i'll save you.

— Добрый день, господин адвокат, — на входе в тюрьму Накаджиму встречает охранник, а после ведёт к заключённому. По началу серые стены давили на Ацуши, становилось некомфортно. Хотелось побыстрее закончить и уйти отсюда. Это место словно разговаривало с Ацуши, ласково шептало на ухо одни и те же слова: "Я жду тебя здесь". Казалось, что его ждут в качестве преступника. Со временем Ацуши привык. Каждый охранник его знал, а с некоторыми Ацуши умудрился подружиться. Больше не было того чувства, что стены движутся, давят. Совершенно обычная тюрьма, пусть и выглядит, по сравнению с другими, жутко. Дверь перед Ацуши открылась и он увидел перед собой уже знакомую каштановую макушку. Волосы как всегда взъерошены так, будто током ударили. На лице всё та же издевательская улыбка, однако глаза так и умоляют о помощи. Наверное, именно потому Ацуши согласился помогать Осаму Дазаю. Столько убийств... Страшно подумать. Это дело изначально обречённо на проигрыш, Ацуши это прекрасно понимал, но всё равно подавал множество кассаций. Спустя год ничего не изменилось. Осаму Дазай всё ещё приговорен к смерти. На самом деле, Ацуши давно понял, что смерть радует заключённого, но тогда почему он так жаждет помощи? Разговаривать с Дазаем невозможно. Вроде говорит много, но из всей информации можно выловить лишь жалкие крошки, которые никак не помогут. Дазай осознаёт, что ему не выйти из воды сухим, но он хочет попытаться. Только, в отличии от Ацуши, он ничего не делает для дела. Осаму Дазай — головная боль Ацуши. Кроме того, Дазай поселился в голове адвоката. Каждая мысль об Осаму. Это раздражало. Дазай стал частью жизни Ацуши, являясь обычным клиентом. Трудно вспомнить то, как Ацуши жил, пока не познакомился с Осаму. — Добрый вечер, Дазай, — говорит Ацуши, садясь напротив. — Как самочувствие? — Я уж подумал, что вы не придёте, — мурчит Дазай. — Всё как обычно, Ацуши. Спасибо, что интересуетесь. Ацуши открывает блокнот и какое-то время молчит, разглядывая довольное лицо Дазая. После взгляд переместился на охранника, что сидел в наушниках, залипнув в телефоне. Ацуши прикусил внутреннюю сторону щеки и постучал ручкой по столу. Был способ спасти Дазая, но дело в том, что не совсем законно. Ацуши всё ещё сомневался в том, что Дазая стоит высвобождать. Конечно, работа Ацуши заключалась в том, чтобы сделать всё возможное для спасения клиента, но Осаму пугал. И в то же время притягивал к себе. Ацуши прищурился, словно кот, и попытался понять, о чём думает Дазай. Тот наклонил голову вбок, точно как Ацуши, и прищурился. В гляделки играет. Ацуши и не противится. Продолжает игру, но в итоге всё-таки играет. Дазай довольно улыбается и тянется. Что-то в его теле хрустнуло, спина может, а может и локоть. Впервые за год Ацуши улыбнулся, но улыбка тут же исчезла. Мысли снова вернулись к волнующему вопросу. Он шёл сюда, решив, что воспользуется способом, который разыскал, но стоит увидеть убийцу ста тридцать восьми людей, так сразу же появляются сомнения. Казалось, что Дазай догадывается о мыслях Ацуши. Пугает. — Кхм, у меня есть способ, как помочь тебе, — Ацуши внимательно смотрит на Дазая и замечает, как в глазах появляются искорки надежды. — Слышал об Анго Сакагучи? Дазай кивает, на что Ацуши облегчённо вздыхает: не придётся объяснять то, что не совсем понимаем как объяснить. — Он может помочь, но тебе придётся залечь на дно на некоторое время, — звучит так, словно Ацуши пытается избавиться от Дазая, но на самом деле наоборот. — До суда немного времени, я сомневаюсь, что смогу найти ещё что-нибудь. — Послушай, Ацуши, — Дазай неожиданно серьёзен. Кажется, он мешкается, пытается сформулировать мысль. Что-то не даёт ему покоя и это понятно даже охраннику, что на мгновение вылез из телефона. Он снял наушник, посмотрел на Ацуши. Его "всё хорошо?" настолько лишнее в данный момент, что хочется послать куда подальше. Ацуши кивает, а затем смотрит на Дазая. — Почему ты помогаешь мне? — Очевидно, это моя работа. Ты мой клиент, Дазай, — Ацуши пожимает плечами. Ответ звучит глупо для самого Накаджимы. Сначала да, всё было так, но сейчас нет. Ацуши уже жизнь не представляет без Дазая. Будто не он спасает Осаму, а наоборот. Ацуши знает, что его клиент понимает, что дело не только в работе. — Я вытащу тебя из этой дыры. Дазай искренне улыбается(а может это очередная маска?). Чтобы то ни было, на душе становится тепло. Ацуши понимает, что ему доверяют. Вместе с этим на плечах появляется ещё один груз. Мысль о том, что если ничего не получится, то в нём разочаруется весь мир въелась в мозг, что Ацуши и правда теперь обязан вытащить Дазая из тюрьмы. — А если правда, то почему? — Дазаю интересно. Редко бывает, когда его заинтересуешь. Ацуши только загадочно улыбается, смотрит на часы и поднимается. Время, во время которого адвокат может разговаривать со своим клиентом, подходит к концу. Ацуши ничего не говорит, подаёт знак охраннику, а после, махнув рукой, уходит. Дазай ещё долго смотрит напротив, за стекло, где сидел Ацуши. Каждый раз, когда их встреча заканчивается, а Ацуши уходит, создаётся впечатление, что он больше не придёт. Наверное, поэтому Дазай всегда говорит я думал, вы не придёте". Ацуши такой родной, они будто знакомы несколько лет. От него исходит тепло, в котором Дазай нуждается. Дазай чувствует, как тонет, а Ацуши — единственное его спасение в бескрайнем море. Ацуши — солнечный луч, который Дазай не видел уже очень долго и вряд ли увидит. Одиночество давит со всех сторон, становится трудно дышать. Хочется забиться в угол и расплакаться, но нельзя. Нельзя показывать, что тебя можно задеть. Люди воспользуются этим. Дазай этим пользовался. Он не повторит тех ошибок, которые совершали его жертвы, но он совершит свои ошибки. Одна из них — Ацуши. Точнее, Дазай привязался к нему и это плохо (как считал сам Дазай). Ночи в тюрьме были бессонными, а заняться нечем: приходится думать. Был бы у Дазая хотя бы собеседник, то наверняка относился бы к Ацуши как к адвокату, но не было того собеседника, а Дазай не считает Ацуши обычным адвокатом. Ацуши такой милый, похож на кота. Иногда так и хочется назвать его каким-нибудь ласковым словом, но Дазай сдерживается. Ацуши каждую неделю находится так близко, но их разделяет дурацкое стекло и наручники, которыми Дазай прикован к столу. А ещё Дазай не может даже намекнуть на то, что Ацуши не безразличен. Он далеко не тупой, а быть отвергнутым не хочется. К тому же, всё равно умрёт. Охранник отстёгивает наручники Дазая и ведёт его обратно в камеру. После очередной встречи с Ацуши, Дазай какой-то подавленный. Хочется расцарапать себе кожу, выдавить глаза, отломать железку от койки и разломить ею череп. Но Дазай не может, ведь тогда все старания пойдут коту под хвост. Впрочем, они итак бесполезны, только тянут время, но расстраивать Ацуши не хочется. Его хочется только крепко обнять, уткнуться в грудь и не отпускать. Как же больно осознавать, что даже этого перед смертью не сделать. Паршиво на душе. В горле пересыхает от одной подобной мысли. Дазай задумывается о том, почему он вообще позволяет Ацуши пытаться спасти его. Разве не он так жаждал смерти? Смерть в тюрьме звучит не очень. Дазай хотел умереть красиво. Во время красочного заката прыгнуть с крыши какого-нибудь многоэтажного здания. Страшно и красиво. Жизнь распорядилась по-своему. Дазай гниёт в паршивой тюрьме, а Ацуши единственное, что может радовать. Бог создал жизнь Дазая, а в качестве извинений послал Ацуши. Дазай даже не идёт на обед. Сидит в камере на сыром полу, рассматривая свои руки. Мерещится, что на них снова бордовая кровь. Дазай по уши в ней. Не в силах вымыть всю эту грязь. Ненавидит себя всё больше. А раньше в мафии кто-то попадался полиции? Их сразу убивали, скорее всего. Дазай же, видимо, исключение. Или же, если Ацуши удастся выиграть это дело, то Дазая всё равно ждёт смерть. Он не против, но опять-таки, жалко старания Ацуши. В мысль закралась дурацкая мысль: можно попроситься к Ацуши на какое-то время. Тогда подвергнет его опасности. Всё настолько сложно, что смириться, кажется единственным верным выходом. Действительно, проще сбежать от проблем, чем решить их, хотя Дазай и не видел чего-то плохого в том, чтобы сбегать. — Сегодня у нас неограниченное время, — напомнил Ацуши, щёлкнув ручкой. — Ты подумал насчёт Анго? — А что думать? Сомневаюсь, что он сможет помочь, — Дазай пожимает плечами, но когда Ацуши в очередной раз щёлкает ручкой, вздыхает. — Ладно, можно попробовать, но даже если удастся... Дазай не договорил. Он хотел сказать о том, что его всё равно ждёт смерть, но решил, что Ацуши этого знать необязательно. Пусть думает, что Дазай скрылся, не посчитал нужным возвращаться. Будет лучше, если Ацуши будет считать Дазая живым. Пройдёт время, Ацуши забудет о существовании Осаму. Так будет лучше. Не для Дазая, что убивается каждую ночь мыслями об Ацуши, веря в то, что его чувства невзаимны. Ацуши чересчур недостижим. Вот он, рядом, через стекло, но в то же время непозволительно далеко. — Если удастся, я обеспечу тебе безопасную жизнь и ночлег, — Ацуши говорит, не оставляя возможности возразить. Он не тупой и прекрасно догадывается, что может происходить в мафии. Всем своим видом даёт понять, что раз он принялся спасать Дазая, то доведёт это дело до конца. Чего бы ему это не стоило, сколько бы ночей не спал, размышляя над всеми возможными путями, Ацуши уверен в том, что сохранит жизнь Дазаю. Ацуши никогда так не напрягался для клиента. Его дело начинается и заканчивается на тюрьме. То что до или дальше — не особо волнует. Ацуши всегда думал лишь о том, чтобы выиграть дело, пускай и не всегда были удачные исходы. Дазай не должен был быть исключением, но именно он причина бессонных ночей, которые Ацуши проводил вместе с кофе за кипой бумаг. Ситуация Дазая была действительно безвыходна, так что будет очень удивительно, если всё пройдёт гладко. — Если что, у меня есть план "Б", — загадочная улыбка появляется на лице Ацуши, заинтересовывая Дазая. — Почему вы уверены в том, что Осаму Дазай не виновен? — В его квартире ничего не нашли, учитывая, что были взяты самые лучшие детективы, — взгляд Ацуши скользнул к мужчине бежевом костюме: Рампо точно знает, что Дазай виновен, но молчит. — К тому же, будь мой клиент мафией, то его бы убили сразу. — Вы же понимаете, что эти аргументы никуда не годятся? — Само собой, — Ацуши улыбается, как будто ему сейчас сказали комплимент, и открывает папку, что лежала всё это время рядом с ним. — Господин Рампо, скажите, на жертвах были следы убийств? — Большинство покончили жизнь самоубийством, но на остальных были отпечатки одного и тоже человека, — Рампо замолкает, чтобы зевнуть, и смотрит туда, где стоит Дазай. — Отпечатки не совпадают с Осаму Дазаем. — Тогда почему вы так уверены, что Дазай виновен? — Ацуши прячет руки в карманы брюк и выходит вперёд. — Вы получили анонимный звонок со всеми доказательствами, которые, к вашему сожалению, ложные. Осаму Дазай только-только окончил университет и работал в кафе, пока не найдёт подходящее место для работы по специальности. Детство он провёл в другой стране, а школьные годы он проводил в разных секциях и кружках. Обычная жизнь обычного человека, не находите? Ацуши протягивает Рампо папку со всей информацией о Дазае. Да, она ложная, но полностью оправдывает Дазая. Ацуши смотрит наверх, находит взглядом Анго и кивает головой, мол, всё идёт по плану. Накаджима внимательно наблюдает за тем, как Куникида бегает глазами по строкам и нервно кусает внутреннюю сторону щеки. Рампо именно тот, кто может спокойно доказать виновность, даже если всё показывает на обратное. Лучший детектив, как никак. На лице Рампо появляется еле заметная улыбка. — Осаму Дазай действительно невиновен, — объявляет он. — Господин адвокат, вы действительно хороши в своём деле. Мне нечего возразить. Ему есть что возразить. Много чего, но видит, что Дазаю больше нечего делать в мафии. Рампо уверен, что он убивал, лишь бы не убили его. На его месте он поступал бы точно так же. Рампо сочувствует Дазаю. В какой-то степени понимает, может потому и помогает. Рампо знает всё, но не то, почему солгал, чтобы спасти преступника. Дазаю удается выйти сухим из воды. — Считай, что будешь должен, — шепчет Рампо, смотря на удивлённого Ацуши. — Ну что ж, считаю, пора решить, виновен ли Осаму Дазай. Ацуши смотрит на своего клиента, улыбается и садится на своё место. По залу прошёлся шёпот, но закончился почти сразу. Полтора часа длились слишком долго. Ацуши успел несколько раз сходить за кофе. После последнего захода он подошёл к Анго и протянул ему стаканчик. Они будто вели немую беседу. Оба знали, что могли бы сказать. Ацуши молча благодарит Анго, это ясно. Во взгляде Сакагучи можно уловить какие-то нотки печали. Анго вспоминает Оду Сакуноске, которого приговорили к смертной казни. Он был невиновен. Это все прекрасно понимали. Рампо тогда был слишком юн, чтобы ему поверили, а Ацуши и вовсе был ребёнком. Наверное, именно этот и случай послужил тому, что сейчас Ацуши адвокат, заканчивающий дела на ура, совершающий серьёзные ошибки. — Ну что, пойдем в кафе? — Ацуши довольно улыбается, смотря на Дазая, что слегка сщурится, стоит ему выйти на улицу. — Что за план "Б"? — спрашивает Дазай, догоняя Ацуши. — Сделать вид, что ты умер, — Ацуши пожимает плечами, на что Дазай даже останавливается. — Почему мне дали шанс? Я не заслуживаю, — неожиданно говорит Дазай. Ацуши удивлённо таращится на Дазая, а после притягивает к себе. Объятия Ацуши тёплые. Дазай утыкается носом в изгиб шеи и не желает отпускать. Слишком близко. Сердце бешено бьётся в груди, вот-вот выскочет наружу. — Я не заслуживаю тебя, Ацуши, — хриплым голосом заключает Дазай, на что тот издаёт непонятные звуки возмущения, вызывая на лице Дазая улыбку. Ацуши отстраняется и заглядывает в глаза Дазая, ласково улыбаясь. Смотрит слишком долго, что хочется провалиться сквозь землю. Ацуши слишком красивый. Дазай не сдерживается и мягко, немного застенчиво, целует Ацуши. Дыхание спирает, когда на поцелуй отвечают. Дазай глупо улыбается, а потом отсраняется, заливаясь смехом. На лице Ацуши точно такая же глупая улыбка. — Ты чего? — смеётся Ацуши, смотря на Дазая, у которого от смеха заслезились глаза. — Ты такой милый. Дазай поворачивается и идёт вперёд, перед этим крепко схватив Ацуши за руку. Рука тёплая, несмотря на холодную погоду. Ацуши тёплый. И Дазай без ума от Ацуши.