Тень наоборот

      Такси мчится по сырой пустынной дороге. Лишь изредка навстречу проносятся одинокие автомобили, сверкая в тумане желтоватым светом фар. В салоне прохладно и пахнет дождем.       Джош, натягивая на замёрзшие пальцы растянутые рукава толстовки, шумно выдохнул изо рта теплый воздух. Автомобильное стекло мигом запотело. Парень не спешил протирать его или рисовать причудливые узоры, как делал это в детстве. Он молча облокотился лбом на прохладную поверхность. Сквозь туманную пелену можно было различить очертания бесконечных серых полей, которые на горизонте сливались с таким же серым небом.       Чтобы унять внутреннюю дрожь, Джош силой вонзил ноготь в мозолистую ладонь. Он уже не мог разобрать, от чего его мышцы берет тремор. От сырой прохлады? Или от чувства волнения перед самыми большими переменами в его жизни?       Таксист, чуть касаясь руля, настукивал толстым пальцем незамысловатый ритм, чтобы хоть как—то заполнить холодную тишину. Мелкие капли дождя разбивались о лобовое стекло.       — Какими судьбами в Англии? — хриплым голосом наигранно-заинтересованно спросил мужчина за рулём.       Вопрос прозвучал неуместно, разрушил всю идиллию, с жёсткостью вырвал каждого члена семьи из раздумий. Таксист неловко кашлянул, поджимая губы. Он ведь точно был уверен, что все американцы — любители поболтать.       — Так сложились обстоятельства, — с наигранно-дружелюбной улыбкой ответила Лора, понимая, что давящая пауза затягивается. Женщина уже чувствовала недоумение супруга, которое вызвал сей бестактный вопрос. Чувствовала, как сузились его глаза и дрогнула губа, искривляясь.       Остаток пути ехали молча.       Наигранность. Нарочитость. Притворство... Так много синонимов, а смысл один. Джош часто рассуждал, как был бы устроен мир без напускного сожаления и дружелюбия, напускной заинтересованности и доброжелательности. Время от времени ему тоже приходилось натягивать вежливую улыбку в школе, а особенно на важных мероприятиях, куда его с собой брали родители — мастера притворства. Это для него была просто игра. Игра, где каждый отыгрывал свою роль, чтобы занять лучшее место под солнцем — калифорнийским солнцем — в его теперь уже прошлой жизни. К семнадцати годам парень научился прекрасно справляться со своим амплуа. В его наборе имелось множество масок для любых ситуаций: Джош подстраивался под каждое обстоятельство, ловко водя за нос окружающих. В конечном счёте парень понял, что все это время он дурил только себя. Но уже поздно: стену вокруг своего настоящего «Я» Джош выстраивал долгие годы. И теперь это не просто стена, а целый лабиринт, из которого не найти выхода.       Хлопнула дверь. Джош содрогнулся от резкого звука, открыл глаза. «Задремал, видимо». Несколько раз моргнул, прогоняя морок.       — Джошуа, прибыли! — отстранённо, но строго, как всегда, грянул отец, впихивая идеально гладкие купюры в потную ладонь водителя. Тот удивлённо посмотрел на них, явно не ожидая такой щедрости от этого чопорного господина. Поблагодарил и поспешил выгружать чемоданы.       Джош несколько раз дёрнул ручку двери — не поддалась. «Заела, зараза! Что б тебя!» Более нервные попытки не привели к положительному результату. Парень с раздражением снова выругался себе под нос. Лора, наблюдая за страданиями сына, улыбнулась краешком губ, подошла в машине и с удивительной лёгкостью открыла дверь. Парень помедлил секунду, набрал носом воздух и выскочил из салона. Ноги предательски подкосились, и Джош почувствовал, как тысячи «иголок» пронзают его ступни. Закусил губу. На негнущихся ногах последовал за родителями.       — Уважаемые! — Предпринял попытку обратить на себя внимание таксист. — Я местный, так что, если понадобится личный шофер, — он заулыбался, явно считая свое высказывание забавным, — я к вашим услугам, господа! — мужчина, чуть ли не кланяясь, подошёл к главе семейства и протянул визитку из дешёвого картона. — Удачно устроиться на новом месте!       — Благодарим вас, — кивнула Лора. И нежно положив руку на спину мужа, настойчиво подтолкнула его ко входу в дом.       — Услужливый до тошноты, — фыркнул Вильям и с пренебрежением швырнул яркую бумажку в урну.       Резкий звук отъезжающего автомобиля. Джош с рюкзаком в руках. Звон ключей. Ключей, открывающих новую жизнь и закрывающих старую. Навсегда.