И снова я смотрю тебе вслед...

      Когда два брата заходили в тронный зал, переговоры уже начались. За круглым столом сидел Каспиан и что-то обсуждал с королем и королевой Тархистана.       Король выглядел достаточно молодо, на вид ему было не больше сорока. Черные волосы, смуглая кожа, средний рост, недлинная борода — это все, что смогли рассмотреть короли, когда входили. В целом, если бы не его одежда, обшитая золотыми нитями и драгоценными камнями, его было бы сложно назвать королем, чего не скажешь о королеве.       Красивая, утонченная женщина лет тридцати пяти. В нее можно было влюбиться, увидев лишь идеальную королевскую осанку и шикарные русые локоны, ниспадавшие волнами до осиной талии. Ее темно-синее платье отличалось роскошной простотой, особенно для светских дам, которые казалось наденут на себя все драгоценные камни мира, шелка и кружева, лишь бы привлечь внимание и заставить «подруг» завидовать. Лиф одеяния был обшит бисером и сапфирами, ее внешний вид буквально кричал об исключительном вкусе. Лишь массивная золотая корона, инкрустированная рубиновыми и турмалиновыми камнями, утяжеляла ее образ и явно старила ее молодую внешность, ведь как принято в этом обществе королевами были женщины после сорока.       — Добрый день, просим прощения за столь позднее появление. — вежливо извинился Питер.       Парни подошли к столу и сели рядом с Каспианом.       — Мы пропустили что-то важное? — спросил Эдмунд, обращаясь к гостям.       — Насколько нам известно, король Питер, вы делите верховенство с королем Каспианом, его величество отказывается становится нашим союзником в войне с Орландией. Можете ли вы как-то повлиять на его решение? — проигнорировав вопрос Эдмунда, начал король Рабадаш.       — В войне с Орландией? Простите я не понимаю о чем вы. — переспросил Эд.       — Эти свиньи совсем обнаглели, мы предлагали им брак с нашей дочерью, но они уперто заявляют нам, что в этом не нуждаются, видите ли за ними итак стоит огромная держава. Король Питер, какие меры вы можете принять, чтобы помочь нам?       — Вот подонок, если я не являюсь верховным королем — это еще не означает, что можно игнорировать меня, — произнес Эдмунд шёпотом, не заметив, как Питер глянул на него, в следующую секунду парень почувствовал, как брат толкнул его под столом ногой, — Кхм-кхм, по нашим источникам юной принцессе всего год, не думаю, что со стороны Орландии было разумным соглашаться на брак четырехлетнего принца с годовалой девочкой.       — Вероятно, вы еще не дошли в изучении наук до истории Тархистана, что довольно прискорбно, учитывая ваше положение. У нас принято… — договорить король Тархистана не успел, поток его изречений остановил немой приказ вскинутой руки Эдмунда.       — Вероятно, вы еще не дошли в изучении наук до дворцового этикета, что довольно прискорбно, учитывая ВАШЕ положение, — ответил Эд, с характерным ему самодовольным выражением лица.       Еще какое-то время мужчины сверлили друг друга взглядом.       — А где ваши королевы, я бы очень хотела познакомиться и узнать их поближе, — попыталась сменить тему жена тархистанца.       Все трое переглянулись. Каспиан отвел взгляд в сторону, не желая вспоминать снова.       — Одна из наших королев в отъезде, — начал отвечать Питер, наблюдая за тем, как ладони Каспиана начали сжиматься в кулаки, — а вторая слишком мала для переговоров. Впрочем, на сегодняшний день ваше предложение не имеет для нас никакой пользы.       — О чем это вы? — подняв бровь, спросил Рабадаш.       Питер повернул голову к брату, и с усмешкой, тихо, так, чтобы только он смог разобрать слова, произнес: «Ты знаешь, что нужно сказать. Действуй.»       Каспиан недоуменно посмотрел на Питера, на что второй просто кивнул, показывая всем своим видом «сейчас все решим».       — Ваше предложение не имеет для нас никакой пользы, — с точностью процитировал фразу брата Эдмунд. В глазах Питера читалось смятение. Не совсем такого ответа он ожидал услышать от брата.       — Принц Эдмунд, при всем уважении, я бы хотел услышать ответ от королей.       Каспиан и Питер ошеломленно переглянулись, понимая, что ожидает короля в следующую секунду.       — ПРИНЦ? ВЫ СЕЙЧАС ШУТИТЕ, ВЕРНО?! — Эдмунд резко вскочил, — Я — КОРОЛЬ НАРНИИ, ЗАРУБИТЕ СЕБЕ ЭТО НА НОСУ. У МЕНЯ ТАКИЕ ЖЕ ПРАВА НА НАРНИЮ, КАК У ВЕРХОВНЫХ КОРОЛЕЙ.       Эдмунд уже не сдерживал свои эмоции: внутри все кипело, мало того, что он переживал за будущее Нарнии, за своих сестер, так его еще обозвали принцем, как будто он был пустым местом…никем.       — Прошу прощения, я бы никогда не подумал, что место короля может занимать подросток. Обычно, я видел королей, которые смогут выстоять в поединке хотя бы семь минут.       Ну все, точка кипения была достигнута, губы Эдмунда сжались в тонкую линию, а из ушей, казалось вот-вот пойдет пар. Не понимая, что он творит, парень вынул свой меч и бросил его через весь стол королю Тархистана. Тот с интересом разглядывал брошенный КОРОЛЕМ предмет.       — Берите меч, — сказал Эдмунд.       — Король Питер, я не понимаю, что здесь происходит. Мы приехали сюда из такой дали для того, чтобы решать политические вопросы, а не сражаться на мечах с каким-то мальчишкой!       — Не уверен, что я могу вмешиваться, — с интересом в глазах ответил Питер.       — Вы, что меня боитесь? — вскинул брови Эд, пристально смотря на противника.       Рабадаш, немного замявшись, все-таки принял вызов.       Теперь уже два короля стояли посреди тронного зала, прожигая друг друга взглядом. Королева побледнела от страха за мужа.       — Прекратите немедленно! — приказал Каспиан.       Тархистанец уже стал опускать меч, когда Эдмунд бросил: «Не до тебя, Кас.»       В следующее мгновение два меча сверкнули, раздался звон стали. Рабадаш пытался найти способ загнать в угол своего противника.       — Шаг. Выпад. Удар. Шаг. Выпад. Блок. Как же вы предсказуемы, — ухмыльнулся Эдмунд, удивительно, он даже здесь умудрялся показывать свой характер. Занося свой меч так, чтобы остановить атаку, Эдмунд начал ускорять темп.       Тархистанец замахнулся в правый бок Эда, однако тот был готов к этому. Рабадашу удалось задеть руку парня, но, казалось, король Нарнии не обратил на царапину никакого внимания.       — Уже интереснее, хоть какое-то разнообразие.       — Ты даже не нападаешь, маленький король.       — Я даю вам фору. — сказал мальчик, ударив своим мечом по мечу соперника еще сильнее. Рабадаш пошатнулся, а Эдмунд добавил: «Вас вообще учат драться?»       — Это только начало, — уверенно ответил Рабадаш, прижимая Эдмунда к стене.       — А я думаю, что мы уже закончили, — произнес Эд, делая выпад вправо и сразу же заводя ногу влево. Король оказался прижат к стене. Не успел Тархистанец опомниться, как его меч полетел на пол. Эдмунд навел меч на его горло. Королева вскрикнула. Эд посмотрел на Каспиана и Пита.        «Эд, пожалуйста, не делай глупостей» — читалось с беспокойного лица брата.       — Даже скучно как-то, тебя бы даже Люси победила, — Эдмунд уже хотел нанести последний удар, как сзади него послышался голос: «Стойте, прошу, не трогайте его».       Эдмунд гордо сказал: «Сильной державой, союзником Орландии являемся мы, если вы нападете на Орландию, вы нападете на Нарнию. А тогда, я вас не пощажу.» Эдмунд замахнулся и воткнул меч в стену, до головы гостя оставалось расстояние в 10 сантиметров. Рабадаш скатился вниз по каменной стене. Сказать, что Питер и Каспиан гордились своим учеником — ничего не сказать.       Едва Эдмунд отошел от своего неприятеля, к своему мужу тут же подбежала Королева, на ее глазах наворачивались слезы.       — Ты в порядке? Не ушибся? — только и смогла выдавить из себя женщина, она почувствовала как к ее горлу подступает ком, а с губ ее, так и пытался вырываться крик. Конечно, она понимала, что им с мужем ничего не угрожает, тархистанка хотела поскорее покинуть этот дворец. Она быстро встала и повернулась к королям, которые молча наблюдали.       — Прошу прощения, но нам уже пора отправляться в путь, — сказала королева, поправляя свою прическу, Эдмунду показалось, что только она себя ведет так, как подобает королеве: сдержанно, рассудительно, вежливо, интеллигентно. Королева и ее муж спокойно вышли из тронного зала, оставляя после себя лишь неприятный осадок. Повисла тишина.       — Эд, что-за цирк ты здесь тут устроил? — раздался голос Питера. — Всмысле? Ты же был непротив. Этот идиот затронул мою честь! Как бы ты поступил на моем месте? — прокричал Эд, — и вообще, что тебя не устраивает? Я победил, к тому же я использовал новые приемы, которые показал Каспиан и по его улыбке я вижу, что он мной доволен.       Тут в тронный зал вошла Люси и увидела странную картину: злого Питера, улыбающегося Каспиана и довольного Эдмунда.       — Что у вас здесь произошло, я видела как уезжают наши гости, они вылетели со дворца, как будто призрака увидели.       — Они увидели твоего брата, а он страшнее любого призрака в бою, — сказал Каспиан.       — Вы что дрались с гостями? — Люси показала на мечи, которые лежали где-то в стороне.       — Да, твой придурок брат дрался с королем Тархистана, МОИМ МЕЧОМ! — прошипел старший.       Каспиан и Питер подошли к Эду с двух сторон, переглянулисись и одновременно дали ему подзатыльник.       — Эй, за что???       — Придурок.       — Именно.       — Люси, пожалуйста, иди забинтуй своему брату рану, — попросил Каспиан, нехватало, чтобы наш КОРОЛЬ слег, а то лечи его потом.       Люси повела брата за собой, оставляя верховных королей наедине.       Все разошлись по разным углам.       Питер решил еще раз изучить карту Нарнии, усеянную разными островами и морями, чтобы понять как быстрее послать весть о возможной войне с Тархистаном их союзникам Орландцам.       Каспиан же просто наблюдал за закатом. Он так устал от переговоров и от всей этой ответственности, которая лежит на нем, за страну и за его народ, что был очень рад сейчас стоять на балконе и ни о чем не думать. Да, сегодняшние переговоры было очень трудно назвать удачными, но еще сложнее было терпеть скрипучий голос этого Короля Рабадаша, который то и дело, нарывался на драку, что в последствии получилось воплотить в жизнь Эду. При этих мыслях Каспиану не удалось сдержать свою ухмылку. Питер подошел к Каспиану и прокостатировал факт: «Нужно предупредить Орландию о возможной войне.»       — Отправим гонца, — Каспиан сел за стол и начал выводить красивые буквы: Уважаемый король Орландии, Рам. Мы вынуждены сообщить о предательстве со стороны Тархистана. По известным нам причинам они собираются завоевать часть Орландии. Вы можете рассчитывать на нашу помощь. Более подробно расскажу при личной встрече, письмо могут перехватить тархистанцы. Мы ждем вас в нашем замке, завтра. Обсудим план действий. При всем уважении, верховные короли Нарнии: Питер-Великолепный и Каспиан X. Поставив свои печати, мужчины отдали гонцу письмо. Чтобы разрядить обстановку Питер перевел тему.       — Как продвигается подготовка к свадьбе?       — Честно говоря, не знаю. Этим всем занимается Лилиандиль. Мы видимся пару раз в неделю, она разъезжает по разным городам и покупает вещи для свадьбы. Кому она вообще нужна…       — Успокойся Каспиан, Лилиандиль не плохая партия для Нарнии и ты это знаешь. Но любишь ли ты ее?       — Эм, наверно, не уверен.       — Если ты не уверен в том, что хочешь этого, не обязательно жениться.       — Я не знаю… — произнес на выдохе темноволосый. «Хотя, кого я обманываю, конечно, знаю.»       В голосе Каспиана читалась безысходность. Он уже сам перестал понимать что говорит, но уверенно продолжал что-то бубнить себе под нос. Парень совсем запутался в своих чувствах к Лили. Были ли они вообще? Что ж, пожалуй, это очень хороший вопрос, и задав бы его Каспиану, тот просто ушел бы от ответа, прикрывая все важными делами в замке. Нет, Лилиандиль была очень красивой и умной девушкой, но его прошлые отношения со Сьюзен были гораздо большим, чем просто быстрые поцелуи в щеку и редкие свидания. Сью была очень важна для него, она, словно маленький лучик солнца, промелькнувший через тучи, могла легко растопить сердце любого, кто бы этого пожелал. Эти две девушки, обе очень красивые, но такие разные, словно небо и земля: Такая теплая и лучезарная Сью, и Лили, иногда поражающая своей загадочность и спокойствием. Каспиану ничего не оставалось, кроме как кружить между ними, как умалишенный. Не зная, как ему поступить дальше он, словно малое дитя, хотел спрятаться от всего мира, забиться в угол и чтобы до конца своих дней его никто не трогал. Забавно, что такие мысли могли проскальзывать у верховного короля Нарнии, но факт оставался фактом: Каспиану нужно было сделать выбор между сердцем и долгом.

***

      Тем временем Люси аккуратно перематывала рану Эдмунда в одной из общих комнат замка. Каменные стены были увешаны картинами. Из мебели в этой комнате были только четыре красных дивана, стоящие напротив друг друга. Пара тумб с подсвечниками, письменный стол, сделанный из темного дерева, с задвинутым под него красным креслом, у окна между двумя диванами справа, стоял камин. Комната была похожа на кабинет или переговорную. Люси и Эдмунд расположились на одном из диванов.       — Что произошло между тобой и королем Тархистана, Эдмунд?       Парень поведал ей интересную историю и Люси засмеялась.       — Вы вели себя, как дети. Не поделили, что-то и сразу в бой. Кстати, ты нашел рог? — иногда она поражала своей прямолинейностью.       — Нет, Лу. Я знаю, где он лежит, но его от туда слишком сложно выкрасть, подожди не много. Всему свое время.       — Я скучаю по ней.       — Знаю, Лу. Я тоже, — Эдмунд обнял сестру, зная, что она сейчас плачет, — все будет хорошо, обещаю.