Ride It

Ночь. Неоновые огни клуба освещали улицу, своим светом завлекая людей, словно мотыльков, стремящихся подлететь к свету. Молодой человек лет двадцати шел по направлению к клубу. Его клубу. Это был владелец сети довольно известных развлекательных заведений по имени Рафаэль. Этой ночью ему было неуютно сидеть одному, еще и количество работы било его по голове, что хотелось просто забыться, утонуть в алкоголе и утопить в нем все, что давило на него. Уже подходя к дверям клуба, парень услышал ругань и крики, поэтому решил поинтересоваться о том, что произошло. На глаза попалась фигура симпатичного парня с большими зелеными, словно изумруды, глазами. Он отчаянно пытался войти, но его не пускал вышибала на входе, ведь парню было всего семнадцать лет. И какой черт дернул его честно ответить, сколько ему лет? Сейчас бы уже давно вовсю отрывался в клубе, а не ругался на входе с двухметровым амбалом, что, кажется, еще немного и прожжет в нем дырку. Голубоглазый со смешком наблюдал за открывшейся картиной, как вдруг ему стало жалко парня, он же все-таки отдохнуть пришел, а не стоять на входе, как истукан. Холодная большая рука легла на хрупкое плечико парня, и по спине того прошлась мелкая противная дрожь, что отдавала где-то в пятках. Неужели его сейчас выставят? Но он так долго ждал этого момента! Над ухом раздался глубокий тягучий голос, что разом выбил все мысли из сознания юноши. До чего же приятно. Сладкий, словно тающий на жаре мед, тембр опьянял, заставляя ноги подкашиваться. Не сумев сдержать любопытства, зеленоглазый устремил свой взор на человека, что так и не убрал руки с его плеча. Необычные фиолетово-голубые глаза тут же зацепили, и брюнет уже был не в силах отвернуться. — Пропустите его, он со мной, — произнес Рафаэль, глядя в глаза своему подчиненному. Тот лишь растерянно смотрел на парня. Неужели этот ребенок был вместе с господином? Но если он так сказал, значит так и есть, верно? Тихо бормоча извинения, мужчина отошел от двери и учтиво поклонился, видя, как смягчается взгляд его босса. Все же тот умел одним взглядом вышибать весь воздух из легких, доводя до состояния настоящей паники и ужаса. Но эти глаза так и манили, безумно хотелось смотреть в них, не отводя взгляда. Неоновый свет ударил по глазам, неприятно выжигая на сетчатке разноцветные пятна разнообразной формы. До чего же раздражает. Атмосфера клуба была самой типичной для таких заведений: много алкоголя, много музыки, что бьет по ушам и «раскачивает» тем самым танцпол, слишком много людей. Но ради этого же и приходят в клубы, верно? Первым молчание, что возникло, когда оба парня вошли в помещение, нарушил старший из них. И вновь по спине младшего прошла приятная дрожь. Он бы слушал этот голос над ухом всегда, от одного звука сносило крышу, а в горле возникал ком, что опускался ниже и ниже. — Как тебя зовут? — старший сел за барную стойку и жестом указал на позицию в алкогольной карточке. Жаккар уже давно заприметил изучающие взгляды, которые бросал на него юноша, и то, как подкашиваются его ноги, стоило только старшему начать говорить. На самом деле, он и сам был заинтересован в человеке, которому помог пару минут назад. Все-таки не каждый день он ходил в клуб, да и не каждый день можно увидеть парня с такими большими и красивыми глазами, в которых сейчас плясали отражения огней с потолка. Его губы были приоткрыты, он словно застыл в этот момент, не ожидав услышать этот вопрос. — Я — Шин Асакура. Спасибо, что помогли мне, я сейчас заплачу. Столько с меня? — юношеская рука дрогнула, когда её, полезшую в сумку, остановила другая, безумно холодная, она буквально остудила пыл парня. Если бы она еще коснулась его пылающих щек… Лишь бы его собеседник их не заметил! Но от проницательного взгляда Рафаэля не скрылось даже то, как Шин «незаметно» облизал свои губы. Они притягивали взгляд не хуже изумрудных глаз, особенно когда их обладатель сам в открытую пялится на изогнутые в легкой полуулыбке губы. Боже, как же хотелось коснуться их. Даже не губами, просто, пальцами. В мыслях голубоглазого уже пронеслись картинки того, как юркий язычок юноши скользит между его пальцев, играясь с фалангами и целуя их. Дальше мысли не заходили, это было бы как минимум неприлично, а как максимум могли привести к не самым хорошим последствиям. — Не надо, — Рафаэль мягко убрал чужую руку в сторону и отпустил. — Не надо денег, просто считай это небольшой прихотью владельца этого клуба, — щеки Шина тут же вспыхнули еще сильнее. Неужели он сейчас болтает с самим хозяином этого клуба?! Боооже, а ведь он откровенно пялился на него. Как он до сих пор не выставил его? Вопросы роились в голове, когда руки старшего опустились на плечи, а губы слегка коснулись уха, опаляя его жаром дыхания. От этого действия ноги голубоглазого стали ватными. — Ты вроде как развлекаться пришел. Или я неправильно понял? — руки исчезли так же быстро, как и появились на плечах, и переместились на стакан с каким-то безалкогольным напитком. Рафаэлю нельзя алкоголь, от него крыша парня слетает слишком быстро. Зеленые глаза снова заострили внимание на тонких бледных пальцах, а голубые пристально следили за каждым движением взгляда брюнета. — Хочешь? — с легкой ухмылкой произнес старший, с умилением наблюдая, с какой поспешностью уходит в сторону пытливый взгляд. До чего же его «собеседник» привлекателен, нет сил даже для того, чтобы довести парня до состояния полной беспомощности одними лишь словами. — Н-нет, г-господин… — слетело с губ до смерти смущенного Шина. Желание провалиться под землю увеличивалось с каждым движением старшего. Его губы едва коснулись края стакана, а у младшего уже голова кругом пошла, от чего тот поспешил тут же ретироваться с поля зрения своего «помощника». Тот лишь хмыкнул и отставил стакан. Ему не хотелось танцевать, он пришел сюда лишь для того, чтобы расслабиться в компании незнакомцев, что и не ведали о его существовании, о том, кто он такой. Но все же, каждый раз его взгляд выискивал в толпе знакомый силуэт. И нашел. Только вот, парень никак не ожидал, что объект его поисков будет зажат между очаровательной и немного пьяной девушкой и спинкой стула. Стакан беспомощно затрещал, когда сильная рука с силой сжала его, разбивая тем самым вдребезги. Рафаэль молча положил на стол пару купюр и поднялся со стула. Взгляды окружающих тут же устремились на звук, но его источник словно испарился. Раздраженный происходящим на его глазах Жаккар хотел было уйти, когда понял, что сам Шин не в восторге от того, что его буквально оседлала какая-то малознакомая ему особа. Он лишь испуганно озирался по сторонам, когда увидел знакомую изученную во всех деталях фигуру. Она появлялась и исчезала в толпе, но все же направлялась прямо к нему. На тот момент обнаглевшая блондинка уже отстранилась. Её тонкую талию обхватили руки Рафаэля, а в зеленых глазах мелькнула ревность. Пара незатейливых движений, и обидчица уже сидела на коленях какого-то другого мужчины, а парень и юноша уже стояли у входа снаружи. Холодный ветер приятно ласкал лицо и волосы, заставляя вновь глубоко задышать. До чего же жарко было в помещении. Или так думали только они? — Не хочешь прокатиться? Не переживай, я маленьких не обижаю, — Шин злобно шикнул в сторону парня, но то и бровью не повел, садясь в машину. Асакура бесцеремонно сел рядом на переднее сиденье, а губы старшего растянулись в улыбке. Все-таки мальчишке он явно был интересен. Эта ночь была лучшая в жизни обоих. Они объездили весь город, иллюминация которого отражалась в водной глади, когда они проезжали мимо пристани. Пару раз чужая холодная рука ложилась на юношеское бедро, что сопровождалось глухими выдохами, но дальше простых поглаживаний не заходила. Это раздражало и одновременно заводило сильнее. Рафаэль был словно хищник, что нашел жертву, которая сама хотела, чтобы её поймали. Юноша не отставал, и когда находилась возможность, он сам тянулся парню, брал его руку и касался губами. Все это происходило в перерывах между разговорами о семье и увлечениях, но они были лишь для приличия. Оба знали, для чего каждый из них начинает новый и новый разговор. И хотелось закончить его чем-то, что не поддается морали и логике, но нельзя. Не здесь, не сейчас. Никто из них не решился бы переступить черту, что они сами и придумали. Но они все же смогли найти небольшую потертость в ней. Холодные бледные губы коснулись мальчишеских горячих, и мир погрузился в хаос. Они целовались, не желая отпускать друг друга, салон автомобиля наполнялся тихими звуками и стонами, одежда летела на заднее сиденье. Но все это безумие продолжалось лишь до рассвета. Как солнце прогоняет ночную мглу, так и рассвет прогоняет сладкую негу наваждения. Они разошлись так, словно ничего и не было. Не было той кружащей голову близости, той искры между ними в момент первой встречи. Словно все, что произошло этой ночью было лишь сном. До одури приятным, но быстро исчезающим, сном.