Два метра рост, крысы на спине

На утро Камило проснулся один, укрытый одеялом в своей кровати. Приподнявшись и потянувшись, он оглянулся, на прикроватной тумбочке стояла тарелка с кусочками фруктов и большая чашка, раскрашенная в испанском стиле, в которой был налит ароматный кофе. Камило улыбнулся, это его дядя так заботится, хоть и уходит посередине ночи, но это для их же безопасности. Не вставая с кровати, Камило перекусил свежими фруктами, запивая любимым кофе. Он очень любил Бруно, периодически казалось, что подросток не заслуживает такого прекрасного отношения. Допив бодрящий напиток до дна и опустошив тарелку, лицедей встал и направился к шкафу с вещами. — Касита, заправь кровать. — игриво попросил Мадригаль, но получил в ответ лишь недовольный удар половиц. — Ну пожалуйста. — добавил Камило, улыбаясь, так мило и по-детски. В ответ Касита снова недовольно ударила половицами, но все же начала заправлять кровать хитрого парня. — Как ты думаешь, что мне надеть сегодня? — наигранно спрашивает Камило, перебирая вешалки в шкафу. В его комнате было просторно, как и в любой комнате дома, кроме комнаты Мирабель. Куча зеркал буквально парили по комнате, они нужны были с детства, чтобы постоянно меняющий облик Камило, не забывал, как он выглядит на самом деле. Натянув белую рубашку и любимое желтое пончо с хамелеонами, Камило посмотрел в одно из зеркал, поправил свою шевелюру и отправился в город, выполнять свою работу. По пути он не встретил никого из семьи, видимо все уже занимаются своими делами. Прогуливаясь по солнечным улицам Энканто, Камило наблюдал уже знакомые лица жителей общины, на благо которой трудилась вся семья Мадригаль. Вот его мама Пеппа, кружится вокруг полей и одаривает растения солнечным светом, вот кузина Луиза, собирает на свои плечи сбежавших ослов. А вот ещё одна кузина Исабелла, кружится в танце посередине города и веселит народ своим даром. Ведь теперь ей подвластны не только цветы, но и множество других растений. Камило прогуливался не спеша, ожидая пока кто-нибудь попросит его помочь. Долго ждать не пришлось, одной семье понадобилась няня, чтобы посидеть с детьми. Лицедей лихо принял облик их мамы и занялся делом, отпуская семейную пару заняться хозяйством. Двое младенцев, доверенные парню, находились в его руках и тихо спали, в то время как Камило сидел с ними на скамейке и убаюкивал. Вдруг вдалеке он заметил своего дядю. Он держал за руки какую-то девушку, его кудри подлетали вверх, глаза были закрыты, он что-то шептал. «Ясно, очередное предсказание, хоть бы хорошее» — подумал про себя Камило. Обе руки были заняты, но он скрестил пальцы и ненадолго зажмурил глаза. Спустя минуту, он открыл один глаз, а затем и второй. «Да, ура!» — пронеслось у парня в голове. Та девушка крепко обняла Бруно и начала прыгать от радости, предсказатель выдохнул с облегчением и сделав небольшой поклон, накинул капюшон и отправился дальше. Все таки ему тоже нравилось предсказывать хорошее, а не плохое. Камило искренне восхищался Бруно, ему достался действительно серьезный дар, многие люди боялись этого, даже его семья когда-то. «Он заслуживает, чтобы его любили» — эта мысль всплывала в голове Камило очень часто, и вот сейчас в его голове загорелась кое-какая идея. Солнце садилось, небо переливалось алым и оранжевым цветами, зажигались фонари и свечи. Уставший от длинного дня, Камило сменил облик с пастуха на свой собственный, ведь он помогал пасти овечек, и поплёлся в сторону дома. Семья готовилась к ужину, тетя Джульетта танцевала у плиты, напевая под нос какую-то мелодию. Долорес накрывала на стол, расставляя тарелки и раскладывая именные салфетки, среди которых теперь снова есть салфетка Бруно. Камило подошёл к столу, обходя его и влюблёнными глазами осматривая салфетку с именем его дяди. После того, как Долорес куда-то отошла, Камило принял ее облик и поменял салфетки местами так, чтобы сидеть рядом с Бруно. — Долорес, а где Камило? — спросил зашедший на кухню Феликс с растрёпанными в разные стороны волосами. В ответ Камило пожал плечами, издав характерный для его сестры звук. — Не уж то задерживается, а дядю Бруно видела? — все так же спрашивает Феликс, но Камило все так же пожимает плечами. — Бруно сейчас приходится нелегко, столько лет провести за стеной и вдруг снова оказаться в этой семейной суматохе, я так рад, что Камило воспринял его положительно, они вообщем-то отлично общаются. — рассуждал отец. «Ты даже себе не представляешь, насколько ты прав» — мелькнула мысль в голове парня. — Вообщем, когда Камило вернётся, передай маме, она волнуется, а когда мама волнуется, по нашей комнате гуляют ураганы. — Феликс демонстративно попытался уложить растрёпанные волосы. Камило ещё раз издал звук, который обычно издаёт Долорес и сделав вид, что ему понадобилось что-то на кухне, ушёл. Перевоплотившись, он побежал в комнату Бруно. Ну как комнату, тот самый уголок за картиной, с креслом и крысиным театром. Ведь после всех лет Бруно не решил возвращаться в ту огромную песчаную комнату, ему больше по душе эта тесная коморка. Когда он зашел туда, Бруно мирно спал в кресле, пару крыс лежало на его коленях и тоже спали. Камило улыбнулся, он подошёл и наклонившись над спящим предсказателем прошептал: — Я всегда буду рядом. Легонько поцеловав старшего в губы, Камило вышел из стены и отправился к Мирабель, воплощать кое-какую идею, которая пришла к нему этим днём.