Врач на замену

— Да? — В последний момент я все же успела ответить на звонок, даже не глянула от кого. — Ало, привет. — А, привет, мам. Ты звонила, я на работе не слышала, что-то важное? — Она ведь работает обычно в это время, может случилось что-то? — Да я так, просто. Как на работе кстати? — Да нормально, после праздников спокойнее уже, не так много людей. — Ой ну и здорово. Наташ, чего звоню, я тебе взяла запись к врачу к 20 часам, как раз после работы. — Какому врачу? — Не могу понять, о чем это она, может… — К гинекологу. — Не дав мне завершить мысль ответила мама. — Мам, я… — Блять, ну вот опять начинается. — Я знаю, знаю. Но Наташ, справка сама собой не сделается, все равно ведь придется к нему идти, ничего в этом страшного нет — сходила и забыла. — Строго, но в то же время с пониманием говорила мама. — Да я не боюсь, я просто… — Так, время у тебя 19:48, это последний талон, врач до 20. Кабинет 205, по-моему, не помню точно, сама спросишь. Все, мне пора, давай до вечера. — последнюю фразу она проговорила так быстро, что кажется положила трубку еще после «до», даже не закончив, а продолжение я додумала сама. Оставшиеся пара часов прошли быстро. Мы с подругой изучали новые игрушки, покупателей почти не было, поэтому можно было заниматься своими делами. Картошечка сегодня была особенно вкусной, да и вообще день блин намечался приятный, если бы не такой «сюрприз» от матери. Чем меньше оставалось времени до конца рабочего дня, тем больше волнения во мне просыпалось. Пока ничего серьёзного, просто легкое беспокойство на затворках сознания, но вещь все равно крайне некомфортная. Это как понимать, что через месяц начинается сессия, с одной стороны есть куча времени, при остром желании еще можно даже не думать о ней, но с другой — факт остается фактом, сессия начнется, и от этого никуда не убежишь, а чем меньше остается времени, тем больший процент твоих мыслей занимается переживаниями. Время 19:40, в поликлинике людей мало, только пара человек возле справочного стола. Нужно забрать талон в регистратуре. — Здрасьте, у меня талончик к гинекологу. — Вам для справки? Фамилия? — Безынтересно уточняет на вид не очень приятная тетя. — Да, Соловьёва. На 19:48. — Нервно отвечаю я. — Минуту. — Говорят за стеклом и женщина уходит куда-то в соседнюю комнату шелестеть бумажками. Возвращается уже с талоном и протягивая его в руку добавляет: — Кабинет 204, в 205 врач на больничном, её заменяет новенькая, Высоцкая Юлия Игоревна. Красивая фамилия. Я быстро сдаю куртку в гардероб и поднимаюсь на второй этаж. Жетончик номер 205, забавно. 202…203…204 — останавливаюсь перед белой дверью с табличкой «Врач-гинеколог». Сердце бьётся часто, то ли из-за подъема по лестнице в спешке, то ли от волнения, а может от всего и сразу. Стучу два раза, открываю дверь. — Извините, можно? Рядом с медицинским шкафчиком стоит молодая девушка, на вид ей 23-25, только после универа наверное. Красивое лицо не прикрыто маской, она спущена под подбородок, русые, средней длины волосы по-деловому заплетены в хвост. Она стоит боком, черные колготки отлично смотрятся под идеально белым халатом, затянутый пояс подчеркивает стройную талию и бёдра. Обычно, когда в таких ситуациях оказываются молодые парни, они начинают краснеть от смущения при виде красивой девушки, нервничать и смешно заикаться, забавно, но именно в таком положении сейчас нахожусь я. — Конечно, проходи. — Повернув голову и улыбнувшись мне отвечает будто сошедшая с картинок PlayBoy журнала сексуальная медсестра. Она заканчивает что-то перекладывать в шкафу, закрывает дверцу и аккуратно опирается на край своего рабочего стола, полуприсаживаясь, осматривает меня. Замечая мой легкий ступор и не замечая никакого движения с моей стороны она опускает свой взгляд вниз на медицинскую карточку, лежащую на столе. — Наталья? — Девушка протягивает руку, указывая на специальное кресло для осмотра и продолжает: — Располагайтесь, посмотрим, с чем вы пришли. — Этот мягкий и заботливый приказной тон выводит меня из собственных мыслей. — А, да, конечно, сейчас. — Я быстро закрываю дверь за собой и прохожу внутрь кабинета. Делаю несколько резких шагов и снова наступает пауза. Руки внизу держат сумочку, замечаю, что мне жарко, волнение копилось долго и сейчас целый ураган из бабочек и прочей милой фигни бушует внутри, чуть ниже живота, во рту пересохло. Я вроде бы понимаю, что мне нужно раздеться для осмотра, но почему-то жду пока мне скажет об этом Юлия Игоревна, стою, как оловянный солдатик, ожидая приказа. — Ну чего же вы так неуверенно, в первый раз? Наталья, для начала нужно раздеться, я могу помочь, если хотите. — Девушка очень быстро, но в то же время плавно меняла интонацию. Вопрос был аккуратным и мягким, затем более твердый, уже знакомый приказной тон выделяет слова «нужно раздеться», а после открытое и игривое предложение помочь. Я снова выхожу из ступора и начинаю двигаться к стулу возле стены. Оставляю на спинке сумочку, присаживаюсь, начинаю разуваться. Разум витает в облаках, мысли размыты и я даже не могу точно сказать почему, смесь волнения и какого-то странного смущения поглотила меня с головой. Пока мой взгляд уставлен вниз и я пытаюсь развязать шнурки девушка медленно направляется ко мне. Закончив такую, казалось бы, простую задачу в обычном состоянии как снять обувь я поднимаю взгляд вверх и понимаю, что прямо передо мной стоит Юлия Игоревна. — Умничка. Теперь снимай джинсы. — Все так же нежно приказывает она. — Угу. — Сглотнув слюну отвечаю я и приступаю к следующему такому простому и, в то же время, такому тяжелому заданию. Пальцы никак не могут расстегнуть пуговицу, а напряжение нарастает, тело будто становится ватным и это ни капли блин не помогает моей мелкой моторике. Вдруг дистанция между нами сокращается за секунду и ее руки уже уверенно отводят мои собственные от злосчастной пуговицы. Она поднимает их вверх, так же уверенно берется снизу за свитер и ловким движением снимает его, оставляя на стуле позади. Расстегивает пуговицу, затем ширинку, быстро проводит обе руки к моей попе по поясу джинс и приспускает их. Правая ладонь ложится мне чуть выше груди и мягко толкает на стул. — Дда, спасибо. — Это самая нервная и неуверенная благодарность, которую я когда либо говорила. Тем не менее, немного придя в себя я быстро снимаю джинсы и встаю, но инициатива вновь перехвачена, ловка пара рук уже стягивает с меня трусики, слегка ощупывая мои бедра и ляжки. Девушка встает с колен не отрывая своих ладоней от моего тела, проводит ими от ног до талии, затем пробегает по спине и так же быстро, расстегивая лифчик, снимает последний клочок одежды. — О-ой. — Я тут же вскидываю руки, чтобы прикрыть одной грудь и второй промежность. Я прижимаю левую руку внизу и понимаю, что вся мокрая…там. По внутренней стороне правой ляжки буквально стекает тонкая струйка, а сама ладонь становится влажной от моих соков. От волнения и стыда подступают слезы и подкашиваются ноги, сладкая истома ниже живота приятно туманит сознание. Не успеваю я опомниться, как меня уже укладывают на кресло осмотра, уверенным и сильным движением раздвигают ноги и спустя секунду два пальца входят в мою горячую и влажную дырочку. Глаза закатываются от наслаждения, зуд сменяется легкой болью и невероятным оргазмом от одного толчка внутрь. — Ааааххх… — громкий стон вырывается неосознанно, после чего мой рот до конца «приема» закрывается свободной рукой моей насильницы. Накатывает настолько сильный оргазм, что я почти теряю сознание, а может и теряю, трудно сказать точно. Из глаз текут слезы, приглушенные стоны вырываются из-под нежной, такой приятной и теплой ладони, от которой в голову ударяет до боли знакомый, вкусный запах крема для рук. Пальцы внутри меня меняются, теперь это средний и безымянный. Они стимулируют верхнюю стенку моей киски и каждое прикосновение заставляет дрожать от простреливающего через все тело удовольствия, ноги судорожно подергиваются, руки вцепились в седушку кресла. Ко всему оркестру бушующих эмоций и ощущений прибавляется горячий и влажный язычок на правом соске. — Ахх аххх аааахх… — Стоны усиливаются, сознание расплывается по всему телу и перемещается от одной точки удовольствия к другой, ускоряя и без того хаотичную бурю эйфории в голове. Прикосновения постепенно начинают приятно обжигать и без того моё горячее тело. Посасывание, облизывание и покусывание сосков сводит и с ума, и я чувствую, наверное, прямо как животные перед бурей, как издалека, медленно, но верно подступает второй оргазм. Тогда моя насильница убирает ненадолго руку ото рта, и мы сливаемся в страстном поцелуе, вернее, в самом настоящем засосе. Романтики в этом нет никакой, только животная страсть, горячие языки, покусывание губ, стекающая слюна и стоны с обеих сторон. В безумном экстазе она облизывает все мое лицо, мои слезы и слюна смешиваются с ее собственной, затем она слегка отдаляется, и я впервые вижу что-то, кроме потолка и ее ладони/лица. Я медленно опускаю взгляд, борясь с сильным желанием снова закатить глаза. Мое тело влажное, на груди засосы и следы от зубов, оргазм уже на полпути, как вдруг пальцы покидают мою горячую дырку и мне прилетает хлесткая и громкая пощечина той самой влажной и теплой правой ладонью. Щека горит, чувства вновь смешиваются с еще большей силой закручивая в водоворот боль от удара, которая лишь усиливает наслаждение, запах собственной киски и ее вкус на губах. Она бьет второй, третий раз, а затем левой рукой снова затыкает мне рот ровно перед тем, как я издам еще более громкий стон. Правая возвращается на своё любимое место, войдя так же резко, как и в первый раз. И вот когда оргазм уже ощущается на кончиках пальцев, когда по телу начинают бегать мелкие электрические разряды, ладонь, закрывающая мой рот, перекрывает мне дыхание, закрывая теперь еще и нос. Я перестаю дышать, просто не могу сделать вдох, но к удивлению, паники не наступает. Все тело замирает, будто ожидая очередной глубокий вдох, за которым последует громкий выдох вместе с вырывающимся стоном, но никакого вдоха не происходит. Вот в эти самые мгновения оргазм просто взрывает мозг. Нехватка кислорода многократно усиливает эйфорию, тела я не чувствую, вместо него огромный сгусток разврата, стыда, удовольствия и боли. Находясь в самом центре этой бури, я теряю сознание и просыпаюсь, будучи в кабинете уже одна. На столе передо мной лежит готовое заключение от гинеколога со всеми печатями, а рядом клочок бумаги, на котором дрожащей, судя по всему, рукой написан номер телефона с подписью «Второй раз будет еще лучше».