. Джеймс замер в оскале, а Джинни что была за ним и тем более. Вторая рыжая голова скрылась в предыдущем вагоне. Черновласка взмахнула пальцем, придерживая палочку Джеймса и Джинни на своём учебнике, не желая, касаться этой дряни. В купе с Панси, Блейзом и остальным пятым курсом слизеринцев стало неожиданно тихо, когда в середину поставили эти две очаровательные «статуи».       -Что за уродство? — Панси гордо вздернула нос и прикрыла его, чтобы не чувствовать этот запах. — Гвинни, детка, зачем ты принесла сюда подобное?       -Приглядите за ними, после в школе нужно будет им выдать наказание за нападение на старосту. — Отмахнулась девушка и вышла.       -Что?! — все собравшиеся мгновенно стали ещё холоднее к «статуям». — Мы уж позаботимся.       -Не переживайте.       -Главное в рамках приличия. — Кивнул Драко. — Мы же не животные, как эти. — Блондин презрительно сузил глаза и тоже вышел из купе.       Крошка Гвин уже удалялась из вагона. В ту сторону, откуда они и пришли, видимо поговорить с теми первокурсниками. Поэтому парень решил, что это будет не столь необходимо идти за ней следом. К концу поездки она вернулась к их купе, Драко было даже несколько скучно без неё. Вся эта игра в старост, казалась чем-то глупым. Они практически ничего не делают, да и их ожидало веселье по прибытию.       Девушка очень даже заботливо леветировала две статуи из их купе. Гриффиндорцы были злы, недовольны, но заклинание не могли снять. А оно могла бы и больше суток держаться, благодаря усилению Гвиневры. В карете с фестралами они не поместились, так что их было решено усадить на крышу. Слизеринцы были очень довольны собой. Гвиневра же предпочитала на их выходки не обращать внимания, у неё и без того было много дел. Уже около школы, Гвиневра перенесла две статуи буквально под нос профессору Флитвику и поправила единым движением руки свою мантию.       -Эти гриффиндорцы напали на старосту Слизерина, то есть на меня. — Девушка очаровательно улыбнулась. — Раз нарушителей я вам доставила, профессор Флитвик, рада вас видеть спустя столько времени, то мы пойдем. Мне ещё нужно проверить, что все мои подопечные на месте.       Профессор тогда только покачал головой, с интересом рассматривая магическую формулу заклинания, чтобы снять его действие. После Слизеринцы узнали, что Флитвик им накинул добрые три сотни баллов за «превосходное заклинание с осложнениями». А вот гриффиндорцы же наоборот, лишились двух сотен баллов за нарушение правил, хотя Джеймс Поттер и пытался доказать, что они устроили небольшое сражение, а «эта мерзкая темная» сжульничала! За что его факультет лишился ещё сотни баллов. Преподаватели слишком любили маленькую Гвиневру. Чем она от части пользовалась.       Столкновение с Долорес Амбридж во время пира было напряженным. Это обилие розового выглядело омерзительно, так что некоторые слизеринцы уперто старались не смотреть на неё, чтобы не заполучить несварение на ближайшие дни. «Женщина из Министерства» окрестили между собой Слизеринцы или же «жим». И это оказалось наиболее спокойное прозвище для неё. К Гриффиндорцам только под конец ужина вернулся Джеймс и Джинни, всклоченные и измученные. Они бросали озлобленные взгляды на Слизеринский факультет, где четко могли разглядеть гордую фигуру Гвиневры, сидевшую в центре стола. На что «ЖиМ» уделила довольно много внимания, слегка кашлянув. Н-да, это была самая раздражительная женщина в Хогвартсе, которую только представить можно было. Она привлекала к себе внимание на всем этом довольно обычном темном фоне одеждой, так и своим поведением.       На следующий день, во время их первого урока Защиты от Темных искусств, «ЖиМ» решила, что им колдовать вовсе не нужно. Защищаться? Да от кого? Кому нужны такие дети, как они? Им ещё расти и расти. Но ведь Джеймс не может усидеть на месте, когда говорят про его возраст, про защиту от темных сил или же Волан-де-Морта. И он начал с ней спорить, пока Гвиневра сонно покачивала ногой, раздумывая, почему так много предметов Слизерин и Гриффиндор изучают вместе. И ведь не только их курс, все остальные тоже. Когтевран и Пуффендуй в основном дружат между собой, а Гриффиндорцы со Слизерином ругаются постоянно, так зачем? Тем временем Амбридж пыталась угомонить взбунтовавших гриффиндорцев, пока скучающие слизеринцы предпочли остаться в стороне. Что, конечно же, взбесило Джеймса.       -Покрываете своих родителей, не так ли, слизни. — Практически прокричал Джеймс на весь класс.       -Мистер Поттер! — Амбридж была уже все красная.       -Если тебе есть что сказать, то говори прямо, что же ты. Нападаешь на моих подопечных? — Гвиневра встала из-за парты столь грациозно, что некоторые гриффиндорцы даже засмотрелись. Слизеринцы были в бешенстве. Никто. Никогда. Не смеет оскорблять их семьи. Семья — превыше всего.       -Омерзительная сука!       -И? Что дальше? — Девушка стояла, облокотившись на парту своей пятой точкой. Она закрывала Драко от Джеймса, прекрасно понимая, что он может броситься на этого гриффиндорского придурка. — Это все? Тогда завершай свою идиотскую речь и сядь на месте. Из-за тебя мы уже половину урока упустили. Прошу прощения за этот балаган, профессор Амбридж. — Девушка отвернулась от него и присела в реверансе перед профессором, а после пошла к своему месту.       -Придурочная.       -И не говори.       -Подлиза.       -Она никак не отреагировала.       -Значит теперь можно и обзывать её?       -Вот это будет веселье!       Гвиневра тяжело вздохнула и щелкнула пальцами, после с особым обожанием повернулась на гриффиндорцев и пропела.       -Минус двадцать баллов с каждого, дорогие гриффиндорцы, кто не умеет держать язык за зубами. — Она слегка склонила голову на бок, а после поправила упавшую прядку волос, с удовольствием наблюдая за шокированными лицами гриффиндорцев. Они открывали рот и не могли издать и звука. — Могу лишь пожелать вам удачи, чтобы снять это заклятье. — Пожала она плечами и ещё раз присела в реверансе. — Теперь они будут молчать, профессор Амбридж.       -Превосходно, превосходно. — Женщина похлопала в ладоши, утирая платочком пот со лба, все таким же розовым. — Благодарю, мисс Поттер. Никак не ожидала что с дисциплиной в этой школе все настолько плохо. Нужно будет обязательно доложить об это Фаджу. Я это так не оставлю! — Женщина что-то ещё пыхтела, но Слизеринцы больше смотрели на Гвиневру, которая в мысленном канале уже кричала от злости. Её просто выбешивало подобное отношение, МЛАДШЕГО, черт побери, брата. Она расписывала во всех подробностях что будет с гриффиндорцами, если у них не выйдет с первого раза снять заклятье. Или если они допустят хотя бы одну маленькую ошибку. Впрочем и уточняла, что это чисто теоретически, может все будет и хуже на практике. Не приходилось ранее применять это заклятье.       Зеленый факультет предвидел веселье на ближайшие сутки, некоторые гриффиндорцы что-то начинали делать своими руками, кто-то брался за палочку. Но вскоре все сдавались. Они не умели колдовать без слов. Ни один из них. Для подобного колдовства необходимо было развить свою концентрацию, защиту своих мыслей. Если этого не развивать, то проникнуть в голову человеку для прочтения мыслей или воспоминаний, можно было на раз-два. Гермиона внимательно слушала профессора, не отвлекаясь на своих «подопечных». Её назначили старостой факультета вместе Роном Уизли. Младшим сыном семейства Уизли, очередным подпевалой младшего Поттера. Мальчишка ничем не выделялся, кроме как дружбы с самим «Мальчиком-который-выжил» или «старший брат почти жены Мальчика-Который-Выжил». Почему именно он стал старостой факультета, а не тот же Невилл, никто не знал, да и слизеринцам было все равно.       Право отнимать баллы было исключительно только у Гвиневры. Очередной бонус любви МакГонагалл к Гвиневре. Никто из старост более так делать не мог, а у неё было подобное разрешение. Впрочем, она крайне редко прибегала к подобным мерам. Слизеринцы вели себя примерно и старались вести себя тихо. Шуметь или веселиться они могли лишь в своей гостиной или комнатах, где можно было весело собраться и попросить домовиков принести чая с вкусняшками. Но не в столовой, не в любом другом уголке замка подобного у них не было. Можно было заработать несварение желудка с теми неприязненными взглядами.       Если вспоминать кубок Квиддича, то в последние три года было совсем не до него и его отменяли. Так что Кубок оставался на полочке у Северуса, как у предыдущих победителей. А Кубок Школы по баллам постоянно хотели отдать Гриффиндору на очередном награждение, чуть ли не облизывая задницы этих малолетних ублюдков. Дамблдор дарил им сотни баллов за «мужество», за «храбрость». Но это не спасало их из минусовых очков, которые выходили из-за глупых ситуаций, когда их ловила Гвиневра. Дамблдор был доволен её работой по объединению, но и палки в её колеса пытался вставить, чтобы она не пыталась перехватить власть. Однако, МакГонагалл, когда узнала о её удачном перевоплощение, как анимага, была готова расцеловать девочку на каждом занятии. Именно она помогла девочке зарегистрироваться без лишней мороки, а так же дала много прав, практически повысив до старосты школы. Да и остальные профессора полностью её поддерживали, поэтому Дамблдор сдался, пытаясь наделить Гриффиндорцев по-своему баллами. Он не мог им даровать по тысячи баллов за каждую ерунду, это вызвало бы много негодование от преподавателей. Так что в большинстве случая, Кубок находился так же у Северуса. Два Кубка гордо стояли на полочке.       По окончанию урока с профессором Амбридж, она попросила Гвиневру задержаться, так что девушка не могла узреть злые перекошенные лица гриффиндорцев, что бежали вниз по лестницам. После Драко, как и весь пятый курс зеленого факультета узнали, что они не пошли к мадам Помфри, а пошли на урок зелий. Куда после пришла и Гвиневра, широко улыбаясь. Амбридж оказалась агентом Лорда, и женщина являлась по рангу ниже, чем она. Понятное дело, девушка была полностью собой довольна. Темный Лорд слишком ценил её, чтобы допустить хотя бы мысль, её подчинения кому-либо другому.       Какого же было удивление Мастера Зелий, когда ни один из гриффиндорцев не заговорил привычно с комментариев. Гвиневра сидела спокойно за его столом и проверяла очередные работы, слегка взмахивая указательными пальцами, смахивая листки. Слизеринцы могли гордиться своим хладнокровием, которому научились у Гвиневры. Которая могла в мысленно канале кричать, ругаться, оскорблять, но внешне она была все так же мила и очаровательна. Улыбалась в лицо обидчикам и говорила крайне спокойно. У ребят была прекрасная возможность мысленно обсуждать какие-либо темы, вот только обсуждали они это со всем факультетом. Но в то же время, если они совершенствовали свою ментальную защиту, могла отгородить себя от «факультетского канала». Гвиневра обучала этому своих ребят, ведь некоторым хочется находиться в безопасности, и не слушать, к примеру, ночью, о чем говорят другие ребята.       -Неужели невоспитанные гриффиндорцы, наконец-то, поняли, что их бесполезные комментарии никому не нужны?       -Просто они были столь неуважительны, профессор Снейп, что получили по заслугам. — Гвиневра не отрывалась от проверки работ, разделяя их на стопки по курсам и факультетам. — Вот работы для пятого курса. — Девушка взмахнула мизинцем, и стопка пергаментов подлетела вверх и разлетелась по классу. Северус был полностью ею доволен. Следующую пару она сидела за проверкой работ седьмых курсов, что на первом уроке, как и всегда, писали большую контрольную. А пятикурсники залипли на свои контрольные. На самом деле, Гвиневра тоже помогала их писать. Девушка уже рассматривала пост учителя зельеварения, когда окончит школу. Ей хотелось, чтобы Северус смог спокойно отдыхать, без лишних проблем со студентами или руководством, чтобы не приключилось в будущем. Так что приходилось набираться опыта, да поскорее. Пятый курс был как раз временем для определения своей будущей профессии, но крайне редко ребята уходили после пятого курса. Проще было доучиться до седьмого по определенным специальностям, чтобы была возможность поступить дальше.       На следующем уроке Северус не изменил себе и поставил ребят варить зелье, как и всегда. Гриффиндорцы уперто молчали, у кого-то подрывались котлы, но даже те, что не были заколдованы, предпочли смолчать. Гвиневра вновь подсела к Невиллу, помогая ему с зельем, давая подсказки в полголоса. Она даже в руки не брала ингредиенты, лишь говорила, к чему очень скептически относились гриффиндорцы. Но зелье Невилла было во много раз лучше, чем то, что варили эти олухи. Слизеринцы так же могли похвастаться идеальным исполнением, лично у Драко, который оставался сам с собой в такие моменты, все выходило.       Весь учебный день, злые, но гордые, гриффиндорцы ходили стойко на уроки, не рискнув пропустить хоть один из них. Об взгляд строгой Гермионы можно было обжечься, так что они не решились. А после поспешили на обед, где вместе со старшекурсниками совершили попытку решить это дело самостоятельно. Вот тогда и началось самое веселье. У одного из них все же вышло снять заклятье. Но парень начал говорить жутко писклявым голос, на таких высоких нотах, что просто оглушал рядом сидящих. У одной из девчонок заклятье снять не вышло, и её руки начали покрываться чешуей, а изо рта начал высовываться длинный язык змеи. У второй, её подружки, заклятье перешло в жжение по всем телу, что сжигало даже одежду, так что обе девочки поспешили выбежать из обеденного зала, скрываясь в неизвестном направлении. У ещё нескольких парней, заклятье перешло на лицо, покрывая его волосами, после и на руках с ногами начали вырастать просто клочки волос. А у Джеймса вместо голоса выросло две лишние пары рук, они ещё так эпично прорезались сквозь одежду, разрывая и мантию, показывая его разрыхлевшее тело, на которое некоторые девочки так и пускали слюнки до этого момента.       Слизеринцам было весело. Столы располагались так удачно, что стол Слизерина находился через Когтевранский. А Пуффендуйский у дальней стены. Так что три факультетских стола резко вскрикивали один за другим, а Слизеринский так и смеялся во весь голос. Они неспешно ели, готовясь к дополнительным урокам, но от личика Гвиневры, полного удовольствия, не могли отвести взгляд. Девушка расслабленно улыбалась, очень довольная собой. Перед ней летало несколько учебников, которые она перелистывала практически одновременно. Некоторые предполагали, что она использовала своё заклинание подконтрольного копирования, которое ещё было недостаточно стабильно, и читала несколько книг, таким образом, одновременно. Девушка любила обложиться книгами и порой на ходу читать их, при этом умудряясь вести беседу. После весь Слизеринский факультет мог лишь удивляться, ведь она успевала и проверить их работы, и помочь сделать новый план на следующее занятие, отчитаться по своим урокам и сделать задание по нему. Драко слышал, как несколько второкурсниц утверждали, что видели, как Гвин контролировала своих двойников, которые делали домашнее задание, проверку и писали план к различным урокам. И ведь никто из профессоров не задумывался над тем, какая же колоссальная нагрузка на её плечах.       Драко это мог знать, ведь девушка даже порой могла сонно зайти к нему в комнату и усесться к нему на край кровати, чтобы просто потрогать его белокурые волосы. Почему-то её это успокаивало, парень, правда не рассказывал ей, что не спал в те моменты, и даже слегка приоткрывал глаза, наблюдая её полную счастья улыбку. Девушка будто расслаблялась от такого простого действия. Впрочем, парень утром порой такое же действие проводил. Только он присаживался на корточки и смотрел на её мирно посапывающее личико. На милые щечки и очаровательные пухленькие губки, что слегка приоткрывались при вдохе. Долго он не мог себе этого позволить, приходил домовик, что отвечал за пробуждение девушки, а парень уходил будить факультет, звонкими хлопками магии.       На следующей неделе Амбридж решила устроить полный контроль и проверку учителей. Последующие три месяца, вплоть до декабря, она инспектировала каждого учителя, чуть ли не в душу забираясь с вопросами. Она даже попыталась прикопаться к Гвиневре, когда нашла её за проверкой работ, что было работой Северуса. И даже когда она узнала, что Гвиневра собирается в будущем занять место Северуса, не отступила. Она внимательно следила за Северусом, когда ребята варили зелья, а после осыпала Гвиневру вопросами о работе с зельями. Девушка не отвлекаясь, отвечала спокойно, продолжая проверять работы других ребят. А после и вообще занялась инвентарем, нисколько не отвлекаясь от Амбридж и ответов на её вопросы. Пятикурсники частенько видели, как Амбридж допрашивала профессоров на уроках, и были крайне удивлены Гвиневрой. Она не была поражена, смущена или обеспокоена. Отвечала, будто рассказывала что-то очевидное. И ни на капельку не отвлекалась от своих дел. Амбридж даже не закрыла её класс Помощи с домашними заданиями. Женщина приходила на некоторые их них, чтобы тоже проинспектировать, но осталась полностью довольна ею. И дала официальное разрешение на существование этого кружка. Что уж там говорить в конце ноября она устроила цирк с профессором Трелони в главной роли, пытаясь её выставить из Хогвартса. Но Гвиневра в то время спала у себя в комнате. Вообще, она частенько ложилась спать в выходные, и её можно было не видеть оба этих дня. Все что ей было необходимо, доставляли домовики, они порой и сообщали Драко о состоянии Гвиневры. Девушка так им и сказала: «Чтобы я не говорила в патовой ситуации, Драко должен знать всю правду. Если не найдете Драко, а ситуация критическая, то нужно найти Северуса.» Драко помнил, как тогда расчувствовался, он все же не до конца мог принять, что Гвиневра ценит его и своего отца одинаково, а может в какой-то момент она вообще решила бы, что её чувства, это такое отношение к близкому другу. А тогда она прямо подчеркнула его, что он важнее для неё.       После в школе резко настала тишина. Амбридж начала захватывать в свои руки все больше и больше власти, создавая новые «указы». Но вскоре на одно из занятий Гвиневры в просторном кабинете, Гермиона за ухо притащила Джеймса, а следом и всю его компанию. Парень был крайне недоволен и даже начал скалить зубы, завидев старшую сестру. Девушка была слишком увлечена раскладыванием материала на своем столе, в виде полукруга. Она заинтересовано подняла на Гермиону взгляд, слегка наклонив голову на бок. В кабинете уже были практически все со слизеринского факультета, с пуффендуя и когтеврана понемногу и Невилл сидел не далеко.       -Прости за опоздание, Гвинни! — Брюнетка ярко улыбнулась, проходя к блоку пятого курса, утягивая за собой Джеймса.       -Вечер добрый, милая Миона. — Гвиневра так же тепло ей улыбнулась, поправляя свои книги на столе. — У нас сегодня новенькие или пока только проба? — Драко мог вечно любоваться этой увлеченной девушкой. Она казалось, расцвела на месте. Ей нравилось учить, показывать как надо, помогать. Даже если человек слишком глуп. Ей это удалось доказать на примере Кребба и Гойла, которые вовсю могли спорить о звездах и строение вселенной. Как оказалось у них талант в Астрономии!       -Хотела бы сказать, что они одумались и пришли учиться. — С тяжелым вздохом, девушка все же усадила Джеймса за соседнюю парту, куда тут же подскочила Джинни. — Но как видишь, привела я его насильно. — Брюнетка пожала плечами, подсаживаясь к Панси, что сидела на первой парте. С другого боку от неё сидел Блейз, а там уже и Драко. Кабинет разразился хохотом. Грейнджер уже чувствовала себя в этом кабинете, как у себя дома.       -Поняла, дорогая. — Кивнула Гвиневра, а после посмотрела на часы на стене. — Что ж, а теперь время начать урок. Готовы? — Она ярко улыбнулась, а после прошлась к своему стулу и очень аккуратно села в него, перекидывая ногу на ногу. — Тогда начинаем.       Девушка хлопнула пару раз и класс начал разделяться на секции, где появлялась своя копия Гвиневры. После эта копия брала книгу со стола оригинала и раздавала копии всей своей секции. Сам «оригинал» сидел за столом, контролируя семь клонов. Уроки прошли относительно спокойно, разве что компания Джеймса все шушукалась за спинами, на чем Гвиневра не заостряла особого внимания, но как только они начинали становиться все громче, поднимала вверх палец, и несколько раз перекачивала его туда-сюда, будто угрожая, пока другой рукой объясняла тему. По окончанию урока, когда девушка сняла своё заклятье «секций», эта компания поспешно выбежала из кабинета. Гермиона лишь пожала плечами, мол «она старалась, но пусть теперь сами по себе». После уже в более узком кругу, в гостиной старост Слизерина, Гермиона рассказала:       -Джеймс планирует открыть свой класс обучения магии защиты от Темных сил. Мол, его Сириус и Грюм научили чему-то. На что я ему заявила, что это бессмысленно и лучше позаниматься в твоём, где можно научиться гораздо большему. — Гермиона с удовольствием пила чай из кружки, принесенной домовиком, счастливо ей улыбнувшись. — На что услышала, что «эта темная ничего не умеет, чему она может кого-то обучать, идиотизму?» Ну, что сказать, я вспылила. Решила, что так будет проще и притащила его. Ну, а шестерки побежали следом, чтобы защитить своего золотого мальчика.       -А тебя потом точно не затравят на факультете, воронье гнездо?       -Уж я-то этого не допущу, мисс мопсик.       -И разрешения Амбридж он, понятное дело, не собирается добиваться? — Гвиневра уже не обращала внимание на такие перебранки между Паркинсон и Грейнджер, как впрочем, и мужская часть их компании.       -Да кто она такая, чтобы запретить нашему «Золотому Гриффиндорцу» хоть что либо. — Хмыкнула Гермиона, откидываясь на спинку кресла.       -Пока он ничего не делает, мне, в общем-то, без разницы. Но вот Амбридж…. Эта женщина определенно пронюхает об этом и решит, что нужно будет это дело устранить. — Гвиневра сидела, прижав коленки к груди. Ей было холодно, так что Драко приобнимал её с одной стороны, а со второй домовик поправляла плед на её плечах. — А я так хотела провести спокойно хотя бы один год.       Драко ласково гладил её по волосам, да уж, сейчас она и вовсе не была похожа на ту супер сильную волшебницу-учительницу. А была обычно маленькой девочкой-подростком. Но вот после он смог узнать, что такой она становилась из-за сильных магических трат при работе с Волан-де-Мортом. Практически каждые выходные девушка ночью отправлялась к нему и маленькими шагами начинала работать с его мозгом. А Нагайна частенько опутывала Трэфа, которого Гвин брала с собой на всякий случай. Мужчина практически засыпал под её ловкими руками. А девушка очень осторожно проникала в мозг, подбирая точно место, куда поместить картинку-воспоминание. Попутно заглядывая в воспоминания, это было вполне очевидным при работе с мысленными картинками, так что и Темный Лорд на это ничего не говорил. План Гвиневры он одобрил даже слишком быстро, будто она сама прочитала этот план из его головы. Но никто не рискнул пойти против решения Лорда, как и крошки Гвин.       Результатами своей работы Гвин смогла похвастаться только после Новогодних каникул, когда парень уехал в поместье к родителям, а Гвиневра решила остаться в школе для наблюдения. Впрочем, домовики переносили её в поместье Малфоев буквально за секунду, жаль, что не для встречи с ним. Темный Лорд ещё был не в курсе их отношений. И ни он, ни она не могли предсказать его реакцию. Джеймсу на протяжении декабря время от времени показывали «похождения» Нагайны по Отделу Тайн Министерства. Хоть змея и вовсе туда не ходила. Но Гвиневра смогла из воспоминаний Лорда узнать, что там есть пророчество о Поттерах и самом Лорде. Что стало для неё потрясающим оправданием. Лорд хочет знать пророчество полностью. Как бороться с этим Джеймсом Поттером?! В один из дней каникул перед новым годом, Нагайна напала на Артура Уизли, после быстро перенесенная Гвиневрой обратно через окольные пути. Змея сплевывала кровь, корча недовольную гримасу. А Гвиневра завершила свой сеанс, отступая от Лорда и переходя в школу. Сейчас было время её патрулирования, так что стоило хотя бы сделать вид, что она тут. На верхних этажах послышались вскрики, ругань, а после и вообще кто-то заорал. Топот, шум, звуки заклинаний разрушения, а после и вскрик МакГонагалл, что была как и всегда у Дамблдора в кабинете. Да, в тот раз у них все вышло и Артура Уизли «спасли», а так же Джеймс Поттер начал верить в свои видения. Именно тогда Гвиневра решила залечь на дно. Лорд никуда не спешил, ему было даже как-то без разницы, что там делает Джеймс Поттер. Он даже как-то попросту скучал? А после и вообще решил по тихому захватить Министерство, раз уж тут такой шанс выдался. Он был каким-то безучастным, так что даже Гвиневра начала переживать, не заделали ненароком какое-то из подразделений его характера или поведения. Но оказалось все обычно. Эта была обычная меланхолия в зимнюю пору.       По школе начали разноситься слухи, шепотки. Амбридж это не устроивало и она начала засыпать школьников различными правилами, делая жизнь им все тяжелее и тяжелее. И никто из профессоров не мог на неё повлиять, она ведь тетенька из министерства. А Амбридж этого было недостаточно! Она подключила лояльных к ней слизеринцев к своему спектаклю, чем была совершенно недовольна Гвиневра. Женщина предложила им стать частью Школьной Инспекции. Некоторые согласились на это, но у Гвиневры лично не было времени на это, но фактически она являлась главой этого собрания.       И самым приоритетным заданием для инспекции был контроль студентов. А Гвиневре было поручено узнать, что творят её однокурсники с других факультетов. Девушка уже знала, благодаря Гермионе, но староста Слизерина хотела сначала попробовать поговорить со своим глупым младшим братом. На неё порой нападало это состояние, когда она хотела подружиться с младшим братом и твердила себе, скорее убеждая, что он тоже её любит, просто скрывает. Она могла на время уставиться в одну точку, а после что-то бормотать о том, что он просто глупенький ребенок, который не знает и ему нужно всё объяснить, тогда-то он обязательно её поймет и примет. Драко иногда мог её найти в гостиной старост Слизерина в подобном состоянии. Ему было нестерпимо больно, ведь она пытается верить в Джеймса, когда он чуть ли не проклятья ей в след слал. Пару раз он пытался поговорить с ней на эту тему во время «транса», но она его не слышала. А в обычном состоянии она была слишком зла на брата, и порой грозилась придушить его своими собственными руками! Драко не мог понять её. Она с одной стороны желала ему смерти, но держала на поводке, чтобы он исполнил свою миссию. А с другой стороны, желала его братской любви, восхищения, обожания, как у многих других братье в и сестер с их факультета. Однако она не помнила о тех трансах ровным счётом ничего, как и во время транса о своём желание убить его. Она сходила с ума, а он не знал, как ей помочь.       Одним вечером Гвиневра все же поймала младшего брата в коридоре и пыталась ему объяснить, очень даже спокойно, что ему следует унять своё эго и либо пойти к ней на занятия с его компанией, либо прикрывать лавочку немедленно и оставаться без занятий подобного плана. Девушка практически умоляла его одуматься, но одно единственное грубое слово так взбесило девушку, что она прямо-таки нахохлилась и фыркнула, накладывая пару заклятий, а после с вздернутым носом ушла. Драко наблюдал за ней из-за угла. Ему было страшно оставить маленькую девочку с этим придурком. И вот что вышло…. Она буквально за секунду изменила своё мнение, у неё проскользнуло намерение убить. Если бы не её стремление «эгоистичной» личности использовать младшего брата для завершения миссии, то он был бы уже давно мертв.       Поттер тогда выглядел чертовски оскорбленным, и если бы не заклятье немоты, которое уже стало фирменным у Гвиневры, то он бы точно крикнул ей в след много лестных слов. Однако он поспешил скрыться оттуда в направлении гостиной Гриффиндора.       Через месяц после нового года, Амбридж достали непослушные студенты и Гвиневре поставили четкую задачу: отловить их НЕМЕДЛЕННО. Женщина определенно была недовольна. Гвиневра от неё вернулась с полным брезгливости взглядом, Амбридж ей расписала, как будет наказывать непослушных студентов. Гвин не любила жестокости, она их презирала, ненавидела, даже боялась в какой-то степени, поэтому поспешила в любимые объятия к Драко. Парню было это приятно, так что он с радостью обнимал её и успокаивал. А после вместе с ней и отправился ловить непослушных студентов. Трэф частенько отдыхал на складе Выручай-комнаты, когда ему надоедала компания Василиска или же своей хозяйки. Поэтому он с легкостью смог передать точную картинку для воссоздания пространства тренировочной залы. Девушка держала палочку наготове, и заходя в дверь мгновенно запустила «Стоп-код» заклинание, что она довольно совершенствовала для поддержания дисциплины на факультете. Люди замерли, буквально едва-едва повернув голову в её сторону. Драко был с ней скорее для поддержки, чтобы она не сжалилась над ними и не отпустила.       -Как ты нас нашла, прошмандовка?! — Джеймс стоял примерно в середине залы, с оскаленными зубами, будто готовый наброситься на неё. Девушка лишь тихо вздохнула и убрала палочку в сапог, после уже взмахивая указательными пальцами, перемещая замершие фигуры студентов. Джеймс что-то ещё кричал, но его сестра будто впала в транс, не обращая на него никакого внимания.       -Гвиневра, — окликнул её Драко, и тогда она как-то отвлеклась, и слегка прикрыла глаза, будто соглашаясь с чем-то.       Драко знал, что Гермиона была специально подослана к Джеймсу в команду, все же ей уже курса со второго было гораздо комфортнее в компании Гвиневры. И вообще, она бы предпочла не разговаривать более с Джеймсом. Гвиневра будто дирижировала, пока перед ней ровными парами вставала все статуи. Зеленоглазая в какой-то момент расцвела. Среди всей этой компании были гриффиндорцы, пара когтевранок и все. Пуффендуйцы предпочитала ходить к ней на занятия, а слизеринцы и так знали, что это дело выгорит, ведь у них есть прекрасная Гвиневра, зачем им этот бесполезный гриффиндорец?       -Я предупреждала тебя, непослушный младший братец. — Девушка была этим горда, и сопровождала их к кабинету «наказаний», который был создан Амбридж. — А теперь мне вновь приходиться разбираться со всем тем дерьмом, что ты оставил после себя. Говорила ведь тебе, если Амбридж не понравятся твои действия, твоё поведение, она даст указания убрать ваш кружок по интересам. — Девушка шла практически так же эффектно, как и Северус, развивая свою мантию, только это ещё сопровождалось гордым цоканьем каблуков. — Даже скрываться нормально не умеет, вот серьезно.       -Кто нас сдал?! — Практически прорычал Джеймс, пытаясь перекричать её.       -Сдал? — Девушка даже обернулась на свою «армию». — Никто. — Она пожала плечами, смотря в его глаза. — Если, конечно, не считать моего Трэфа, что очень любил прохладу Выручай-комнаты и порой там отдыхал. — Девушка встала к ним боком, и даже приложила к подбородку палец, будто задумалась. А после спохватилась. — Надеюсь, никто из вас его не трогал? Просто его чешуя очень ядовита. — Она сказала это несколько невзначай, пока Трэф спокойно полз за ней. Драко мог с точностью сказать, что она блефует, ведь это и так очевидно. Шкуру её змея используется в крайне сложных зельях, так же на теоретическом уроке по уходу за существами, они проходили одним из первых, ведь он ценен как ингредиент. Но у некоторых гриффиндорцев прямо-таки вытянулись лица. — Так же вас видел Кровавый Барон, который попросил Пивза последить за вами, когда ему будет скучно.       -Пивза?!       -А чему ты удивляешься? — Гвиневра ехидно улыбалась, когда обернулась на него. — То, что у вас с ним плохие отношения, ещё вовсе не означает, что у всех так.       Амбридж была так счастлива, когда Гвиневра доставила ей всех «провинившихся». Впрочем, она и ожидала четкой и быстрой работы от Гвиневры, которая тянула до последнего. Амбридж тоже была проинформирована, что Гермиону Грейнджер нельзя никому трогать. Гермиона была агентом Гвиневры в отряде Джеймса, на которого никто бы и не посмотрел. Поэтому женщина с особым удовольствием вызывала по одному на допрос, а после посадила их всех в просторном зале, чтобы они выписывали издевательскими перьями. Грейнджер было выдано обычное перо, но так же и посажена буквально под нос Амбридж, так что мало кто мог за ней следить. А вот Гвиневра, пока она занималась проверкой работ для своего класса, контролировала ход наказания. Студенты мало что усвоят после подобного, наоборот, скорее доставят школе проблем. Впрочем, это было не её действие, так что отдуваться так же не ей.       Розовая женщина с особым удовольствием утаскивала за ухо Джеймса в кабинет директора. После уже ребята смогли узнать, что директор решил эффектно исчезнуть, делая себя виноватым. А после наступили жуткие времена для всей школы. Амбридж запрещала какие-либо отношения между парнями и девушками. За учебой и профессорами была поставлена серьезная слежка. Впрочем, Слизеринцев это не касалось и они могли жить вполне свободно, ведь в их гостиную женщина зайти не могла, как и запретить им что-либо. Именно тогда Гвиневра выдала Слизеринцам броши в виде черного феникса, что раскрывал свои крылья вверх, складывая их над головой. А на месте глаз были ярко-зеленые камни. Фоновая часть броши была выполнена в нежно-серебристом цвете, подходя под обычную одежду слизеринцев. Поэтому практически весь факультет стал ходить с ними сразу. Девочкам нравилась новая безделушка, а парням хотелось иметь при себе хотя бы один подарок от такой красотки.       Драко помнил, как она разговаривала летом с несколькими ювелирами с Темной Аллеи, придумывая дизайн и способности этого украшения. Когда же они услышали количество, Малфой прямо-таки видел как у них загорели глаза, ощущая хорошие деньги. А Гвиневра не скупилась на них. Сбережений у неё было достаточно, благодаря сейфам семьи. А после она уходила в свой кабинет и долго что-то там кропотливо делала над брошью. После же оказалось, что она добавляла защитный механизм. Начиналось все с небольшого «щита» перед сердцем, после он переместился перед лицом. И постепенно он начал увеличиваться до таких размеров, чтобы плотным куполом накрыть, носящего брошь. «Близкий круг» Гвиневры участвовал в испытаниях этой системы броши. Гермиона тоже хотела носить эту брошь, но у неё была несколько другая задача, так что брюнетка носила её обычно на внутренней подкладке мантии, чем она конечно же похвасталась им. Вообще Драко начал за собой замечать, что его уже и не раздражала эта грязнокровка. Она всё ещё временами перекидывалась оскорблениями с Панси, в такой, дружеской манере. Но в то же время наблюдала за Панси и Гвиневрой, и перенимала многие их привычки. Она становилась женственнее, что постоянно подчеркивала Панси, которая видимо решила смыслом своей жизни сделать сватовство, и уже подумывала, кто же подойдет этой юной гриффиндорской красавице. В Грейнджер появилась это типичная аристократичность, манерность. Она могла улыбаться в лицо, а потом оказывалась, что она чертовски тебя ненавидит, и вообще предпочла бы убить. Она стала уже будто «своя», частью их семьи.       Ближе уже к концу года, Темный Лорд все же ожил и решил заняться делом, напоминая о своём существовании Гвиневре. Поэтому она продолжила их сеансы, подготавливая почву воспоминаний мужчины. Настало время экзаменов, так что ей было несколько не до того, но все же. Она сдавала практически все предметы, как профильные, если говорить очень точно. Так что и времени у неё на это уходило гораздо больше, чем у остальных ребят. Поэтому порой Драко приходил за ней после экзаменов и уносил в их комнату на руках, она практически засыпала на ходу и предпочитала оставаться на одном месте. Она готовила своих ребят в экзаменам, поэтому в саму «экзаменационную неделю» предпочитала закрыться в своём коконе и выжить. Конечно, у Слизеринцев была великая и могучая мыслительная сеть, которой их научила Гвин, но частенько именно она прерывала их «диалог», чтобы они не списывали ошибки друг друга.       Неделя экзаменов подходила к завершению, когда за день до объявления результатов, Гвиневра все же завершила свой план. Она создала фальшивое воспоминание, где Лорд пытал Сириуса, девушка была ночью в поместье Малфоев, и контролировала весь процесс. А после Лорд объявил, что «Золотой мальчик» выдвинулся, поэтому его слуги должны его там схватить и убить кого-либо из его окружения. Гвин мысленно тогда молилась, чтобы Грейнджер не затащили туда, ведь это могло стать фатальной ошибкой как для Гвиневры, так и для Гермионы. Люциус и остальная команда вместе с Беллой поспешили раствориться в тумане. Они удачно поймали их в зале с предсказаниями, загоняя в угол. Впрочем, они не могли ожидать, куда точно они прибегут, все же это был Отдел Тайн. А уж в том месте могло быть все что угодно, что и вызывало обилие проблем. Оказавшись в комнате с туманной аркой, Пожиратели заприметили, что выход-то из комнаты один, который и был мгновенно заблокирован. Именно в этот момент Гвин присоединилась к их «нападению». Она хотела самолично убить Сириуса или Лили. Но времени у неё было мало, все же по её фигуре кто-то из гриффиндорцев мог отличить в ней старосту Слизерина. И тогда бы без проблем не отделалась бы. Но она не успела. Сириус упал в арку, когда отшатнулся от заклинания Беллы, так что можно было списать его смерть на счет Беллы. Чем была особенно недовольна Гвиневра, Джеймс что-то вскрикнул и побежал на Беллу. Видимо женщина испытывала экстаз после очередного убийства и побежала прочь, зло хохоча.       Джеймс напал на неё, но женщина после говорила, что ей была даже не больно, что её определенно расстроило. Гвиневра в тот момент должна была быть с Лордом, что оказался позади Лестрейдж, желая напасть на Джеймса. Но ему помешал явившийся директор Дамблдор. Гвин и Белла были отправлены восвояси одни движением, будто от них отмахивались. Обе девушки нерискнули противиться и вернулись на позиции в доме Малфоя. Поттер была вне себя от ярости, и пару раз хотела запустить заклинанием в Беллу, что все ещё восторженно кричала, что убила предателя крови. Да, убила, вот только Гвин тоже хотела его убить за все те годы страданий. А Белла уже во второй раз забрала её добычу! Что дальше? Убьет и её мать, не дав и разу ощутить удовольствия убийства тех, что издевались над ней с самого рождения?! На третий раз, когда Гвиневра все же не выдержала и запустила в Лестрейдж Круциатусом, женщину всю перекорежило, будто от болевого шока. Гвин была тогда особенно мрачна и грозно прошептала «Замолкни».       Драко думал, что именно в тот момент Пожиратели смерти начали понимать, почему эта маленькая девочка быстро стала подле Лорда. Поттер буквально разила круциатусами одним взглядом, так что все старательно начинали обходить её. Вернувшийся Лорд был весел и счастлив. Семена раздора он посеял, повеселился на славу, теперь можно было и отдохнуть ещё пару месяцев. Своих людей он единым взмахом руки разогнал, рассматривая замершую от боли Беллу и разгневанную Гвин.       -Моя маленькая девочка чем-то недовольна? — Темный Лорд благоволил этой малышке. Ему нравилось, что она знала многое, даже слишком, но была предана ему.       -Никак нет, мой господин. — Она сжала зубы, все ещё пуская молнии глазами в сторону Беллы.       -Не уж то, ты сама хотела убить Сириуса, малышка? — Мужчина приобнял её за плечи и отвел в сторону от своей второй любимицы.       -Хотела отомстить и вдоволь насладиться его криками, мой Лорд! Чтобы псина умирала хуже раздавленной букашки! — Гвиневра была раздражена, но старалась себя сдерживать, хоть все и клокотало внутри от злости.       -Какая кровожадная маленькая леди! — Темный Лорд с особым удовольствием похлопал в ладоши. — Значит ты хочешь мстить?       -Все зависит от человека. — Кивнула девушка, глубоко вздыхая. Её небольшие кулачки все ещё сжимались и разжимались.       -Есть ли люди, которых хочет убить моя маленькая девочка?       -Есть! — Гвиневру несколько смущали обращения Лорда с ней, однако ей нужно было вовремя пользоваться подобным. После она рассказала Драко, что очень даже возможно, что из-за её частых копаний в его голове, породила в нем чувство отцовства к ней. — Моя мать и Римус Люпин. Есть ещё один человек…       -Ну, с этими двумя ты можешь спокойно справиться. Тут уж я не сомневаюсь. А что же с третьим?       -Альбус Дамблдор.       -Какие высокие цели у моей маленькой подопечной. — Лорд усадил её за стол, около себя, рассматривая с особым интересом её лицо.       -Но я не уверена, что смогу справиться с ним в одиночку, мой Лорд. Я ведь все ещё ребенок, особенно по сравнению с Альбусом. — Темный Лорд расхохотался, и как-то насмешливо потрепал её по волосам.       -Это верно, маленькая леди. Так что, как насчет того, чтобы ослабить его, а после уже добить?       -А я могу это сделать, мой Лорд? — Гвиневра аж встрепенулась.       -Ну, не в одиночку. А так же, я предпочту убить его своими руками. Но такой преданной подопечной, я мог бы его уступить. Но. Я не хочу, чтобы твои руки были в крови, малышка Поттер. Так что откажу.       -Простите, мой Лорд, за мои эгоистичные мысли. Я постараюсь держать их в узде.       -Не переживай, не переживай. Я придумаю что-нибудь поинтереснее для подобного человека, как Альбус Дамблдор. И если тебя это успокоит, я похлопочу над ним, ради тебя.       -Благодарю, мой Лорд! — Глаза девушки прямо-таки вспыхнули искорками счастья. Лорду нравилась её открытость, её яркие эмоции.       -Ну, раз мы все решили, тебе стоит вернуться в школу. Пока никто не заметил твоего отсутствия.       Девушка вскочила из-за стола и присела в реверансе, а после растворилась в дымке. Ей нравилось иметь власть и на одной, и на другой стороне. Так она могла быть у власти везде! Она могла в скором времени начать своё правление, и никто не посмеет чудить при ней! Вот тогда она сможет спокойно жить и быть со своим любимым!       Малфой вспоминал то время с дрожью по спине. Она, казалось, совсем рехнулась. Начинала рассуждать, как будет пытать мать или крестного, а после переключалась на пытки для своего «любимого» младшего брата. Драко переживал за неё в такие моменты и старался усадить к себе на диван. Парень гладил её по волосам и тихо шептал теплые слова, пытаясь вернуть её обычную. А девушка, оказавшись в объятиях любимого, чаще всего, засыпала. Драко предполагал, что часть «извращенной» натуры Волан-де-Морта девушка забрала себе, пока копалась в его голове. Он не представлял, что она могла там увидеть, но девушка не особо была разговорчива на эту тему. Казалось, что она боялась вывода, сделанного после получения этих знаний.       Пятый курс завершился. Джеймс Поттер ходил с мрачной миной на лице, а Джинни Уизли пыталась его поддержать. Лето стало блаженством для Гвиневры и Драко. Они проводили его вместе, наслаждаясь моментами и создавая себе веселые воспоминания. Им было уже шестнадцать, когда они смогли преодолеть своё смущение и начать откровенно целоваться или же зайти куда дальше в своих отношениях. Теплоту в отношении к Драко и семье Малфоев начал замечать и Волан-де-Морт. Так что после очередного собрания, мужчина её задержал для подобного разговора. Драко вызвали к нему на ковер чуть позднее с единственным вопросом: любит ли он её? Девушка смущалась, будто это было её первое признание, так что до Драко тоже дошло, что она вспоминала что-то из их предыдущего вечера, чтобы покраснеть настолько сильно. Он порозовел, но гордо встал и заявил, что любит её больше всего на свете! Да… Пожалуй, именно тогда это и нужно было сделать. Гвин была счастлива раскрыть один из своих секретов и избавиться от его ноши.       На собраниях они все ещё не могли сидеть подле друг друга, разные ранги, как ни как. Но Лорд более не задерживал её слишком сильно. Чем конечно же пользовалась Гвиневра. Драко нравилось в ней все! Она была милой и очаровательной, что уж говорить, она принимала его недостатки и порой помогала ему преодолеть их, если он сам того желал. А она была для него драгоценностью. Великолепный хрусталь, который нужно оберегать и тщательно протирать ежедневно. Им нравилось так ухаживать за друг другом, засиживаться в гостиной за книгами и обсуждая новые художественные рассказы. Или же рассуждая на философские темы. После их временами Люциус брал на «экскурсию» в Министерство, чтобы показать как оно работает и даже предлагал подать после обучения в один из отделов документы. Драко этим загорелся. Ему хотелось тоже иметь власть и поддерживать свою любимую. Не только получать, но и давать. Так он и начал развиваться все сильнее, помогая Гвинни с её классом, а так же и развиваясь под её чутким контролем.       Шестой курс начался крайне спокойно. Северус, наконец-то, заполучил должность преподавателя по Защите от темных сил. А вот на должность преподавателя по зельям встал некий «профессор Слизнорт» к которому с особым подозрением относилась Гвиневра. Её обязанности на уроках Северуса не сильно изменились, она все так же составляла тесты и проверяла их, а после занималась выкладкой инвентаря. После могла ассистировать Северусу, иногда студентам. На зельях она оставалась лучшей. Многие, а именно гриффиндорцы, в ней сомневались. Считали, что она неумеха в зельях. Но какого же было их удивление, когда девушка без учебника и подсказок начинала варить зелье, просто услыхав его название. Слизнорт был этим поражен и поддерживал её способности, впрочем как и Джеймса Поттера, который нашёл в старых полках потрепанный учебник Северуса. О том что это был учебник, лично переделанный Мастером зельев, они узнали ближе к зиме, о чём мгновенно рассказали Снейпу. Тот был недоволен, но не станет же он идти и отнимать учебник у студента? Так что ему решили спустить это с рук.       Лорд оказался довольно, забавным? Ему было лениво заниматься Дамблдором самостоятельно, поэтому он? Поручил это Драко! Парень был шокирован подобным известием. Вот так номер, однако. Но рассказав об этом Гвин, был ещё сильнее поражен. Она радостно кинулась ему на шею и благодарила. Будто это ей позволили разобраться с врагом номер один. Девушка занималась пару дней экспериментами в своей лаборатории, пока не принесла какой-то порошок, что мгновенно растворялся в жидкости, а после оставался на довольно долгое время в емкости, будто прилипая навсегда. Этот порошок было практически невозможно рассмотреть. Эффект от действия этого порошка они не смогли точно определить. Но крыски, которые выпивали эту жидкость день ото дня бледнели, становились все менее активными. И к сентябрю, а тогда эксперимент проходил уже практически полтора месяца, они уже лежали пузом к верху и практически не могли дышать. Что же происходило в их организме? Ребята так и не смогли определить. Однако, Дамблдор не принес в жизнь Гвиневры ничего хорошего, так что девушка была полностью уверена, что он заслуживает подобного «угощения».       Но сложностью оказалось подгадать момент и подсыпать это варево магу. Оказалось, что дед постоянно пьет из разных чашек, что собственно говоря, замедляло все отравление. А рисковать и портить ещё больше посуды, и возможно убивать ещё кого-то, Гвин боялась. Она боялась невинных жертв, так что предпочитала от этого открещиваться. Так они и прождали практически до конца года с этим отравлением, когда наконец-то проявилось в полно мере….       Попутно, «великий и неповторимый» директор решил взяться за головешку своего подопечного Джеймса. И рассказать ему о величии его настоящей миссии, когда Гвиневра уже знала все, так ещё и из головы первоисточника. Могла уже полностью назвать все места где спрятаны крестражи, как они выглядят и какая за ними скрывается история. Пока её младший брат был только на начальном этапе, и узнавал что же такое «крестражи» и сколько их. Но девушка стремилась добить Дамблдора быстрее, ведь так — управлять нерадивым младшим братом будет проще! В сто раз проще!       Сам же Джеймс насторожено шпынялся по углам и постоянно старался следить за своей старшей сестрой. Что крайне раздражало Драко. Ему хотелось побыть с ней наедине, уложить её голову себе на плечо и уснуть под деревом в идиллии. Но она не могла расслабиться под таким пронизывающим взглядом! И в какой-то момент, даже у него в голове появилось — а не подсыпать ли порошка и Джеймсу? Но Гвиневра наотрез отказалась от этой затеи. Младший брат ей нужен был живым, чтобы потом отправить на поиски, как песика. Если его не будет, то кто ей потом будет крестражи приносить или вместо неё их разрушать? А свои руки пачкать как-то не хотелось. Особенно учитывая переменчивое состояние Гвин, когда она порой, но пыталась пойти и ещё раз всё разъяснить младшему брату. Но останавливалась на полпути, и то, благодаря Драко и Панси.       Конец года был эпичным, тут уж ничего не сказать. Дамблдор упал с Астрономической башни. Его сильно ослабило зелье из тайника крестража, что уж говорить про порошок, который медленно, но верно, весь год давил на него и на его внутренности. Драко оставалось лишь толкнуть практически мертвого колдуна с башни. Это оставило непоправимый след на Джеймсе и он уверился, что его сестра, которая стояла буквально за спиной Драко, и сам Малфой — на стороне Темного Лорда. Правда, доказать никому он не смог, что она и он агенты Волан-де-Морта. Доказательств-то у него не было. В перерывах между обвинениями, Джеймс Поттер заливался слезами по человеку, что посылал его на смерть. Это вызывало лишь приступ смеха.       Лето для них было отдыхом от проблем, от духоты замка, от всех тех подозрительных взглядов со стороны. Для них не было никаких проблем и они могли быть сами собой в особняке Гвинни. Они веселились, купались в море, а после занимались экспериментами и изучением новой литературы, что прилетала к ним почтой из других стран. Гвин была весела все лето, ведь для неё стало одним врагом всей жизни меньше! А ведь осталось совсем немного, и она может быть свободна от своего проклятья! Всего лишь нужно уничтожить шесть крестражей! До полного счастья осталось совсем немного~       Самым счастливым днем в то лето для них стал, день их помолвки. Он произошёл буквально на дне её рождения, куда пришёл сам Лорд Волан-де-Морт. Девушка была тогда в облегающем платье, что шикарно подчеркивало её фигуру. Она ходила всюду под руку с Драко и так ярко улыбалась, что Драко начинал ревновать, ведь обычно это улыбка была только для него. Она смогла вывернуть из простой фразы чуть ли не речь, чтобы умаслить, упросить Лорда. Упоминала и своих плохих родителей, и прекрасного Северуса, что воспитал её, а все завершила самой просьбой: «Я хотела бы попросить Вас, благословить наш брак». Да… Они тогда сильно переживали, ведь Лорд бывает своенравным и мог отказать и вообще убить. Гвин была полностью уверена, что такого не произойдет и он будет полностью за неё рад! Лорд даже опешил на пару секунд, но с особой радостью согласился. Да, она смогла его порадовать, что казалось практически невозможным для всех Пожирателей! Он назначил дату проведения их свадьбы на рождественские каникулы, а именно на пятое число нового года.       Нарцисса с радостью взялась за организацию этого мероприятия, она видела как горели глаза её сына при одном лишь взгляде на Гвиневру. Да и чего таить, она уже года три думала об их свадьбе. Сама Гвиневра будто порхала, ей было всё равно на окружающие её события, главное, что любимый рядом и очень-очень скоро должна была состояться их свадьба, где она сможет с полной уверенностью заявить, что это только её человек! Что она будет с ним навсегда и никогда не покинет! Её прямо-таки окрыляла эта мысль такого теплого счастья. Август был шумным, суетливым. Нарцисса все расспрашивала жениха с невестой об их вкусах, что они желают видеть на свадьбе, какой стиль. Но им было совсем не до этого. Максимум на что согласились они, это была примерка платья и костюма. Это был один единственный день того лета, когда они провели в разлуки практически двадцать четыре часа. Им просто хотелось чувствовать под боком своего любимого. Не обязательно было разговаривать, само нахождение уже успокаивало и расслабляло. Казалось, что весь мир окутан бабочками и кружевами. Что казалось удивительным для Гвиневры.       Однако в чувства и в жестокую реальность их погрузило начало седьмого курса… Темный Лорд решил действовать, и раз Дамблдора нет — самое время захватить по-тихому Хогвартс и заодно Поттера, что там учится. Да вот не задача, парень-то, собрал вещички и вместе со своей командой, растворился. Но Хогвартс-то уже захвачен, не оставлять же пустовать захваченную крепость? Захват замка прошёл гладко и тихо, в особенности благодаря Гвиневре, которой поручили встретить Лорда, что и стало буквально ледяным душем для её ветреной и счастливой головушки.       Это началось на первом собрании старост, где были избраны новые старосты для Гриффиндора, ведь Гермиона и Рон убежали вместе с Джеймсом, а кто-то должен был координировать эту толпу детей. А Гвиневру МакГонагалл поставила по пост старосты школы, вместе с мальчишкой с Пуффендуя. Драко же с Панси отвечали за Слизерин. Гвиневра спокойно зачитывала информацию, что передавали профессора на счёт уроков, о расписании мероприятий и классических правилах школы, которые необходимо было продублировать в головы своих подопечных, когда снаружи послышался какой-то шум. Взрывы. Только когда Драко положил на её руку свою и чуть сжал, она обратила внимание на посторонний шум и оборвалась на полуслове. Взгляд у неё был смешанным, но Малфой в нём четко разглядел страх. Она привыкла к безмятежности с ним… И сейчас, вновь окунаясь в эту войну, буквально разрывая красивую картинку. Заметив взгляд Драко, она улыбнулась и встала из-за стола, а после вышла из класса, направляясь к выходу из Хогвартса. Там она смогла увидеть и близнецов Карроу, и двух неженатых Лестренджа и многих других. Белла буквально шипела от удовольствия, как все эти маленькие девочки и мальчики забегали в замок. Девушка встала напротив Лорда и склонила голову, после выпрямилась и приложила руку к значку старосты на своей груди. Её голос стал разноситься по всему замку.       -Внимание, студенты! Внимание. В нашу любимую школу прибыли очень важные гости, поэтому поприветствуйте их со всем радушием. Сегодня вечером ожидайте, на досках появятся некоторые изменения. Будьте осторожны и внимательны! Всем доброго дня!       Завершив свою маленькую речь, она вновь присела в реверансе и пригласила рукой пройти за ней. Студенты заметив их, в большинстве случая, тихо склоняли головы и приседали в реверансах. А после спешили раствориться в замке, убежав к себе в гостиные. Гвин же довела их до кабинета директрисы, спугнув горгулью с её поста взглядом. МакГонагалл была мгновенно введена в транс Первым Непростительным. Вот и все. На пост директора мгновенно возвели Северуса, свой человек, да и который привык к ответственности. А вот на его место поставили близнецов Карроу. Вот и баста, детишки, смеется Лорд. А Гвиневра тихо отмечает про себя, да, теперь мне проще будет за тобой следить….       Гвиневру отпускают колдовать, поместив новый свод правил, буквально самым первым и важным было от Гвиневры: Будьте тише воды, ниже травы! Но она все равно заходила к каждому факультету и повторяя это ещё раз. Заодно проверяя свои магические броши в виде черного феникса, отметив, что теперь их ношение буквально обязательно, если они хотят быть под её защитой каждую секунду. Завершив свой обход, девушка спокойно ушла спать в объятия к Драко. Да… Они решили отдать одну комнату Панси и Блейзу, что уже вели себя как муж с женой, да и старостами они были теперь назначены. Однако, Слизерин, уставал от этой парочки посильнее, чем от Гвиневры с Драко. Им было уютно вместе, поэтому предпочитали так прятаться от всего мира, в объятиях друг друга.       На следующее утро, буквально после завтрака, когда Гвиневра провожала своих первокурсников до кабинета, на всякий случай проверяя их, заметила Финнигана, что запрыгнул на спину старшего Карроу. И ей едва-едва удалось спасти гриффиндорца, оттащив его магией к стене, припечатав, ведь старший Карроу был готов разорвать наглеца, а младшая уже вздернула палочку наготове, чтобы запустить фирменным Круциатусом. Однако строгий взгляд Гвиневры их осадил.       -Мне доверили контроль над студентами, если бы мне нужны была помощь, я бы обратилась к вам. Или вы хотите сказать, я не справляюсь? — Её голос был строг, сух, будто она пыталась забрать влагу из них. И Карроу предпочли раствориться в дымке. Черноволосая лишь успела подойти к Финнигану, как её руку буквально опалило огнём. Лорд в ярости. Взгляд её буквально полыхал, когда она взяла Симуса, а давайте вспомним, что он достаточно высокий, особенно учитывая метр шестьдесят Гвиневры, за ухо и поволокла по коридорам в поисках Невилла. Ей пришлось пройти пару лестниц и коридоров, прежде, чем она смогла все же найти парня и спихнуть ему соратника. Её глаза буквально горели от боли, она старалась прижать руку к себе, лишь бы не отвалилась. А после она резко крутанулась, чтобы оказаться перед Лордом. Мужчина был крайне недоволен. Она не справляется с такой простой обязанностью? А правильно ли он решил поставить её над этими детьми, она же сама ещё ребенок.       Но наказание по его мнению было все равно необходимо. Она, как и близнецы Карроу, что оспорили авторитет старшего, были подвержены Круциатусом. Но если близнецы заклятьем Беллы, то Гвиневра от самого Лорда. Он грозился, что если она не сможет удержать студентов под контролем, за это возьмутся его ребятки. Как бы она не старалась спрятать под своим крылом всех. И это продолжалось часами, когда же Лорду начинало надоедать, она должна была взлететь и развлекать его. Вина подлить, помочь в разработке новых тактик и следующих ходов. А после пытка продолжалась. Драко смог забрать её только к вечеру, даже ближе к ночи. И то она что-то тихо шептала про гостиную Гриффиндора. Драко был раздражен алознаменными, хотел буквально порвать Финнигана, из-за которого пострадала его девочка. Гвин от усталости и слабости во всем теле не могла даже стоять на ногах, так что Малфой нес её на руках, как сказочную принцессу, тихо хихикала ему в плечо Гвинни, ну, по крайней мере пыталась. Полная Дама пустила их без вопросов в гостиную Гриффиндора, все же она староста школы, тут уж не воспротивишься броши. Парень все-таки опустил её на пол, чтобы она сохранила своё «лицо» перед этим сбродом. Она стояла облокотившись одной рукой на него, а другой на стену. Да… Вся гриффиндорская команда сидела там, не просто так же Гермиона рассказывала об их ежедневных собраниях в гостиной. Она усилила свой голос магией, чтобы её хотя бы слышали.       -А теперь слушай меня внимательно, Гриффиндор. — Её глаза… Этот взгляд мог даже мертвого испугать. — Ведите себя тише воды, ниже травы. Я это ещё вчера сказала. У меня нет никакого желания спасать вас каждый раз от Круциатуса, чтобы потом получать самой. Я взяла под своё крыло ТОЛЬКО Невилла. На всех остальных мне лично — без разницы. Я предлагала вам свою защиту — вы отказались. Это был первый и последний раз. И Невилл, — девушка перевела свой взгляд на старосту, — если ты будешь подвергать себя опасности, чтобы защитить их, я заберу свою защиту. У меня нет совершенно никакого желания терпеть боль вместо вас. — Она внутренне содрогнулась и Драко уже испугался, что она сейчас упадет, или у неё кровь пойдет из рта. — Повторюсь, Гриффиндор. Видите себя тихо и не отсвечивайте и все будет нормально.       Она развернулась через стену, буквально отталкивая руку Драко и он просто видел, как она в замедленной съемке начинает падать носом вниз. Он успел её поймать, но её состояние… Сильно пугало. Малфой все же одарил Финнигана злобным взглядом и подхватил на руки Гвиневру, вынося её оттуда.       Но они не вняли словам Гвин. У них, видите ли, своя битва, а таких перебежчиков даже слушать не нужно! На следующий день у седьмого курса был урок ЗоТИ, и когда Финниган вместе с Томасом набросились на Карроу, она даже не обернулась на них. Близнецы ведь были готовы дать отпор, но все же посмотрели на Гвиневру, что прилегла на плечо Драко и расслаблялась.       -Ты не будешь нас останавливаться? — Девушка подняла на неё взгляд и тепло улыбнулась, и показала на брошь на своей груди.       -Нет. — Драко казалось, весь Гриффиндор шокировано вздохнул, услышав этот ответ. — Они не под моей защитой. Видите, у них нет моей броши? Значит сейчас, они пытаются идти против меня и оспаривают мой авторитет. А мне оно нужно, защищать предателей? — Девушка выпрямилась и посмотрела в глаза разгневанного Финнигана и его друга, что замерли от заклинания Карроу. — Если они меня не слушаются, я разрешаю вам наказывать их. Наш господин ведь говорил об этом. Если они так не хотят меня слушаться, я не буду к ним милосердна. — Она расслабленно махнула рукой и положила свою голову обратно на плечо Драко, довольно улыбаясь. Пока парень ласково гладил её по волосам. Эта небольшая речь расслабленной девушки развязала им руки и Карроу вдоволь повеселились с парнями, накладывая на них Круциатусы.       Впрочем… Гриффиндорцев это не остановило. Просто теперь они ненавидели Гвиневру. За то, что она не защитила их. За то, что она так просто распрощалась с их жизнями. За её надменный взгляд. Она ведь слизеринка! А они думают только о своей защите! Гриффиндорцы пытались подсторожить её, загнать в угол, сломать её количеством. Но она либо оказывалась с кем-то из Пожирателей, либо исчезала из их поля зрения быстрее, чем они успевали её загнать. Девушку забавляла эта игра в кошки мышки, но и слишком долго играться с детьми она не могла. Ей нужно было проверять заготовки к своей свадьбе. А в то же время проверять, как идут дела у команды Джеймса, за которыми следила Гермиона по её просьбе. И ведь нужно ещё придумывать и посылать подсказки, чтобы они вышли на верную дорогу. Гвиневра не хотела спешить. Сначала свадьба, а потом уже можно будет довести до конца эту историю с Лордом. Кто знает, когда в суматохе победы дойдет время и до них.       Однако Гвиневра понимала, какие могут быть для неё и Драко последствия присяги Лорду. Что после его победы к ним могут начать относиться с подозрением. Всякое может случиться и она начала раздумывать, как создать подушку безопасности в денежном плане, чтобы все было обязательно хорошо. Отвернуться люди? Ничего! Главное чтобы любимые люди были рядом. А для себя и своих детей она сделает возможность жить и не переживать о завтрашнем дне, не завися от других людей!       И Драко видел в ней это стремление. Она придумала небольшую гостиницу на Темной Аллее и Косом Переулке. Пока что Косой Переулок был закрыт, поэтому им пришлось бы озадачиться этим после, но вот Темная Аллея всегда процветает. Она нашла умелых мастеров и до зимы они успели сделать необходимый каркас здания, ему оставалось лишь высохнуть. Зимой работа прекратилась. Всё же не самое удачное время для работы. Но она все равно смогла убедить людей работать и в Косом Переулке, напомнив, кем она является. О, да. Она использовала свою власть в полной мере. Приказывал ей теперь только Лорд. Больше не было никакого «Дамблдора», что бесконечно радовало девушку.       Параллельно с этим она начала тренировать свой разум, чтобы отстраняться от боли. У Лорда было какое-то странное хобби, когда он начинал просто так её испытывать, будто ждал, что она сейчас выдаст ему что-то интересное. Но она благодаря этой технике могла оставаться спокойной и улыбаться, разве что слегка вздрагивать кожей. Это было очень больно, но если отстраниться от этого, казалось просто щекоткой. Драко же она объяснила, как до неё достучаться в этом состояние, ведь… Она не всегда может это контролировать. В какой-то момент она может перестать рассуждать и все, как вернуться она может и не вспомнить. Впрочем, Северус очень внимательно за ней следил, когда она устраивала подобные тренировки. Ведь… Это достаточно опасная техника. Одно неверное движение и она может отключить своё сознание не по своей воле. И кто знает когда она проснется?       Рождество…. Те рождественские каникулы стали для Гвиневры и Драко просто лучшими днями всей жизни. Переживания и подготовка к свадьбе. И сама Церемония. Нарцисса Малфой подготовила всю церемонию, да хоть трижды Лорд, но свадьба её сыночка будет только один раз! И она должна быть самой лучшей! Особенно с такой прекрасной девушкой, что готова жизнь положить, лишь бы её сын был жив. Гвин поклялась родителям Драко, что защитит его от всего. Она не позволит никому ему навредить. Да, конечно, её сын сам по себе сильный, но именно благодаря ей, он начал самосовершенствоваться. Чтобы суметь помочь своей милой девочке.       В связи с правлением Лорда, никого из школы на каникулы не отпускали и все остались в школе. Но из учеников никого не заставляли прийти, только слизеринцы пришли туда, чтобы поддержать своих ребят. Они хотели увидеть, как девочка и мальчик, не имеющие представления о чувствах друг к другу в самом начале, станут полноценной семьей. Это было что-то вроде сказки для всех них. Профессоров предпочли оставить под наблюдением в замке, хоть они и любят Гвиневру и не стали бы портить ей столь грандиозный день. Некоторые Пожиратели тоже с удовольствием сидели на этой церемонии, ведь чувствовали близость с семьей Малфоев.       Гвиневру к алтарю вел Северус, Драко помнил как тогда переживал о своём внешнем виде. Как нервничал, что его девочка ещё не тут, не рядом с ним. Но когда увидел её, обомлел. Белое платье очень осторожно обтягивало её фигуру, а на ногах был четкий разрез от бедра, на голове фата, что прикрывало счастливое личико его милой девочки. За спиной струилась вторая часть фаты, что просто завораживало многих. Малфой видел как его невеста хочет побежать к нему и кинуться в объятия, но все же старается быть серьезной и идти неспешно, как следует на подобных церемониях. Когда же они оказались друг напротив друга, им уже было без разницы что за спиной стоит Лорд, они были слишком влюблены, чтобы смотреть по сторонам.       Волан-де-Морт не стал мучить гостей или же молодоженов, поэтому зачитал небольшую молитву с пожеланиями и перекрестил их. Драко был счастлив наконец обнять свою девочку, убрать фату и увидеть её лицо в полной красе. Девушка была такой милой, такой великолепной. Драко помнил, как нежно целовал её губы, боясь потерять их. То что было после уже его не волновало, для него главное что она была с ним. Но их событие на этом не заканчивалось. Лорд оставил с Пожирателями подростков, и слизеринцы весело начали отмечать такое событие. Домовики же принесли им в «подарок» секретный ключик от одной из комнат в подземелье, оно было неподалеку от гостиной Слизерина, но все же. Их уютная комната. Драко смущенно понимал, что они намекают на брачную ночь, которая произошла у них ещё пару лет назад, но все же. Смущению его не было предела. А Гвиневра весело шутила и пускалась в пляс с девочками. Ей уже было все равно и на Лорда, и на Джеймса, и на весь мир. Главное было для неё — это счастье рядом с любимым!       Конечно, они продолжали посещать уроки и готовиться к сдачи экзаменов, правда никто не представлял каким образом это будет происходить. Планы Гвиневры медленно, но верно приходили в действие и были доведены до идеала. Информация о команде Джеймса на всю зиму застопорилась до простого «сидения» на месте. Это несколько раздражало Гвинни, но делать нечего, нужно ждать. Её просто это удивляло. Они просто взяли и остановили свои поиски. Почему? Да какая разница, что вся страна в опасности, Хогвартс в опасности! Ну и ладно! Зато потом его все будут звать героем! Ведь это он все сделал! Да черт побери, он мог найти все крестражи уже давным давно, а после вспомнить о самом первом, что уничтожил! Так нет! Он сидит на месте и как дурак, топчется и не вслушивается в слова Гермионы.       Только к концу года Джеймса и Ко появились в замке через Хогсмид. Гвиневра же сделала для него удачное попадание в замок. Направила Невилла в стан к гриффиндорцам, чтобы он забрал Джеймса. Девушка уперто игнорировала тот факт, что сопротивление гриффиндорцев и пуффендуйцев с когтевранцами собиралось в Выручай-комнате, где их уже находила. Пока они не мешали её спокойной жизни — вперед и с песней, до исполнения её плана. Ещё не все фигуры на доске, так что «пусть сидят тихо». Но при появление Джеймса из Выручай комнаты, где он мгновенно напал на одного из Пожирателей смерти, девушка отправилась к Лорду.       Уже оттуда мужчина отправил её обратно, чтобы Джеймса направили к лес к нему. Лорд почему-то решил действовать не особо логично, ведь весь замок — это сплошная ловушка, а лес… Ну такое, но девушка не перечила. У неё свои планы на этот вечер. И если Лорд хочет в лесу — пусть. Оставалось только найти её брата… Который убежал видимо очень далеко от Выручай комнаты пока её не было. Да… Драко тогда оставался наблюдать за волшебной комнатой, но Поттер как убежал, так больше и не появлялся. Он успел сбегать в башню Когтевран, встретиться с призраком дочери основательницы Когтеврана, и как раз бежал обратно. На самом деле для них это казалось практически невозможной скоростью передвижения. После оказалось что он просто трансгрессировал от места к месту, чтобы успеть. Раз уж магическую защиту разрушил Лорд Волан-де-Морт, то почему не воспользоваться.       И Джеймс прорывался вглубь комнаты, оббегая завалы мусора. Гвиневра была готова ударить его той самой диадемой по голове от его глупости. Корона лежала буквально перед входом! Все было специально подготовлено под него, так черт побери! Драко старался просто не мешать планам своей девочки, и делал лишь столько — сколько она говорила. Поттер выскочил из комнаты, спасаясь бегством из горящего помещения. Он решил все поджечь, черт его подери! Не нашёл корону, так лучше просто уничтожить всё?! Корону он закинул последней и только потом поднял глаза, чтобы заметить Драко и Гвиневру на входе в комнату. Девушка держала руку около лба, стараясь не закричать. А после грациозно махнула своими кудрями и прошла мимо брата в самый огонь, раскрывая руки в объятиях. Огонь будто почувствовал в ней близость и потянулся к ней. Её руки будто впитывали это пламя. После она обернулась на Драко и поспешила вернуться в его объятия.       -Знаешь, дорогой… — Она вздохнула так тяжело, что Малфой начал переживать, а не навредит ли ей этот огонь внутри? — Я так устала. — Но девушка просто положила голову ему на плечо, несколько сонно повернув голову на Джеймса. Это её даже как-то взбодрило. — А ты что здесь делаешь? Боже мой! — Парень вздрогнул от её слов. Он стоял и смотрел на неё будто испуганный олень при свете фар, что несколько позабавило Драко. — Рысью в лес! Темный Лорд ждет тебя. — Она обернулась на Драко и ласково погладила большими пальцами его щеки. — Заверши своё дело, ты же Герой. Дай мне, наконец, свободы.       Гвин после обернулась на Джеймса, и тот будто что-то почувствовал… Такое. Но какое? Драко не смог этого узнать, ведь она поспешила уткнуться ему в грудь и прикрыла глаза. Джеймс прокричал что-то, убегая, но Драко было совсем не до него.       -Может все же стоило уехать из страны? А не вот это все пережить? Гвин, милая, ведь мы могли бы просто уехать куда угодно и забыть все это.       -Могли. Но знаешь…. Я бы почувствовала какую-то пустоту. Мне слишком хорошо промыли голову, чтобы я завершила это дело. Поэтому я и надеюсь на тебя, чтобы ты вернул мне здравое мышление. — Девушка приподнимается на носочках и нежно поцеловала в уголок губ, а после вновь прилегла на его плечо. И Драко был бы рад раствориться в этом моменте. Вот только их руки будто обдало огнем. Они устало переглядываются и трансгрессируют к Лорду, уже под руку, как полагается аристократам.       Лорд стоял, замерев, на опушке. За ним в некотором отдалении стояли Пожиратели. Практически все. И Гвиневра сонно осматривала их, ожидая найти Северуса. Но не нашла его, из-за чего начала судорожно осматриваться. Не может быть. Северус бы не пропустил приказ общего сбора! Драко замечает её мечущийся взгляд, отвлекаясь от битвы между Джеймсом и Лордом. И тоже начал осматривать толпу, только их прервал приказ Лорда.       -Гвиневра. Девочка моя. — Девушка вздрогнула, совсем не ожидая такого ласкового, елейного, голоса. — Пойди, посмотри. Умер ли этот мальчишка на этот раз? А то выйдет как в прошлый раз! — Мужчина громко засмеялся, оборачиваясь на неё.       -Да, мой Лорд. — Девушка мгновенно среагировала, скрывая свою бледность и чуть ли не подлетая к Джеймсу. Она лишь взглянула на него, но Драко все прочитал в этом взгляде. Она аккуратно присела около брата и нащупала пульс. А после радостно обернулась, будто свершилось лучшее в её жизни. — Он мертв, мой Лорд! Мертв! — Её глаза будто искрились такой детской радостью.       В её сторону кто-то вытолкнул Хагрида и Гвин отступила от «трупа», подбегая к Драко и хватая его за руки, будто радуясь. Но её глаза мгновенно стали серьезными. В них он смог рассмотреть эту тревогу. Где же Северус? Тем временем Джеймса унесли и процессия Пожирателей вместе с Лордом удалилась. Но Гвиневра чувствовала подвох. Не возможно. Драко видил, как у неё сузились зрачки, будто от испуга и мгновенно сорвался за ней. Она перепрыгивала из места в место, проверяя их. Она остановилась только, когда нашла Северуса в его комнате. Драко и сам выдохнул с облегчением. Мужчина сидел и старательно перевязывал свои раны. А над их головами начиналось главное событие века, что их совсем не волновало.       Гвинни упала на колени подле него, закрывая лицо руками, чтобы они не видели её слёз. Северус мгновение не понимал, что же произошло, но после и сам подскочил к Гвиневре, чтобы успокоить.       -Я думала, ты умер! Зачем ты меня так пугаешь! Папа, ты же обещал! — Она подняла на него своё красное, залитое слезами лицо. — Т-ты! Ты дурак, папа! — Девушка легонько толкнула его руку, продолжая рыдать. — Я почувствовала, как твоя брошь рассыпалась! А ты!!! А от тебя ни слова! Ни звуку! — Она обняла его, стараясь сжать в своих объятиях очень сильно, её лицо аж покраснело. Северус осторожно погладил её по голове, и поцеловал её в макушку, заботливо поглаживая по спине. Драко присел рядом, проверяя раны крестного.       -Лорд отправил ко мне Нагайну. К счастью об этом меня успел предупредить Трэф, больно бурно двигался передо мной, будто переживал о чем-то. Да и твоя брошь задержала её, вот только пробила её своей головой. Но я смог увернуться и даже добить её. Видишь? Только одну небольшую рану получил. И все. Ну же, доченька. Я живой. Видишь? — Девушка ещё раз всхлипнула и кивнула, а после вытерла своё лицо об его мантию, на что они громко рассмеялись.       Наверху стих шум битвы. Он сменился истериками. Кто-то рыдал, вопил, и были ещё какие-то посторонние шумы. Они вздрогнули, но все же вышли из своего укрытия. Лучше так, чем после попасть в плен по ложному обвинению. В Большом зале орудовали медики, около главного входа — Авроры, ловя оставшихся Пожирателей. Гвиневра как-то тяжело вздохнула. Драко это почувствовал по её руке, как она сжимала их руки. Она шла под руку с ним и Северусом, будто стараясь побыть с ними подольше. Она подняла на него грустный глаза, Драко не понял этого и погладил по голове, собираясь заговорить. Но она быстро притянула его и чмокнула в щеку, а после проделала тоже самое с Северусом и отбежала вперед, поднимая палочку вверх.       -Я была главной союзницей Волан-де-Морта! — Её громкий вскрик привлек внимание всех. И тех, что были в Большом зале. И тех, что были вне здания школы. — Школой он управлял с моей помощью! Если вы не тронете Драко Малфоя и Северуса Снейпа — Я не буду сопротивляться и расскажу все, что знаю.       Драко не успел даже осознать её слов, как её окружили авроры. Один из них кивнул и протянул руку вперед. Драко видел это как в замедленной съемке. Вот она медленно передает свою палочку мужчине. А потом на её маленькие запястья опускаются кандалы, запечатывающие магию. Как она оборачивается и смотрит на него очень виновато и одними губами говорит: «Я люблю тебя» и нежно посылает воздушный поцелуй. А после она исчезает.       -Гвиневра! — У него перед глазами замерли картинки с их последними разговорами. Какой она была уставшей, как хотела все это закончить. И её планы о будущей жизни! Северус осел рядом на пол, около них остановился Джеймс Поттер.       -Куда?! Куда они её повели?!       Но ответом ему стала тишина. Драко почувствовал как ему перекрыли кислород. В ушах звенело, а перед глазами мир пошел кругом. Они забрали её! Они забрали его маленькую девочку! Вот ведь глупая! И зачем только это все?! По щекам парня потекли слезы, и он даже не старался их скрыть. Он все ещё не понимал, что упустил руку любимой на долгое время.

***

      Малфой вздрогнул от накативших воспоминаний и выпрямился на кровати. Гвиневра все так же молчаливо спала, подле неё стояла Тью с полотенчиком и протирало её личико. Домовичка что-то тихо приговаривала себе под нос, заботливо обтирая лицо своей госпожи. Парень прилег обратно, прижимая к себе поближе свою маленькую девочку. Все того же маленького роста, худенькая, но столь же очаровательная. Она здесь, она ведь надеется, что он сможет вернуть её к той счастливой жизни, что у них была.       Северус пришел чуть позднее, лишь чтобы проверить, как его дочь. Драко тогда уже разбудили и посадили завтракать, хоть тот и хотел поскорее вернуться в кровать к Гвин. Мужчина это мог сразу определить по его поджатым губам, будто его обидели. Он ещё какое-то время пытался спорить с Тью, что уперто смотрела на него и ждала, пока он все съест. Она смотрела на него крайне строго, будто он провинившийся котенок, что все же несколько позабавило Снейпа. Черноволосый подошел к кровати и осторожно положил руку на лоб своей дочери, проверяя её состояние. Обычные лекари мало что могут тут сделать, все же — они не знают её способности и способы защиты.       В большом потоке информации Северус смог вновь найти свернувшуюся в клубок Гвинни. Вокруг неё оставалась ещё одна сфера. Мужчина решил завершить это дело без Драко. Судя по его поведению вчера, как он реагировал на каждого обидчика их девочки, он близился к нервному срыву. Впрочем, Северус был не далеко от него. Список злоумышленников уже был, а так же варились несколько видов ядов исключительно для них. Мужчина был готов на всё, чтобы эти люди были наказаны. Что же могло стать толчком для отчуждения его дочери? Снейп глубоко вздохнул и прикоснулся к сфере. Под его рукой она плавно прогнулась, впуская…       То что он увидел, его удивило. Темный Лорд, что раз за разом насылал на её спину Круциатус. Девушка сидела спиной к нему и тихо проговаривала: «Не лезь в чужое дело, не лезь в чужое дело.». Она сжимала зубы и будто сама была готова своими тонкими руками придушить. Северус не стал дальше смотреть это, он мог представить себе, какие планы у Лорда были на его дочь тогда. Когда он открыл свои глаза и посмотрел на неё, казалось что она сделала глубокий вдох и выдох. Будто только выбралась из-под воды. А после стала едва слышно дышать, слегка приоткрывая рот. Драко буквально сорвался с места, он был ещё сильнее обижен. Северус вновь мешает ему побыть героем для своей жены! Что же это такое!       Тем временем Гвинни сонно растянула руки и ноги в стороны, задевая и Северуса, и Драко. Она повернулась на бок и начала что-то очень осторожно пытаться выискать на кровати, слегка похлопывая рукой по простыне. Она как-то по-детски пыталась не открывать глаз…. Малфой даже вздрогнул от такой перемены. Его сердце затрепетало, готовое вырваться из груди. Он нежно прикоснулся к её волосам, поглаживая по голове. Девушка так счастливо улыбнулась и переместила свою руку, будто поймав в свои цепи его руку. Она приоткрыла один глаз, будто проверяя, а после и второй рукой поймала его руку и… Из её рта не вышло и звука. Девушка приоткрыла рот и шевелила губами, как обычно, пытаясь заговорить с ним. Но заметив удивленной взгляд своего мужа и отца, остановилась и перевела взгляд с одного на другого. Девушка приподнялась с кровати и недоуменно переводила взгляд с мужа на отца.       -‘Папа? Драко? Что-то случилось? ’ — Она задумчиво трогала своё горло, будто и не её вовсе. Поняв, что она не может говорить — перешла на магию мысли. Да… в этом вся Гвинни. Но они были ещё слишком удивлены складывающимися событиями. Она… Она очнулась? Правда? Драко перевел взгляд на Северуса и обомлел. Он улыбался. Когда они потеряли Гвиневру, для них потерялся смысл жизни, так что ни о каких улыбках и речь быть не могло. И было даже несколько удивительно увидеть такие эмоции от крестного. Что уж говорить, Драко и сам почувствовал, что улыбается. Она жива! Она тут, с ними!       -Милая, как ты? Что ты последнее помнишь? — Парень сел к ней на кровать, прижимая к себе и начиная гладить по голове.       -‘Последнее? Когда я ушла с Аврорами, наверное? А что такое? ’ — Она удивленно на него обернулась. Её взгляд был споен и рассудителен. Она была в полном сознание и узнавала их комнату, это уже радовало.       -Прошло полгода, с тех пор, как они тебе забрали, милая. — Северус тоже приобнял Гвиневру и поцеловал в лоб, будто стараясь удостовериться в её реальности.       -‘Полгода?! ’ — У Гвин расширились глаза от удивления. — ‘Я вроде ранее не страдала провалами памяти… Так как же это вышло? ’ — Она повернулась на Драко, а после посмотрела на отца.       -Я полагаю, что из-за твоего заклинания. — Северус нежно погладил её по голове, стараясь успокоить. — Ты слишком далеко отстранилась от тела, вот и вышло так.       -‘Простите…. Должно быть я и правда перестаралась.’ — Она смущенно улыбнулась и почесала щеку.       -Сейчас не это главное. Как ты? Ничего не болит? Даже самую малость?       -‘А что? ’ — Её глаза озорно сверкнули. — ‘Ну… Мне кажется сейчас у меня болит сердце, ведь я так соскучилась по поцелуям моего Драко! ’ — Девушка радостно обернулась на него всем телом и чмокнула в щеку. Северус слегка покачал головой и поспешил удалиться. Ему пора начать доверять своему крестнику.       -Дорогая! Ну что же ты так смущаешь Северуса? — Драко был рад. Она в полном порядке, раз находит время для шуточек.       -‘И вовсе я не специально. Ты же сам спросил.’- Девушка слегка надула губы и отвела взгляд в сторону.       -Хорошо, хорошо. — Блондин тяжко выдохнул и прижал девушку к себе поближе, осторожно целуя в щеку, медленно переходя на губы, следя за её глазами. Гвин нравилось смотреть в его глаза во время поцелуя. Он смог рассмотреть в её глазах нечто не забываемое. Там было столько счастья, что Драко и сам почувствовал радость.       -Кхм, кхм! — послышалось со входа. — А ну-ка, молодой человек. Дайте я осмотрю пациентку.       Оказалось, что Северус не просто вышел из их комнаты… Он отправился в Больничное крыло за Мадам Помфри. Да… Гвин тогда сильно надула щеки от негодования. Как он мог! Драко и сам был толи в шоке, то ли в ярости. Им пришлось согласиться с бодрой медсестрой. Все же было ещё раннее утро. Замок только начинал оживать. И пока Мадам Помфри сокрушалась над состоянием горла и связок молодой Миссис Малфой, Северус уже поспешил ретироваться готовить зелья, по четкому рецепту медсестры. Женщина удивленно бормотала себе под нос, о том, что просто невозможно такое сотворить безболезненно! И кто вообще мог додуматься, чтобы повредить горло столь гнусным способом, как удушением? Сама же Гвиневра предпочла молчать и заинтересованно посматривать на Драка. Мысленно она расспрашивала о нынешней ситуации и положение дел. Она хотела понимать, что происходит сейчас в школе, какого настроение слизеринцев и общее положение их факультета в школе.       Не сказать, что оно было шикарным, но МакГонагалл запретила какие-либо издевательства над студентами. Поэтому даже Гриффиндорцы не посмели идти против слов директрисы и лишь шипели оскорбления с помесью проклятий зеленому факультету во след. Мадам Помфри провозилась над её горлом более часа. Вышло так, что даже зелье успело приготовиться, так что женщина продолжила наставлять свою подопечную, хоть уже и не такую маленькую, как почти 14 лет назад. Завершив свою работу и увидев в глазах подопечной полное понимание, женщина ушла к себе в кабинет, а бывшие старосты Слизерина решили направиться в Большой Зал. Конечно, после возвращения Гвиневры, Драко решил больше не посещать его, все же на Гвиневру столько людей смотрело и его это раздражало. Но сейчас… Она будто мечтала о встрече со своими людьми. Пожалуй, Драко видел в ней такое трепетное волнение, как когда он увидел её вновь обычной.       Большой Зал встретил их бурным стуком ложек об тарелки и озорным гомоном детей, что волновались перед очередным учебным днем. Но скрип входной двери почему-то слишком затянулся, на что и обратили внимание все присутствующие. Да… Драко вновь ощутил ту борю сменившихся эмоций, как в первый день её возвращения. Вот только она уже приветливо улыбалась, но все же старалась сдержать улыбку слегка строгой. Что, понятное дело, у неё не выходило. Из-за зеленого стола вскочила Панси и буквально подлетела к ним, прижимая к себе подругу. Да. Драко не пускал к Гвиневре ни её, ни кого либо ещё. Он не хотел чтобы они видели и помнили её такой отрешенный взгляд. Парень постарался отвести девушек от входа, чтобы не привлекать столько внимание, ведь Панси уже что-то пыталась доказать подруге, красочно описывая новую модель гардероба. Впрочем, к ним уже спешил Блейз, чтобы тоже крепко обнять Гвиневру. Они были несколько раздосадованы поведением Драко, все же она их лучшая подруга, практически как младшая сестра! А он в такой момент её присвоил себе и закрылся! Но выхода, кроме смирения у них не оставалось….       -И что толку от её возвращения? Одни предателем большим, одни меньше. — Финниган это сказал так громко, что практически весь Большой Зал обернулся на него. Но парень не успокоился и продолжил рассуждать, что таких предателей, нужно было пытать и посильнее, они заслужили этого! Драко лишь успел заметить вспыхнувшие зелеными искрами глаза Гвиневры. Мгновение спустя в стену, слегка поодаль от них кто-то буквально впечатался. Гвиневра стояла ногой на груди Финнигана, что старался откашляться, глаза её пугали… Большой зал замер в оцепенении, профессора буквально пару минут назад разошлись по своим аудиториям и там оставался только Северус, что даже с каким-то удовольствием наблюдал за этой картиной. — Ах, ты мерзавка! — Симус сделал попытку подняться, но почему-то не смог, хотя его держала всего лишь одна нога худенькой девочки…. У стены валялся золотой кубок, из которого обычно пьют гриффиндорцы, которым девушка и запустила парня в стену.       -‘И я тебя рада видеть, болванчик.’ — Девушка прикрыла глаза, расплываясь в улыбке. — ‘Уверена, у тебя было все просто потрясающе пока меня не было. И ты определенно не трогал моих подопечных, не так ли? ’ — Все замерли. Её голос разносился будто по всему замку, и возвращался эхом. После она открыла глаза и строго посмотрела на парня под собой. — ‘Повторишь мне в лицо те слова, пупсик? ’ — Она откровенно насмехалась над ним, а парень все пытался встать из-под её ноги. Но у него не выходило ни спихнуть её, ни выкрутиться. Его будто давило камнем.       -Таких предателей, как ты нужно убивать! — Парень видимо не понимал ситуации от слова совсем, и повернул на неё голову, вытаскивая палочку, чуть не сломав, из-под мантии.       -‘Правда? И где тебя лично я предала? Ты мой муж? Отец или кто-нибудь ещё? ’ — Её глаза буквально буравили в нем дыру. Некоторые гриффиндорцы встали со своих мест и поспешили к своему однокурснику, но им дорогу преградили слизеринцы, мгновенно отделяя их от Гвин. К их куче спешил и Северус, одаривая своим фирменным взглядом.       -Ха? Ты ещё спрашиваешь! А по чьей вине я пострадал от близнецов Карроу?       -‘О! Ну, если ты вспомнил об этом, ’ — девушка надавила сильнее, так что парень начал брыкаться. — ‘То я что, должна была стать для тебя щитом, пупсик? ’       -Ты должна была встать на мою сторону! Чтобы мы победили их! А ты буквально бросила меня к ним на растерзание!       -‘А что же ты тогда меня не защитил от авроров, которые определенно ничего хорошего не сделали со мной? ’ — Девушка удивленно на него посмотрела, очерчивая пальцами несколько шрамов на руке от черной метки…       -Да кто ты такая, чтобы я тебя ещё и защищал! Ты предала всех нас!       -‘Правда, малыш? А кто ТЫ такой, чтобы я становилась на твою защиту? ’ — Она присела около его лица, аккуратно положив руку ему на горло, только тогда парень замер. — ‘Может мой папа? Или мой любимый муж? Или может очень ценный объект? Ах, может быть один из моих любимых подчиненных, которым я даровала свою защиту? Ничего из этого? Какая жалость.’ — Она демонстративно состроила жалостливое лицо, а после четко взмахнула рукой и несколько раз ударила его по щекам. — ‘Я один раз встала на твою защиту, и так ты мне ответил, да? Ты же у нас из храбрых гриффиндорцев? Значит ты не испугаешься двенадцатичасовой пытки Круциатусом? ’ — Её глаза загорелись совсем другим, зловещим, угрожающим, блеском.       -Что?! Ты совсем чокнулась! Когда я тебя просил о защите! Ты обязана была быть на нашей стороне!       -‘Серьезно? ’ — Она посмотрела на него уже как на глупца, видимо ей и самой это начало надоедать. — ‘Из-за тебя я могла стать бесплодной. Мне не нужны люди, которые приносят одни проблемы. А ты начал их приносить, к счастью, за них я уже не расплачивалась, а ты отделывался очень даже легко. Но всего этого можно было избежать, если бы ТЫ, как и ВЕСЬ Гриффиндор услышали меня и вели бы себя тихо! ’ — Девушка выпрямилась, недовольно морща нос, она брезгливо обтерла руки об платочек, что был у неё в кармане мантии и бросила его сверху, на лицо Симуса. — ‘Судя по тому, что я разобрала по мыслям всех этих людей. Тех жертв, что были на войне можно было и вовсе избежать, если бы вы слушались меня. Но раз вы решили идти против моего четкого плана, почему я должна становиться вашим щитом? ’ — Гвиневра недовольно взмахнула рукой и Финниган наконец смог отлипнуть от пола. Парень выглядел помятым и чертовски злым. Кажется, он давно не был таким униженным. Драко был этому рад. Наконец-то осадили этого парня. Почем он сам не сделал? Ему было как-то не до того. И вообще он обычно не выходил из их с Гвинни комнаты. — ‘А теперь мои милые подопечные, Гермиона, Невилл. Как вы тут? ’ — Девушка буквально изменилась за мгновение и пошла обнимать их.       Первокурсники стояли поодаль от них, в легком смущении, но Гвиневра не только обняла каждого, но и познакомилась с первокурсниками, обнимая их и гладя по головам. Невилл и Гермиона с особой радостью обняли её, Грейнджер и вовсе не хотела её отпускать. У неё на глазах наворачивались слезы, так что Гвиневра уделила ей довольно много времени. Что уж говорить, многие слизеринцы уже давно лили слезы, обнимаясь между собой, чтобы хоть немного успокоиться. Когтевранцы и пуффендуйцы, чуть ли не бросались к ней в объятия толпой, лишь бы побыть с ней ещё немного. Северус облегченно вздохнул и погладил её по голове, напомнив, что ей нужно позавтракать, а так же отправиться на занятия. Гриффиндорцы были в меньшинстве и им пришлось отступить. Впрочем, от них отделился Джеймс. Он смущенно топтался поодаль от них, дожидаясь своей возможности обнять сестру. Гвиневра же даже его не заметила и вместе со своим факультетом поспешила пройти к их столу. С ней туда же ушли и Невилл, который уже знатно подустал от своих «однокурсников», и Гермиона, которая была мгновенно окрещена как предательница.       -Эй, эй. Воронье гнездо! А я ведь говорила! Я ведь предупреждала тебя! — Панси все не унималась.       -Панси… Мне казалось мы уже ушли от этих примитивных прозвищ. — Брюнетка сильно изменилась… Она стала только прекрасней, что определенно радовало Гвиневру. Ведь она планировала сама найти ей пару, если у них с Крамом не пойдут отношения. — Да и это было почти четыре года назад! А ты все помнишь!       -А как же иначе! Ведь я оказалась права! — Мисс Забини была горда собой и, как бы она не подкалывала Гермиону, радостно приобняла её за талию, как и Гвиневру. — Ну, все мальчики. Вы можете оставаться, а этих двух красоток я забираю себе! — Девушка заливисто засмеялась, заметив шокированные взгляды Блейза и Драко. Блондин заметил игривые искорки в глазах своей любимой жены, так что был даже не столько удивлен, сколько довольный. Однако их веселье прервал Джеймс, что сел буквально напротив Гвиневры, потеснив Гермиону. Рядом с ним, с важным видом, будто одолжение делала, села и Джинни почти-Поттер.       -‘Ого, а вот это уже что-то интересное.’ — Мисс Малфой не скрывала своего удивления.       -Тебя не спрашивали. — Джинни это кинула как бы невзначай, будто так и должно быть.       -Вот и пошла тогда отсюда. Иш какая важная, раскомандовалась! — Взъелась на неё Панси. — Ну-ка мальчики, проводите эту ворону отсюда, раз она так недовольна! — Бывшая Паркинсон все ещё оставалось старостой Слизерина и подобного на своей территории просто не потерпит. Джинни была растеряна, когда к ней подошли двое парней, готовых взять её под локти.       -Да вы знаете кто я!!!       -Знаем. — Осадил её Блейз. — Птица настолько «высокого» полета, что тебе точно не здесь стоило сесть. Тебя, как и твоего жениха сюда никто не звал. — Парень недовольно сдвинул брови и тоже привстал из-за стола.       -Хмпф! Да кому вы нужны! Джеймс, дорогой, пойдем отсюда! — Девушка повисла на руке своего Поттера, который немым, умоляющим, взглядом говорил обо всем. — Ты хочешь сказать, что она важнее меня?! Вот и снова ты это делаешь! — Рыжая вскочила из-за стола и выбежала в слезах из Зала. Гвиневра тем временем спокойно ела кашу, запивая яблочным соком. Завидев конец этой сцены, она положила ложку и с особым интересом посмотрела в глаза младшего брата.       -‘И что же такое случилось, маленький герой? ’ — Девушка сбавила обороты своей магии и слышать её мог теперь только близко сидящий круг лиц. Она не была насмехающейся или язвительной, она смотрела на него в ожидании. — ‘Что тебя привело ко мне? ’       -Я… Я ведь твой младший брат, конечно же я волновался где ты и как ты. — Гвин приподняла брови, вопросительно посмотрев на Драко.       -‘Лили? ’       -Да, она умерла во время битвы. Как и Люпин с Дорой. — Драко сказал последнее имя с сожалением. Нимфадора Люпин была классной двоюродной сестрой, но вот закончила ужасно и все из-за любви к ужасному существу…. Гвиневра несколько удивленно приподняла брови, потом задумчиво посмотрела на потолок, и даже хохотнула.       -‘Раз никого не осталось, то пора и старшей сестренке уделить внимание? ’ — Её взглядом можно было убить. Она уже не интересовалась, она испускала полную враждебность. — ‘Я не желаю тебя видеть или разговаривать с тобой. Не после того, что я пережила по твоей вине.’ — Она отмахнулась от него волосами и повернулась на Драко. — ‘Но вот Дору жалко… Она была классной, прости Драко.’ — Она обняла его и погладила по волосам.       -Я, конечно, был расстроен этими событиями. Но знаешь, после них остался милый мальчик, наш с тобой крестник. Тедди.       -‘Правда? ’ — Её глаза прямо-таки засверкали. — ‘Маленький малыш! Но все ли с ним хорошо, если ты тут? ’       -Все в порядке. Сейчас с ним моя мама и тетя Андромеда.       Гвиневра ярко улыбнулась, положив ему голову на плечо. Она что-то мило щебетала о том, как же мечтала о маленьком человечке. И что обязательно хочет своего! Она начинала рассуждать, что её дети будут самыми лучшими, ведь у них такие потрясающие родители. Что только сильнее смущало Драко. И все бы ничего, но им стоило поспешить, у них оставались считанные минуты до урока. Так что Блондин предложил ей свой локоть и они поспешили раствориться в перемещении. Да… Этот замок уже не был для них новым. Даже новое заклинание запрета перемещения не работало, что очень помогло им. Впрочем, остальные курсы уже давно разбежались по своим урокам, не рискуя опаздывать. Праздник, праздником, а вот от уроков это не освобождает.       Профессора были шокированы, увидев Гвиневру, как и Драко, что обычно пропускал занятия, запираясь в их комнате. А тут…. Они зашли под руку, такие счастливые, довольные. Преподаватели плакали, когда она спрашивала про их самочувствие. Они прекрасно понимали, что она не просто так говорит именно таким способом, от этого им становилось даже как-то совестно. Она… Она ведь их отстояла, чтобы им не вредили, пока они были под контролем у Пожирателей. Когда заклинания были сняты, они могли свободно рассуждать, их тела были в нормальном состоянии, никаких признаков болезней или недоеданий! А они… Они не смогли позаботиться об одной маленькой студентке, что провела с ними практически всю свою жизнь!       Весь Слизерин будто ободрился с её появлением. Они старались показать свои знания на уроках, добавляя баллы в рейтинг факультета, хотели показать своему любимому учителю и защитнику, что они не страдали чушью в её отсутствие, что её старания не прошли даром! Гермиона и Невилл без спроса стали ходить со Слизерином, полностью игнорируя свою принадлежность к Гриффиндору. До этого момента, они видимо боялись? Боялись, что Слизеринцы тоже их не примут. А напрягать Панси и Блейза своими проблемами им совсем не хотелось. А сейчас, когда луч света, под именем Гвиневра, ворвался в их обитель вновь, как можно упустить такой момент, когда можно воссоединиться с ним?       По окончанию учебного дня, а именно на ужине, Невилл и Гермиона уже ходили в Слизеринской форме, которую им добродушно отдали некоторые ребята с факультета. Джеймс казалось с завистью смотрел на своих бывших компаньонов. Их-то Гвиневра не прогоняла, в отличии от своего младшего брата… Однако он ещё пару раз пытался сесть к ним за стол, но его ещё на подходе ко столу, одними взглядами посылали к черту. Теперь-то, старшеклассники могли в открытую ему говорить чтобы он шел куда подальше от их милой Гвиневры. Близкий круг друзей Гвиневры был полностью погружен в объяснение всего, что происходило в мире после победы над Волан-де-Мортом. Как впрочем и о своих планах на будущее. После окончания ужина, компания переместилась в комнату Гвиневры и Драко, где подробно рассказывали о своих дальнейших действиях, а так же чего они собираются добиться.       Именно там Гвиневра узнала, что Гермиона определенно пойдет в Министерство магии и будет заниматься своим продвижением по полной! Она хотела занять пост Министра Магии, чтобы иметь связи, а так же управлять этим всем изнутри. Невилл предпочел пока что подумать об этом, у него было несколько вариантов, как пойти в Отдел тайн, или же на преподавателя. Ему хотелось помогать детям, бороться с их комплексами, чтобы они были лучшей версией себя. Панси рассказывала, что уже подала документ в Министерство магии, на позицию секретаря. При своих словах, девушка очень многозначительно поправила прическу, выпячивая грудь вперед, на что очень серьезно посмотрел Блейз и погрозил ей пальцем. Впрочем, девушка лишь чмокнула его в щеку и продолжила рассуждать о пользе такого поста в своей жизни. Но так же и сложности теперь попасть туда, ведь она стала кем-то из ряда злодеев, что не пошли наперекор злу, а стали искать мирной крыши даже при таких условиях.       Драко подтвердил её слова. Теперь большинство магов относились к слизеринцам насторожено, будто они ещё были подчиненными Волан-де-Морта. Их семьи едва-едва плавали, чтобы просто выжить. Гвиневра внимательно слушала их, кивая своим мыслям, что не были озвучены. И после она написала письмо, пока Панси решила завести разговор о поиске партнера жизни для Гермионы и Невилла. Они не рассматривала друг друга как возлюбленных, скорее соратники, которые оказались в одинаковом положении. Северус несколько раз к ним заглядывал, чтобы проверить состояние Гвиневры, а после, удостоверившись, что у неё все хорошо, уходил в свою лабораторию. Ему нужна была всего неделя для приготовления лучших ядов, что никто и никогда не сможет найти. На следующий день к Гвиневре пришла Рита Скиттер. Гермиона к этому отнеслась с подозрением, все же эта женщина только слухи и могла распускать, когда нужна была правда. А теперь? Гвин пошла с ней, взяв Драко под руку. Парень так или иначе пошел бы с ней, он пока не мог поверить в своё счастье, не мог поверить что его жена все же с ним и она в порядке. Журналистка радостно щебетала, она была рада что сможет первой взять интервью у это загадочной личности, что всюду обвиняют, но никто не пытался узнать — что стоит за её плечами. Даже её история четырехлетней давности стерлась из памяти общества.       -Мисс Поттер, мы с вами так давно не виделись!       -‘Малфой.’ — Спокойно поправила её Гвиневра.       -Что? — Журналистка остановилась и обернулась.       -‘Я уже год, как Малфой, мисс Скиттер.’       -Ах, так вот оно что! А то я даже удивилась, что молодой человек пошел с нами. Полагаю, ваш муж — Драко Малфой?       -‘Верно.’ — она спокойно кивнула, но Драко почувствовал как она нежно погладила его по плечу.       -Ох, мне нужно вам задать столько вопросов! А вот и выданный нам кабинет, прошу, проходите! Я хочу поскорее все узнать!       Они сели за стол, где Рита достала свою перо и блокнот, пока Драко поправлял волосы Гвин. Что мгновенно начало записывать перо. Итак, началось их «интервью».       -Представься для начала и расскажи о себе.       -‘Меня зовут Гвиневра Малфой, в девичестве Поттер. Моя мать — Лили Поттер, а отец, ’ — девушка скривила губы, пока произносила их имена, — ‘Джеймс Поттер. Так же у меня есть младший брат близнец Джеймс Поттер, или как его знает общественность — Мальчик-Который-Выжил или Великий Герой. Я же была главной помощницей Волан-де-Морта. Достаточно кричащее начало, Рита? ’ — Девушка улыбнулась, посматривая на репортершу. — ‘Я ведь знаю, что ты такое любишь.’       -Определенно! Хорошо, расскажи немного о своем детстве.       -‘Мои биологические родители, а я имею в виду Лили и Джеймс, мной не занимались. После того как темный Лорд посетил наш дом, оставил отметину на лбу моего младшего брата и убил меня. Я стала для них буквально никем. Ох, наверное стоит уточнить. Моя анимагическая форма — феникс, именно поэтому я смогла выжить.’ — Гвин это рассказывала будто с издевкой, учитывая что оба родителя уже мертвы. — ‘Маленькую меня оставили в библиотеке, и больше ко мне не приходили. Так мне рассказал Северус. Северус Снейп был другом детства моей матери, а после по приказу Дамблдора занялся моим воспитанием. Думаю, это единственное что Дамблдор сделал для меня хорошее. Меня буквально из жалости кормил домовой эльф младшего брата. В возрасте четырех лет, когда мой младший брат вместе со своей компанией глупых детей ворвался в мою большую обитель, я проявила магические способности. Они меня сильно напугали, ведь Северус никогда не приходил через дверь, лишь через камин. Что уж говорить, никто не пользовался библиотекой в то время. И мои родители испугались, что я могу навредить их любимому сыну. Меня быстренько отправили в школу, даже не смотря на то, что я была ещё маленькой девочкой. Мне было всего пять, когда я впервые появилась на пороге Хогвартса.’ — Гвиневра, положила голову на плечо Драко и задумчиво рассматривала потолок, будто раздумывая, что говорить?       -‘Понимаешь, Рита, я в этой школе провела почти 14 лет. Для меня она стала уже домом родным. Когда мои родители поняли, что я вполне понимаю о чем говорят взрослые, понимаю чего от меня хотят, они стали частенько мне говорить одну фразу, что меня раздражает и по сей день. «Защити своего брата. Защити Джеймса!» Знаешь, я тогда не понимала, почему? Я ведь тоже их дочь, я просто на пару минут старше Джеймса. Так почему обо мне вообще не заботятся? Для меня это стало большим потрясением, и когда Лили пыталась на людях показать, что мы большая и дружная семья, я чувствовала такую фальшь. Это было мерзко. Мне нужен был человек, за которого маленькая я могла бы ухватиться, чтобы иметь пример для подражания. И им стал Северус. Не скажу, что он был этим доволен. Но даже он постепенно потеплел ко мне, а мои родные родители не воспринимали меня как человека и вовсе. На летние каникулы мне приходилось возвращаться в прежний дом, ведь Северуса посылали на задания, куда я пойти не могла. Это становилось пыткой. Я ненавидела своих родителей. Они не давали мне ничего, но требовали от меня всего. Год за годом моя ненависть копилась, но она была направлена только на родителей. Я была уверена, что мой младший брат меня любит. Я так сильно его любила, ведь в моей голове постоянно стояла лишь одна мысль, чтобы я защитила его. Но каждый раз возвращаясь домой, он даже не приходил ко мне. А после я уезжала вновь. Я создала для себя образ моего милого младшего брата, который бы любил меня так же сильно, который бы поддержал меня, защитил от тирании моих биологических родителей. Но все мои иллюзии разбились лишь за один день. Это было на первом курсе. Сначала он назвал меня подлизой, лишь из-за того что у меня получилось совершить высшую трансфигурацию, за что меня похвалили. А после пытался напасть на меня со спины, когда я его отчитала за грубый тон. Знаешь, мне было так обидно? Я ведь была полностью уверена, что он меня поддержит, а в итоге я получила нож в спину. Мне было чертовски обидно. Так ведь я ещё была мало социализированным ребенком. Все же, Северус не очень любил шумные мероприятия, что я и взяла от него. Я не считала, что общение со старшекурсниками на счет трав, зелий и других предметов, являлось чем-то нормальным и старалась этого избегать. В тот момент мне очень помог Драко, мой милый муж, и моя подруга Панси с её мужем Блейзом. Я даже не знаю, что ещё рассказать о своём детстве… Может на этом и все по этой теме? ’       -Конечно, конечно. Я все время удивляюсь, как маги не могли заметить, что Поттеры ущемляли своего старшего ребенка… Ведь многие были уверены, что семья Поттеров — идеальная. Что там самые превосходные отношения, даже не зависимо от того, что Темный Лорд нападал на детей. — Рита покачала головой, а после поправила свои кудри. — Тогда перейдем к основной теме? Сам Темный Лорд. Как ты с ним познакомилась, как произошло твое присоединение к нему?       -‘Все было до банальности просто. Я вышла с ним на связь через своего человека. Все же я провела в стенах Хогвартса много лет, и иметь связи со старшекурсниками — было для меня обыденностью. Маркус Флинт был моим агентом, что вмести с Дереком и Катрин Мальсибьери вошли в круг Пожирателей. К сожалению, они мертвы. Маркус лишь вскользь упомянул Белле про меня, а та сказала об этом Лорду, и он заинтересовался мной. И он назначил мне встречу. Это было перед началом четвертого курса, что было крайне сложно подстроить, ведь авроры были повсюду. Я обманула Лорда, поклялась что сделаю все для помощи ему. Ты бы видела его выражение лица, Рита, когда он узнал, что девочка из семьи Поттеров, желает стать его последовательницей. Честно говоря, я тогда очень боялась. Ведь… Я тогда ещё и не представляла, что я феникс. Не представляла, что не умру от обычного третьего непростительного.’       -Почему ты не убила его тогда?       -‘Понимаешь, Рита…. Даже не смотря на то, что сам Лорд был слаб и пытался воскресить своё тело и магию, у него там было много приспешников. Одной Беллы было достаточно. Но там был и Барти Крауч младший, муж Беллы и два его брата. Со всеми ними я не справилась бы, я и не рассчитывала свои силы на что-то подобное. Мне мгновенно поставили черную метку, даже вопросов не задавали. Может, Лорд боялся, что я сбегу, не знаю. От меня лишь потребовали клятву верности. На что я выдвинула так же требования, ох, поверь мне Рита, ему было смешно от моей дерзости! Я лишь требовала, чтобы мой отец, а я к тому времени только так и называла Северуса, был в порядке. Чтобы его никто не трогал. И ведь Лорд дал согласие. Он наблюдал за мной на протяжении всего четвертого курса, когда я строила множество ловушек для своего брата. Впрочем, я умело скрывала, что и вытаскивала его из передряг именно я.’ — Гвин на мгновение запнулась, а после будто опомнилась. — ‘Ах, как я могла забыть. Дамблдор. Я слышала много споров на счет его личности, ещё в прошлом году, но мне было не до того. Знаете, этот мужчина буквально испортил мою жизнь. Моя жизнь была тлеющим огоньком, а он её растоптал.’       -Да? Расскажи поподробней!       -‘В начале четвертого курса мне требовалось найти способ воскрешения Лорда, а так же путь отступления. Мне сразу заявили, моего младшего брата протолкнут в соревнования, и подстроит это другой человек. От меня лишь требовался ритуал, который бы воскресил Лорда. Но знаешь, бывает такое что просто предчувствуешь. И я решила перестраховаться и научиться магии перевоплощение. Я из профессоров доверяла только Северусу. Как бы они не относились ко мне по доброму, я не верила, что они правда меня любят. Знаешь, я была удивлена, когда стала фениксом. У меня в голове мгновенно сложилась картинка. И почему шрам оказался у Джеймса, почему у меня не было такого. А все просто. Меня убили. А в Джеймса отлетела часть души Лорда. И чтобы удостовериться в своих суждениях я направилась к Дамблдору. Он рассмеялся мне в лицо, Рита. Мне, четырнадцатилетнему ребенку, которого обделили любовью из-за его слов! Именно он сказал мои биологическим родителям, что мой дар потрясающий и подойдет для защиты моего супер сильного младшего брата! Понимаешь? Именно он сказал подобное моим родителям, которые боготворили его. И я стала предметом, элементом мебели, который будет просто ждать момента, когда оно понадобиться. Дамблдор смеялся, он долго и заливисто смеялся, что я так скоро раскрыла его. Он смеялся, ведь понимал, что я не могу ничего ему сделать. Что я вынуждена подчиняться.’ — Гвиневра сжала свои кулачки до обеления костяшек, так что Драко поспешил разогнуть её пальцы.       -‘Во мне заиграла импульсивность подростка и я прокляла его, а после убежала. В какой-то степени и хорошо, что я не умела тогда накладывать проклятья. В тот момент во мне заиграла гордость, ведь мне никто не говорил воскрешать Лорда. Это была часть моего плана. А значит, это нарушит чьи-то. Во мне заиграл азарт и я углубилась в магию воскрешению. Именно я защитила своих ребят со Слизерина, в тот день. Я предупредила своих ребят, чтобы они были вместе и при любых проблемах прятались. Я создала заклинание, чтобы в любой момент бежать от Лорда. Я боялась его, понимаешь, Рита. Это взрослый мужчина и я, маленький ребенок. Кто знал, что может со мной произойти, особенно учитывая присутствие моего глупого младшего брата, который не умеет чувствовать атмосферу. Что впрочем и произошло. Вместо того чтобы тихо уйти, он попытался наброситься на Лорда, что решил с Джеймсом сыграть и отпустил «на время». Если бы не моя готовность, его бы уже тогда убила Белла. Мне пришлось пережить свою вторую смерть. До сих пор в памяти всплывают те перепуганные глаза моего мужа, когда я обернулась фениксом. Я никому не рассказывала об этом. Не хотела нагружать их ещё одним своим секретом, который никто не должен знать. Перепуганная Панси, и все остальные девочки, которые оплакивали мою смерть…. Именно тогда я решила, что мой близкий круг друзей — всегда должен быть в курсе, того что происходило в моей жизни. Представляешь, Рита, мой глупый младший брат даже не поблагодарил меня тогда! Он мне простого спасибо или прости не сказал! А я умерла из-за него во второй раз! Мало того, он обвинил меня в том, что именно я принесла в жертву его отца. Да откуда я могла знать, что именно он станет частью обряда? Жалею я? Ничуть. Джеймс Поттер получил то, что заслужил. Белла мне после в подробностях рассказала, как его пытала. И я ничуть не жалею его! Он издевался надо мной, он травил меня, он полностью игнорировал то, что я такой же ребенок, как и его любимый сын! Игнорировал, что я тоже его ребенок! Так что получил он то, что заслужил.’ — Драко прижал её к себе, поглаживая по голове, и она немного расслабилась.       -‘Ха… Вечером того же дня ко мне прибыло письмо от моего дедушки по отцовской линии. Я даже не поняла сначала этого. Я была удивлена, когда на следующий день мы с Драко оказались в большом поместье. В настоящем доме Поттеров. Мне было так смешно. Оказывается моего отца выгнали и семьи за его брак с магглорожденной, что он сделал по указке Дамблдора. А он мне грозился, что выбросит меня из семейного регистра и мне будет некуда податься. Но знаешь, Рита. Я последний раз была в доме, где жили мои биологические родители, по окончанию второго курса. И то, меня практически сразу же выгнали из дома. Мне было без месяца тринадцать, и если бы не родители Драко, я даже не представляю что делала бы. А теперь, у меня появился свой собственный дом, что было очень вовремя. Ведь Темный Лорд оккупировал поместье Малфоев. А мы с Драко не рассказывали никому из взрослых про наши отношения. Позвав с собой и Панси с Блейзом мы смогли избежать косых взглядов. Мне пришлось много потрудиться, чтобы добиться расположения Лорда к себе. Чтобы он дал согласие на мои планы, чтобы он верил в мою преданность. Что уж там говорить, великий и секретный Орден Феникса пытался угрожать мне, обзывая предательницей. Мне было смешно, ведь они предали меня первыми, сделав из меня атрибут мебели. А как я проявила свои желания — я предатель. Мне было смешно, но знаешь, я боялась, что они испортят мои планы. А этот чертов Сириус Блэк…. Эта чертова псина, я была готова разорвать ему горло своими руками. И если бы не мой папа, я бы это сделала. Впрочем, я не отказалась от своей цели избавиться от Сириуса. И я начала использовать полученное расположение. Лорд любит жестоких, так почему я не могу использовать свою ненависть для получения привилегий? И ведь у меня вышло, Рита! Лорд позволил мне создавать ложные воспоминание в его голове. У меня был полный доступ ко всем его мыслям, воспоминанием и желаниям. Я не упустила эту возможность. Я начала с распутывания его мыслей и воспоминаний, честно говоря, мне было с одной стороны мерзко, но с другой стороны ему я сочувствовала. Я узнала о нем все, при этом он ничего не заметил. А после я начала создавать не только ложные воспоминания для заманивания нашей жертвы, но и чтобы я стала неприкасаемой среди Пожирателей.’       -‘Понимаешь, уже тогда на меня начинали заглядываться, а как себя защитить от всех тех мужчин — я просто не представляла. Поэтому для меня самым простым оказалось заручиться поддержкой Лорда. Это заняло довольно много времени, но к концу пятого курса он уже воспринимал меня как свою родную и любимую дочь, так что старался обо мне заботиться. Я гордилась своей работой. Но к сожалению, Сириуса убила не я, а вновь Белла. За что я отыгралась на ней, все же меня уже ценили сильнее Беллы. Понимаешь? ’ — Рита важно кивала, слегка нахмурившись, перо едва успевало записывать.       ‘-Летом мы с Драко решили открыть карты Лорду, все же под контроль его я уже взяла, поэтому переживать нам было не о чем. И Лорд дал моему мужу задание, которое я мечтала получить сама. Убить Дамблдора. Уверена, мало кто поверит моему рассказу, но Дамблдор лишь умело манипулировал всеми. Он никому не доверял и лишь создавал ситуации, где он мог помочь кому-либо. Для него была важнее выгода. Я долго разрабатывала способ убийства, чтобы его не было заметно, но мы сделали это. Впрочем, вина так же есть и на моем младшем брате, ведь это он напоил отравленным зельем бывшего директора. За время шестого курса я укрепила свои позиции среди Пожирателей, никто не смел оспорить мой авторитет. Что сыграло важную роль в прошлом году. В начале седьмого курса меня поставили перед фактом, школу будут захватывать. А практически вся школа состояла из моих ребят. Почти у каждого была моя брошь. Разве что, Гриффиндорцы отказывались видеть мой авторитет. Со смертью Дамблдора — моя жизнь стала проще. Более никто не следил за мной в школе, скорее я за всеми наблюдала. Я несколько раз повторяла всем студентам, чтобы они вели себя тихо. Ведь пока они ведут себя спокойно — никто их и не тронул бы. Контроль за студентами был поручен мне и Драко, чем мы и занимались. Вот только…. Некоторые пуффендуйцы, когтевранцы и практически все гриффиндорцы отказались. Разве что Невилл Лонгботтом, которого я обучала вместо со всеми моими ребятами, вел себя как подобает. Из гриффиндора я так же забрала Гермиону Грейнджер, я не могла позволить этих глупцам задавить такую одаренную девочку. Именно я обучала их, помогала развиваться. И они не отвернулись от меня. Гермиона следила и передавала мои подсказки моему глупому брату и его команде. А Невилл пытался контролировать Гриффиндор. Впрочем, я практически сразу сказала ему это прекратить. Гриффиндорцы не понимали, что они могут быть в полной безопасности, пока ведут себя тихо и показывали своё недовольство «новой властью» слишком явно. Лишь один раз я одного из них защитила, все же шанс я могу дать. Но второй раз я уже не стала этого делать. Мне досталось тогда очень сильно, даже если я могла менять воспоминания Лорда, чтобы у него было ко мне особое отношение. Эту садистскую привычку я не смогла изменить, мне пришлось провести более двенадцати часов под вторым непростительным. Второй раз подобное испытать — я не хотела. Я люблю себя и не страдаю мазохистскими наклонностями. Поэтому отказалась становиться для глупых детей, что не видят выгоды для себя, щитом. Раз они не могут переступить свою гордость и подчиниться мне — значит мне такие люди не нужны. Тот мальчик мгновенно за то и поплатился. Глупые Гриффиндорцы подпортили многие мои планы, на самом деле. И если бы они меня послушались, когда я сказала им вести себя тихо…. Просто не было бы никакой битвы за Хогвартс. Одно единственное сражение между моим глупым братом и Лордом, и то, где мне пришлось его прикрыть, чтобы его не убили на месте. И все, большинство Пожирателей просто разбежалось бы. Они были вынуждены пойти за Лордом. Когда тебе предлагают смерть или подчинение темному Лорду, большинство выберет защитить себя и свою семью. Конечно, кто-то может назвать их бесхребетными, подлизами и все чем угодно, но знаете, эти люди просто разумны. Они поставили себя и свою семью превыше всего, переступили через свою гордость и стали щитом для своих детей. Я защитили в этой школе многих, к сожалению, как я видела по вчерашнему дню, многие отреклись от меня, как только моя защита для них стала бесполезной. А некоторых буквально травили за то, что они не отказались от меня. Мои Слизеринцы всегда со мной, но то, как это отстояли пуффендуйцы и когтевранцы, которые остались на моей стороне, у меня вызывает восхищение.’       -Это же надо было такое все провернуть под носом у того человека! И он совсем ничего не заметил?       -‘В самый последний момент. Он освободился от моих оков когда убил свою душу в Джеймсе. Потому что я скрывала от него уничтожение осколков души, каждое разрушение было четко со мной согласованно, чтобы я могла стереть из его памяти этот момент. Хотя может и раньше. Он отправил свою змею напасть на моего папу, что стало нарушением нашего договора. Я была расслаблена в тот день, мне казалось, что я стала свободна. Для полного счастья мне оставалось лишь дождаться смерти Лорда, и быть вместе с моим мужем и папой. Впрочем, я осознавала, что Пожирателей никто не отпустит. Министерству и Аврориату нужно же на кого-то свесить всю вину и отыграться за произошедшее.’       -Милая, ты помнишь где была последние полгода?       -‘Не помню, но могу предположить что в Министерстве.’       -Тогда, ты не помнишь и того, что с тобой произошло?       -‘Я не знаю, но вот мой муж….’ — Гвин тяжело вздохнула и подняла на него глаза.       -Я знаю, мисс Скиттер. Но я не хочу, чтобы Гвиневра это вспоминала, она только вчера пришла в норму.       -‘Милый, все хорошо. Я буду в порядке.’       -Гвинни. — Драко очень серьезно посмотрел на неё. — Не стоит. Тебе правда не стоит это слышать или видеть. Ты поняла меня?       -‘Ох…’ — Девушка тяжело вздохнула и покачала головой. — ‘Ты снова делаешь такое лицо, мой милый Драко.’ — Она положила руку ему на щеку и нежно погладила. — ‘Хорошо, тогда я посплю. Пожалуйста, только помни, сейчас — я с тобой.’ — Драко взял её руку в свою и нежно поцеловал, а девушка прикрыла глаза и легла ему на грудь. И Малфой рассказал репортерше обо всех издевательствах со стороны Аврориата над Гвиневрой, которая все рассказывала! Женщина охала и ахала, блондин разглядел в ней тоже недовольство. А после они распрощались, не став будить Гвиневру. Рита пообещала как можно быстрее выпустить статью, чтобы этих монстров наказали по всем законам.       На следующий день уже у ВСЕХ был новый выпуск Ежедневного Пророка, где Рита и выпустила свою статью с вызывающим названием: «Гвиневра Малфой — предательница или Великая Спасительница?» Драко прочитал статью, чтобы удостовериться, что Рита ничего не приукрасила и не изменила. Но она лишь дополнила рассказ Гвиневры и его речь, передачей их эмоций. Как они разговаривали между собой, Скиттер даже уточнила, что Гвиневра была очень мягкой и нежной со своим мужем, что не сказать о её ужасном отце. Молодая чета Малфоев не обращали внимания на посторонние взгляды. Драко стал для неё своеобразным щитом, чтобы никто не смел смотреть на неё с презрением. А если кто-то пытался агриться на Драко, он мгновенно ловил на себе злой взгляд Гвиневры. Джеймс вновь пошел в сторону их стола, он чувствовал себя неловко, но он все равно сел напротив неё, и вел себя крайне тихо. Никто из компании Гвиневры не обратил на него своего внимания. Гермиона рассказывала об очередной новой теме по нумерологии. Гвиневра внимательно её слушала и рассказывала, что уже сама знала. Это радовало Драко, он приобнимал одной рукой её, будто боялся что она исчезнет. Она может рассуждать, её знания никуда не делись, значит память не повреждена. Учитывая то, что на седьмом курсе она вообще не успевала учиться. Джеймс заговорил лишь, когда Гвиневра и Драко начали собираться уходить:       -Это правда? — Гвиневра повернула на него голову и, даже несколько удивленно, приподняла брови. — То что написала Скиттер, это правда?       -Правда. — Ответил за Гвиневру Драко. — Впрочем, ты слишком глуп, чтобы отличить правду от лжи, раз столько времени верил тому старику. — Блондин отмахнулся от него, предлагая руку своей жене. Гвиневра пожала плечами и прилегла ему на плечо, о чем-то тихо рассказывая.       -Но Сириус лишь отчитывал тебя за неподобающий тон! Как ты могла?! Он просто так заботился о тебе! — Парень подскочил, сводя брови к носу. Его крик услышали все, так что Гвиневре пришлось обернуться на него. Она смотрела на него такими замученным и уставшим глазами.       -‘Я не намерена с тобой разговаривать, если ты был слеп — это твои проблемы.’ — Она взмахнула кудрями и повела Драко на выход из зала.       -Так не пойдет! Я хочу знать всю правду! — Её близнец выскочил из-за стола и побежал за ней. Он успел схватить её за руку, за что мгновенно получил заклинанием по лбу.       -Ты даже сейчас не можешь отличить правду от лжи. Ты и не пытался услышать свою сестру. — Драко провел рукой по волосам, отгораживая свою жену от Джеймса. Девушка пристроилась сзади, выглядывая через плечо.       -‘Ты видишь лишь то, что тебе показывают, глупый ребенок. Ты не пытался найти правду, а слепо верил всему что тебе говорили взрослые. Или я не права, ребенок, что считал меня щитом? Представляешь, я тоже умею говорить. Я тоже могу думать. Я тоже могу мечтать и желать. Ведь я человек. Удивительно, не так ли? ’ — Девушка повисла на плече своего мужа, расплываясь в улыбке. — ‘И что с того, что я использовала тебя как бегунка, чтобы ты собрал все осколки души Лорда? Поверь мне, малыш, я слышу все твои мысли. И ты не заслуживаешь зваться героем. Здесь нет героев. Ведь если бы ты был героем — никто бы не умер.’ — Гвин мягко погладила по волосам Драко. — ‘Впрочем, я потом бы все равно убила Лили и Римуса. Ведь эти люди даже людьми не заслуживают называться.’ — Она опустилась и взяла за руку Драко, уводя его к выходу, а после обернулась лишь на секунду. — ‘О, спасибо что заметил, милый младший брат. Я тоже тебя очень сильно люблю.’ — Её улыбка была измученной, будто она устала от этих чувств. — ‘Вот тебе пища для размышлений, ребенок. Ты помнишь хоть что-нибудь из нашего ОБЩЕГО детства? ’       И они вышли. Блейз с Панси шли вместе с ними, впрочем весь Слизерин вскоре разошелся по своим кабинетам. Лишь Гриффиндорцы спешили расколдовать своего героя, кидая злые взгляды на слизеринцев. Джеймс был поражен таким заявлением сестры. Общего детства? Конечно! Их день рождения на шесть лет, когда он с друзьями вытащил её гулять на плоту, и когда она подружилась со водной змеей. Которую потом к счастью убил отец. А так же мама часто их водила на прогулку в гости к своим друзьям. Вот только она больше стояла около него и молчала, что вызывало в нем удивление. Она выполняла каждое его желание, чтобы он не захотел, она выполняла. Будто прислуга, подносила ему закуски и напитки! Все как и должно было быть! Что в ИХ детстве было не так?       Но ответ он так и не смог получить от неё. Гвиневра полностью закрылась от него, и если видела его, будто читала его мысли, отмахивалась. Молодая Малфой видела и слышала. Он не понимал, он совершенно не понимал, что было не так в воспитание его родителей. Что было не так в их жизни и его отношении к своей СТАРШЕЙ сестре. Но после выполнения своей миссии и полного уничтожения Волан-де-Морта, она не пыталась больше любить его. Драко был рад, что его милая жена, наконец, отбросила от себя этого придурка и больше не хотела иметь с ним хоть какие-то связи.       Общественность, которая узнала о жизни Гвиневры из газеты реагировала… Своеобразно. Некоторые считали, что она больна и так пытается спасти себя и свою шкуру. Другие сочувствовали и требовали упразднить Аврориат и Министерство, а после набрать новых, молодых специалистов и начать восстановление магического мира Лондона. Кто-то считал, что она сама виновата, сама спровоцировала авроров, и вообще нечего было такой мерзкой рождаться. Четвертые оставляли нейтралитет по отношению к Гвиневре, но поддерживали упразднение Министерства. Они считали, что пора было менять поколения и ставить к управлению молодых, с новыми и свежими взглядами. И обстановка между позициями становилась все острее и острее. Тем временем Хогвартс уже приближался к выпускным экзаменам. Голос Гвиневры не смогли восстановить. Её связки были полностью уничтожены, поэтому она лишилась своего голоса. И чтобы восстановить его требовалось много средств и времени, чего они не могли добиться во время учебы. Средства были, а времени — нет. Поэтому Гвиневра с нетерпением ждала сдачи экзаменов. Ведь после этого, она могла бы попробовать восстановить свой голос. Конечно, ей неплохо и с мысленным каналом, но…. Все же не особо комфортно для других людей. Драко скучал по её голосу, мысли были слышны немного другим, искаженным голосом, нежели привычным для него, что приносило дискомфорт. Гвинни лишь пожимала плечами и говорила, что сделает все возможное, чтобы у них все было прекрасно.       Экзамены она сдавала одной из самых первых. Ей предстояло сдать ВСЕ дисциплины, как профильные. Она до сих пор не могла решить, что она хочет делать дальше. Если Министерство обновиться — то можно пойти и туда, но это много работы, а так же скандалов, все же связанных с её прошлым. Остаться как преподаватель в Хогвартсе? Да, пожалуй, это было самое прекрасное для неё решение, но она хотела бы пожить немного для себя, заняться воспитанием крестника, родить своих малышей и полностью уйти в них. Гвиневра была буквально помешана на милых малышах, которых ей так хотелось воспитать и дать прекрасную жизнь. Впрочем, Драко это лишь немного смущало, но он был рад. Иметь большую семью, где его будут называть папой, а его милую Гвинни — мамой, в мечтах это выглядело прекрасно.       По окончанию последнего экзамена, Гвиневра, не дожидаясь результатов, уехала в больницу Святого Мунго, где её уже ожидал её лечащий врач. Драко пришлось остаться в школе до самого конца, вдали от жены он чувствовал беспокойство. После её возвращения, они проводили в разлуке крайне мало времени, боясь потерять друг друга. А теперь…. Скорее были вынуждены быть на расстоянии. Слизеринцы могли видеть, как Драко метался из стороны в сторону, желая поскорее поехать и узнать, как же она. Конечно, нужно было подождать буквально два дня, но для него это стало мукой. На следующий день после отъезда Гвиневры объявили результаты экзаменов. Конечно. Гвиневра стала первой во всех дисциплинах. Она слишком много лет потратила на обучение, чтобы не сделать что-то подобное. Но по домам их отправили только спустя ещё три дня, что сильно раздражало Драко. Он рассчитывал на два дня, а так…. Конечно, Гвиневра сейчас на терапии без сознания, и за ней приглядывает Сюзи, ещё один эльф, которого в основном обучали на медсестру, но все же. Это не уменьшало его переживания.       Перед отбытием он закрыл их комнату на ключ и забрал с собой, с разрешения домовиков. Их вещи уже все перенесли в поместье Гвиневры, куда полностью переехал жить Драко. В поезд он зашел чисто для галочки, а после отбытия сразу же трансгрессировал с домовиком к своей девочке. Гвиневре сделали достаточно масштабную операцию, которую без вмешательств магии провести было бы невозможным. Им пришлось буквально перекроить все горло, что бы использовать сильно восстанавливающие зелья. Чтобы связки начали регенерировать. И именно поэтому нужно было много времени. Эта операция занимала очень много по времени, особенно учитывая раны Гвинни. И без магии поддержание её жизни просто невозможно. «Операция» Гвиневры заняла несколько дней. Те дни что Драко не мог успокоиться, доктора кропотливо восстанавливали её голосовые связки. А после все нужно было зашить и долгое время пить восстанавливающие зелья. И то, только чтобы шрамы не остались. К Драко уже спешил доктор, что отвечал за её лечение.       Как оказалось, пока Гвиневра сдерживала Лорда, он был одним из тех, которых принудили к работе на Лорда. И если бы не Гвин, его могли уже давным давно убить. Драко не мог вспомнить чего-то подобного, но если он решил им помочь — то пусть будет так. Мужчина провел Драко в свой кабинет, где выдал зелье и его рецепт, а так же инструкции. Доктор рассказал, что говорить она сможет, но нужно некоторое время, чтобы связки окрепли. Поэтому ей нужно будет пить зелья каждый день в определенных дозах. После долгого магического сна, Гвин могла быть немного слабой, а так же очень голодной, так что доктор посоветовал подготовить плотный завтрак к её пробуждению. Её не будили только потому, что ждали Драко. Гвин боялась оставаться долго без него. Она не представляла, как будет себя чувствовать, если снова окажется одна, в незнакомом месте. Поэтому Драко мгновенно попросил её разбудить, а домовой эльф поспешил домой, чтобы они уже начали готовить сытный завтрак для их госпожи.       Гвиневра тепло ему улыбнулась, когда увидела его лицо. Она сонно потянулась, а после вытянула руки, хитро посматривая на своего мужа. Малфой нежно поцеловал её ладошки, а после одну руку подсунул под спину, помогая ей сесть. Девушка потянула руки, обхватывая его шею, так что парень взял её и под коленями, вынося из кабинета, как принцессу. Блондин распрощался с доктором и вышел. В коридоре их ждала Сюзи, которая мгновенно их перенесла в поместье, где уже шумно накрывали столы. Гвиневра сонно рассказывала Драко о том, что видела какие милые у неё будут дочка и сыночек. С прекрасными светлыми волосами, как у их папы и ярко-зелеными глазами, как у мамы. Девушка хихикала, рассказывая о том, как они пытались поделить между собой родителей и как не могли решить, кто им нужен больше, но в итоге пришли к решению, что будут делить между собой родителей. А после к ним пришел милый Тедди, которого они так же притянули к ним в объятия. Драко нежно поцеловал её в лоб, представляя эту картину. Какое счастливое лицо у неё было в том сне, ведь она так хочет своих малышей, которых будет обнимать, учить и помогать быть лучшими.

***

Спустя 9 лет

***

      Большой Зал Хогвартса был взбудоражен. Они громко обсуждали между собой нового профессора, который занял место Снейпа. Она выглядела молодо и красиво, но кто она? Слизеринцы единственные сидели в тишине, некоторые уже пили чай, пока проходила церемония распределения. Но они тоже немного, но рассматривали её. Её мимика, действия, очень напоминали им Снейпа. Но в тоже время она выглядела очень спокойной и расслабленной, она рассматривала первокурсников, и в какой-то момент уголки её губ слегка приподнялись, но после вернулись в прежнее состояние.       Рядом с ней сидел профессор травологии, который вполголоса рассказывал ей о чем-то, и замолчал он только когда профессор Норн, а она преподавала нумерологию и была заместителем директрисы МакГонагалл, объявила:       -Эдвард, Малфой. — Девушка проводила взглядом фигуру мальчика с голубыми волосами и янтарно-желтыми глазами до стула. Шляпа на его голове просидела довольно долго, видимо рассуждая, куда стоит отправиться мальчишку.       -Пуффендуй! — провозгласила шляпа и мальчик направился к соответствующему столу. А черноволосая красавица слегка наклонилась к своему собеседнику и что-то прошептала. Молодой профессор улыбнулся и кивнул. Они ещё что-то между собой обсуждали, слегка наклонившись друг к другу, пока церемония распределения не была завершена. После этого профессор МакГонагалл зачитала небольшую речь с наставлениями, чтобы студенты были внимательны на уроках, и готовились к выпускным экзаменам. А после она, прерывая уже шумевших студентов, которые спешили поужинать, представила им нового профессора зельеварения. Девушка поднялась с кресла и слегка кивнула им головой, а после на её лице промелькнула легкая улыбка.       Гвиневра с особой заботой наблюдала, как её подопечные начинали общаться с первокурсниками. Как новые старосты смущались, но старались по максимуму помочь. Она вспоминала своё время учебы, как старшекурсники заботились о ней, хотя она старалась уйти от них подальше. Пятикурсница Слизерина, с брошью старосты, смущенно поправляла свои каштановые кудри, а миссис Малфой могла отметит про себя, как же она была похожа на своего отца, Алекса Розье. Парень-то зря времени не терял, усмехнулась девушка, и продолжила рассматривать своих подопечных, находя в них отголоски их родителей. Порой она переводила взгляд на своего сына, но того достаточно быстро приняли в свой круг общения какие-то мальчишки со старших курсов. Малыш «Тедди», как оказалось позже, это Римус дал ему это отвратительное прозвище, был общительным ребенком, поэтому тут уж Гвин не сомневалась. Невилл вырос, и Гвиневра с удовольствием отмечала, что за девять лет он стал прекрасным мужчиной. Конечно, она бы хотела выбрать для него выгодную партию, как для Гермионы, которая вышла замуж за Крама, и сама обучала его английскому через болгарский. Но у парня уже была его «возлюбленная», которая и вовсе не догадывалась об его чувствах.       Когда банкет был закончен, девушка поймала взгляд своего сына и улыбнулась ему. Он переживал, что мама будет недовольна. Но девушка подмигнула ему, а после показала на Невилла. Эдвард слегка наклонил голову, а потом кивнул, будто все понял, и поспешил за своими однокурсниками. Черноволосая красавица распрощалась с профессорами и пошла за своим факультетом. Сейчас ей нужно их поприветствовать, а после можно будет сходить на собрание профессоров. И «отметить» как полагается. К счастью, профессора не хотели много работы сразу, так что заранее все обсудили и подготовили для своих подопечных. Когда Профессор Малфой зашла в гостиную Слизерина, там настала глухая тишина, будто звук выключили.       -С возвращением и добро пожаловать, мои дорогие. — Она мягко улыбнулась, осматривая детей. — теперь вы все, часть Слизерина. Наш с вами факультет многим отличается от других. К вам может быть ужасное отношение от других детей, просто потому что вы с «змеиного» факультета. Но только здесь, вы можете чувствовать себя как дома. — Гвиневра подозвала к себе старост, а после положила руки им на плечи. — Ваши старосты, Мира Розье и Сондус Эйвари. Старшекурсников попрошу не нагружать их работой, а младшекурсникам слушаться их. На время учебы, Слизерин — это ваш дом. Это не кучка друзей по интересам, как у Гриффиндора или Когтеврана. Поэтому учтите, если я поймаю вас на хотя бы одной мысли предать Слизерин — можете собирать вещи и выметаться. У каждого из вас есть обязанности перед Слизерином, так же как и привилегии. Учитесь хорошо и добьетесь много. На этом я закончу. Обсуждение нашей сборной команды как и с выпускниками будет завтра, сейчас вам стоит как можно скорее пойти спать. — Девушка приобняла за плечи старост, и отпустила их. — Доброй ночи.       -Спокойной ночи, Гвиневра! — Весело крикнул ей в след кто-то из ребят седьмого курса. И девушка слегка покачала головой, все же она позволила им слишком много и стоило разграничить их общение. В коридоре послышался топот быстро бегущих ног и на неё напрыгнуло маленькое голубоволосое чудо.       -Мама!       -Эдвард, милый, разве я не говорила не бегать по замку? — Девушка приобняла его и закрыла входную дверь в гостиную Слизерина. Мальчик поднял на неё свои искрящиеся глаза и широко улыбнулся. — Ты ж моё солнце. Спасибо, что привел его, Невилл. — Гвин благодарно кивнула своему другу, и тот смущенно улыбнулся. Гвиневра повела парней в свою комнату, где уже вовсю орудовали домовики и её младшие дети.       -Мамочка! — когда дверь отъехала в сторону, на неё запрыгнули разом близнецы — Даймон и Астрея, а маленький Серил сидел на кровати, около которой стояло несколько домовичек. Эдвард подошел к самому младшему брату и взял его на руки, мальчик был этому рад и громко захлопал в ладоши, радостно о чем-то рассказывая старшему брату на ухо.       -Вы все такие же жизнерадостные, малыши. — Невилл ласково улыбнулся им. Астрея восхищенно приложила ладошки к щекам, а после украдкой посмотрела на Невилла, потом на маму. Заметив её смеющийся взгляд, девочка смутилась ещё сильнее, так что спряталась за юбку матери. Гвиневра усадила гостя за стол, где уже разливали душистый чай. Эдвард тем временем приглядывал за младшим братом. — Я слышал, Драко пробился до места заместителя Министра. Как он там?       -Ох… — Девушка пригубила чай, а после откинулась на спинку кресла. Её губы расплылись в мечтательной улыбке. — Он очень сильно устает, поэтому дети сейчас у меня. Оказывается прошлый зам практически ничего не делал! Ну ты представляешь?! Там столько работы скопилось! Я заглянула как-то в его кабинет, это было просто ужасно. — Девушка поставила чашку на стол, и недовольно сжала кулачки. — А ведь прошло уже более десяти лет с того бардака!       -Разве ты успеешь все сделать, Гвин? Может стоило подождать ещё, пока малыши подрастут, а уже потом устраиваться на работу?       -Ты совсем не изменился. — Малфой тепло улыбнулась ему. — Не переживай. Тогда справлялась. И сейчас все будет хорошо. Однако, Эдварду нужно усердно заниматься! — Она повернула на него голову, и тот слегка надул губы. — Если будет плохо заниматься, ругай его Невилл. Он у меня способный мальчик, но очень любит отлынивать.       -Ну мааам! Я не хочу быть лучшим на потоке! — Мальчик вскочил, оставляя младших братьев и сестру сидеть на ковре, и подбежал к матери.       -А я этого и не просила, милый. — Девушка нежно пригладила его волосы. — Но это не значит, что ты можешь заниматься совершенно не прилагая усилий. Понятно?       -То есть на зелья мне лучше приходить во все оружии? — Мальчик посмотрел несколько серьезно на неё.       -Верно. — Гвиневра несколько раз кивнула. Эдвард тяжело вздохнул и надул щеки. — Они тебе понадобятся в будущем. Я… — Миссис Малфой перевела взгляд на чашку. — Я не знаю как будут к тебе относиться учителя. Некоторые могли затаить на меня обиду. Конечно, пока я тут, они мало что смогут сделать. Но пока меня нет… Я переживаю.       Эдвард смущенно опустил глаза в пол, украдкой взглянул на Невилла, а после обнял маму. Девушка ласково погладила его по голове, а после отпустила дальше играть с младшими. Он весело им улыбнулся и обнял, сгребая в кучу. Астрея недовольно стала отталкивать его, хмуря свои бровки. Её и без того милое личико, стало таким очаровательным, что Гвин не смогла удержаться и слегка засмеялась. Невилл засмотрелся на неё. Она была такой как и прежде… Последние пару лет, после того как он устроился работать в Хогвартс, они не могли видеться. А хотелось многое обсудить! Для взрослых магов открывалось больше возможностей для исследований, тем более растений! А для этого нужны высококлассные зелья. Как же в этом эксперименте получить положительный результат без высококлассного зельевара? Снейп отказывался с ним это обсуждать и сторонился Невилла. Лонгботтом мог это понять, какой-то мужчина крутиться вокруг его замужней дочери, это слишком подозрительно. Общество и так ещё не успокоилось после Битвы за Хогвартс. Как и не отстали от Гвиневры. Конечно, девушка на это не обращала внимание и проводила последние девять лет заперевшись в своем поместье. Невилл и остальные друзья Гвиневры любили приходить к ней и видеть, что даже если за стенами этого дома твориться бедлам, внутри все было хорошо. Царила гармония и теплая атмосфера. Будто они приходили домой, где их уже ждали с теплой кружкой чая и куском торта. А её дети были похожи на ангелов, что спустились с небес, чтобы одарить их улыбками. Очаровательные близнецы, брат и сестра, семи лет с золотыми волосами и ярко-зелеными глазами и милый мальчик с золотыми волосами и голубыми глазами четырех лет.       -Не будь слишком строга к нему, Гвин. — Невилл улыбнулся Эдварду. Он так выделялся на фоне этих блондинистых малышей. Впрочем, Эдвард выглядел гармоничной частью этой картины. — Он ещё ребенок.       -Ты просто не слышал, какая мечта у него. — Фыркнула девушка. — Он собрался стать, как и Драко, госслужащим! В мире столько разнообразных профессий, а он решил пойти именно туда. — Гвиневра покачала головой.       -Слышал от Гермионы, что им нужны хорошие профессионалы. Так почему нет?       -Вот именно, что профессионалы! А значит нужно много заниматься. А он видимо решил, что ему так просто все на блюдечке дадут.       -Ему всего одиннадцать, Гвинни. Он ещё растет. Со временем он все поймет.       -Ты слишком добрый, Невилл… — Девушка тяжело вздохнула. — Хоть ты и прав…       -Все же, это мой третий год в Хогвартсе в роли профессора. Я уже работал с такими малышами. А ты просто строга к нему, потому что желаешь лучшего, ведь он твой сын.       -Невилл, ты что… Отчитываешь меня? — Гвиневра смущенно улыбнулась и легко рассмеялась. — А раньше ты был таким смущенным малышом.       -Ну… — Мужчина смутился. — Давай не будем вспоминать прошлое. Тогда многое произошло. — Он уткнулся носом в свою кружку чая, шумно отпивая из неё, а девушка все смеялась.       -Тоже верно. Многое произошло в этой школе. Столько воспоминаний по возвращению. Что уж говорить об это комнате. — Она ярко улыбнулась, посматривая на своих детей. Серил будто почувствовал её взгляд и тоже посмотрел на неё, а после тоже расплылся в улыбке и потянул к ней свои маленькие ручки. Гвин поспешила подняться и взять его на руки, нежно целуя в лоб.       -Ты слишком необычайна, Гвинни.       -Разве? — Девушка недоуменно на него обернулась, слегка наклоняя голову.       -Да… Обычно спешат покинуть школу, а ты так спешила сюда, даже семью привезла с собой.       -А разве ты поступил не так же?       -У меня нет той семьи, что есть у тебя.       -А я предлагала тебе найти хорошую пассию.       -О нет, такого рода отношения меня не интересуют. Да и одни проблемы от этого будут. А мне нравиться так работать.       -Ну, как скажешь малыш Невилл.       -Не называй меня так, Гвинни! — Мужчина смущенно прикрыл лицо, а Гвиневра зашлась смехом.       -Ладно, ладно. Но для меня ты все же останешься тем неуклюжим малышом Невиллом!       -И как ты только Драко не припоминаешь все его выходки? — Он покачал головой, но все же улыбнулся.       -Потому что я любила его с самого начала. Для меня его поступки всегда имели положительное значение. — Она слегка приподняла Серила, чтобы он почувствовал будто летает. Он начал о чем-то радостно лепетать.       -Это уже одержимость. — Закатил глаза Невилл, но все же был счастлив за неё. Те полгода, что он видел мимолетно Драко без Гвиневры, он походил на живой труп. Бледный, практически зеленый, истощенный, впалые щеки и бешеные глаза, которые все выискивали её в толпе. Этот образ Драко никак не выходил у него из головы, особенно когда он видел его рядом с Гвин. Будто два разных человека. Впрочем, пока Гвин не видела, он тоже становился другим. Серьезным, холодным, даже скорее отчужденным. Он прямо-таки оживал когда рядом оказывалась Гвиневра. Часы незаметно пробили десять, и Невилл поднялся из-за стола. — Думаю, уже поздно. И Эдварду стоит возвращаться. Все же у него завтра первые занятия.       -Тоже верно. — Девушка слегка зевнула, а после притянула к себе Эдварда, что только встал с пола, и поцеловала в лоб. — Спокойной ночи, Эдвард. — Мальчик слегка приподнялся на носочки и поцеловал её в щеку.       -Спокойной ночи, мама.       -Спокойной ночи, Невилл. — Девушка улыбнулась ему, и мужчина кивнул ей в ответ выходя из комнаты. — Астрея, Даймон, пора ложиться спать. Давайте, прибирайте игрушки. Ох, Сюзи, прибери, пожалуйста, на столе. — Послышалось из закрывающейся двери, и Невилл слегка усмехнулся. Да… Она нисколько не изменилась. Ведь не просто так он полюбил её…       -Сэр… — Эдвард смотрел на него несколько заинтересованно, будто пытался что-то понять.       -Что такое, Эдвард? — Невилл пошел вперед, и мальчик поспешил за ним.       -Вы любите мою маму? — Невилл даже замер от такого высказывания. — У папы такой же взгляд, когда он смотрит на мамочку. — Невилл почувствовал себя не в своей тарелке и слегка почесал щеку.       -Стоило догадаться, что дети меня рассекретят. Да, ты прав. Люблю. — Невилл тяжело вздохнул. — Но я проиграл до начала битвы, так что мне осталось только наблюдать за её счастьем.       -Не понимаю. — Мальчик слегка нахмурился. — Как это, до начала битвы?       -Ты же слышал? Она с самого начала любила твоего папу. — Невилл поднял глаза, посмотрев в окно над главным входом в Хогвартс. — А я просто хочу, чтобы она была счастлива.       -Из-за этого вы решили хранить эту любовь? Мама говорила, что если мне кто-то нравиться, но она уже занята, то мне нужно просто поискать кого-то другого!       -А не слишком ли рано тебе думать о таком?       -Я не такой уж и маленький! — Эдвард гордо задрал подбородок, но все же с интересом посмотрел на своего профессора.       -Возможно ты и прав. Но так тяжело отпустить то, что тебе так дорого. — Невилл слегка усмехнулся своим мыслям.

***

Спустя 7 лет

***

      Платформа девять и три четверти…. Серил наблюдал, как она удаляется в окне поезда. Рядом с ним сидела старшая сестра и двое братьев. Но его взгляд притягивала удаляющаяся фигура отца, около которого замер мужчина очень похожий внешне на маму. Астрея недовольно посматривала на братьев. Она не находила с ними тем для общений, так что встала со своего места и поспешила выйти.       -Куда это ты собралась, юная леди? — Эдвард оторвал взгляд от своей книги, чтобы взглянуть на неё.       -Я всего лишь прогуляюсь до своих подруг!       -Конечно, конечно. Так мы тебе и поверили. — Её старший брат близнец многозначительно хмыкнул, скрещиваю руки на груди.       -Я помню, что в прошлый раз ты так ушла к Гриффиндорцам и доставила достаточно много проблем старостам. Так что давай без этого. Я тоже хочу пойти к друзьям, но как видишь. Я сижу тут и слежу за вами.       -Я этого не просила! — Девочка недовольно нахмурилась и плюхнулась на сидение около Серила. — Вот и шел бы к своей Марте. А то сидишь тут и куксишься. И себе, и нам портишь настроение.       -Отец просил присмотреть за вами. Как и мама.       -Ну почему ты такой послушный! — Девочка недовольно пыхтела, кривя губы.       -Встречный вопрос, почему ты такая непослушная? Практически вся школа помнит твою церемонию распределения и смеются за спиной!       -А что такого? Я всего лишь сказала, что хочу быть на Гриффиндоре.       -Твоя шутка зашла слишком далеко. Мама долго плакала тогда из-за того, что ты не хочешь идти на Слизерин, хоть тебя туда и направили.       -Но я ведь объяснила маме, что я хотела подшутить над гриффиндорцами, устроив им кавардак!       -В любом случае. Ты не умеешь себя контролировать. Так что, сиди тут.       -Не хочу!!!       -Меня не волнует. Папа поручил мне контролировать тебя.       -Будто Даймон ничего не делает!       -А что сразу я? Сестрица, ты такая глупая. Родители прекрасно знают, что я самый спокойный ребенок в нашей семье. В отличии от тебя.       -И ты туда же?! Серил, ну ты-то на моей стороне?       -М? — Мальчик оторвал взгляд от окна, хоть платформа уже давно скрылась из виду, но раздраженно-холодный взгляд отца все ещё стоял перед глазами.       -А он даже не слушает меня! Я с вами не разговариваю! Я вас не люблю! — Она обиженно скрестила руки на груди и отвернулась в уголок дивана.       -Ты чего, Серил? — Эдвард тяжело вздохнул и закрыл книгу.       -Я… Просто меня заинтересовал тот мужчина. — Мальчик поднял на старшего брата глаза.       -Младший брат-близнец нашей мамы. — Эдвард скучающе пожал плечами и потрепал по волосам младшего брата. — Не переживай, он просто иногда появляется и пытается связаться с нашей мамой.       -Он все никак не уймется? — Серил оттолкнул руку брата и поспешил поправить свои волосы.       -Верно. Дети этого человека достаточно надоедливы.       -Это точно. Я пока сидел в прошлом году в библиотеке Лили вновь прибежала ко мне, требуя к себе внимания. Это так раздражает. Вроде уже не маленькая….       -Как и Джеймс. — Кивнул Эдвард. — Они частенько к нам пытаются прийти, чтобы вызнать что-то для своего отца. Но манер у них совершенно никаких. Но ты не переживай, просто игнорируй их.       -А почему мама не хочет общаться с тем человеком? Он как-то обидел маму?! — Мальчик обернулся на окно, будто Джеймс Поттер стоял там.       -Я мало что знаю, мама и отец не хотят это обсуждать. Но просто знай. Если один из них будет к тебе приставать, просто игнорируй. Если вздумают применять силу — защищайся, а потом атакуй. Уверен, мама поймет, если ты им навредишь.       -Меня не было в школе всего пару лет, а вы уже успели с ними поругаться? — Серил со временем стал достаточно самостоятельным, так что Гвинни перестала таскать его за собой в школу, позволяя жить в поместье практически в одиночку. Конечно, если не учитывать стайку домовиков, что приглядывали за детьми Малфоев.       -Даже мне не хватает терпения на них, — Эдвард закатил глаза, открывая свою книгу вновь. — Что уж говорить об Астрее.       -А что я? Если Джеймс вновь ко мне подойдет, простыми слизнями он не отделается!       -Вот именно об этом я и говорю.       -В любом случае! — Девочка повернулась на младшего брата. — Ты уже выбрал на какой факультет пойдешь?       -Астрея… Нет.       -Да что? Я ещё ничего не сделала!       -На Слизерин скорее всего. — Серил отвернулся к окну, рассматривая мелькающие деревья. — Там спокойнее, да и мама так не будет переживать.       -Ну, нет! Тебе надо попасть на Гриффиндор! И поставить этих Поттеров на место!       -Астрея! — Эдвард с шумом захлопнул книгу. — Ты хочешь вновь расстроить маму?       -Я просто хочу, чтобы все эти олухи поняли, что Малфои были везде! А то опять пойду предрассудки, как о нашем отце! У меня благородные цели.       -Так я тебе и поверил. По прибытию расскажу все маме. С тобой уже давно пора провести поучительную беседу, чтобы ты повзрослела наконец.       -Вот значит как?! — Астрея подскочила со своего места и пулей выбежала из купе, проносясь мимо пуффендуйцев, что шли к их купе.       -Она опять? — Та самая Марта, с которой у Эдварда были достаточно близкие отношения, подошла ближе и присела к нему. Так что Даймон тихонько встал со своего места, тяжело вздохнул и поспешил удалиться за сестрой.       -Как и всегда. — Эдвард положил книгу на стол и устало откинулся на спинку, потирая переносицу. Серил, поняв, что старший брат перестал за ним следить, поспешил улизнуть следом, оставляя Эда с друзьями.       Старший брат не был похож на них и это было немного необычно для них. Впрочем, Серил, как и его старшие брат с сестрой, любили Эда, как родного. Конечно, папа рассказывал, что Эдвард их крестник. Но для них он был самым настоящим старшим братом. Конечно, иногда его забота переходила все границы. Он будто забывал, что пока они были на учебе, Серил оставался один в большом поместье. И мог делать все что хотел. Конечно, в большинстве случая он сидел в библиотеке, ну, или в лаборатории. Но так или иначе, его принимали за маленького ребенка, который ничего не умел. Мальчик задумчиво расправлял складки на ковре в коридоре, когда услышал впереди себя нарастающий шум, так что он поднял голову. Пройдя немного вперед он достиг своей «цели». Там были Даймон и Астрея, а вот перед ними стояли с гордо задранными носами черноволосый парень и рыжая девочка. Старшая сестра недовольно морщила нос, отмахиваясь от них. А вот Даймон стоял позади неё, скорее как поддержка.       -Сестра, что случилось? — Мальчик поспешил подойти к ним.       -Да так…. — Девочка слегка нахмурилась. — Какой-то мусор опять пытается с нами поговорить. Если ты ещё выше поднимешь нос, ты выше не станешь. Хмф. — Астрея щелкнула по носу рыжую девочку.       -Ах ты стерва!       -Лили!       -Она первая начала!       -Отец сказал поговорить с ними.       -Мама говорила, что с ними нет никакого смысла разговаривать! Все в свою взбалмошную мамашку! — Она обернулась на старшего брата, которому пришлось срочно отбивать три заклинания разом. — Видел! А я говорила!       -Тебе бы лучше уйти по хорошему. — Серил вышел перед сестрой, смотря в глаза этой «малявке», что была с него ростом, хоть и на пару лет старше. — Уверен, мой питомец очень голоден. Он любит есть всяких кричащий рыжих девиц.       -Ч-что?! Ты мне угрожаешь! Я ВСЕ МАМЕ РАССКАЖУ! — Девочка попятилась и поспешила убежать.       -Простите, но отец…       -Уходи. — Даймон лишь коротко глянул на него, и, приобняв сестру за плечо, пошел в другую сторону. Джеймсу ничего не оставалось, кроме как пойти за сестрой. — С каких пор Клубничка ест людей? — Он посмотрел на младшего брата, и тот смущенно улыбнулся. Давайте поясню, Клубничка — это милая шиншилла, которую так хотел себе в маленького напарника Серил. — Ну, если что, можно будет попросить Трэфа прикрыть. Эй, Астрея, ты в порядке?       -Вполне. — Она скрестила руки на груди и слегка постукивала пальцами по локтю другой руки.       -Что-то не похоже.       -Я раздражена. Я зла. Почему? Что я делаю не так? Серил у нас достаточно умный и взрослый. Попадись он на Гриффиндорский факультет, навел бы суету. Им оно полезно.       -А то им не хватает Поттеров. — Хмыкнул Даймон, поглаживая её по плечу. — Хэй, ну чего ты. Ты же знаешь, как Эд переживает за маму.       -А то я не переживаю! — Она раздраженно смахнула его руку со своего плеча, отворачиваясь к стене.       -Ты тоже. Но сестренка. Он чувствует её эмоции на другом уровне. Ты же не пытаешься облегчить маме жизнь, а только усложняешь.       -Просто меня никто не понимает.       -Ас… — Он тыкнул пальцем в её плечо.       -Что? — Девочка была все ещё обиженна, так что отвернулась к окну.       -Ты же знаешь, у тебя есть я.       -Ну-ну. Я видела. Ты и в тот раз не пошел со мной! Мы же планировали пойти вместе на Гриффиндор!       -Боже, ты все ещё помнишь это! Мы были детьми, Астрея! Хватит вспоминать столь давнее прошлое!.       -Но ты не пошел за мной и на Слизерин!       -Конечно, меня-то отправили к Когтевранцам. Я не готов спорить с этой странной шляпой. Досаждать маме не в моих правилах.       -Вот и я о чем! Ты бросил меня! А сейчас говоришь положиться на тебя? Хмф! — Девочка раздраженно мотнула волосами и поспешила скрыться в коридоре. Братья не могли предположить куда она идет, ведь они были в первом вагоне, и дальше был разве что вагон-управленец. Серил перевел взгляд с коридора на Даймона, едва уловив, как старший брат побежал вслед за сестрой.       Они были слишком сложными для него. Астрея вечно пыталась что-то сделать, не представляя для чего оно ей. А Даймон слишком молчалив и никогда не поймешь, что же он думает на самом деле. А он… А Серил просто похож внешне на Драко, что так часто подчеркивала Гвинни. Сам Драко любил всех своих детей, хоть и не всегда находил время для них из-за работы. Но каждый июль они проводили в отпуске всей семьей. Это был единственный месяц в году, когда они были ВСЁ время вместе, так чтобы надоесть друг другу. Устраивали походы, поездки в другие города, страны. Что они только не делали. В остальные одиннадцать месяцев… Им очень везло, если они могли хотя бы столкнуться за завтраком, ведь Глава рода Малфой уходил ранним утром, а возвращался поздней ночью, когда дети уже спали. Серил был рад, что за ним не ходят по пятам. Все же, когда ты свободен выбирать что ты будешь делать в огромном поместье — на что приходится жаловаться? Не понимаешь о чем в книге? Всегда можно пойти в галерею портретов и попросить разъяснить родственников, как и послушать занимательные истории их жизни. Остальные Малфои…. Не особо любили туда заходить. Гвиневра бывала там, но все равно чувствовала себя не комфортно, все же, они были очень похожи на её отца, которого она ненавидела всей душою. Конечно, в их поместье ещё в любой момент могла наведаться бабушка Нарцисса, которая очень любила обнимать и баловать своих внуков, но все же… Хотелось заняться чем-то более полезным.       -И-извини… — Послышалось из-за спины, и Серил резко обернулся, слегка откидывая руку, что хотела тронуть его за плечо. Девочка ойкнул, отскакивая. Это была черноволосая зеленоглазая красавица, что так напомнила Серилу его собственную мать, только в более маленьком размере. — П-прости, за моих старших… Особенно за Лили. Она не умеет контролировать себя.       -Что?       -М-меня з-зовут Гвиневра П-поттер. — Девочка заикалась, смущенно ерзая на месте. Глаза Серила расширились ещё сильнее. Что? — Джеймс и Лили просто пытались выполнить поручение отца, так что были излишни эмоциональны. — Она резко вдохнула и на одном дыхание сказала эту фразу, так что Серил вздрогнул ещё раз. А девочка продолжала. — Они не хотят чтобы папа вновь ругался из-за их бездействия, поэтому… Они столь надоедливы… — Она заговорила тише, будто сомневалась в своих собственных словах. И вдруг она спохватилась. — Ой, прости, я наверное помешала. Прости. Я не для того с тобой заговорила, чтобы рассказать о нашей ситуации. Понятное дело, вы злитесь на нашу семью. Прости, я пойду. — Девочка поклонилась в пояс и смущенно убежала. Серил все ещё стоял посреди коридора и пытался понять, что это было, когда сзади послышалось недовольное бурчание Даймона.       -И вот куда ты полезла. Ты видела как он ругался? А если он маме обо все расскажет?! Я не хочу быть как ты!       -АГА! Признался! Ни черта ты не на моей стороне! Я так и знала! А ну-ка иди сюда предатель! — Девочка шедшая слегка впереди, резко обернулась и прыгнула на него, начиная растрепывать его прическу.       -Ах ты, негодница! Это война! — Он начал усиленно щекотать её, пока девочка сама не спрыгнула с него, безудержно хохоча.       -Война войной, а обед по расписанию. — Из купе выглянул Эдвард. — Вы так и будете шататься по поезду или все же поедите?       -Уже столько времени прошло? — Астрея обернулась на него, отвлекаясь от Даймона, который этим воспользовался и, подняв за талию, потащил в купе. — Эй!       -Да-да, самое время поесть. Эй, Серил, ты идешь? — Парень замер на входе в купе, пока его близняшка пыталась вырваться из объятий.       -М… Да, иду. — Мальчик все ещё был в некотором недоумении от этой встречи.       Эдвард разложил на столе любимые сладости Астреи, так что девочка очень быстро подобрела и даже чмокнула старшего брата в щеку, в знак примирения. Оставшийся путь до Хогвартса они провели все в том же купе, уже не спеша куда-то уйти. Эд общался с Мартой и ещё одним пуффендуйцем, Астрея читала свои любимые романы, а Даймон с Серилом играли в шахматы. На платформе они распрощались, Серил должен был пройти «посвящение» первокурсников. Астрея согласилась, что даже если младший брат не пойдет на Гриффиндор, она не перестанет его любить. Хоть и будет сильно расстроена. Даймон приобнял её за плечи, уводя к каретам запряженным фестралами, слегка посмеиваясь, на что девочка отреагировала достаточно быстро, оттолкнув мальчика. Она пробежала несколько карет, пока не заметила своих подруг, что махали ей рукой. Серил невольно улыбнулся. Какой бы она не была, она все равно их милая и любимая сестра. Просто со своими тараканами. Хагрид возглавлял процессию первокурсников, среди которых младший Малфой смог разглядеть и ту девочку Поттеров.       «Скорее всего и она пойдет на Гриффиндор. Это же Поттеры». — Думал Серил, когда их рассаживали в лодки. Мама ему уже рассказывала про эту чушь с посвящения первокурсников, где их проводили через лес, в который вообще-то ходить нельзя, про озеро, на котором их могут убить, но почему-то катают на лодках. Да…. Многое уже можно было поправить, но Директриса МакГонагалл хотела оставить все как прежде, будто ничего не менялось. Хоть и многое нужно было менять, ведь то, как организовал школу Дамблдор — не оправдало ожиданий общественности. Впрочем, теперь в школе всегда была их мама, так что малейший намек на опасность и она их могла отправить в поместье. Впрочем, как и они сами. Ведь… У них были такие, ну, небольшие привилегии. У них были свои домовые эльфы. Один эльф всегда был приставлен к ним, проверял чем кормят хозяина, проверял качество постиранной одежды, как молодой господин/госпожа убирают свои вещи, делают уроки. И обо всем докладывали Гвиневре, если вдруг что-то становилось не так. Что в какой-то степени выработало в детях Гвинни собранность и четкую планировку своего времени. Не хотелось выслушивать нотации матери про их безрассудность и все остальное. Впрочем, Астрея все равно находила лазейки и устраивала шоу с гриффиндорцами в главных ролях.       По прибытию в Большой Зал мальчик первым делом заметил свою маму. Она сидела около директорского стула и улыбалась, будто уже нашла его. Мальчик неловко улыбнулся, осматривая зал. Его братьев и сестру можно было заметить практически сразу. Эдвард был единственный с ярко-голубыми волосами, которые он не стал менять с самого детства, а близнецы Даймон и Астрея, хоть и сидели на разных факультетах, но оставались спиной к спине. Перекидываясь шуточками через плечо. Серил перевел взгляд обратно на свою маму, взгляд который изменился. Он был скорее… шокированным? Она рассматривала смущенную младшую Поттер, которая смотрела в пол, переминаясь с ноги на ногу. Профессор Норн начала церемонию, по очередно вызывая ребят к шляпе. Но то, как нервничала эта девочка, начинало раздражать Серила. Будто у неё шило в одном месте! Даже Астрея не начинала его так раздражать, как эта девчонка! Поэтому когда его все же вызвали к Шляпе, для него это стало благословением, иначе он бы не выдержал и прикрикнул бы на эту особу.       -Ещё один Малфой…. — Пробормотала Шляпа, очутившись у него на голове. — И ещё один с какой-то кашей в головой. А то мне одной не хватало. Что же вы такие сложные для обычных детей, что за монстров она растит…. — Серил был несколько удивленным такой речью «волшебной при волшебной шляпы», которую так почитали в школе. — Ай ладно, пусть сама с вами разбирается. Иди к ней и там сиди. Слизерин!       Серилу почему-то показалось, что Шляпа пыталась кого-то отчитать, но в любом случае, на зеленом факультете ему было спокойнее. И за сестрой можно будет присмотреть, раз в следующем году выпускается старший брат, и заниматься различными экспериментами в лаборатории. В других случаях это было бы сложнее устроить. А так…. Остается только убедить маму, что это не опасно для его жизни. Что крайне сомнительная информация, но маме это знать, как бы, не нужно. Он же будет живым в итоге, а остальное переживет. Мальчик даже хмыкнул своим мыслям, пока шел до своей сестры. Да…. Он выглядел величественно. Учитывая, что он был достаточно высоким для своего возраста. Идеальная осанка, гордо поднятый нос. Чистокровный аристократ. Парень сел около точно такой же сестры, легонько кивнув остальным слизеринцам. Сами слизеринцами приветственно хлопали, как аристократы. Не слишком шумно, а элегантно~       Астрея была несколько иной наедине с семьей. Она могла быть взбалмашенной, могла кричать, топать ногами, ругаться, истерить. Но… Как только они оказывались на людях, она начинала походить на красивую статую. Девочка повторяла за их матерью очень многое. Мелкие жесты, передвижения рук, даже угол подбородка. Что так часто мог подметить Даймон, который проводил с ней практически все время. Это и радовало, и пугало всю семью. Но Гвиневра утверждала, что в её возрасте была такой же. Со своими была крайне расслабленной, а на людях становилась гордой стервой. Конечно, Астрея была смущена, что её спалили на подражании, однако, когда её никто за это не отругал — решила продолжить. Конечно, Эдварду это нравилось, на людях не приходилось краснеть из-за её выходок, да и скрываться она умела…. Обычно. Когда мальчик оторвался от своих мыслей и посмотрел на распределяющую Шляпу, вызвали её….       -Поттер, Гвиневра! — Серил перевел взгляд на свою маму, чтобы заметить, как она раздраженно сжала зубы. Некоторые ученики тоже перевели на неё свой взгляд чтобы заметить их полное сходство, будто две капли воды. Ту ещё играло роль то, что из-за крови феникса, Гвиневра не старела. Она выглядела все так же на свои восемнадцать, как в день её выпуска.       Младший Малфой мог наблюдать, как маленькая девочка на негнущихся ногах подошла к Шляпе, как ей на голову надели её, так что скрылись глаза девочки. Она нервно перебирала пальцами, пока Шляпа обдумывала своё решение. Между ребятами уже пошли шепотки, кто-то оборачивался на Гриффиндорский стол и выискивал взглядом Джеймса и Лили. А девочка все сидела на стуле и ждала вердикта Шляпы. Спустя долгие пять минут, Шляпа его все же огласила, только вот девочка испуганно вздрогнула от этого:       -Слизерин!       В зале наступила полна тишина. Слизеринцы не знали как им реагировать на подобное. Некоторые смотрели на своего декана, которая медленно попивала чай. Маленькая Поттер прошла к Слизеринскому столу и села практически на самом краю, где как и всегда никого не было. Тишину прервала профессор Норн, которая прокашлялась и продолжила вызывать первокурсников к Шляпе. Астрея что-то вполголоса недовольно рассказывала подругам, а Серил не понимал. Как так вышло, что её отправили сюда? Хитрости и амбициозности, по которым обычно отправляют на Слизерин — он не заметил. Судя по её смущению и заиканиям, ей бы подошел Пуффендуй. Так какого черта? Он ещё раз посмотрел на свою маму, будто предчувствовал, что она в этом хоть как-то замешана. Её глазами были темнее обычного, будто она была рассержена, но в то же время лицо оставалось спокойным. Зачем его маме делать что-то для девчонки Поттеров? Пусть они и похожи внешне, и имена одинаковые. Но это же никак их не связывает…. Так почему?       Остаток вечера от Гвиневры Поттер не было слышно и звука. Она не пыталась с кем-либо заговорить, как впрочем и слизеринцы, которые не знали как реагировать на что-то подобное. Серил искоса поглядывал то на неё, то на маму, но так и не заметил ничего странного. Под конец, старосты-семикурсники собрали всех своих подопечных и пошли в сторону своей гостиной. Астрея быстро чмокнула Даймона в щеку и пожелала доброй ночи, Серил лишь улыбнулся старшему брату. Мальчик снисходительно улыбнулся сестре, потрепав её и брата по волосам. Эдвард коротко улыбнулся им и кивнул, когда заметил их взгляды. Конечно, нахождение на разных факультетах было несколько неудобным. Но в то же время, очень даже удобным. Эдвард не мог так все время следить за ними. Чем часто пользовалась Астрея. Маленькая Гвиневра Поттер пошла в конце всей процессии, несколько старшекурсниц подошли и предложили ей пойти с ними, а то время как Декан Слизерина вышла из Зала, идя так же к гостиной. Правда, ей предстояло ещё заглянуть в свой кабинет за расписанием для своих подопечных.       Гвиневра Поттер жалась к двери, когда остальные ребята расходились по гостиной Слизерина, с интересом рассматривая её. Ещё несколько ребят стояли чуть поодаль от остальных «типичных слизеринцев», которые попали туда из-за своих родных. Маглорожденные. Таких Серил мог отличить лишь по взгляду. Они рассматривали с интересом гостиную, но сторонились остальных ребят, будто те ядом брызгались. Конечно…. В поезде опять наслушались от гриффиндорцев, что Слизерин ужасный факультет. Алознаменные часто делали так, распространяя ложные слухи. А теперь ещё и разбираться с этим надо будет…       -Агх, как же надоели эти петухи! — Келли Эйвари раздраженно плюхнулась в кресло. — Каждый раз так и пытаются задрать нос да повыше!       -Ой и не говори! — Сезер Забини прислонился к её креслу. — Будто они не понимают, что от этого аристократами они не станут.       -Будто у них для этого есть мозги. — Мэри Флинт стояла слегка поодаль и пересчитывала ребят. — Слава богу, хотя бы в этот раз все на месте.       -Да ладно тебе, Мэри! — Джек Гойл развалился около неё. — Подумаешь, пошли намылить шею парочке гриффиндорцев.       -Ну-ну. Не тебе же потом объясняться с профессорами. Лентяй!       -Трудоголик. Мэри, мы же это уже проходили! — Девушка насупилась и обиженно отвернулась. Гостиная зашлась смехом, именно в тот момент туда зашла Гвиневра Малфой.       -С возвращением и добро пожаловать, мои малыши. — Девушка ласково им улыбнулась.       -Ну, Гвинни…. Мы уже давно не дети! — Джек высунулся из-за спины Мэри, обнимая её за талию.       -Для меня вы на всегда останетесь детьми. — Девушка слегка покачала головой. — Добро пожаловать в нашу семья, первокурсники. Среди вас много маглорожденных, не переживайте. Большинство того, что вы услышали во время вашей поездки, лишь слухи. Теперь вы — часть нашей семьи. Слизерин это не группы по интересам, не кучки друзей или сфер влияний. Это самая что ни на есть семья. И если я замечу в вас хоть намек на предательство нашего факультета, вы вылетите из школы, быстрее, чем вспомнить хоть одно заклинание. Самое важное для вас, первокурсники: Семья превыше всего. Если ты видишь слизеринца в беде — нужно помочь ему, уже потом будете разбираться, кто прав, а кто виноват. Я надеюсь, что остальные мои ребята помогут освоиться в мире магии тем, кто не был с ним знаком изначально. — Гвиневра внимательно осмотрела гостиную, задерживаясь взглядом на группке маглорожденных слизеринцев. — Пятикурсников и семикурсников в этом году ждет важный экзамен, поэтому начинайте готовится заранее. Я, конечно, вас сильно люблю, но спуску на зельях не дам! — Гостиная зашлась смехом, некоторые старшекурсники смущенно потупили взгляды в пол. — Так же давайте постараемся и в этом году на квиддичном поле и с баллами. Я не хочу отдавать другим профессорам и в этом году кубки! — Она весело улыбнулась. — У многих из нашей команды это последний год в школе, так что повеселитесь от всей души и помните! Я сделаю все что в моих силах, чтобы вы были лучшими. Набор в команду будет в эти выходные, я буду лично следить за тем, как наш капитан, да-да, Джек, ты ещё не выпустился, так что поработай ещё немного, будет отбирать нам следующий состав команды. Я уверена, вы добьетесь многого в своей жизни, поэтому просто будьте собой и помните. Мир всегда будет вас осуждать, не зависимо от того, что и для кого вы сделаете. — Она была несколько грустной, и многие старшекурсники даже несколько напряглись от этого. — Ну, и на последок. Ваши расписание. Мэри, Сезер, не забудьте, нужно сопроводить первокурсников до их кабинетов, а после показать школу. Серил подойди ко мне. — Она поманила его пальцем, а после повернулась к Гвиневре Поттер. — И ты, милая. — Девочка вздрогнула и на негнущихся ногах подошла к ней. — Теперь, Серил, у тебя есть младшая сестра. Позаботься о ней.       -Ч-что?       -Чего? Мам, ты о чем?       -Я её не отдам Поттерам. –Гвиневра присела на корточки около них, и ласково провела рукой по волосам девочки, которая вся сжалась от страха. — Ты должно быть напугана, малышка. Больше она тебя не тронет, я тебе обещаю. Давай сходим в больничное крыло? Там они помогут обработать твои раны.       -О-отк-куда в. вы з-знаете? — Девочка слегка приоткрыла один глаз, смотря на неё.       -Просто я могу видеть чужие воспоминания. — Гвиневра нежно ей улыбнулась, притрагиваясь к щеке. — Прости…. Мне стоило забрать тебя от этой бешенной женщины раньше. Прости меня, малышка. — Она прижала её к себе, поднимая на руки. — Завтра все объясню, сынок. Доброй ночи, ребята. И помните про комендантский час.       Маленькая Поттер испугано схватилась за её плечи, пряча глаза в её волосах. Гвиневра успокаивающе гладила её по спине, пока шла до мисс Хьюберт. Мадам Помфри ушла на пенсию, пару лет назад и к ней на смену пришла мисс Хьюберт. Эта была достаточно активная молодая девушка, которая жила раньше в Болгарии, но в какой-то момент решила, что хочет быть врачом именно в Хогвартсе. Малфой не могла этого понять, но все же, лечила она исправно, и ребята ей доверяли. Хезер недовольно причитала, обрабатывая синяки и порезы на руках и ногах девочки, которая пыталась их скрыть за колготками и длинными рукавами рубашки. Маленькая Поттер сидела съежившись, будто боялась чего. А вот Гвиневра писала письмо, очень раздраженная, малышка не могла понять что думает о ней её тётя, но казалось, что о ней… заботятся? Это вызывало шок, хоть и было приятно. Когда к профессору Малфой подлетел ворон, она слегка вздрогнула.       -Доставь этому идиоту письмо, Пикэ. Но будь сдержанным, я не хочу опять нарваться на неприятности из-за него. — Птиц достаточно громко каркнул, смотря ей в глаза. — Нет, я серьезно. Не нападай на него. Просто отдай письмо и возвращайся. — Ворон отвернулся и ещё раз каркнул. — Пикэ…. Просто сделай, как я тебе говорю. — Он кивнул и выпорхнул в окно. Женщина смотрела ему в след и маленькой Поттер показалось, что у неё был не рассерженный, а какой-то грустный взгляд.       -Вот так. — Хезер отошла от неё, закончив перебинтовывать её раны. — Я все равно не понимаю, как можно было так поранить ребенка! Это просто ужас какой-то!       -У меня тот же вопрос к её матери…. Как можно настолько не любить своё чадо и измываться над ним? — Гвиневра подошла ближе и погладила её по волосам. — Хэй, ты пойдешь к себе в комнату или поспишь тут, милая?       -П-пойду к себе в к-комнату… — Она несколько испуганно вжимала голову к плечи.       -Хорошо. — Девушка легко подняла её на руки. — Спасибо, Хезер. — Медсестра одобрительно кивнула и пошла писать отчет. А Гвиневра с малышкой на руках пошла в сторону гостиной Слизерина. — Скажи, тебе нравится твоё имя?       -А… а вам н-не нравится, что м-меня зовут как в-вас, тетя? — Девочка съежилась ещё сильнее.       -Вовсе нет. Хоть будет и непривычно. Вдруг тебе оно само не нравится, поэтому и спросила. Ведь мой брат был слишком помешан на себе, чтобы задуматься о комфорте своей дочери…       -Е-если честно… За все э-это время меня ещё н-ни разу не звали по и-имени, кроме вот, на р-распределении. — Девочка начала перебирать пальцы, стараясь не смотреть ей в глаза. — П-поэтому я к н-нему не особо п-привязана. О-отец называл меня так, н-но будто звал тебя, т-тетушка.       -Вот оно как… -Гвиневра покачала головой, а после легонько поцеловала её в лоб. — Если захочешь, можешь поменять имя. Теперь, ты под моей опекой и они не посмеют тебе этого запретить.       -П-правда? — Девочка подняла на неё глаза.       -Угу. А ещё нужно будет проследить, чтобы ты хорошо питалась. Ты слишком мала для своего возраста. Когги. — Гвиневра остановилась у гостиной, и перед ней появилась домовичка в мини-версии платья горничной, с чепчиком и вышитой эмблемой Гвиневры. — Поручаю тебе заботу о … Так как ты хочешь, чтобы тебя звали, моя малышка?       -М… Я м-мало знаю имен, поэтому… Тетушка, можете мне подобрать имя? — Девочка очень осторожно подняла глаза, будто боялась.       -Хорошо, хорошо. — Гвиневра подняла её немного вверх, а после поставила рядом с Когги, которая присела в реверансе и улыбнулась своей подопечной. — Камилла. Тебе нравится?       -Д-да! Звучит очень мило! — Девочка смущенно опустила глаза в пол, переминаясь с ноги на ногу. А после все же подошла и обняла Гвиневру за талию, с трудом дотягивая до неё. — С-спасибо, тетушка!       -Я сделаю все возможное, моя милая Камилла. Когги, позаботься о ней. — Домовичка почтительно кивнула и скрылась. — Она всегда будет поблизости, и если тебе что-то понадобиться просто прошепчи её имя. Не стесняйся что либо просить, договорились? — Девочка несколько раз кивнула. — Теперь ты Камилла Малфой, и никто не смеет тебя обижать, запомнила? Если будут — говори, что твоя тетя этого никому не простит и они получат своё.       -Я поняла, тетушка. — Камилла была смущенной, но счастливой. Гвиневра ещё раз поцеловала её в лоб и отправила в гостиную.       На следующее утро, ещё до завтрака в Хогвартс прибыли Джеймс и Джинни Поттеры. Гвиневра встретила их на входе и проводила в свой кабинет. Мужчина был несколько нервным, в то время как рыжеволосая женщина была раздраженной и смотрела на черноволосую свояченицу свысока. По прибытию в кабинет, она села за свой стол, жестом приглашения усесться своих гостей, пока домовики разливали чай. Девушка сложила руки в замок и посмотрела на брата.       -И как это понимать?       -Ч-что? О чем ты? — Джеймс перебирал пальцы, не в силах сдержать улыбку. Сестра все же обратила на него своё внимание! Он добился своего!       -Я написала, чтобы ты приезжал один. Это раз. Почему твоя младшая дочь носит моё имя. Это два. И три, какого черта ты позволил своей жене издеваться над девочкой?       -ЧТО? Я НЕ ТЫ, ЧТОБЫ ИЗДЕВАТЬСЯ НАД СОБСТВЕННЫМИ ДЕТЬМИ! ДА ТЫ ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ, ЧТОБЫ ТАК ГОВОРИТЬ! — Джинни мгновенно взбеленилась, подскакивая со стула и хлопая по столу.       -Вот именно поэтому. — Гвиневра подняла указательный палец и рыжая мгновенно замолкла. — Я жду ответов на мои вопросы, Джеймс Поттер.       -Я имею полное право называть своего ребенка, как захочу. И тебя никак не касается, что происходит в моей семье. — Джеймс поднял на неё глаза, хоть и старался не смотреть в её глаза.       -О? Ещё как касается. Она моя точная копия. Так ты ещё и дал ей моё имя. А теперь она учится на моем факультете. И поверь мне. Она к тебе не вернется. Ни на мгновение.       -Что?! Ты не имеешь никакого права забирать у меня дочь!       -Правда? — Девушка попивала чай. — Наша медсестра уже написала отчет о том, какие ужасные побои она нашла у девочки, и уже отправила эти отчеты в опеку. Ты правда думаешь, что я, мать с четырьмя детьми, не смогу добиться опеки над ещё одним? Особенно когда являюсь её единственным адекватным родственником? Особенно когда моя подруга является Министром Магии, а мой муж её заместителем? — она подняла на него глаза. — Ты кажется, решил, что если я ничего не делаю с твоими не воспитанными отпрысками, которые надоедают мне и моим детям, то спущу тебе подобное?       -Д… ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ! ЭТО МОЙ РЕБЕНОК! ЧТО ХОЧУ, ТО И ДЕЛАЮ! ТЫ НЕ ИМЕЕЕШЬ НИКАКОГО ПРАВА ВМЕШИВАТЬСЯ В ДЕЛА МОЕЙ СЕМЬИ!       -Ровно так же как ты не имеешь права подсылать ко мне своих отпрысков, чтобы они надоедали мне или моей семье. — Она сделала большой глоток, ожидая ещё одной партии оскорблений или угроз. Но все же продолжила. — Ты ничуть не изменился за эти шестнадцать лет. А на что я вообще надеялась. Ты мало того, что забил на воспитание своих детей, отдавая на это права вот ей, сумасшедшей, которая ничего не умеет, кроме как кричать и кичиться тем, что она жена «героя». Ты прекрасно знаешь, как меня ненавидит твоя жена, а в итоге что? В итоге ты даешь ребенку с похожей на меня внешностью моё имя. Ты идиот. По-другому тебя не назовешь. Больше не пытайся связаться с ней. Ведь такого человека, как Гвиневра Поттер, больше не существует. — Она сделала ещё один глоток чая.       -Ты не имеешь права указывать мне, как и что делать! Ясно тебе?! Ты никто в этом мире! А я могу вершить правосудие!       -Угу, угу. Попытайся, глупый ребенок. — Девушка демонстративно зевнула. — Но больше ты её не увидишь. А если ещё раз твои дети начнут приставать к моим, они получат. Я устала сдерживать моих детей, ведь им осточертели твои. А Драко осточертел ты и твои действия.       -Ты не можешь запретить мне видеть собственного ребенка! — Джинни все же распутала заклинание Гвиневры.       -О, то есть, сейчас ты вспомнила, что это твой ребенок? А когда ты била её, когда калечила, тебе не приходила эта мысль в голову? — Гвиневра отставила чашку и подняла на неё взгляд. — Именно ты её родила, а после убила. Можешь гордиться, одну Гвиневру Поттер ты убила. — Профессор Малфой встала из-за своего стола. — А ты, «братец»? Ты так жаждал моего внимания? Поздравляю, ты его получил. Разве не ты хотел заполучить мою любовь? А после ты воссоздал моё детство на своём ребенке. Вот только в сто раз хуже. — Она нависла над ним, смотря прямо в глаза. Мужчина не мог выговорить и слова и сидел с открытом ртом, будто загипнотизированный. — В отличии от твоего ребенка, я не жаждала так сильно любви, как эта малышка. В отличии от неё, меня не били и у меня был Северус. А ты? Что ты сделал для предотвращения этой ситуации? Ничего? А после этого ты мне продолжаешь твердить, что хочешь быть ближе ко мне, ведь мы семья?       -Я-я этого н-не говорил. — Джеймс выговорил это еле-еле, стараясь отвести взгляд.       -Но вот твои мысли гораздо лучше выражают твои желания. Ты правда думаешь, что за шестнадцать лет я разучилась читать мысли? — Она наклонилась к его лицу. — Мне надоела эта игра. Чтобы я тебя больше не видела. Ты меня понял? Приблизишься ко мне — убью. Приблизишься к моим детям, в том числе и к малышке, что я взяла на попечение, — убью. Приблизишься к Драко — убью. Хотя поверь мне, он это сделает быстрее. И ему, как и мне, никто не сможет ничего сделать. — Она разогнулась, внимательно смотря на его макушку черных волос, а после перевела взгляд на Джинни. — Тебя это тоже касается, рыжая бестия. Увижу, что вы вновь подсылаете ко мне детей для разговора, я их отчислю. Попытаешься подговорить детей Фреда или Джорджа, — я отчислю твоих детей из этой школы. — Глаза Джинни расширились. Она попыталась открыть рот, но тот мгновенно захлопнулся. — То, что я провела взаперти более шестнадцати лет, не значит, что я растеряла связи со своими друзьями. И поверь мне. Даже не выходя из школы, я могу следить за вами. Все поняли? — Девушка сузила глаза, надавливая на их головы магией. Они молчали. — Молчанием вы ничего не добьетесь. В любом случае — вон. — Девушка отмахнулась от них.       -Когги. — Домовичка появилась перед ней спустя секунду, поправляя свой чепчик. — Как малышка?       -Юная госпожа плотно позавтракала. Юный господин Серил ходит с ней, а юная госпожа Астрея хоть и недовольна, но ничего не говорит.       -Впрочем… Это было ожидаемо. Эдвард и Даймон уже знают?       -Да. Хедд и Чивв уже рассказали. Юные господа ещё не приходили к юной госпоже Камилле.       -Как она отнеслась к моим подаркам?       -Она была смущена, но все же приняла, а после очень долго рассматривала новые платья.       -Поняла. Присматривай за ней. Будет неплохо, если сможешь узнать что ей нравиться, но так… Ненароком. Не хочу чтобы она чувствовала себя под давлением.       -Поняла. Сделаю все возможное, госпожа. — Домовичка присела в реверансе и исчезла.       Гвиневра же задумалась, что ей нужно будет провести разговор с детьми, да и Драко нужно рассказать, что теперь у них на ещё одного ребенка больше… А так же завершить все приготовления с документами. Слова не имеют значения без письменного подтверждения.       -Зарра. — Подле неё появилась ещё одна домовичка. — Предупреди Драко, что вечером я его навещу. Пусть освободит вечер от работы. Надеюсь, Рури внимательно следит за ним. А то он ещё забудет позавтракать со всей той работой…       -Сообщу немедля, госпожа. — Эльф растворилась в пространстве, а Гвиневра поспешила пройти в свой класс. Завтрак уже должен был скоро закончиться, а значит самое время идти на урок. Первый урок зельев у Гриффиндорских и Слизеринских первокурсников. МакГонагалл не изменяла своей привычке ставить гриффиндорцев и слизеринцев в пару на урок. Перед кабинетом уже разворачивалась сцена. Несколько гриффиндорцев подняли палочки над головами шокированных маглорожденных слизеринцев.       -Минус двадцать баллов с каждого. — Довольно громко произнесла Гвиневра и прошла мимо них, протягивая руки к слизеринцам и помогая им встать. Убежали с завтрака, когда увидели ребят, с которыми подружились в поезде, и попытались заговорить. Вот и результат. Позади послышались разговоры слизеринцев, за ними неспешно ползли гриффиндорцы. Серил вел под руку Камиллу, которая была настолько смущенна, что даже в темноте казалась красной. Квартет гриффиндорцев поспешил затеряться в толпе своих, когда пять маглорожденных слизеринцев смотрели на неё… как-то жалобно. — Зайдите в кабинет. Немедленно. — Две девочки и три мальчика поспешно нырнули в кабинет зельеварения, куда следом зашла Гвиневра. Серил остановился у двери с Камиллой, препятствуя подслушиванию. Серил не спешил с ней говорить, но так как всем известно, что он ребенок Гвиневры — его никто не трогал, поэтому он взял её под опеку, чтобы малышке не докучали. Впрочем, Астрея уже сделала ему замечание на эту тему, что он ведет себя глупо и неподобающе. Но он просто не представлял о чем можно поговорить с маленькой девочкой, которая и без того смущается.       -И как это понимать? — Гвиневра прошла к своей кафедре и села на стул. Дети опустили глаза в пол. — Я же предупреждала… К нашему факультету все относятся предвзято. Вы и сами слышали все в поезде, как они сквернословили о прекрасном Слизерине. Что уж говорить о гриффиндорцах, которые просто ненавидят нас. Ведь за последние годы, они так и не смогли забрать себе ни один из кубков. А вы? — Она посмотрела на них, рассматривая их души. — Я понимаю, вы ничего не знали про волшебный мир, пока не пробудились ваши силы. Но. Вы настолько глупы? — Дети вздрогнули, мальчишки насупились, а девочки слегка всхлипнули. — Слизерин не потерпит в своих рядах предателей. Да. Большинство ребят попадают к нам из-за наследственности, но это не делает из них плохих людей. Как и вас. То что вы оказались здесь — значит так нужно было. Слизерин это семья. И если так вышло, что к нам попали не только чистокровные волшебники — значит так нужно было. Не вы первые, не вы последние.       -М-мы… не хотели… — Пробормотала одна из девочек, вытирая слезы.       -Я понимаю. Вы не знали о школе, и поверили первым встречным. Но теперь, откиньте эти убеждения и узнайте истину Слизерина. А так же запомните этот урок. Садитесь. Скоро начнется занятие. — Девушка тяжело вздохнула и повернулась к двери. — Мистер Малфой, заходите и своих однокурсников прихватите! — Девушка встала со стула и прошла к полке с инвентарем. Необходимые сегодня ингредиенты и тесты лежали в соответствии с последовательностью уроков. Гриффиндорцы, что угрожали маглорожденным слизеринцам, жались к стеке и пытались скрыться за спинами своих однофакультетников.       -Доброе утро, профессор Малфой! — Слизеринцы ярко улыбались ей, рассаживаясь по местам в классе. Серил усадил Камиллу рядом с собой, а около него сели несколько его друзей.       -Доброе утро, студенты. — Девушка приветливо им улыбалась, выходя из-за своего стола. — Сегодня ваш первый урок зельеварения. Да и в целом первый урок. Должно быть — это волнительно. — Она продолжала улыбаться, рассматривая учеников. — Зелья это предмет в котором нельзя ошибиться. Неправильная граммовка, не тот ингредиент, неправильное использование ингредиента — и вы можете взлететь на воздух. Поэтому прошу вас быть внимательными на моих уроках. Многие считают, что зелья — совершенно не нужный предмет для мага. Но ровно до того момента как поранятся или заболеют. Зелья — ваши помощники. Зелье может как вылечить, так и навредить. Может принести удачу или любовь. Все будет зависеть исключительно от вас и ваших желаний. Но вы должны помнить. Зелья — лишь помощники, они не могут сделать что-то за вас, они могу лишь немного помочь. — Она взмахнула рукой и из шкафчика выплыли растения. — Сегодня на первом уроке, мы будем изучать с вами эти три растения. Их применение, способы обработки, а так же название зелий и их применение. На втором уроке мы с вами займемся некоторыми ингредиентами животного происхождения. И так, начнем. Это растение…       Гвиневра начала в привычной манере показывать растение во всей красе классу. Оно летало над партами, замирая перед учениками, крутилось, а потом отправлялось дальше. На доске кратко записывались главные моменты по растению. Слизеринцы увлеченно начали записывать, а вот гриффиндорцы это делали… Как-то лениво. Будто их принуждали. Гвиневра не обращала на них внимания. Это им потом тест писать по этой теме, а так же домашнее задание, а не ей. Впрочем, Серил тоже записывал немного лениво, ведь все это уже давно знал. Не зря же у них дома целая библиотека с разнообразными записями про зелья. А это основа основ. Камилла старалась записать все, что говорила профессор Малфой. Девочка даже ободрилась немного, что очень радовало Гвин.       Учебный день проходил по плану. Старшекурсники сменяли друг друга и переводили своих ребят от одного кабинета до другого. А вот последующим курсам на Зельях повезло меньше. Их встретили с тестом и варкой зелья. Все же, нужно было понять, помнят ли студенты хоть что-то с прошлого года? Впрочем, слизеринцы её не разочаровали, они были готовы ко всему, как тут подведешь своего декана? Ещё по шапке от родителей прилетит! После ужина дети семьи Малфой собрались в комнате Гвиневры. Пока дети ходили на занятия, и Эд, и Даймон успели увидеться с новообретенной сестрой. Девочка испуганно жалась к Серилу, чувствуя в нем какую-то защиту, что несколько напрягало мальчика. Правда, зашли они в комнату не в самый подходящий момент. Гвин сидела на коленях Драко и нежно целовала его в губы. Мужчина приобнимал её за талию, прикрыв глаза. Услышав скрип двери, он открыл их. Это была неловкая минута, когда Гвиневра наслаждалась своим счастьем, а вот Драко пытался придумать что-то…       -Любимая, — Драко слегка отстранился, замечая, как Эд уже собирался развернуться и уйти. — Там дети пришли. — Девушка подняла на него влюбленный глаза и задумчиво обернулась, а после вздрогнула и как-то неестественно выпрямилась.       -А вы чего пришли? — она неловко улыбнулась, поправляя волосы. Эд многозначно покачал головой, а после прошел в комнату и сел за стол. -А по твоему, не нужно было прийти и узнать причину, вот этого? — Он указал ладонью на Серила, за спиной которого пряталась Камилла. Астрея хмыкнула и прошла ближе к родителям и чмокнула Драко в щеку, а после села рядом с Эдом. Даймон лишь коротко кивнул и сел рядом с сестрой. Серил прошел вперед, закрывая за ними дверь, а Камилла лишь слегка выглядывала из-за его плеча. Драко шокировано заморгал, а после протер глаза.       -Дорогая, это как понимать? — Он посмотрел на её макушку. — Я будто на нас смотрю.       -А вот так вышло. — Гвин пожала плечами и встала с его колен. Она прошла вперед и предложила Камилле свою руку. Девочка очень несмело взялась за неё. — Теперь у нас ещё одна дочь, мой милый Драко. — Она обернулась на него и улыбнулась. Миссис Малфой повела малышку очень осторожно, неспешно к Драко, который смотрел на неё несколько заворожено, будто она фарфоровая кукла.       -Ну, привет, малышка. — Он легко ей улыбнулся. — Меня зовут Драко Малфой, и с этого дня стану твоим отцом. — Девочка осторожно подняла на него глаза. Мужчина встал со стула и подошел чуть ближе, аккуратно погладив по голове. — Она точно твоя копия, любовь моя.       -Я уже начинаю ревновать! — Гвиневра легко засмеялась и чмокнула его в щеку. — Теперь ты понимаешь, что я чувствовала к нашему малышу Серилу, когда он родился.       -Даже не начинай! — Мужчина засмеялся, вспоминая, как ревновал свою любимую к детям. — Как тебя зовут, милая? — Он осторожно взял её за ручки.       -К-камилла М-малфой. — Девочка смущенно опустила глаза в пол, и слегка подрагивала. — Приятно познакомиться, д-дядя. — мужчина ласково ей улыбнулся и погладил по волосам. Астрея недовольно насупилась и отвернулась к часам, что мгновенно заметил Драко.       -Астрея, солнышко, ты всегда останешься папиной малышкой. — Мужчина легко поднял Камиллу на руки и подошел к Астрее, так же нежно поглаживая её по волосам, а после чмокнул в макушку. Она слегка смутилась, но все равно не опустила рук. Он обиженно вздохнул, а после обернулся на жену, что гладила по голове уставшего Серила. — Я знаю только одного человека, у которого мог родиться ребенка с такой внешность, помимо тебя. Как так вышло? — Гвиневра отстранилась от сына и тот поспешил присоединиться за столом к старшими братьями и сестрой.       -Если Камилла будет не против. Что я расскажу подобное… — Девочка слегка вздрогнула на его руках, так что мужчина обратил на неё внимание. Её била мелкая дрожь, будто ей стало холодно.       -В-все в п-порядке. — Она обняла себя за плечи. У неё тряслись руки. Гвиневра протянула руки к ней, и приобняла, усаживаясь на кровать. Она стала очень нежно гладить по голове и слегка укачивать её. Девочка достаточно быстро уснула, все же был уже поздний вечер. Гвиневра продолжала её укачивать, когда завела свой рассказ:       -Она дочь этого урода и бестии. Кто же знал, что у них родится такая прекрасная малышка…. А он… Он ей дал моё имя, Драко. Понимаешь? — Она подняла на него глаза, казалось, она сейчас еле сдерживает себя. — Я когда вчера услышала это «Гвиневра Поттер», я будто окунулась в своё детство! А эта бестия…. Ты же знаешь, как она меня ненавидит. Так что я заглянула в её воспоминания. — Драко поспешил обнять свою маленькую Гвин, и начал гладить уже её по голове. Женщина подняла взгляд на своих детей, будто пыталась оправдаться, а они же наблюдали за родителями. — Она избивала её. Вы просто не видели какие ужасные порезы, ссадины, синяки и гематомы были у неё! Если бы не Хезер, я просто не представляю, как ей было бы больно сейчас. А Джеймс?! Он даже не обращал на неё внимания! А эта… А Эта! — Гвиневра прижала к себе эту маленькую девочку, будто снова окунулась во все те воспоминания. Астрея стыдливо опустила взгляд в пол, понимая свою оплошность, и поспешила подойти к родителям, прижимаясь к матери со спины.       -П-прости… Я повела себя эгоистично… — Блондинка всхлипнула, утыкаясь матери в руку, так что Гвиневра выпрямилась, приобнимая свою первую дочь и целуя её тоже в лоб.       -Я понимаю, милая. Вы ведь не знали. — Она подняла взгляд на своих сыновей. Они мгновенно отвели взгляды кто куда. — Я тоже часто поступаю эгоистично, неудивительно, что ты взяла это от меня. Даже вчера, когда я влезла ей в голову, желая узнать, как же она живет…. — Женщина тяжело вздохнула. — Я надеялась, что она живет гораздо лучше прежней меня. Зависть будто проснулась. А после я увидела тот ужас… Я не была готова вчера это обсуждать, поэтому не стала вас собирать.       -Не надо оправдываться, мам! — Эдвард тоже встал и подошел к матери, точно так же целуя её в лоб. — Мы все понимаем. Правда. Поэтому не заставляй себя вспоминать это. — Гвиневра ласково погладила его по щеке. Драко наблюдал за своими детьми будто впервые, они и правда так повзрослели…       -Вспомни нас в их возрасте, дорогая. — Драко расплылся в улыбке, приобнимая и дочерей. — Ты уже строила планы заговоров, а я кое-как поспевал за тобой. Они очень выросли.       -Для меня они навсегда останутся малышами.       -Но мы стали старше и ты можешь положиться на нас тоже, мам. — Даймон подошел к их куче, усаживаясь на ковер в ногах сестры, укладывая голову ей на колени. Астрея же потрепала его по волосам.       -Верно. Мы для тебя навсегда дети, но и мы можем помочь и понять. — Серил решил не оставаться в стороне и сел со стороны отца, так что тот обнял его второй рукой.       -Эээй, я тоже хочу обнимашек! — Эдвард недовольно надулся, так что Гвиневра засмеялась, протягивая к нему руку.       -Хорошо, хорошо. — Девушка очень внимательно осмотрела своих детей, поочередно поглаживая по волосам. — Ты прав, Драко, они наши полные копии. Такие же упертые. — Она ещё раз хихикнула, как и её дети. Это да… В них есть такое. — Тогда условие. Вы начинаете вести себя по взрослому — а я доверять вам.       -По взрослому? Это как? — Астрея недоуменно посмотрела на неё.       -К примеру не влезать в бесполезные споры с гриффиндорцами.       -Или пытаться просунуть кого-либо из своих братьев на Гриффиндор, чтобы захватить школу. — Эдвард многозначительно закатил глаза.       -Что? Астрея, ты снова это хотела сделать?       -Конечно нет! Просто братец Эд припоминает прошлые мои дела! — Она поджала губы и постаралась отвести взгляд.       -Вот ведь хитрюга. — Женщина легонька пихнула её в бок, не прекращая улыбаться.       -А если эти гриффиндорцы сами полезут? — Даймон очень удобно расположился на бедрах сестры, наблюдая за всеми вокруг.       -Тогда можно дать им в ответ. — все в комнате удивленно на неё повернулись.       -Даже детям Джеймса?       -Им особенно. — Гвиневра кивнула им. — Только если это будут они — обязательно потом сообщите мне, чтобы я записала это. В случае чего, мы отправимся к Гермионе и придумаем парочку статей, которые можно будет повесить на него и ограничить его действия.       -А мне? — Драко положил голову ей на плечо, хитро посматривая глазками.       -Тебе тоже можно. — Гвиневра не сдержала улыбки. — Если приблизиться, можешь прям сразу Авадой залепить. Разрешаю. — Дети ещё раз засмеялись.       -Ограничений на общение ведь больше нет? — Серил выглянул из-за плеча отца, сонно потирая глаза.       -Никакого нет. С кем хотите — с теми общайтесь. Если с кем-то не хотите общаться — не общайтесь. Если докучает — киньте в него парочкой наших фирменных заклинаний. Я если что, отмажу перед МакГонагалл. — Гвиневра не переставала улыбаться, Драко даже показалось, что это какое-то видение. — Главное ведите себя в рамках приличия. От братьев или сестер так избавляться нельзя! — Она в миг стала серьезной и погрозила детям пальцем под их смех. — А так же помните, чтобы не случилось, я буду на вашей стороне. Каждый из вас — мой милый маленький малыш. Слышишь, Камилла? — женщина посмотрела на девочку, что пыталась держать глаза закрытыми. Но раз её раскрыли, она посмотрела на неё и кивнула.       -Я тоже! Про меня не забывай, любимая! — Драко приобнял её за талию, чмокнув в щёку. — Я могу и страну разрушить ради счастья наших детей! Поэтому ничего не бойся. — Мужчина ласково погладил Камиллу по волосам.       -Определенно. Если кто обидит — сразу рассказывай нам. Мы-то ему устроим! — Астрея положила руку ей на коленку, ласково сжимая. — И прости меня, сестрица. Мне не стоило так себя вести.       -Н-ничего. — Девочка неловко перебирала пальцами. — Спасибо. Я п-постараюсь! — Она, смущаясь, улыбнулась прижимаясь к тёте. –Н-но как мне стоит вас называть, тогда? Тётя и д-дядя? Сестрёнка и братья?       -Как тебе будет удобно, так и говори, милая. — Эдвард наклонился к ней и тоже поцеловал в лоб.       -Совершенно верно, — Драко только кивнул, его уже клонило в сон.       -Если тебе удобнее нас называть тётя и дядя — пусть будет так. Не имею ничего против, малышка. — Гвиневра погладила ещё её по волосам, переводя в сидячее положение у себя на руках. А после перевела взгляд на мужа и потрепала его по волосам. — Думаю, стоит расходится, ваш отец уже совсем уморился…       -Я в порядке, — мужчина аж взбодрился и сел ровно. — Я всегда рад провести время со своими детьми! — Но Гвиневра покачала головой. Впрочем, Эдвард тоже все понял.       -Нам бы тоже пора расходится спать. Я конечно, предупредил Марту, что скоро вернусь… Но не хочу чтобы она волновалась. — Парень немного смутился, заметив умиленный взгляд матери.       -Тогда конечно, иди, дорогой. Не заставляй её переживать. — Драко понимающе кивнул и прижался щекой к волосам Гвин.       -Тогда и мы пойдем, — Даймон встал с пола, и протянул сестре-близнецу руку, помогая встать с кровати, а после новообретенной сестрице, помогая встать с колен матери. Серил подскочил к ним, пытаясь скрыть зевоту. — Доброй ночи, матушка, отец.       -Сладких снов. — Гвин встала с кровати и поочередно чмокнула детей в лоб, Драко уже лежал на кровати, так что смог только послать воздушный поцелуй свои детям. Женщина обернулась на мужа, как дети скрылись в проеме. — Ты ужинал?       -Конечно! А то меня бы отпустили к тебе? — Мужчина рассмеялся. Столько времени прошло, а ничего не меняется. — А ты сама? Может тоже приставить к тебя домовичков для наблюдения?       -Ну у тебя и шуточки, дорогой. — Девушка закатила глаза, переодеваясь в пижаму. — Ты лучше бы переоделся, раз спать собрался.       -Не могу… Я так устал! Эти бумаги мне кажется и снится будут… — Драко очень грустно вздохнул, посматривая из-под ресниц за своей прекрасной женой. — Помоги мне, пожалуйста, дорогая…       -Что же это, у меня шестой ребенок появился? — Она хихикнула. — Ну конечно, свет моей жизни. — Она подошла к нему, нежно целуя в нос, а после осторожно начала раздевать.       -Знаешь… Я лучше сам. — Мужчина резко сел на кровати, прикрывая свой румянец рукой. Так что черноволосая рассмеялась. — Иначе мы так и не поспим сегодня, а я правда очень устал.       -Ну как скажешь~ — Она пошла в сторону своего столика со всеми ухаживающими маслами, принимаясь за обычную чистку своего лица. — Я думаю завтра рассказать детям о нашем прошлом. — Драко замер около шкафа, а после обернулся на неё. — Да, я уверена, они прочитали уже много всего во всяких журналах, или услышали от сверстников. Но думаю, будет лучше, если я расскажу им от своего лица всю правду.       -Ты… Правда готова к этому?       -Разве к этому можно быть готовой, любимый?       -Но. ты ведь?       -Просто… Думаю, пусть будет так, чем они будут думать, что я им не доверяю.       -Ты же понимаешь, не нужно себя заставлять.       -Я и не буду. Просто чувствую, что так надо. — Она повернулась на него. — Не переживай, со мной все будет хорошо. Обещаю.       -Как скажешь… Пожалуйста, не перенапрягайся. Ты же знаешь, я для тебя сделаю все что угодно.       -Знаю. И бесконечно люблю тебя, зная, что могу опереться и не упасть. — Она сложила ладошки на спинке стула, положив на них руки, наблюдая, как он переодевается.       -Я тебя тоже люблю, моя милая Гвиневра. — Он обернулся на неё и расплылся в улыбке. — Но если ты сейчас меня загипнотизируешь, и я не смогу выспаться, будет очень плохо.       -Ладно-ладно, не смотрю! — Девушка залилась смехом, отворачиваясь от него. — Скажешь, как ляжешь в кровать, а то я ведь загипнотизирую~       -С тобой, только так и можно делать. — Он подошел к ней со спины и поцеловал в макушку. — Я пошел в кровать, буду ждать в свои объятья~       -Скоро буду~       Так они и легли спать, прижимаясь друг к другу, будто в первый раз. Каждый день для них, будто начинается с нуля. Каждый раз все по новой. Снова и снова. Но ради детей, ради себя самих и ради любимого человека, что сейчас под боком, они были готовы сражаться со всем миром. Готовы были отстоять своё мнение, свои границы. Готовы были уничтожить хоть страну, хоть весь мир, если оно потребуется. Лишь бы счастью их детей ничто не угрожало, как и их собственному счастью. Да, для кого-то они будут злодеями. Но кому какая разница? В любом случае, когда людям станет скучно, или ты станешь не угодным для них, и от тебя мгновенно избавятся. Так не проще ли, сразу забить?