незамечаемые комплексы

утро, на улице темно, как никак зима. плетусь со своей комнаты в ванную, снова это ощущение. ненавижу себя. этот прямой, длинный нос; эти густые брови; почти жёлтые глаза, в которых не было никаких чувств, кроме ненависти к отражению; губы, что походят на полоску, прямо, как в рисунках маленькой триши, она раньше не умела рисовать губы; постоянное, неуложенное гнездо на голове; всё это я ненавижу. а твику нравится... да, что мне до него. у него вон, всё идеально. шелковистые, но не послушные волосы, цвета свежой пшеницы; огромные, голубые, любознательные глаза, словно у 5-ти летнего ребёнка; средний рост, не такой долговязый, как я. ему легче в этом плане, никто не крикнет вслед "дылда". не путается в собственных конечностях во время прогулки. у него аккуратный нос, люблю оставлять на нём поцелуи, твик на такое лишь хихикает.  мои предплечья полны шрамов, давно я ничего на них не оставлял, не хочу, нет. мне это не помогает... перестало, если быть точнее. прохожусь по шрамам ватным диском с перекисью. предплечья давно пропахли насквозь перекисью, тошнит уже от этого запаха. умываюсь, кладу зубную щётку с пастой в рот и возвращаюсь с ней в комнату. открыв шкаф вытаскиваю чёрные штаны, такую же футболку и синяя толстовка на молнии и моя идиотская, по мнению картмана, шапка. она нравится твику. мне уже 15 и я один из парней в классе надеваю шапку из детства. кайл, картман, стэн не надевают... кенни вообще перестал ходить в капюшоне. я снова отсталый... но она нравится твику. а мне нравится твик. возможно я не такой плохой, как думаю о себе, раз меня любит твик... твик не полюбит нечто ужасное, это я точно знаю. иду с вещами в ванную, по ходу хватаю у триши своё полотенце. и как ей не надоело бегать с моим полотенцем по дому? закрываю дверь, кладу вещи на стиральную машинку, полотенце вешаю на крючок. горячий душ, это хорошо. мне не нравятся мои длинные ноги и руки, они такие же длинные. выглядят нелепо. вот, что я сделал, чтобы в 15 быть ростом в 187. все только начинают рости, а я уже выше их на голову или даже две. однажды мистер маки посоветовал мне вести дневник, ну не умею я собирать свои мысли в кучку, расписывая их на бумаге. я попробовал на следующий день, как он дал мне чёрную, записную книжку. она лежит под матрасом. триша любит сидеть у меня в комнате, пока меня нет, да и мама всегда думает, вдруг я храню что-то запрещённое. хранить такое у себя? мама, ты плохо меня знаешь. самокрутки с травой и обычные сигареты лежат в дырке под диваном в гостинной. твик внизу, я понял это по гулу поднявшемуся так резко, после мёртвой тишины. вытираюсь, одеваюсь, замазываю синяки под глазами консилером мамы, мажу губы бальзамом (они всегда у меня были сухими). бегу в комнату. закидываю половину книг из расписания в рюкзак, твик несёт остальную половину. бегу вниз по лестнице, под гул вытаскиваю сигареты и кладу их в рюкзак. захожу на кухню, обнимаю твика и иду к плите, кладу себе привычную яичницу с жидким желтком. доедаю и торопливо мою за собой посуду. хватаю твика на тонкую, тёплую ладонь и веду за собой, прощаясь с семьёй. в ответ слышу лишь "иди и можешь не возвращаться. никчёмный". глотаю горькую обиду и иду спокойным шагом. поглядываю на твика, чтобы случайно не "убежать" от него.

***

мы с твиком отсидели первую половину уроков, большая перемена между четвёртым и пятым уроками. твик сказал, ему нужно отойти, иду в столовую один. такого одиночества я не чувствовал никогда, я иногда даже боюсь оставаться без твика. стол с моей привычной компанией был полон. снова эти стэн, картман, кенни и кайл. почему они сидят с моими друзьями. клайд и токен лишь озадачено кивают плечами. разворачиваюсь и иду в другую сторону, как слышу от кармана "ну что, пидрила? схавал да? ты даже своим друзьям больше не нужен. иди в туалет и перережь себе вены, нытик". я зол, очень. чувствую прилив сил и уверенности. поворачиваюсь к эрику и иду на него. вытаскиваю его изо стола и бью в нос, после в щёку, а дальше куда попадал туда и бил. сопротивляется же, жирдяй. 10 минут и нас разнимает кенни и токен. ещё 5 минут и приходит директриса с мистерой маки. ещё 5 минут и за мной в кабинет директора приходит твик. стыдно смотреть ему в глаза. он спокоен, ведёт меня в уборную. достаёт из сумки свою маленькую аптечку и начинает обрабатывать раны. рассечённая бровь, разбитая губа, царапины на плечах от ногтей эрика. сижу без футболки и спустя 5 минут твик заканчивает, клеит пластыри и снова собирает аптечку, кладёт её в рюкзак. я надеваю футболку и зажмуриваюсь, боюсь... боюсь, что он уйдёт, от меня ведь одни проблемы. меня нельзя оставить одного даже на 20 минут, что были переменой. он обхватывает мой торс тёплыми ручонками, прижимаяя к себе. я готов плакать, он не ушёл... он бы и не ушёл, это ты просто такой тупой крейг. видишь во всех лишь подвох. слёзы катятся по щекам и падают ему на рубашку, но он лишь снимает с меня шапку и гладит по волосам, прижимается своей щёчкой к моей. я утыкаюсь ему в плечо, продолжая пускать слёзы. он гладит по спине; говорит, как любит меня; какой я у него сильный и смелый. порой я задумываюсь, что не заслуживаю такого парня, как твик. рядом с твиком я люблю себя; я люблю его. рядом с твиком я сильный; один я ничтожество.

но это не важно, пока я с твиком мне плевать на остальное.