Наивная фанатка

Колетт проснулась в милой двухспальной кровати у которой сидела Пайпер и что то подшивала. –А? Я ч-что отрубилась? Как так вышло?–Девушке стало стыдно,от чего та вся покраснела. Это был величайший позор для неё, кареглазая не понимала того,что она вовсе не виновата в этом. – Хм, да,так все и было. Впрочем, вот и твое желанное платье. – лёгким взмахом кистей рук ,блондинка подняла лёгкое нежно-розовое платье,после чего элегантно провела по нему рукой. – Ох,какое красивое! – Колетт не могла нарадоваться ему,она просто не знала что ей предстоит пережить. – Не хочешь примерить?– спросила Пайпер с лёгкой,незаметной садистской улыбкой. – Конечно хочу! Я мечтала об этом!–воскликнула девушка,чуть ли не прыгая от радости На удивление, голубоглазая не стала отворачиваться и ждать,пока её собеседница сама переоденется,совершенно наоборот-она бесцеремонно,непривычно для самой себя крепкой хваткой,взяла девушку за талию и стала снимать с неё верхнюю одежду,не замечая того,что беловолосая уже корчиться от боли,не в силах высвободиться из рук кумира. – П-пайпер, мне больно,не могла бы ты отпустить меня?– доверие к примеру для подражания тут же исчезло,будто его и не было никогда. Из-за чего Колетт побледнела и ослабела. – Потерпи,красота требует жертв,не слышала такое выражение?– не получив ответа на вопрос,девушка раздела ту уже до гола. — Помню,ты говорила, что тебе нравится мой почерк,не так ли? Я хочу запечатлить его на твоём теле. – кареглазая уже не знала чего и ожидать,такая нежная и ласковая девушка тут же стала такой грубой и саркастичной. Какие сюрпризы ещё её ожидают? Блондинка взяла маленький ножичек, которым уже выводила на груди у оппонентки большими каллиграфическими буквами "Пайпер". Из раны уже виднелись капли крови,но голубоглазая не намерена останавливаться. Она поставила на ней свою роспись. Теперь Колетт принадлежала ей. – А! – больше ничего не могла сказать девушка,лишь кричать. Это,конечно,было терпимо. Она кричала больше из за страха,а не из за боли. Она боялась того,что с ней будут делать дальше. – Ещё помню,ты писала мне в инстаграме, что любишь рисовать – после небольшой паузы,закрыв ладонью рот Колетт, Пайпер вывела на её животе красивую цветущую сакуру,ту,что растёт у неё во дворе. – Полагаю,ты уже устала. Отдохни немного,а я принесу тебе еды. – после этих слов,голубоглазая лёгкими движениями одела на свою подражательницу розовое платье,которое в момент стало красным. Девушка вышла и заперла за собой красивую расписную дверь комнату на ключ ручной работы,который она заказала специально для своей жертвы. Актриса тут же принялась за нарезку салата,не замечая того,что режет его тем же ножом,которым вырезала пейзажи на теле Колетт. Можно было сказать,что вместо заправки в виде майонеза была кровь. Пока готовилось изысканное блюдо, Пайпер напевала свою любимую песню Ванессы Палади. Колетт,лежавшая на кровати с заплаканным лицом в соседней комнате, слышала это красивое пение,которое ни разу не сфальшивило, было таким изысканным,идеальным,совершенным, одним словом–потрясающим. Однако,голос своего кумира уже не казался ей таким приятным,а наоборот отталкивающим и пугающим. Теперь она слышала его совсем по другому. Когда песня закончилась, аристократка с серебряным подносом направилась в комнату к уже принадлежащий ей вещи. Она шла легко ,будто была птицей и парила между облаками,или же сама была мягким и пушистым облаком,слегка качавшимся на теплом ветру. Открыв свою комнату, Пайпер положила ключ в карман своего голубого платья и поправила,уже красовавшуюся на ней,ранее лежащую на столе чуть посветлее на оттенок заколку. Девушка поставила блюдо на стол и вышла,не став тревожить отдыхавшую после стрессовой ситуации обладательницу белых,как снег волос. Вместо чего стала готовиться к следующему,не менее интересному и увлекательному для Пайпер вечеру. Луна освещала письменный стол,за которым та сидела и что-то писала тонким почерком на бумаге. Сколько же энергии потратила блондинка сегодня? Ощущалось это для неё, больше чем после съёмок. Впервые она испытала такую порцию адреналина,который в будущем станет наркотиком для неё. Девушке так сильно не хватало этого. Наконец,написав на бумаге последний отрывок от текста: "Что мы знаем о жизни? Её можно назвать жестоким испытанием,которое может выдержать не каждый. Кто-то упадёт в самую низшену общества,а кто то будет править им. Кто то будет находить радость в повседневной рутине,а кто то будет требовать от обстоятельств чего-то необычного,что можно назвать экзотикой для человека. Как по мне,последний упоминаемый в тексте,всегда прав. Каким бы абсурдным и безумным не было его мнение. Что мы знаем ещё? Существуют наркотики. Для каждого они разные. Алкоголики могут высказать свою точку зрения,а именно : "Алкоголь-это анестезия, при помощи которой мы переносим такую сложнейшую операцию как жизнь." И они будут правы в каком то роде. Курильщики же могут сказать по другому: "Бесплодна жизнь, лишенная иллюзий. " Будут правы и они. Так кому же верить? Кто будет прав в данном случае? Последний ли упоминаемый? Каждый ответит по разному. Прямо как и эти две особы. Однако, найдутся и третие лица, которые выскажуться по своему. Так что в итоге мы знаем о жизни? Все справляються с потребностями по разному. Поэтому мир и наполняет такое большое количество уникальных людей. В этом есть какой то шарм и.." Писательница ,не в силах вывести последнее слово, упала на столик,за которым сидела и заснула сладким и в тоже время, крепким сном.