Книжка в непременной обложке

-Больно? Мальчик вновь прикладывает ватку с перекисью к кровящей коленке друга, а потом разворачивается к дверям, проверяя чтоб те были заперты. Кровать на скрипучих пружинах, издаёт жалобный звук, а потом и вовсе затихает. Серёжа усиленно сжимает руками покрывало под ладонями, чтоб на заплакать. Он всё таки мальчик, а не плакса какая-нибудь. -Спасибо. Рыжик шмыгает вечно текущим носом и слабо улыбается. А потом и вовсе заваливается на койку, просто лежа на спине и смотря в потолок. -Нельзя слабых обижать. Даже мальчиков. Вполне чётко объясняет свою позицию Олег. Мальчишки живут в одной комнате уже несколько месяцев. Они не общаются особо, только желают друг другу спокойной ночи и доброго утра. Это первый раз когда Волков увидел как над его сожителем издеваются. Он знал что мальчик с рыжими, вечно растрёпанными волосам, подвергается травле. Но лично, ни разу не видел. Внутри взбушевалось странное чувство справедливости, которое заставило дать в лицо паре пацанов, а остальные благоразумно отошли, не став ввязываться в драку. Он просто увидел как этот маленький, очевидно меньше его самого мальчик, сидит на коленях в углу детской песочницы, слушая как его оскорбляют , а потом тому на голову надели полное песка ведёрко. Так и получилось, что они теперь сидят у себя в небольшой серой комнатке и заклеивают друг другу ранки пластырями. -Меня это, Олег зовут. Сказал, чтоб сгладить неловкую тишину, нежели из этических соображений, Волков. А потом продолжил ковырять краешек только-что приклеенного пластыря, обгрызанным ногтем. -Я знаю. У нас ведь на двери табличка. Разумовский улыбается, а потом смотрит на небольшие часики на тумбочке. Всё что их ждёт, это стакан кислючего кефира а потом отбой. Поэтому решение больше не выходить из комнаты, кажется вполне оправданным. *** -Мальчишки, чего копаетесь!? Бегом в кабинет к медсестре. Ругается воспитатель. Парни лишь усердней прячутся, напуганные рассказами старших. Те во всех подробностях рассказали, что будут проверять и там, внизу. Мальчишки сначала не поняли, а когда им показали красноречивый жест, как палец входит в анальное отверстие, поспешили смыться. Конечно старшаки шутили. Кто был поумнее-догадывался, но проверять нехотолось никому. Мальчишки шли как на расстрел. В одном белье стоя в коридоре, ожидая своего приговора, они тихо шушукались. Когда первый впихнутый в кабинет вышел довольный и очевидно не лишенный своей мужской чести, мальчики кажется чуть не взвизгнул от счастья. В кабинет заходили по двое, быстро и вполне логично исходя из количества стоящих в коридоре. Серёжа как прибитый сидел на обтянутом потёртой клеёнкой стуле. Холодный кафель заставлял зябко ёжится, а атмосфера в целом казалась...удручающей. Мысли стали светлее, после того, как первый из зашедших принёс весть, что никто его в 15 анальной девственности не лишит. Теперь самым страшным казались прививки, вечно ледяной стетоскоп, а ещё то, что в кабинет придётся идти с кем-то. Первыми позвали Олега и ещё одного парня. Те мигом прошмыгнули в ненавистный, пахнущий хлоркой и лекарствами, кабинет. А потом гулко стукнула дверь, будто вырывая рыжика из размышлений в чём-то высшем. -Ну вы здоровы, если вопросов нет то вы.... -Есть. Олег тушуется а потом гордо выпрямляет спину. -Вадос, подожди снаружи, а? Тот не отнекивается, только пожимает плечами, мол "и чем моя компания тебя не устроила" -А вы можете, ну, мой вопрос никому не озвучивать? Девушка лет 25 повернулась на стуле, а потом стянула с носа очки, те в бордовой оправе и на розовой цепочке, смотрелись до безумия комично. -Мед.тайна-да Но я посмотрю, о чём спросишь. Дама лишь пристальней уставилась на парня, а тот тяжело выдыхает. -Понимаете, я хотел узнать, а то нам про секс с девочками рассказывали, а про мальчиков не слова. Секс между мальчиками, бывает? Он кажется даже краснеет. А женщина на кресле тяжело откидывается назад. -Вообще, правила предписывают сказать-нет. Но если не скажу ты ведь попробуешь и всё обернётся катострофой? Парень уверенно кивает. Девушка роется в ящике и достаёт маленькую книжонку в непреметной обложке. -Прочитай. Но я здесь всего на неделю, обещай что вернёшь! И Олег с полными уверенности глазами кивает. А потом выходит из злополучного кабинета, прижимая к себе книжечку. Чтение затягивается аж на три дня. Ночи. Если быть точнее. Он не позволяет себе читать подробнее, особенно при других. Чтение заканчивается полным хаосом в голове, а ещё знаниями теории. Но ведь практика необходима? И он облизывает взглядом спящего без задних ног Разумовского.