Useless apologies

***

Пробиваясь через пелену сна, в голове застучали странные удары, вкупе с со странным пищанием и дикой смесью пиликанья и популярной поп-песни. Если последним был будильник Сынмина, который бета выключил, с трудом нащупав телефон, то про первые два у него не было никаких идей. Звуки не прекращались, и поэтому Сынмин с сонным стоном приподнялся на кровати. Кажется, он начал догадываться, что это было такое. Об этом ему подсказал новый звук в виде мелодии звонка и высветившийся на экране телефона номер Феликса. – Да иду я, – пробурчал себе под нос бета, шлепая босыми ногами по полу в направлении прихожей. За входной дверью оказался никто иной, как Феликс. У Сынмина не было представления, что тот мог делать здесь в шесть сорок три утра. – Ким Сынмин, – грозно проговорил омега, вытягивая вперед свой телефон с историей исходящих вызовов. – Двадцать семь пропущенных звонков. Ты игнорил наверняка, да? Теперь бета наконец понял, в чем было все дело. Он совершенно забыл о наказе Феликса звонить ему раз в час. – Ты серьезно пришел ко мне в шесть часов утра, чтобы припомнить мне мое вчерашнее обещание? – недоуменно зевнул Сынмин, потирая глаза. Он даже проверил историю пропущенных и улыбнулся. – Кстати, не двадцать семь, а в три раза меньше. – Ты ушел гулять с Хенджином до вечера! – всплеснул руками Феликс. – Мне нужно было знать, безопасно ли ты добрался до дома. И ты сам вчера согласился с тем, что у меня будет право вломиться к тебе, если ты не ответишь мне. Будь благодарен Чану, который уложил меня спать и не позволил поехать к тебе в двенадцать ночи. Сынмин прыснул, изучая пропущенные звонки. Действительно, Феликс звонил ему в полночь. Так вот почему ему снилось то, что он попал на концерт day6. Их песня стояла у него на рингтоне. – Посмеялся и хватит. Сейчас же рассказывай, что вчера делал. И почему не отвечал, – Феликс преувеличенно возмущенно сложил руки на груди. Перед этим он, правда, поспешно разулся и бесцеремонно проследовал в гостиную. Что ж, Сынмину и самому хотелось поделиться с другом своей радостью и небольшими переживаниями. Поэтому он, одновременно готовя себе завтрак, в подробностях рассказывал омеге, как они с альфой гуляли по торговому центру, как он познакомился с владельцем "Мохито" и как Хенджин на прощание... – Наконец-то! – радостно воскликнул Феликс, спрыгнул со столешницы и стиснул друга в объятиях. – Вы так долго вокруг да около ходили, только слепой не мог увидеть, как вы друг другу нравились! – он посерьезнел, встал рядом и положил руку на плечо бете. – Я рад, что ты смог довериться альфе. Хенджин – отличный парень, я уверен, вы хорошо позаботитесь друг о друге, – омега вновь обнял Сынмина и заставил того покачаться из стороны в сторону. – Так вы встречаетесь? Глядя в счастливые глаза Феликса, совсем не хотелось его разочаровывать. Но Сынмин не стал врать, пусть он и сам чувствовал поднятие духа от того, что друг радовался за него, как за себя. – Мы только признались, что нравимся друг другу. А после я сказал, что не хочу торопиться, – бета ожидал любой реакции. Но омега лишь поджал губы. – Думаю, если он действительно хочет быть с тобой, он может подождать. Но ты сильно не затягивай с решением. "Нравится" это еще не влюбленность и точно не любовь. Для следующего этапа вам нужно побольше общаться. И у меня даже есть идея! Феликс оживленно рассказал Сынмину о предложении переехать Хенджину к нему в квартиру. По его словам, "хоть вам рано съезжаться, но за аренду тебе платить надо". – Ну ты и меркантильный, – это было что-то вроде их дружеского подкола, когда кто-нибудь из них высказывал мысль о том, как заполучить деньги альф. – Да, и горжусь этим, – с гордостью кивнул Феликс. Даже будучи увлеченными разговором, друзья умудрились даже не опоздать в университет. Чан, который после первой пары встретился с ними в коридоре, отвел Сынмина в сторону, чтобы извиниться за то, что не проявил должной эмпатии, чтобы понять, что Джэхен представляет для беты опасность. Сынмин радушно принял извинения и в свою очередь попросил прощения за контроль жизни Феликса. Разошлись по аудиториям они на положительной ноте. Но окончательно разобрался Сынмин только с Чаном. А с Феликсом ему предстояло отсидеть еще две пары. И тот уже не собирался притворяться, что все нормально. – Что ты собираешься делать с произошедшим? – серьезно спросил омега, полностью развернувшись к другу. Преподаватель ушел и попросил остаток пары просто посидеть тихо, поэтому появилось время для разговора. – А что ты предлагаешь? – Сынмин не стал притворяться, что не понял, кого Феликс имел в виду, и лишь устало спросил его. – И что я вообще могу сделать? Разительная разница была между тем, когда бета мирился с Чаном, и сейчас, когда разговор зашел о Пак Джэхене. Он уже ничего не хотел. – Этот ублюдок заслуживает гнить в тюрьме! И это меньшее, что я могу предложить, – Феликс был в тихой ярости, но он заставил себя успокоиться, когда увидел состояние друга. – Сынмин? – Подавать заявление будет бесполезно, его семья богата. И я устал от него и все, что я хочу, так это никогда его больше не видеть. Со звонком на перерыв в кармане Сынмина одновременно прозвучало уведомление. Феликс отвлекся на подошедшую одногруппницу, что позволило бете просмотреть сообщение. Оно было от неизвестного номера. Но на этот раз он точно знал, кто был отправитель. [+82 3 ХХХ-ХХХХ] Привет, Минни Я хочу с тобой поговорить У тебя же сейчас перерыв? Кафе "Мохито" Сынмин резко поднялся со стола, пугая и друга, и одногруппницу. В ушах был шум. Резко появилось желание жить и что-то делать. – Сынмо? – Феликс заглянул в его глаза. – Пойдешь с нами? Чэрен приглашает вместе пообедать. – Меня уже пригласили, – резко ответил бета. Голова гудела от мыслей. – Вернусь к паре. Он стремительно, не реагируя на удивленный восклик Феликса, вышел из аудитории. Но Сынмин не мог предполагать, что его друг совсем не был так наивен. Омега тоже умел общаться в мессенджерах. На этот раз Сынмин не стал писать Чонину помочь ему. Он лишь надеялся, что в кафе будет достаточно людей, чтобы помочь ему в случае чего. Подворотней рядом вроде не было, но стоило быть осторожнее. Все тело горело, как в лихорадке. В голове Сынмина даже на секунду промелькнула мысль, что он забыл выпить подавители, и это заставило бету остановиться и заставить себя успокоиться. – Сынмин, ты бета, а не омега, – тихо проговорил он себе. – Ты пьешь подавители, только чтобы не быть чем-то средним и поддерживать свой новый сабгендер. Встреча с ним ничего не изменит. И он ничего тебе не сделает. Ты не позволишь. Похлопав себя по плечу для бодрости, Сынмин продолжил идти. Дверь в кафе он открывал уже с холодным выражением лица и внутренней уверенностью. У бет не бывает истинных, он ему никто. Но внутри Сынмин все же облегченно вздохнул, когда заметил за стойкой официанта Чанбина. Все же знакомый альфа заставил его почувствовать себя в безопасности. Хотя бета сейчас был в общественном месте. Что могло пострадать, так это только его моральное состояние. Как только один из посетителей был идентифицирован, как Джэхен, Сынмина окружил фантомный запах морепродуктов. Это была какая-то предательская мышечная или гормональная память, которая помнила, что ранее парень был омегой и тот альфа был его истинным. Живот сразу скрутило. Аппетита не было, но бета и не собирался есть. Ноги стали ватными, и до столика Сынмин добрался за максимально долгое время. Он сейчас благодарил, что не мог чувствовать запахи. Он не смог бы выдержать, как бы его разум рвало на части из-за гормонального притяжения и отвращения от поступков альфы. – Привет, Минни, – мягким, но достаточно спокойным голосом поздоровался Джэхен. Каждая черта его идеального лица вызывала тошноту. Красивая кукла с демоном внутри. – Я заказал твой любимый капучино с капкейком. Именно поэтому Сынмин больше не мог пить кофе с молоком и есть кексы. – Я не голоден, но даже так предпочел бы что-нибудь другое, – холодно заметил он. Его уже бесила эта светская беседа. – Я надеялся на рациональный разговор, – неодобрительно цокнул языком Джэхен. – Ты стал язвительнее, Минни. – Не зови меня так. И ближе к делу. Сынмин думал, почему он вообще до этого тревожился? Пак нисколько не изменился, все так же манипулировал. Видали, справлялись. Джэхен был типичным токсичным представителем богатенького альфы. Когда прошло физическое притяжение, не осталось и капли симпатии, потому что он не мог правильно пользоваться своими преимуществами. И поэтому вызывал только отторжение. Нельзя было без смеха смотреть, как самодовольный альфа пытался изобразить на своем лице искреннее сожаление. Возможно, более наивный человек поверил бы в раскаяние, но Сынмин видел в этом лишь жалкую попытку оправдаться. Ему пришлось научиться разбираться в людях. Но бета держал лицо. Он успеет посмеяться, а сейчас хотелось выслушать, что хотел наплести ему Пак. – Минни, – Джэхен печально изогнул губы и отвел взгляд в сторону, словно действительно чувствовал вину, – я знаю, что я ужасно поступил с тобой. Я ужасный человек, но... после этой разлуки я просто не мог себя контролировать. Все это время я безумно скучал и постоянно сожалел, что оставил тебя. Мне пришлось жестко попрощаться с тобой, чтобы ты не страдал без меня. Сынмин растерянно похлопал глазами. Это действительно походило на правду. Но была одна деталь, о которой не мог знать Джэхен. И потому бета с усилием отбросил все мысли о том, что альфа действительно сожалел. Ведь Пак не знал, что Сынмин слышал тот разговор в коридоре с его дружками. А это в корне меняло предполагаемую реакцию беты на извинения альфы. – Настолько скучал, что решил изнасиловать пьяным при первой возможности? Прозвучал голос, который никто из бывших истинных не мог ожидать. Тяжело дышащий, явно от бега, Хенджин стоял прямо перед их столом и гневно смотрел на Джэхена. Что ж, теперь и Сынмин не смог похвастать спокойствием. – Что ты... – только и успел возмутиться бета, как вмешался Пак. – Не смей меня обвинять! Ты третье лицо, поэтому попрошу удалиться отсюда и не мешать нам. Джэхен переводил яростный взгляд с беты на альфу, и что-то в его голове щелкнуло. Он резко повернулся к Сынмину и обвинительно указал на него пальцем. – Ты что, крутишь с ним что-то? А он знает, что ты омега и у тебя есть истинный? И как ты вообще смел кого-то себе найти? Я твой альфа! Даже не встревая, Сынмин молча выслушивал это, краем глаза видя, как закипает Хенджин. Но прежде чем Хван успел что-то сказать, он сильно пихнул его локтем. Бета хотел услышать все, что на эмоциях мог сказать Джэхен. Пак себя перестал контролировать. – Думал, я не знал, что ты вероятнее всего потеряешь запах? Я надеялся, что у тебя это отбросит желание искать кого-то. Тем более, кому был бы нужен омега, брошенный истинным и потерявший запах? Но нет, ты даже так умудрился себе найти кого-то, – Джэхен презрительно взглянул на Хенджина и усмехнулся. – Чем он тебя вообще привлек? Ни запаха, ни стиля, ни в постели он не хорош. И вновь Сынмин остановил Хенджина. Бета уже успел подумать, что это было вообще не дело альфы – встревать в их с Паком бывшие отношения, но сейчас стоило разобраться с самим Джэхеном. – То есть, ты хочешь сказать, что намеренно меня бросил, чтобы я из-за морального потрясения потерял запах и не смог бы найти себе никого? – спокойным, но саркастичным голосом подвел итог Сынмин. – И сейчас надеешься, что после попытки изнасилования вернешь меня? Ты думал, когда произносил свою жалкую речь? Ох уж эти бесполезные извинения. И если сначала я хотел просто послать тебя, то после этого выступления мне захотелось увидеть тебя в суде. Следующая наша встреча будет там. Заметив, что к ним уже спешил Чанбин, чтобы попросить не спорить в кафе, Сынмин достал наличку и протянул ее альфе. – За кофе и десерт. Этот альфа заплатит за себя сам. Извиняться за эту сцену будет он же. Спасибо и до свидания. После этого бета стремительно вышел из кафе, даже не проверяя, идет ли за ним Хенджин. Он предполагал, что альфе будет важнее его состояние и возможность объясниться. Очень не хотелось устраивать еще один скандал в общественном месте, но как можно было иначе? Ему были важны его личные границы. – Что это было, Хенджин? – Сынмин немного отошел от здания, ближе к темному проулку, и обернулся. Он почувствовал, что альфа пошел за ним. Хенджин не выглядел виновато. Он стоял прямо перед ним, сложа руки на груди. И он определенно не жалел о том, что сделал. О чем и сообщил. – Почему ты решил встретиться с ним? Он тебя чуть не изнасиловал! Ты хотел позволить собой манипулировать? – не укоризенно, но с волнением спрашивал альфа. – Что это было, Сынмин? – За кого ты меня принимаешь? Я не позволил бы себе поверить его сладким речам! – возмущенно воскликнул бета. Его щеки покраснели от злости. – Меня больше интересует, почему ты позволил себе вмешаться? Это мое дело, и я тебе не омега, который будет тащиться от того, что альфа его защитил! Повторюсь, я бета, и я буду себя таковым считать, вне зависимости от того, что раньше я был омегой. – Сынмин... – Хенджин на секунду замолчал, подбирая слова. Его голос звучал искренне и убедительно, – я защищал тебя не как омегу, а как парня, который мне нравится. Альфа сочувствующе покачал головой и вздохнул. – Мне кажется, у тебя неправильно представление о том, каким омегой ты был. И какие омеги на самом деле. Скажи, ты ведь считаешь Феликса сильным и стойким? Сынмину сильно не нравилось, что Хенджин прямо сейчас хотел залезть в его голову, когда он был в уязвимом состоянии, но, глядя на серьезное лицо альфы, смирился. И медленно кивнул в ответ на вопрос. – Феликс не исключение из правил, он обычный парень-омега, который может постоять за себя. Так почему ты считаешь, что тебе быть омегой значит быть слабым? – Я попался на удочку Джэхена, потому что я был омегой! И поэтому же поддался альфьему притяжению и не подумал о том, что истинность, основанная на одних гормонах, не сделает из нас идеальную пару! – Сынмин был даже рад, что Хенджин спросил это у него, когда он был на эмоциях. Он не смог бы это сказать в спокойном состоянии. – И чего ты говоришь о мне омеге? Разве ты не сказал, что я нравлюсь тебе бетой? – Сынмин, я не прошу тебя обрести запах, пойми, – Хенджин подошел ближе и коснулся плеч Сынмина, чтобы тот посмотрел ему в глаза. – Я лишь прошу, чтобы перестал ненавидеть прошлого себя и винить себя за то, за что ты не был ответственен. Нет смысла думать, что нужно было сделать по-другому. Ты поступаешь в соответствии с информацией, известной тебе в данный момент. Нет твоей вины в том, что ты не смог предугадать действия Джэхена. По щеке Сынмина скатилась горячая слеза и упала на холодный асфальт. Она ознаменовала перемену в разуме беты. И чтобы поддержать его в этот момент, Хенджин сделал последний разделяющий их шаг и мягко обнял Сынмина. Тот же крепко вцепился в спину альфы и вдохнул успокаивающий запах лимона. И тут же удивленно отстранился. – Ты... пахнешь? Лимон... я чувствую его... – кажется, Сынмин резко оказался на грани истерики. Он широко раскрытыми от паники глазами смотрел на альфу и дышал ртом. – Тш-ш, – Хенджин вновь притянул его к себе. – Я купил парфюм, наиболее похожий на мой природный запах. Хотел, чтобы ты тоже чувствовал его, – он замолчал, гладя бету по голове. – Но тебе правда стоит перестать себя ненавидеть. Сынмин печально улыбнулся и уткнулся в плечо альфы, наконец расслабленно дыша. Запах лимона приятно наполнял легкие. И правда, природный запах сильнее всего исходил от желез на шее и запястьях, а у Хенджина пахла именно одежда. Хотя немного чувствовался лимон на шее, но он был до того слабым, что скорее всего был парфюмом. – Я постараюсь.

***

– Спасибо, что вернул мне его, – Феликс с глазами на мокром месте от волнения обнимал друга и благодарил Хенджина. Оказалось, что омега, заподозрив неладное, сразу же написал Хвану, чтобы тот помог Сынмину в крайнем случае. Ибо в последнее время был лишь один альфа, который мог захотеть встретиться за обедом. Феликс хорошо знал, когда бета просто хотел побыть один и когда искал себе неприятности. – Ты не представляешь, как я волновался!– закончив выражать благодарность, омега зло встряхнул Сынмина. – Ну и что ты хотел от него услышать, а? Сынмин неловко улыбнулся, косясь на Хенджина. Тот молча пожал плечами. Он не собирался болтать, это было уже дело беты – что рассказывать своему другу. – Хотел посмеяться над той чушью, что он мне собирался сказать. Ну и пригласил его в суд, – почти не соврал Сынмин. – А плакал ты от смеха? – недоверчиво прищурился Феликс и перевел взгляд на Хенджина. После резко стал наивным веселым омегой и улыбнулся. – Так когда суд? Подали заявление в тот же день. Сынмин не ожидал, что это будет легко, но уже в полицейском участке офицеры осуждающе переглянулись, когда было упомянуто, что виновным был истинный жертвы. В их устройстве мира такое не укладывалось. Сам суд тоже был тем еще унижением. Доказывать, что все это было так, а не по-другому, выслушивать комментарии, точно ли Сынмин уверен, что хочет обвинять своего истинного. Все эти предложения о мировой бесили до умопомрачения. Но затем бета чувствовал поддерживающие его руки с двух сторон и уверенно улыбался Феликсу и Хенджину, которые везде его сопровождали. Чан тоже присутствовал, но он лишь сидел рядом, позволяя все сделать своему омеге. Была и Ханна, пришедшая в ужас от истории беты, она даже отчитала Чана за недосмотр за своими гостями. К большому сожалению, родители Сынмина приехать не смогли. Они жили в другом городе и в это время находились вместе в командировке в другой стране, но их не стали держать в неведении и первым сообщали о всех новостях. Только благодаря поддержке родителей, друга и... будущего парня (они пока остановились на этом) Сынмин смог выдержать все это до самого конца. И стоя в коридоре он мог лишь сказать, что итог этого стоил, пусть и не полностью оправдал ожидания. Джэхен не получил тюремного срока, а лишь пару лет условного и достаточно большой штраф. Этому, конечно же, поспособствовало небедное положение его семьи. Но Сынмин мог сказать, что он был рад и этому наказанию. Его целью не было посадить альфу в тюрьму, пусть тот точно этого заслуживал. Бета испытал полное моральное удовлетворение, когда увидел растерянного Пака на месте подсудимого. Наконец увидеть, как Джэхен растеряет свою спесь, было для него елеем на душу. – Ты молодец! – Феликс крепко обнимал Сынмина и похлопывал его по спине. – Этого мудака бы на пожизненное, конечно, но мы сделали уже многое! Омега всегда был очень наблюдательным и поэтому, лишь взглянув на Хенджина и Сынмина, он понимающе улыбнулся и взял под руку Чана. – Давайте выпьем завтра, как умные люди, в пятницу? Дадим вам время, голубки, – он подмигнул другу и, не дождавшись ответа, увел своего альфу. За время судебных разбирательств Сынмин и Хенджин сблизились еще больше. Бета даже набрался храбрости и предложил быть его соседом в квартире. Альфа тогда многозначительно хмыкнул, но без излишних комментариев согласился, давая Сынмину время подумать и сосредоточиться на другой проблеме. И сейчас, когда все наконец закончилось, не осталось причин не разговаривать об их отношениях. – Итак, – Сынмин развернулся на пятках, чтобы обратить все свое внимание на Хенджина. Они еще до суда решили пешком пройтись до квартиры, чтобы каждый успел подумать о своем, и сейчас они уже вновь стояли у подъезда, – поговорим? – Начинай, – любезно предложил Хенджин, а Сынмин закатил глаза и вздохнул. Но бета и так думал об этом всю дорогу и был готов. – Я хочу, чтобы ты стал моим парнем, – скороговоркой на выдохе протараторил Сынмин, не отводя взгляда от глаз альфы. Тот не стал заставлять бету нервничать из-за долгого молчания и вместо ответа мягко притянул того для поцелуя. Он вышел нежным, но после перешел в более напористый и немного кусачий. – Это было "да", – ослабевшим от недостатка воздуха произнес Хенджин, когда они наконец насытились друг другом. – Я уже понял, – прыснул Сынмин и несколько раз медленно вдохнул, чтобы восстановить дыхание. Наступила тишина. Хенджин чувствовал, что уже его бета хотел что-то сказать и поэтому тоже молчал, позволяя собраться с мыслями. Ему хотели сказать что-то важное. – Я... – с трудом начал говорить Сынмин, – тоже хочу сказать тебе "да", – он достал из сумки-шоппера небольшую папку с документами и протянул ее Хенджину. – Я сходил к врачам и сделал много анализов. Хенджин не стал возмущаться, что бета не сказал ему об этом. Это было тяжелым решением, и поэтому он имел полное право подождать окончательного результата. – Я не хочу читать это. Лучше скажи своими словами, – альфа аккуратно вернул документы. К этому Сынмин был готов, так что он, прижав папку к груди, механическим голосом произнес заученные слова: – Действительно, я стал бетой из-за сильного потрясения, но я смог бы восстановиться, не ненавидь я свой бывший сабгендер. За долгое время многие функции омеги атрофировались, но некоторые стали восстанавливаться, – он сделал паузу. – Из-за улучшившегося психического состояния. Мое тело не могло позволить себе вернуть функции тела омеги, потому что я отвергал и себя, и всех альф и не чувствовал себя в безопасности. Но благодаря вам с Чаном... в общем, сейчас возвращаются нюх и запах. Я заметил это еще в день, когда ты пришел ко мне в кафе, но не придал этому значения . Остальное не сможет восстановиться, но мне достаточно и этого, – Сынмин тихо всхлипнул. – Я безумно скучал по своему запаху... по тому, как я строил гнезда... – он обнял Хенджина, уже утыкаясь тому в шею и улыбаясь, когда почувствовал слабый запах лимона. – Спасибо тебе... – Я рад, что ты не ненавидишь себя. Все, что в тебе есть, – часть тебя. И каждую из них я люблю, – Хенджин пальцем приподнял подбородок Сынмина и прильнул к его губам. Поцелуй вышел соленым, но очень сладким. – Я тоже люблю тебя, – бета положил свою голову на плечо альфы. Спустя пару минут Хенджин со смехом заявил, что у него затекли ноги, и чуть отодвинул от себя Сынмина. А после достал ключи и потряс их перед лицом беты. – Предлагаю пойти строить гнездо. Пригласишь меня в него? – хитро улыбнулся он. – Думаю да, – мило прищурился Сынмин. – Лимон и базилик хорошее сочетание. – А если бы я пах по-другому? – шуточно-оскорбленно приподнял брови Хенджин. – Я бы еще подумал. – Ким Сынмин! Сынмину было несложно впустить Хенджина в свое гнездо. Он уже впустил его в свою жизнь. И они оба это знали.