Низкий и высокий

Переезды. Как мне это знакомо, все эти коробки, вещи стопками, ссоры родителей. Ведь именно они устроили такой балаган, почему недовольны? Не понятно. Грузовик. Серый и грязный транспорт всех тех коробок и дивана, к которому я так привык. Новая местность, новые улицы, новая пятиэтажка и новая квартира. В которой поселился я - самый обычный пятилетний мальчик. Вспоминая то, как я приехал в ободранную когда-то квартирку, мурашки невольно начинали бегать по спине. Сейчас же, я скучаю по тому уютному местечку, по той тихой комнате, что принадлежала мне, в ней почти не слышен внешний мир, словно купол. Детский сад. То, что ждало меня уже через неделю после переезда. Небольшое здание, раздевалка со шкафчиками, на которых были изображены животные. И девочка. Немного пухлая и светло-волосая, она зашла вместе со мной, видно было по ней, что она, как и я, никого здесь не знала. Огромное помещение со столиками, стульчиками в ряд и кучей игрушек. Дети. Все смотрели на нас внимательно, словно вглядываясь в душу, кроме одного. Тот мальчик недовольно смотрел куда-то в даль, почти что наигранно закатывая глаза. В тот же день та блондиночка представилась "Соней",а я "Артёмом". А дети оказались не такими ужасными, как я себе представлял. Я не пытался дружить со всеми, мне было достаточно простого "привет" от любого ребёнка. Мне не пришлось напрягаться, чтобы меня полюбили все дети, кажется я понравился всем, кроме того, вечно недовольного мальчика. К слову, все мои равестники оказались ниже меня, особенно тот вечно недовольный мальчик. Всё дети мешались во круг меня - новенького большой бесформенной массой, кроме того, вечно недовольного мальчика. С ним никто не играл, он ни с кем не общался. Позже мне рассказали, что тот, вечно недовольный мальчик сам разогнал всех детей от себя, сказал, что ни с кем не будет играть. Как я уже говорил, я не пытался дружить со всеми, мне было достаточно простого "привет" от любого ребёнка. Но это звучало как вызов, словно без игры с этим вечно недовольным мальчиком в будующем случится что-то странное и даже страшное.