идеальный.

с самого утра день пошел по наклонной. взглянув на себя в зеркало после сна, сону заметил прыщик, который появился прямо на губе. мягкие губы сону теперь выглядели ужасно, на ощупь было противно, а облизывать их теперь было просто невыносимо. маленькая слезинка вновь катилась вниз по щеке к шее, намочив пижаму с хеллоу кити, причем любимую. паренек пытался выдавить его всем, чем только можно, но в последствии вызвал кровь и маленькую ранку, которая теперь была алой, ее было очень хорошо видно даже из далека. теперь улыбка точно будет не к лицу. ким решил, что не выйдет из дома, пока она не сойдет. телефон, лежащий на унитазе издал звук уведомления. сону быстро подскочил к нему, снимая с блокировки. мой нишимурик ♡: ты обещал мне утреннюю пикчу со своим прекрасным личиком. и где? это было сообщение от ники, его парня. сону грустно улыбнулся, вытерев рукавом мокрые глаза и вернулся к зеркалу. что он может сфотографировать, когда на лице такое? киму было восемнадцать. он жил один, без родителей, и он очень радовался этому. за все время его проживания с ними, он ненавидел себя с каждым днем больше и больше. он был светлым мальчишкой с друзьями и в школе, но дома плакал. рассказывать много не надо, все и так прекрасно знают, что это такое, не так ли? сону попал в такую же историю. мама постоянно гнобила сына за маленький рост и большой вес. хотя сону сам понимал, что он не толстый! но после обидных слов родственников, он не мог сдержать гнев на себя же. одно время он старался худеть, морить себя диетами и держаться на воде, тогда ему было пятнадцать. он попал в больницу в очень тяжелом состоянии, но даже после этого мама сону не перестала вечно напоминать сыну о том, как он погано выглядит. рассказы друзей о том, как мама каждого друга любит сына так сильно, дает деньги, отпускает погулять, как они болтают на разные темы, кушают вместе и даже спят… сону горько завидовал, ведь своей мамы боялся как огня. он съехал. но прежняя ненависть не хочет уходить. он сам стал замечать недостатки своего тела, лица, поведения. он не сидит на голодовке, нет, жизнь сону еще дорога, так решил парень после того случая в пятнадцать лет. он не глупый мальчик, чтобы убить себя диетами так просто. он стал ходить на танцы в свои семнадцать, и даже это увлечение маме не понравилось. но сын не слушал и делал то, что хотел. и сону рад этому. сейчас он не занимается. но ему нравилось то время, когда у него была команда, где они все вместе танцевали. также год назад кореец познакомился с парнем-японцем в интернете. он хорошо знал корейский, как оказалось, и живет не совсем далеко от сону. только ким никак не хотел выходить на связь — стеснялся. его голос был довольно писклявый, особенно если он смеется, ему не нравилось это. еще голос в голосовых сообщениях и по телефону очень сильно отличался от реального голоса, ведь он звучал совсем иначе в реальной жизни. даже присылать свои фотографии сону не желал, не давал свои аккаунты, а в инстаграме у него стояла фотка красивого парня из пинтереста. спустя некоторые месяцы, японец позвонил рано утром, сону даже не видел номер и кто звонит, он поднял трубку и стал говорить. голос показался знакомым, ведь нишимура очень часто записывал голосовые киму, в отличие от корейца. сону узнал низкий голос японца и сбросил вызов. в тот раз он почти расплакался, они поссорились и очень сильно. только тогда сону полностью понял свои чувства к японцу, в тот день они и стали встречаться. ники был готов на такое, даже не видев сону. ким долго пытался понять, почему ники сделал так... только нишимура любил не за голос или внешность, а просто, за то, что сону был. за те два месяца, что прошли, сону стал самым родным из всех, кто только мог быть. он просыпался утром и писал ему, они общались весь день с утра до самой ночи. сону улыбался ярко, забывая обо всех проблемах мира, о себе, покушать даже забывал. нишимура так понравился, так въелся. сону не мог отказаться от отношений, даже на расстоянии. настроение показать свою фотографию у сону появилось через несколько недель после начала отношений. ники был в таком шоке, сону даже не сразу понял что произошло, разорался в голосовое, даже ругал кима, говорил, как невероятно тот красив. его светлые локоны волос мило свисали на глаза, он сфотографировался с красивой и милой маской из инстраграма. на щечках был фильтр в виде двух цветочков, на самом сону была надета белая кофточка с горлом и легкий румянец на щечках от недавнего мороза на улице. рики был влюблен по уши в сону. в каждую его частичку, только сону не знал об этом полностью. рики приехал к сону впервые спустя полтора месяца их отношений. сону смущен был сильно, но не мог просто убежать, потому что сам мечтал о встрече очень долго. нишимура был так рад видеть, но позволял себе только объятья и не более, пугать сону сразу он просто не желал. сейчас они встречаются около девяти месяцев. сону знает, как сильно любит его японец, каждую его часть, только сам сону все еще не может до конца прийти к принятию. ему тяжело. каждый новый день он начинает с оценивания себя около зеркала, а насчет обнажения он вообще молчит. ноги сону покрыты мелкими родинками, которые скопились почему-то в районе одного места и это не нравилось сону с самого первого дня, как он увидел это на своем теле. он не сильно был впечатлен родинками, особенно на себе. поэтому ненависть к ним выросла тогда еще сильнее. он плакал и рыдал. и сейчас без этого не обходится. его ляжки и бедра были действительно худыми, также как и попа. он разглядывал себя по утрам по несколько часов, свою спину, живот, плечи. живота не было никогда, как помнит себя сону. его кожа кристально белоснежная, на руке находится родимое пятно, оно еле заметно. во всем этом сону находит комплекс ежедневно. телефон снова начинает вибрировать, только в этот раз... это был звонок? на экране высвечивается "мой нишимурик", сону берет трубку и прислоняет телефон к уху, пытаясь подобрать рубашку на сегодня, чтобы скрыть свое тело. — малыш, почему не отвечаешь? два часа прошло. ты снова засел в ванной? — голос рики как обычно низкий, уставший. слышно, что тот прилег на кровать по его тяжелой отдышке. — м-м я... нет. я около зеркала стою. не знаю что надеть. как ты думаешь? — не хочешь увидит- — нет! я не хочу чтобы ты видел меня... таким, — сону закусывает губу, почувствовав жгучую боль от недавней незажившей ранки. он шипит, пальцем пытаясь перекрыть боль. — каким таким? самым прекрасным, что ли? — рики мелко посмеивается, даже улыбается кажется, что на самом деле так и есть. рики любит его, только сону глупый, не может полюбить сам себя. — нет же! у меня на губе... — что? сону сжимает рубашку в ладони, боясь говорить японцу предложение вслух. — там прыщик появился! и я его случайно превратил в ранку. губа болит, но чего он это самое... появился там!? я пытался его как-то убрать и сделал, видимо, хуже.. я... — ким немного стал нервничать, сев на кровать. — сону, ну сону-я, а ну перестань. и что, что он появился? у тебя и у меня возраст такой, если ты забыл! они могут появиться где угодно. или ты что-то съел плохое, немытое. сколько раз говорил тебе. я сейчас приеду и- — нет рики! ну не нужно... я.. мне стыдно. — это не обсуждалось вообще-то. нишимура как назло кинул трубку, оставив сону в замешательстве. нужно было срочно что-то делать! сону стал бегать по квартире в поисках тонального крема, каких-то замазок, чтобы скрыть это скорее. еще надо было подобрать более нормальную одежду для встречи японца. сону только десять минут наносил крем на губу, а потом присмотревшись, он понял, что надо наносить на все лицо... он почти расплакался насколько он был уродлив сейчас, как встречать рики-то? он втирал косметику минут десять еще, забыв про злосчастную губу. дверь по-тихому стала открываться... глаза сону настолько увеличились, насколько он был в шоке. ники приехал так быстро, а сону в одной лишь длинной розовой футболке и белье! он не знал что делать, нишимура открывал квартиру своим ключем и уже стоял на пороге, как сону хотел быстро-быстро закрыть дверь ванны, но ему помешали. рука нишимуры была в несколько раз сильнее, поэтому он открыл дверь сильнее, откуда показался сону. он почти сразу начал рыдать и прикрываться, облокотился на стенку и боялся смотреть на ники. он никогда не видел меня полуголым. он увидел мои ужасные ноги, мои неуложенные волосы... — сону, сону-я! — японец, увидев как сону стал рыдать и зажиматься, резко подскочил к нему, и стал аккуратно поднимать. он прижал его к себе резко и сильно, чтобы тот не мог вырваться. ким плакал почти на весь коридор, кажется, у него началась истерика. — маленький, чего ты плачешь? ну что же случилось ну.. твою мать... сону стоял так, сжимая ладонями чужие большие плечи, прижавшись носом к шее. он почти успокоился в объятьях рики, родной запах помогал прийти в норму, только осознание того, как он выглядит сейчас, пугало его. — сону-хён... чего ты разревелся, ну? — ники аккуратно взял лицо сону в свои ладони, длинными пальцами вытерев остатки слезинок на щеках. — не смотри на меня. не смотри. ким уворачивался, как бы не хотел сейчас в объятья любимые. он боялся, что он разонравится нишимуре в таком виде. — да почему не смотреть? сону? ты на что-то обижен? я расстроил тебя? скажи что! — да я уродлив, как ты не видишь! ты... ты понимаешь, что ты слишком... слишком быстро приехал! кто тебя просил? я даже не успел собраться. ведь я... я сегодня ужасно выгляжу, просто кошмарно! ты еще и посмел обнять меня, когда я такой... ты не должен меня видеть, я не хочу чтобы ты видел, я не понравлюсь тебе настоящим... я... — сону почувствовал мягкое касание к своей руке. пальцы нишимуры медленно поглаживали ладонь кима, аккуратно он сплел ладонь парня и свою вместе, сжав настолько сильно, притянул обратно к себе, но аккуратно. руку расположил на талии корейца, показывая все тепло и любовь, которая сейчас очень сильно необходима сону. — сону, пошли в спальню. ким уже не возражал, медленно поплелся с рики за ручку, сев на кровать. он свел ножки к себе, смотря в пол. — иди сюда давай, — японец потянул за ручку несильно, заставив сону залезть поближе к рики. они были совсем не далеко друг от друга, сону сильно смущало то, что его футболка понемногу задирается и это было ужасно неловко. он пытался прикрыть ее рукой как можно сильнее, но не выходило. — да оставь ты ее в покое, сону. нишимуре немного некомфортно наблюдать за тем, как его парень занимается черти чем в его присутствии. он стесняется себя, стесняется нишимуры, разве так должно быть в отношениях? рики любит его, и прямо сейчас желает объяснить это напротив сидящему, если до него действительно не дошло еще год назад. он хватает сону за аккуратную талию и садит к себе на коленки, старший от неожиданных действий цепляется за плечи рики и мечется взглядом по чужому лицу, ища ответ хоть на один вопрос. рики выглядит немного зло, встревоженно, поэтому сону умолкает, перестает двигаться. он чувствует жгучее прикосновение своей кожи к спортивным штанам своего парня. ему нравится, до жути нравится сидеть на его коленях сейчас, но... нравится ли это самому ники? — видишь, я посадил тебя к себе на колени. — н-но... зачем, рики? — затем, что ты мой парень? затем, что я хочу делать с тобой все эти смущающие и не смущающие вещи, потому что это нормально для парочек, разве нет? я не устал и еще много раз повторю тебе, что мне нравится твое личико, даже с этой маленькой ранкой на губе, с этой тонной косметики, которую ты непонятно для чего наносил. сону, я твой парень, мы одно целое, я хочу видеть тебя настоящим, потому что в этом и заключается любовь. я полюбил тебя за твою реальную красоту, а то, что ты пытаешься скрыть себя, это неправильно, понимаешь, милый? — рики аккуратно касается чужой шеи, водит пальцами, но смотрит в глаза, пытаясь увидеть там понимание от сону. он продолжает. — я никогда не видел тебя без нижней части одежды, и без верхней, но скажи же, так не должно быть между людьми, которые любят друг друга и доверяют? сону, я не хочу расстроить тебя или задеть, просто хочу чтобы ты немного понял, я люблю тебя... любым. у тебя красивые ножки, — нишимура неожиданно коснулся чужой ляжки и повел пальцами вверх-вниз, опробовав кожу на ощупь. — прекрасные, я бы сказал. признаться? я бы сейчас зацеловал их сверху до низу, — рики немного опустил взгляд, почувствовав как промелькнула интимность момента. — ты всегда был ангелом, самым красивым для меня. я мечтал целовать тебя везде, твои губы, полностью все личико, шею, грудь, плечи... везде, где можно. я хочу полюбить тебя еще больше. сону улыбался, но мелкие слезинки катились по щекам сотый раз за утро. он перебирал пальчиками футболку на своем парне, смотрел куда-то в одну точку и переосмысливал слова. ники снова стал что-то болтать, касался его талии, случайно задирал футболку пальцами, когда гладил вверх-вниз. сону поднял взгляд на любимого парня и будто благодарил его без слов. подвинулся еще ближе, сев почти в притык животиком к чужой груди и положил голову к рукам, на плечи. ниишимура наконец расслабился. обвил руками сону за спину и чмокнул в макушку. момент был успокаивающий, рики продолжал шептать что-то сладкое на ухо, пока сону осознавал, что его действительно полюбили больше, чем родные родители. его полюбил красивый парень японец, его внешность, которую он не мог терпеть, а может и все еще не до конца может, но он обязательно сделает так, полюбит себя, как его полюбил нишимура. он постарается, для себя, для рики, для их общего будущего, потому что только японец сможет дарить любовь сону. — ты осознал хоть каплю из мной сказанного? — рики приподнял кима за шею, большим пальцем перебирая волосы на затылке. — я осознал, что очень люблю тебя. прости меня. я... это правда было настолько глупо? ты ведь все знаешь... я жил так всю жизнь и... — я знаю, сону, я знаю. но ты не должен насильно принимать себя ради меня. ты должен просто запомнить навсегда, что я люблю тебя таким, каким полюбил изначально, с родинками, с прыщичками, со всем-всем. ты самый чудесный, солнце, и никто другой мне не нужен будет. ты настоящий. японец медленно приблизился к мягким губам. сону еще стеснялся целоваться из-за своей маленькой ранки, только нишимура и внимания не обращал, но сминал любимые губы аккуратно, нежно, дабы не сделать больно. понемногу запускал язык в чужой рот, сплетал его с чужим, это было самое приятное из всего, сону стало тепло. удобнее усевшись на чужих ногах, сону даже раскрепостился, обвив руки вокруг чужой шеи, дав волю для нишимуры исследовать сону и дальше. — мы зайдем дальше? — ну попробуй, милый японец. рики мягко уложил сону на кровать, нависнув сверху. руками полез под футболку, щекоча живот и соски сону. сегодня его ночь точно удалась. а потом и вся жизнь, ведь он любим нишимурой рики.