Тихое мерцание

      Уютный рождественский аромат в каждом доме особенный. В этом коттедже пару минут назад родилась своя магическая формула. Верхними нотами, яркими и искристыми, зазвучали кружочки апельсина на ниточке, чай с бергамотом в двух чашках и морозный воздух с улицы. Плавно проявились запахи гвоздики и корицы из позабытой открытой баночки на кухне, сыграли сердечные ноты и сменились сладостью золотого сиропа. Шлейфом затянули древесно-хвойные оттенки ели и аромат подрумяненного песочного теста.       Они готовили пирог с патокой в каменной печи. Раз она досталась вместе с новым домом, было решено опробовать её в деле. Без магии. Запудрившись мукой и слегка разочаровавшись в своих кулинарных навыках, Драко сказал, что они всё-таки волшебники и должны вести хозяйство соответствующим образом. Гарри с живостью подтвердил, и они резво переключились на праздничное декорирование гостиной. Пока пирог только начинал согреваться, парни уже левитировали украшения на стены.       — Давай сюда вот эти звёздочки, — Поттер поднёс к обоям бумажную гирлянду золотого цвета.       — Да, согласен, — Драко взмахнул палочкой, и блестящая цепочка раскинулась над диваном.       — Может, ещё её? — в воздухе парила глянцевитая лиловая мишура.       Малфой лишь скривился и помотал головой.       — Ну вполне... — Гарри примеривался взглядом и оценивал свою композицию.       — Нет-нет-нет, безвкусица полная, — Драко медленно повернулся вокруг себя и осмотрел комнату, — надо, чтобы пространство дышало.       — Тогда здесь будет венок со свечами, — Гарри указал на кофейный столик.       — Красно-зелёный? — с неудовольствием промолвил Драко. — А какая у нас цветовая гамма вообще?       Поттер взял с подноса чашку чая, пожал плечами и сделал пару размеренных глотков.       — Тёмно-синий, золотой, белый, — представил Малфой, прикрыв глаза, — как тебе?       — Стильно, — кивнул Гарри, — только это всё, что у нас есть.       Поттер махнул рукой на розовую картонную коробку, в которой вперемешку лежали разномастные украшения, повидавшие жизнь. Драко заинтересованно заглянул в сокровищницу, порассматривал шары, фигурки волшебных существ, сосульки из стекла. Усмехнувшись, вынул бессмертный еловый венок с привязанными к нему свечами, поставил на столик. Под чутким взором своего парня он единожды коснулся декорации палочкой и поменял цвета. Воск стал белым, а хвоя — синей.       — Сделаем свои украшения, — самодовольно заявил Малфой.       — О-о-о, да Вы эстет, — Гарри с восхищением обвёл блондина взглядом.       — Как будто ты не знал, — ехидный прищур.       — А вот это, — Поттер вытащил из коробки мишуру, на этот раз серебристую, — во что можешь превратить?       Он игриво обернул вокруг тонкой бледной шеи шуршащий шарфик и рывком притянул к себе парня за сладким поцелуем. Горячие после чая губы вкусно медлили, разжигая желание. Влажность языков и дыхание на двоих. Жар от шерстяных свитеров с классическим рождественским узором и руки ниже поясницы побуждали подняться в спальню и действительно трансфигурировать мишуру во что-нибудь поинтереснее.       — Поттер, давай серьёзнее, — Драко с нежеланием отстранился, — а то мы так и останемся с голыми стенами.       — Голыми? — дурашливо уточнил Гарри, пока заворожённо любовался улыбкой напротив. — Мне нравится этот вариант.       — Всё, кончай, — не подумав бросил Малфой, рассмешил этим Поттера и выпутался из крепких рук.       Парни ещё несколько секунд в шутку поборолись, сделали перерыв на чай и вернулись к коробке. Нашли золотые колокольчики, приумножили их заклинанием и обратили в гирлянду. На стёклах появились крошечные мерцающие снежинки. Гарри затемнил потолок вечерней синевой с дымкой, а когда Драко провёл волшебной палочкой слева направо, в воздухе зависли стеклянные сосульки. Пара направилась к ёлке, которая внезапно окрасилась в цвет тёмного сапфира, и к засушенным апельсинкам добавились золотистые фигурки нюхля, единорога, гиппокампа, лукотруса и зуву. Вихрем вылетели и зацепились на ветках белые ленточки.       — Бантиком? — Поттер приготовился завязать их с помощью чар.       — Нет, пусть свисают полосками, — Малфой тщательно рассматривал парное творение.       Гарри захотел нанести последний штрих. Он усеял хвою серебристым инеем и исподтишка осыпал им Драко, чем вызвал новую волну фривольных касаний и поцелуев. Парни оглядели гостиную и, обрадованные результатом, решили украсить задний двор. Накинув мантии, они в обнимку вышли на улицу.       Свежо. Лес уже утопал в сумерках, над деревьями кружили вороны и придирчиво выбирали место для ночлега. Чистая придомовая лужайка была едва покрыта снегом. Широкий простор. Словно без следа человека.       — Есть идеи? — Драко вздохнул, открытое пространство сбивало полёт его мысли.       Поттер задумчиво посмотрел в иссиня-чёрное небо, чуть-чуть дребезжащее из-за движения ворон.       — Темно, — констатировал он очевидное.       Драко вопросительно взглянул на него, приподняв бровь.       — Света не хватает, — пояснил Гарри.       — Запустим рой феечек?       — Лучше. У Дурслей и у многих соседей были скульптурные гирлянды, — начал вспоминать Поттер, — электрические, из проволоки... В общем, фонарики в форме оленя. Сказочно выглядело. Но позже меня поразило их сходство с Патронусами!       — Оу, красиво, наверное.       — Да-а, только они не двигались. И как маглы изобретают вещи, так похожие на чары? — удивился Гарри. — Это же не просто очередное совпадение.       — Наверняка это производят те маглы, которые близко общаются с волшебниками, — уверенно заявил Малфой.       — Похоже на правду, — согласился брюнет. — Короче, хочу такую же иллюминацию. Светящиеся фигурки, то есть.       — Спасибо за перевод, — насмешливо произнёс Драко, — я знаю некоторые термины маглов. Где возьмём эти фигурки? И какое стадо заведём?       — Оленей. Как мой Патронус, — без колебаний ответил Поттер, затем помолчал и тихо спросил: — А ты его видел?       Драко с почти неуловимой грустью посмотрел парню в глаза и промолвил:       — Нет. Но представляю по многочисленным рассказам.       — Показать? — нежно проговорил Гарри.       Малфой кивнул, и Поттер, сосредоточившись, прошептал заклинание. Из волшебной палочки заструился белый лучик и через миг превратился в грациозного животного. Серебристо-голубое свечение чарующе рассеивало тьму, Драко не дыша наблюдал за таинством магии.       — Давай я буду запускать его каждый вечер. Вместо гирлянды, — предложил Гарри.       Малфой заторможенно кивнул, не отрывая взгляда от бесплотного оленя.       — А ты... Умеешь? — Гарри невесомо коснулся пальцев парня.       — Нет, — выдохнул Драко, — пробовал, только облачко получается.       — Позволишь, — Поттер деликатно подбирал слова, — научить тебя?       Драко улыбнулся уголком губ, и этого было достаточно, чтобы в груди Гарри разлилась эйфория. Драко доверял ему. Неповторимое чувство. Поттер показал правильную стойку, мягкими поглаживаниями поправил положение спины, поделился эффективным пассом палочки и особое внимание уделил состоянию разума. Настало время первой попытки.       — Экспекто Патронум, — твёрдо произнёс Малфой.       Лица ярко озарились беловатым облаком пара в виде пульсирующего щита. Магия была уверенной и многообещающей, но Патронус ещё не принимал формы. Гарри был в восторге и с энтузиазмом продолжил давать советы. С каждой пробой результат становился весомее. На десятый раз Поттер осторожно спросил:       — О чём ты вспоминаешь?       Драко спрятал взгляд и отошёл в сторону. Минуту он бродил в молчании. С тяжёлым выдохом проронил:       — Как ты спас меня. Из Выручай-комнаты...       Пауза осмысления. Гарри подбежал и отчаянно прижал к себе парня. Милый. Как сильно он любит... Гарри обхватил его лицо руками и заглянул в глаза.       — Драко. Но это не то. Страшное, ужасное событие. Оно не может вызвать чистую светлую энергию. Попробуем по-другому?       Малфой всё понял, но заметно растерялся. О чём ещё подумать? Если счастья в жизни... Впервые он был настолько уязвим перед Поттером, тот почувствовал это и сразу ободряюще добавил:       — Воспоминание можно придумать.       И рассказал про свою первую нереальную грёзу. Которая долго ему помогала в сотворении заклинания. До тех пор, пока он не признался Драко в любви. Тогда родилось мощное счастливое воспоминание. Поистине волшебное.       Поттер грамотно давал наставления и неосознанно дарил силы Малфою, пробуждающие в том веру. Только благодаря Гарри Драко продолжал попытки, не поддаваясь усталости и раздражению из-за своей неумелости. Поттер искренне улыбнулся парню, и Малфой, закрыв глаза, представил трепетный образ и чётко произнёс:       — Экспекто Патронум.       Эфемерный голубой поток света с жемчужным блеском волной накрыл лужайку. Из шара плавно показалось животное. Смутно знакомое. Благородный олень шагнул навстречу к паре, покрасовался своей статностью. Большие рога венцом украшали его и излучали серебристые вибрации. Он обернулся и поплыл по воздуху ко второму оленю, вежливо ожидавшему возле деревьев.       Волнующее прозрение. Захватывающее дух. Красноречивый и полный любви взгляд. Разрядом тока прошибло тело прикосновение руки к руке.       — Какое воспоминание? — то ли наяву, то ли мысленно проронил Гарри.       — Наш первый поцелуй, — прошептал Драко.       Одно на двоих объятие. Один на двоих Патронус. Одно на двоих воспоминание.       Секрет сумерек перетёк в секрет вечера. Струящийся серебристо-синий свет эфирных оленей размыто мелькал сквозь деревья. Малфой, растягивая удовольствие, читал глазами Поттера, рассматривая его густые чёрные брови, зелёные-презелёные глаза, теперь уже незаметный шрам на лбу. Драко слабо выдохнул, а Гарри поцеловал его как в первый раз. И время застыло в зимней сказке...       — Гарри?..       — Мм? — уткнувшись носом в шею.       — Пирог...       С выкриками и упоминаниями Мерлина и Морганы двое влюблённых побежали в их нарядный дом, оставляя за собой гул и неуместный шум. Но ничто не было в силах нарушить и разбить ту магию, повисшую над лужайкой и лесом. Переливающиеся синеватые огоньки медленно уходили вдаль, сохраняя в воздухе тайну связи и признания.