Мир сошел с ума

             Это с самого начала показалось ему паршивой идеей - её предложение съехаться. Пироника убеждала его, что этот шаг логичный и что ему нужно было быть готовым к этому, но Билл и передавить себе не мог, что до этого действительно дойдёт, особенно учитывая тот факт, что с начала их "отношений" прошло всего каких-то два месяца.       Это всё усложнило. Потому что назрела необходимость продумывать новую жизнь до мелочей: сиротство, чтобы объяснить отсутствие родственников, жизнь в детском доме. Школа, колледж, работа, друзья и многое-многое другое.       Из-за дурацкой партии в шахматы и метки на запястье Биллу Сайферу пришлось с нуля создавать новую личность и учиться быть ею. С одной стороны, ему это нравилось. Это была одна большая, красивая ложь, которая разрасталась с каждым днём, пуская ростки - детали.              Его личное творение, этакое маленькое произведение искусства - правильная комбинация обмана, психологических приёмов, манипуляции, харизмы и немного магии.       Великий демон разума вклинился в монотонность человеческих будней: работал, покупал продукты, платил аренду и счета. Ходил с ней на свидания, ужинал с её родителями и друзьями, а на выходные приезжал в Гравити Фолз и помогал в лавке, пытаясь наладить взаимоотношения с её дядями и братом. Те, к их уважению, оказались не настолько простодушны и внушаемы. Он ещё не подобрал отмычку к их «душам», но в этом тоже был свой азарт.       Билл делал всё это, совмещая со своей настоящей, другой, жизнью и стараясь не впутывать в это Мэйбл. Когда он исчезал на несколько дней или неделю, всегда объяснял это командировками, курсами, встречей со старыми друзьями и всё обещал как-то взять её с собой.       Она же в свою очередь яро пыталась втиснуться в каждый аспект его жизни, а он наоборот старался абстрагировать её от этого. Хоть Пироника и даже Криптос были не прочь поддержать его легенду и познакомиться с ней лично. С какой-то стороны их даже распирало любопытство. Они жаждали деталей, наблюдая за всем этим как за дешёвым сериалом.       Билл оттягивал это, не желая переплетать две абсолютно разные Вселенные между собой, оставив их параллельными друг другу.       Когда он вернулся, было уже за полночь. Тихо закрыв за собой дверь, он бросил чёрное пальто на вешалку и прошёл вглубь квартиры.       Мэйбл спала на диване, свернувшись клубком, как кошка. Сайфер знал, что она будет здесь. Знал, что стол будет накрыт, что тарелки будут аккуратно расставлены, рядом лежать приборы и стоять бокалы. Фантомно он даже чувствовал аромат незажжённых свеч, которые они изготовили на одном из свиданий.       Ужин наверняка остыл, и Билл даже не удосужился подойти к плите и хотя бы посмотреть, над чем же она старалась. Голод он чувствовал не часто, но вкусовые рецепторы работали хорошо, и наслаждаться едой он вполне мог.       Телевизор негромко работал, показывая один из её любимых фильмов - «Алиса в Стране чудес». Немного жуткий и чудной, но Мэйбл всегда говорила, что в нём есть своя особая атмосфера, что она сама как та Алиса, и да, а его она ассоциировала со Шляпником [и даже доставала его, что на первый совместный Хэллоуин они должны нарядиться ими], особенно когда у него вырывались те самые «странные шутки», и, да, правда в этом была.       Билл обещал ей вернуться пораньше, и, хоть частенько эти обещания не выполнял, она каждый раз ждала, обычно с улыбкой и крепкими объятиями встречая его у двери, но, видимо, сегодня утомилась.       Он помнил про фотосессию, хоть и не посчитал это чем-то важным, скорее даже раздражительным. Одна из её университетских подруг занялась фотографиями и пригласила её, чтобы сделать фото для портфолио. Билл не удивился этому выбору. Мэйбл красивая, яркая, и камера её любит.       Целую неделю она не могла найти себе место, и, чтобы она наконец успокоилась, он, не подумав, ляпнул, что придёт туда и поддержит её, а вчера вечером, как ни в чём не бывало, заявил, что уезжает, бросив: «Извини, красотка. Уверен, у тебя всё получится».       Мэйбл так расстроилась, что ему пришлось бросить очередное, пустое обещание: «Ну, не дуйся! Вернусь пораньше, и мы всё отпразднуем». Сайфер, правда, поражался её наивности, что порой граничила с глупостью, ведь она до сих пор продолжает в них верить.       Вот же дура.       Он должен был пройти мимо, налить себе немного виски и побыть в тишине, но почему-то остановился. Свет от телевизора мягко освещал её лицо. Ему стоило бы выключить его и уйти, не обращая на неё внимания, но почему-то он лишь устало выдохнул и подошёл ближе, опустившись на корточки.       Его раздражало то, насколько естественной, человеческой казалась эта картина. Как будто так и должно быть. Как будто он не великий демон разума, а просто Брайан Сидвел, человек, который поздно вернулся домой, потому что помогал старым друзьям с переездом, а его девушка, беспокоясь о нём, не смогла дождаться и уснула.       Биллу не нравилось это ощущение. Особенно когда оно появляется всё чаще и чаще. Ни одна из его пассий никогда бы не ждала его так. Как бы сильно они ни были в него влюблены, не стали бы тратить своё время, готовя ужин, и уж тем более засыпать вот так, утомлённые ожиданием. Они считали себя выше этого. И, с точки зрения логики, они были абсолютно правы.       И его это устраивало, так что Билл не понимал, с чего вдруг вообще задумался об этом и почему он не хотел, чтобы кто-то другой, кроме него, видел её такой?       Он легонько щёлкнул её по носу. Её лицо сразу невольно скривилось, и, немного поворочавшись, Мэйбл медленно открыла глаза. Мутный, сонный взгляд сфокусировался на нём, и лёгкая улыбка расплылась по губам.       Билл мило улыбнулся в ответ.       — Ты вернулся, — сказала она тихо, немного хрипло и, поднявшись на локтях, обняла его.       — Прости, малыш, — виновато протянул он, когда она отстранилась. — По дороге пробило колесо, а запаски не было, и связь почти не ловила. Не смог до тебя дозвониться, чтобы предупредить, — хоть на её лице, в голосе и даже мыслях не было ни капли осуждения, ложь слетела так легко и буднично. На самом деле он находился на межгалактической вечеринке, и она показалась ему куда интереснее, чем пустые обещания. — Но тебе не стоило меня ждать.       — Я не могла не дождаться, — сказала она так, как будто он произнёс самую большую глупость на свете, и, потянувшись, потёрла шею, что явно затекла из-за неудобного подлокотника дивана и слишком маленькой декоративной подушки.       Почему-то к его горлу подступила тошнота. Билл убедил себя, что это последний коктейль из эльфийской крови на адском огне был лишним.       — Пойдём спать. Уверен, ты жуть как устала, — сказал он, поднявшись на ноги.       — И ты явно вымотался за сегодня, — Мэйбл последовала за ним, схватив его под руку. — А завтра утром я покажу тебе исходники. Рейчел скинула мне несколько штук, и они даже без обработки отпадные!       — Я в тебе и не сомневался. Даже у самого бесталанного фотографа с такой прекрасной моделью получится наилучший результат.       Она слегка покраснела и, засмущавшись, легонько толкнула его в плечо, пробормотав: «Скажешь же».