У ночи есть страх

Девочка больше не смеется, но в ушах отчетливо слышен её звонкий голос. Он будто издевался над Санрайзом, что забился в самый неприступный угол своей комнаты. Тогда, на полу в коридоре, он просто кричал, ногтями впиваясь в свои красные мокрые щеки. Он всегда избегал серьезных проблем и хотел убежать, но тогда..тогда..что же он хотел сделать? Помочь, ударить и осудить или исчезнуть с криком? Возможно, всё сразу, как тяжесть души тянула на самое дно, желание спрятаться там было велико. Воспитатель судорожно выдохнул, вспоминая, что когда он пришел в себя, рядом никого не было; ни белокурой девочки, ни его коллеги, только мокрое от крови пятно на полу, словно те просто превратились в её тень и исчезли в полумраке, растворились в лунном свете. Ни звуков, ни охранников, ни роботов, ничего, только пустота внутри с завывающим ветром. Санрайза мучала совесть, сгрызающая до последнего остатки ярких, искрящихся мыслей. Теперь он разделяет убийство девочки– он тоже убийца? Или лишь лишний свидетель, от которого не будет труда избавиться. Мундроп убьет и его, как и сжимающая горло мрак? Черный мелок в его руке расслаблял, кривыми и поломанными линиями вырисовывал "имя" воспитателя :"Sun", "Sunshine","Sunny". Кто же это Солнце? В памяти затерялись воспоминания о настоящем имени, будто его и никогда не было вовсе у его личности. Солнце это я. Впрочем, сомнений не было. Солнце это он. Яркий грим, маска полумесяца и немного липких пластырей прикрыли увечья на лице, но не могли скрыть страх в глазах. Пальцы, с мелкой дрожью в подушечках, растянули кончики губ на лице в надежде увидеть в зеркале прежнего Санрайза и улыбка вернулась, послышался хриповатый смех. Его действительно смешила эта глупая лыба на всё лицо, наверное и дети чувствовали что-то похожее, когда её видели. От вида Санрайза хотелось только улыбаться..но улыбнется ли он так Луне вновь. Едко проедали сердце мысли. Утро заиграло по-прежнему, прожектор направил всё своё внимание на вылетающего из комнаты Солнце, хватающегося за трос и одной ногой вставая на его крепление. –Новый день ждет моих маленьких лучиков солнца! Где бы нам найти приключения сегодня, чтобы повеселиться!! – будя сонных детишек, крутиться вокруг них, освещая ещё один день в их жизни, кроме одной. Холодный постельный мешок продолжал пустовать среди других. Никто не пришел разбудить детей перед сменой Санрайза, девочка и Мундроп пропали, словно их и не было никогда в этом мире. Никто не вспомнил о пропавшей девочке, никто и ничего. Неужели этот кошмар на яву, всё же оставался страшным сном, который ему причудился? От этого не становилось спокойнее, даже рисунки, что он рисовал с детьми становились мрачнее. Дети постоянно поправляли воспитателя. – Божечки, только посмотрите на это безобразие! Дядя солнышко вновь нарисовал перевернутую улыбку! Хо-хо, ну же детки, покажите как вы может нарисовать лучше меня! – страшнее всего было узнать, что Мундропа нашли с трупом, посадили или того хуже, убили на месте. Противоречивые чувства поселились в самой груди, прерывая дыхание, заставляя задыхаться. Он не мог представить свою жизнь в пицца-плексе без своего верного напарника, с которым сердце было в спокойствие, а душа чувствовала полную свободу. Во рту стало горячо и противно горько от краски на кисточке, что попала в рот совсем случайно. Дети захихикали намешливо и Солнцу почудилось на мгновение, что они всё узнали, они смеются над ним, осуждают его. Губы скривились, чтобы то ни было. "Ты должен защитить этих детей! Больше ты не потеряешь никого" –перечил и утверждал себе Санрайз, как это делала Рокси. Пусть они осудят, пусть начнут трогать, выискивать слабое место, но они единственное, что так любил Санрайз. Только стоит лишь отвернуться и они как песок, ускользают через пальцы, покидают свет и рассыпаются на полу мелкими крупицами. Всё стихло, как только незнакомый голос призвал к тишине. – И так..воспитатель Солнце или же Санрайз, верно?