Отцы и дети. Темная дымка

      Самих героев дня расспросами обделили, желающих поинтересоваться лично, волшебным образом не находилось, да и Кацуки с Мараж недолго оставались в центре внимания, быстро разойдясь по душевым.       Всё то время, пока студенты подтягивались к месту сбора и после занимались приготовлением обеда, эти двое по-прежнему не расставались с душем, продолжая улавливать запах надоедливой жидкости. Оба красные, усиленно растеревшие кожу, в попытках избавиться от шлейфа, спустя час смирились с поражением и решили не страдать попусту.       Первой освободилась Мараж, не ставшая сушить волосы, при такой теплой погоде ветер с ними разберется ничуть не хуже фена, к тому же продолжать находиться в запаренной комнатушке, ей не хотелось.       Следом, растирая торчащие колючки, вышел и Бакуго, явно недовольный привязавшемуся аромату, а заметив впереди идущую девушку, чуть ускорил шаг, переступая через себя, чтобы вскоре выровняться с ней. — И откуда ты знала работу устройства? — невзначай бросив вопрос, Шинсо резко обернулась, не заметив его появления, и без особого энтузиазма напомнила. — Я несколько раз упоминала о руководстве.       Громко прицыкнув, ему хотелось понять другое, поэтому в этот раз он уточнил. — В нем не было сказано о принципе работы. Только упоминалось о двух этапах. Ты же, после активации поняла причину необходимости этих этапов.       Прослушав признание, Мараж усмехнулась, — Так значит, ты всё же прочитал. — но от знания правды, весело ей было недолго. — Тогда какого чёрта действовал наоборот?!       Повышенный голос в его сторону спровоцировал ответный рык. — Только полный идиот будет рассчитывать на уязвимое место. — Только полный идиот не станет им пользоваться. — парировала она, как ей казалось, очевидной истиной.       Кацуки резко остановился, принуждая её взглядом, поступить так же. Застывшая на месте, но не от страха, а от выразительности отразившихся эмоций, которые могли бы самостоятельно обойтись и без слов, Шинсо пришла к выводу, что ей даже нравится видеть такую дикую импульсивность. Хотя на слова, бездумно спускающиеся с его паршивого языка это никак не распространялось, всё же видимая реакция что-то порождала внутри. Последние годы перед ней мельтешили сплошные каменные физиономии, не способные и бровью повести, что не скажешь об этом неуравновешенном.       Уйдя в раздумья, вся речь прошла мимо ушей, но последний вопрос и в надеждах единственный, расслышать повезло. — Так откуда?! — возвращаясь к началу разговора, пришлось рискнуть, чтобы догадаться о чём шла речь.       Продолжив движение, Мараж безразлично повела плечами. — Домашнее обучение. Меня учили всему, что могли затолкать в предоставленное учебное время, оттуда и некоторые знания о машинах. Конечно в большей степени теории, поэтому сразу не поняла. Зато после этой гадости, — сморщив нос, она тряхнула руками. — Всё стало ясно…       Окинув Шинсо с ног до головы, Бакуго задумчиво нахмурился, а после того, как они вышли к остальным, без слов пошел своей дорогой. Мараж мимолётно взглянула на уходящего одноклассника, направляющегося к домику, в то время как все собирались неподалеку от крыльца, почти закончив с приготовлением еды. — У-у, — защипив нос пальцами, Мина подкралась позади, но немного не рассчитала масштаб недавней катастрофы. — Кажется, одного захода было недостаточно.       Выдерживая каменное выражение лица, Мараж без особой благодарности приняла «комплимент». — Будь счастлива, что к твоим способностями не относится повышенное обоняние. — Ого, похоже, компания Бакуго даёт о себе знать. — Думаю, дело в твоей излишней прямолинейности. — шутливо сьязвив, они посмеиваясь побрели усаживаться за стол.       Еда после утренних развлечений улетала с тарелок учеников со скоростью света. Немного перебив голод, Мараж прервалась, совсем забывшая о присутствии брата. Побродив глазами по столам, Шинсо обнаружился в компании Мидории и других парней. Не то, чтобы этому стоило удивляться, но к очевидному, приписать тоже не удавалось. Похоже, здесь его принимают подобающе… Всё-таки Юэй был правильным решением. — Куда-то улетели, мисс Шинсо? Еда ждать не станет, как и немытые тарелки. — вторая часть показалась уж чересчур любопытной. — Тарелки? — сразу вернувшись в реальность, она состроила кислую физиономию.       Ребята, сидящие рядом, оценили красноречивый вид, радуя новостью. — Ага, пока вы намывались, мы накрывали. Теперь меняемся. — в целом справедливо, Мараж понимающе кивнула. — В общежитии тоже разделение труда, так что проблематично не будет. — А, — девушка отмахнулась рукой, — насчёт этого не переживаю. Как вернемся, хочу в тот же день перевезти вещи, тогда хоть мытьё, хоть готовка — готова ко всему. — Вот так сюрприз за сюрпризом от тебя сегодня… — Да неужели! — Денки чуть тише предупредил. — Ты только Каччану не говори, а то вдруг припомнит день, когда ты не осталась и на неделю к плите отправит. — Ох, — вспоминая свои навыки готовки, что-то подсказывало, он быстро ее оттуда оттащит. — Больше одного раза мне кажется не осилит.       К общему застолью присоединяется учитель, и пока остальные доедают свои обеды, он рассказывает о вечернем мини-состязании, в котором придется снова работать в парах, но на этот раз, выбор оставался за ним. По началу команды складывались вполне неплохо, хотя сложно придумать плохое сочетание, когда каждый готов выложиться полностью даже в несерьёзном испытании. — Мараж, Киришима. — на своей очереди оба были приятно удивлены, девушка незаметно выдохнула с облегчением, более, чем довольная распределением. Они переглянулись, обмениваясь довольными улыбками. — Хитоши, Бакуго. — но на следующей паре, улыбка Шинсо спала и она быстро отыскала обоих взглядом, поражённая выбором. Второй сидел за одним столом с Киришимой и мягко говоря не выражал теплых чувств. Хитоши повернулся на стуле, видимо также не понявший причину, но разъяснять никто не собирался.       Сложно придумать плохое сочетание? Забудьте. Оказывается совсем не сложно.       После оглашения, студенты потихоньку расходились отдыхать перед вечерним тестом. Мараж же ненадолго подошла к брату, спросить, как тот станет справляться. — Знаешь, не то, чтобы я рада твоей участи… — Ты разве что не скачешь от счастья, что это не ты. — мгновенное разоблачение, девушка ангельски улыбнулась, но не стала отрицать. — Я старалась держаться, но ДА, ЕЩЕ КАК РАДА. — выпалила она, без должного стеснения, буквально подскачив с места. — Видишь ответное счастье в моем лице?       Сомнительно покачав головой, Мараж протянула неуверенное «нет». — Значит, всё правильно. Но мне плевать на вашего пришибленного, если Айзава выбрал его, придется перетерпеть. — Вот так доверие. — неподалеку раздался грубый крик, призывающий Мараж не болтать, а шевелиться к мойке, ведь отрабатывать ей придется не одной. — Вот ведь…! — Какая никакая, а справедливость есть, так что беги. — уголок губ издевательски скользнул вверх. — Твое испытание начинается прямо сейчас. — тихо выругавшись, Мараж заняла свободную мойку и оглядела стопку тарелок. — Мой, а не глазей. — Ты бы язык так свой мылил, как эту тарелку… — буркнув себе под нос, руки потянулись за первой партией.       Вода текла без конца, прошло минут десять, а расправились только с половиной. С непривычки Мараж притормозила, облакачиваясь на край раковины, оценивая оставшиеся силы. — Чё встала, ещё половина осталась. — зато парень не теряя начатого темпа, мастерски намывал посуду. Каждая тарелочка мало того, что сияла на солнце, так ещё и скрипела от стирильности. — Дай передохнуть, сам сказал половина осталась. — Пф, какой из тебя герой? Белоручка, не способная расправиться с кучкой посуды. Вступительные тоже прошла только благодаря теории? — Только из-за теории? — Мараж выпрямилась и повернулась к нему лицом. — Хочешь сказать, твой зад надрала обычная заучка? — слышать в свой адрес о незаслуженных результатах ей порядком надоело, поэтому, раз тот не переставал упускать возможности упомянуть нечто подобное и она не собиралась сдерживаться, переходя на провокации. — Ты постоянно это упускаешь, цепляя меня. Пытаешь стереть из памяти? — Чё сказала? — тарелка в его руках треснула, осыпаясь на осколки, сам он тоже развернулся к ней лицом, метая ярые искры, Мараж вздернула подбородок, принимая его тяжёлый взгляд. — Как меня бесят такие выскочки. Я прекрасно помню тот день, но это всё, что ты показала. И это подтверждает не твою силу, а мою неосмотрительность. Сейчас все, что я вижу, это какую-то девчонку, ноющую о усталости из-за нескольких тарелок, которые не стоят в сравнении и с самым мелким злодеем! Мысль, что нам не дали закончить поединок, греет самолюбие? Представь, на что я пойду, чтобы разубедить тебя в следующий раз.       Чувства в груди скапливались, наслаиваясь друг на друга. Собственная злоба переплеталась с его и выжигала потихоньку себе место, чтобы поудобнее устроиться внутри. — Представь на сколько далеко все зайдет без блокаторов. — упоминая о них, Мараж забывает, что не делилась ни с кем подробностями, и вспоминает после замешательства парня. — Ты, Бакуго, не только борешься против меня, но и за меня.       Потеряв связь с настоящим, пара не заметила, как под действием спора, на земле собралась куча битого стекла. Шум привлек внимание учителя, который без удовольствия позволил некоторое время продолжать, пока ещё был в состоянии выслушивать бред. — Киришима, Хитоши. — голос классного руководителя вывел их из своего мира, привлекая к себе внимание. — Вы меняетесь партнёрами. Будете теперь вместе.       Бакуго с Шинсо насупились, подозревая неприятный вывод. — У них уже есть партнёры. — Верно, теперь есть. Вы двое убираете все, что устроили здесь, а вечером, как лучшие друзья появляется на площадке. — Но... — Лучшие. Если, конечно, не хотите вылетать раньше, чем наступит начало. — окатив каждого «миролюбивой» улыбкой, разговор был окончен. — Всё ещё рада? — шутка Хитоши подвернулась совсем не кстати, и не отдавая отчёта действиям, Мараж запустила в него тарелку.        — Шинсо! — лента остановила тарелку в паре метрах от парня. Без извинений, девушка вновь уткнулась в раковину, начищая оставшиеся тарелки.       Есть ли что-то хуже плохого сочетания? Его полное отсутствие.