На площадке
Ну конечно, никто же не снимал с Ильи микрофон и ребятам на площадке все было прекрасно слышно. Нурлан очень удивился. — Это что за комплименты на работе? — Сабуров закатил глаза, — Они опять за своё? — Да забей, Нурик. — Эмир вздохнул, — Что им теперь, поговорить нельзя? — Не за десять минут до мотора по крайней мере. — Нурлан отпил воду. В это время Илья и Мэри вернулись на площадку. Девушка была раздражена. — Прошу прощения, господин Сабуров, что не сделала всем комплименты. — Киреева закатила глаза, — Вы все прекрасно выглядите. И мы начинаем съёмку. Девушка вышла с площадки и пошла за Гурамом. Лёха повернулся к Макару. — Снова к Мэрьке подкатываешь? — Щербаков закрыл микрофон рукой, но это не помогло. — Не ваше дело! — крикнула брюнетка. Мэри вернулась с Гурамом и ребята начали съёмки. Киреева, как и все, кто не был задействован в съёмочном процессе, сидела в зале. Парни как обычно шутили и вели себя, как дурачки. Спустя какое-то время подъехал второй гость и Мэри пошла его встречать.***
Мотор закончился в два часа ночи. Впрочем, это было обыденно. К этому времени Киреева была обессилена и лежала на диване в гримерке. Вскоре туда зашли парни. Мэри сразу показала рукой на Нурлана. — Только попробуй что-то сказать, и в тебя полетит подушка. — девушка прикрыла глаза. — Я вообще-то хотел похвалить тебя. — Сабуров фыркнул, — Но теперь не буду. Комики стали переодеваться в ту одежду, в которой они приехали. Никого не смущало присутствие Киреевой, потому что она видела парней и не в таком виде. Все потихоньку стали разъезжаться. Мэри не хотелось никуда ехать. — Можешь у меня сегодня переночевать. — на край дивана сел Илья. Брюнетка лишь кивнула и встала с дивана. Киреева взяла сумку и они с Макаром поехали к нему в квартиру. По правде говоря, Мэри и Илья общались теснее всего. Как так вышло, ребята сами не понимали. Киреева даже пару раз ездила с Ильей на рыбалку. Но даже несмотря на их тесное общение, Макаров никогда прямо не намекал Киреевой на что-то большее, чем просто дружбу. Но Мэри прекрасно замечала все комплименты парня, его тёплое отношение к ней и даже не прочь была ответить на все это взаимностью. — Есть будешь? — спросил Илья, — Могу что-то пожарить. — А остались ещё те шашлыки, которые ты на рыбалке жарил? — Мэри сделала милое личико. — Щас гляну. — Макаров залез в холодильник, — Повезло тебе, ещё остались. Пока комик подогревал шашлыки, Киреева сгоняла в душ. В квартире Ильи девушка бывала часто и поэтому чувствовала себя комфортно. — Давай, я дожарю. — брюнетка подошла к плите, — А ты иди помойся. — Я что воняю? — воскликнул Макаров. — Пиздец как. — усмехнулась Киреева, — Иди давай. Ты не будешь немытый есть. — Ладно. — Илья неторопливо пошёл в ванную. Мэри дожарила шашлык и разложила его по тарелкам. Брюнетка знала, что где-то у Макарова должно быть вино, поэтому Киреева стала рыскать по шкафчикам. — Да где ж оно? — Мэри стукнулась головой о полку, — Бляха муха! Девушка потёрла ушибленное место. Илья как раз вышел из душа и заглянул на кухню. — Что за погром? — удивился парень. — Я вино искала. — Киреева вздохнула, — Пожалуй, оставлю это тебе. — Ты же помнишь, что мы с тобой с алкоголем не на «ты» и не на «вы», а на «извините пожалуйста»? — напомнил Макаров. — Ну чуть-чуть то можно? — брюнетка сделала глаза, как у кота из Шрека. — Немного можно. — комик растаял.***
Через час друзья уже валялись на кровати практически без чувств. Мэри объелась и лежала, смотря в потолок. — Я щас блевану. — выдавила из себя Киреева. — Только не на кровать. — Илья закатил глаза, — А то будет, как в прошлый раз. — Ага… — Мэри закрыла глаза и начала засыпать. Макаров укрыл брюнетку одеялом и тоже стал погружаться в сон. Съёмки с утра до ночи пагубно сказывались на ребятах. Ещё и то, что моторы проходили не по графику влияло на самочувствие Мэри и Ильи. Девушка порой вообще не спала по два дня, потому что ей нужно было все подготовить и со всеми договориться. Парни называли ее в шутку «идеалисткой», потому что Киреева не любила делить свою работу с кем-то другим, но работать в одиночку брюнетка терпеть не могла. Мэри нравилось, когда комики выносят мозг ещё кому-то, помимо неё.