Дом с сюрпризом

Тери свалил к себе домой и оставил Эрика один на один с этим мохнатым чудовищем. Первым делом Вильгельм принялся обустраиваться: притащил кучу барахла из кладовки, с чердака и даже из подвала. И принялся любовно расставлять всю эту рухлядь по дому, мотивируя свои действия и подробно излагая, для чего конкретно каждая вещь нужна. Эрик стоически терпел всю эту чушь, понимая, что парень играет с ним в собственную игру, правил которой он пока не знает. В конце концов, не выдержав, парень заперся у себя в комнате, предварительно выкинув оттуда пару штопанных-перештопанных пыльных подушек. Ви на это действо возмутился и оскорбился до глубины души, сказав, что это реликвия видела ещё приход Моисея. Эрик скривился и попытался изловить болтливого пацана. При этом желание навалять зарвавшемуся коту по шее или мягкому месту было крайне острым. Мальчишка ловко выкручивался, шипел, кусался и подымал такой ор, что Эрик боялся оглохнуть. Под вечер, устав от домашних дел и взбалмошного кота, Эрик позвонил Уайту. - Тери, дружище! Прошу, переедь ко мне на неопределённое время. - А в чём дело? - Это не кот... Это ходячая катастрофа. - Ха-ха! Ты побыл-то с ним несколько жалких часов, а уже ноешь. Ты мужик или где? - Тебе легко говорить. Этот гадёныш завалил мой дом всяким хламом. Ну скажи, на кой чёрт ему сдалась старая дедушкина вставная челюсть? Или абажур без лампы? Он его что, на голову одевать будет? - Ты, видать, его сильно обидел. А духи, как водится, очень злопамятны. Вот он и пакостит. - Тери! – твёрдо сказал Кэмп. – Короче, если ты не приедешь, я пришибу этого ненормального. Слышишь? Так и знай! И его мученическая смерть будет на твоей совести. - Я приеду, только постарайтесь не разнести весь дом к моему приходу и не покалечьте друг друга. Эрик сидел в спальне и слышал, как Вильгельм шастает по дому, распевая. Истеричные психоделические завывания продолжались до самого прихода Тери. Как только раздался звонок в дверь, Эрик услышал голос Ви: - Тери, а я думал, ты больше не придёшь и я тебя не увижу. - Ты не рад меня видеть? Хочешь, чтобы я ушёл? - Нет! Если честно, ты мне нравишься больше, чем этот придурок, который заперся в спальне. - Зря ты так! Эрик вполне нормальный. - Я тоже. Но это не значит, что я должен терпеть вас… хмм… его! Я хотел сказать "его", – Ви тут же натянул сияющую дежурную улыбку, показывая, как он рад. - Понятно! – рыжеволосый задумался. - А ты принёс мне что-нибудь вкусненькое? – Ви просительно посмотрел в серые глаза ошарашенного парня. - Прости? - Ты тоже страдаешь глистами жадности, как и Эрик? – искренне разочаровался Ви. - Да нет, просто… – Тери даже растерялся. - Всё ясно! – печально вздохнул мальчишка. - Что? - Всем плевать на бедного несчастного Ви. Все думают: раз я кот, то и сладкое мне ни к чему, – Ви состроил грустную обиженную моську, печально опустил ушки и хвостик, подумав при этом, что в нём умер великий актёр. - Извини, я как-то не подумал.. - А старикан - дед этого недоумка - вообще сладкого не ел, – пожаловался на свою долю мальчишка. – Даже сахар в доме не держал. Нет, ты можешь себе такое представить? – жаловался Ви. – Я целых восемьдесят лет не видел даже крупинки сахара, а этот жлоб чуть от жадности не умер из-за того, что я съел его шоколадные шарики. - Какой кошмар! Ви! Ребёнок и без сладкого. Ви грустно вздохнул и заискивающе уставился на рыжего большими жёлтыми глазками, вызывая к себе жалость и ища сострадания. Тери даже стало неловко. Перед ним стоял сущий ребёнок, обделённый счастливым детством. - А хочешь, Ви, мы торт испечём? Глазки парня-кота стали ещё больше, и в них отразился неподдельный восторг. - Шоколадный?! – с придыханием спросил Ви и даже, кажется, улетел мыслями в астрал. - Да хоть и шоколадный. - Большой-большой?! - Да! Вот такой! – Тери улыбнулся и показал руками, какого размера будет торт. Ви подумал и развёл его руки пошире. - Вот! Такой будет в самый раз! - Только тебе придётся мне помочь. - Ну, ты пока начинай, а мне тут надо ещё одно дельце закончить, – спохватился Ви и юркнул за дверь. - Вот же хитрюга! – улыбнулся парень. Он уже догадался, что увидит Ви не раньше, чем будет готов торт. Тери вздохнул и принялся за стряпню. Раз сам предложил, придётся сделать. К тому же жалко ребёнка: восемьдесят лет без сладкого. Это вам не фунт изюма! Как только Вильгельм свалил в неизвестном направлении, Эрик наконец-то смог покинуть свою комнату. - Чем это ты занимаешься? – полюбопытствовал брюнет. - Да вот, тортик пеку! – ответил рыжий, взбивая венчиком жидкое тесто. - Ты случаем не заболел? - Да вроде нет! - Только не говори мне, что это идея блохастого? - Нет, не его. Я сам предложил! И прекрати его так называть. Он хоть и дух, но всё-таки ещё ребёнок! - Ребёнок? Да откуда ты знаешь? Может он просто хочет казаться таким? А на самом деле, как я погляжу, страшный и хитрожопый монстр. А котом прикидывается, чтобы такие лохи, как ты, ему пироги пекли! - Мне кажется, ты просто завидуешь, потому что я ни разу не пёк тебе тортики. Брюнет выпал в осадок, закрывая и открывая рот. - Дались мне твои тортики! Кэмп в очередной раз фыркнул и оставил Тери за его занятием. А сам, воспользовавшись отсутствием кошачьего раздражителя, отправился бороздить бескрайние просторы интернета. “Пора нарыть побольше информации на мелкого засранца и найти способ прищучить его”, – рассуждал про себя Эрик. Информации было море, но вот что-то конкретное парень пока не нашёл. До комнаты долетел восхитительный запах выпечки. Эрик посмотрел на часы и удивился: оказывается, он просидел перед монитором почти четыре часа. И, что странно, в доме было на удивление тихо. Эрик принюхался, блаженно прикрыв глаза. Он и не знал, что его лучший друг умеет печь. Кэмп всегда считал, что это сугубо женская фишка. Хотя есть же кондитеры-мужчины, так почему бы и его другу не быть таким? Эрик вспомнил, как его мама пекла пироги, печенье и торты на его дни рождения, а потом он с друзьями уплетал всё это за обе щеки. И сейчас Кэмп, улавливая божественные ароматы из кухни, словно снова вернулся в детство. Парень встал и, влекомый запахами, решил проверить, как там дела у Тери. Хотя причина была вовсе не в друге. Брюнет решил, что сможет увести что-нибудь вкусненькое: крем или украшение для торта, а может шоколадную глазурь. Он любил сладости, хотя давно вырос из детского возраста. Какого же было его разочарование, когда за кухонным столом он увидел вездесущего Вильгельма. Даже мысли о вкусностях разом улетучились, хотя судя по обстановке, ему явно и так никто и ничего не предложит. Эрик скривился, глядя, как мелкий наглый засранец сидит, притянув к себе тарелку поближе, и без зазрения совести уплетает в одного здоровенный шоколадный торт, орудуя большой столовой ложкой. А его разлюбезный друг смотрит на это с умилением, точно влюблённая дурочка на своего бойфренда. Эрик недовольно посмотрел на кота и сел напротив. Ему захотелось понаблюдать, сколько в этого обжору влезет. Ви с блаженной улыбкой на мечтательной и одухотворенной моське так был увлечён тортом, что на Эрика даже внимания не обратил. Брюнет был крайне разочарован: этот троглодит сточил фактически всё, так что поприкалываться как-то не получилось. Он даже не удержался и возмутился, когда от торта остался малюсенький кусочек и несколько крошек: - Слышь, ты, блохастый, а тебя папа с мамой не учили делиться? Вильгельм сделал удивлённую мордашку и, забавно дёрнув пушистыми ушками, выдал: - А с чего это я должен делиться? Особенно с тобой? Рыжий испёк этот тортик специально для меня. - Правда, Тери? - Ви обратился за подтверждением к личному пекарю. - А? Да, но… – мямлил парень, пытаясь что-то ответить, глядя на мальчишку, перепачканного шоколадом. - Это должно само собой подразумеваться, – возразил Эрик, не дождавшись внятных слов от друга. Ви задумался: - Раз так, то вот. Можете доесть. В меня всё равно больше не влезет, – Ви подвинул почти пустое блюдо поближе к парням. - Ты что, смеёшься? – вспылил Кэмп и вскочил, опрокинув стул, в попытке дотянуться до наглого кошака. Но Тери остановил его, отрицательно покачал головой и пристально взглянул на Эрика, как бы говоря: “ Не здесь и не сейчас!” - Я найду на тебя управу, мерзкий дух! И тогда мы посмотрим, как ты запоёшь? Вильгельм демонстративно, с вызывающим видом вытер рот и пальцы, оставляя на белоснежной льняной салфетке коричневые пятна, встал, подошёл к Уайту и жалобно заканючил: - Тери! Я, кажется, немного погорячился с тортиком, – Ви обнял парня за шею и чуть не плача продолжил: – Ты не мог бы погладить мой животик? Эрик чуть желчью не подавился от такой наглости, а его друг как ни в чём не бывало, сказал: - Конечно, малыш! – и приглашающее похлопал себя по коленке. Ви счастливо улыбнулся и чмокнул Тери в щёку, а потом, усмехнувшись, показал Эрику язык. - Бе-е-е! Зануда! Брюзжишь хуже своего деда. То ли дело Тери! – Ви снова прижался лицом к рыжему и потёрся о немного колючую щёку. – Ты самый лучший! – воскликнул мальчишка и, обернувшись котом, запрыгнул к Тери на колени. Немного поёрзал, устраиваясь удобней и, переворачиваясь на спинку, подставил круглый пушистый животик для обещанной ласки. Пальцы Тери нежно коснулись белого мохнатого брюшка, зарылись в мягкую шёрстку и принялись гладить и почёсывать. Вильгельм мурчал и тарахтел, словно маленький моторчик, блаженно щурился, ещё больше вытягиваясь от столь приятной процедуры. Тери улыбнулся и посмотрел на недовольного Эрика, снова покачав головой. Кэмп расценил это, будто Тери что-то замыслил, просто не хочет озвучивать свои мысли вслух. Эрик не в силах был спокойно наблюдать за довольным и наглым оккупантом, раздувшимся от съеденного торта до невероятных размеров, плюнул сгоряча и свалил. - Нужно что-то делать с мелким надоедливым духом? – пробухтел Эрик и снова полез в интернет. Информации было так много, что Эрик не знал, чему верить. В японской мифологии подобных существ называли Бакенеко. Но ничего путного не обнаружилось. Отрубать хвост засранцу он точно не собирался, а там именно это советовали. Кэмп выбрал несколько самых, на его взгляд, достоверных рекомендаций и решил, что завтра проверит, насколько они действенны. Засидевшись до глубокой ночи, уставший и голодный, Эрик всё же пересилил себя и побрёл спать. Но и тут его ждал сюрприз. Мелкая язва заняла его спальню и большую часть двуспальной кровати. Спал негодник в человеческом облике, раскинувшись по всей поверхности, точно морская звезда, и блаженно посапывал. На нём была одета смешная фланелевая пижама цыплячьего цвета с покемонами. - И где он только берёт это тряпьё? – пробухтел Эрик. – Одни его полосатые носки чего стоят! И футболки с трансформерами и анимешной лабудой. Эрик почесал затылок, думая, что бы сотворить с наглым парнем, занявшим его кровать. Можно подумать, она единственная во всём доме. Их ещё две, не считая его и Тери, и они нисколько не хуже. Это лишний раз доказывало, что кошак делает это специально и злит его нарочно. Вот только зачем? “Спихнуть, схватить за шкирку и выкинуть за дверь, при этом отвесить хорошего смачного пинка”, – размышлял Эрик,но только протянул руку, злорадно скалясь, как вспомнил, какой крик подымает эта язва, а следы от укусов до сих пор ноют и чешутся. Он тяжело вздохнул, собираясь уже пойти спать в другую комнату, как вдруг резко остановился : “Какого чёрта?! Это моя комната, моя кровать, и я буду спать здесь. Если я свалю, значит, мелкий меня сделал. Не бывать этому!” - И, недолго думая, улёгся с краю, закрывшись одеялом, комком валявшимся в ногах. Сквозь сон Эрик почувствовал, как его толкают, причём ногами. До него спросонья не сразу дошло, что его пытаются спихнуть с кровати. Пока пытался разлепить глаза и взять тело под контроль, смачно приземлился на голый пол. - Чёртов Вильгельм! Дальше пошёл отборный мат. Брюнет вскочил и со злостью уставился на кота, перебравшегося ближе и сложившего на его половину свои конечности. При этом верх завернул в одеяло и сделал вид, что спит. Ви урчал и посапывал, улыбаясь во сне, будто тазик сметаны сожрал. - Эй, ты, бесполезный кусок шерсти! – крикнул Эрик и сдёрнул одеяло. Вильгельм, не открывая глаз, пощупал рукой поверхность кровати рядом с собой. Не найдя тёплого одеялка, разлепил сонные глазки, потёр их кулачками и, смачно зевнув, уставился на Эрика. - Ты что-то хотел? – пробурчал мальчишка. - Живо выметайся из моей кровати! – потребовал Эрик и указал пальцем на дверь. - Ещё чего! Мне тут нравится. Это самая большая и мягкая кровать во всём доме! – возмутился Ви и, поджав хвостик, подтянул к себе подушку Эрика, обняв её всеми конечностями, словно большого плюшевого медведя. - Ах, так! Решил меня изводить своими капризами и выкрутасами? Вильгельм непонимающе поглядывал на взъерошенного парня в одних трусах и делал невинно оскорблённое лицо. - Так вот, котяра! Я, хозяин этого дома, приказываю тебе, дух Вильгельм, встать и убраться из моей комнаты! Ви обиженно засопел. Эрик видел, с какой недовольной моськой мальчишка слез с кровати и, опустив ушки, покинул комнату. - Надо же, сработало! – хохотнул Эрик. – Он подчинился. Даже слова против не сказал. - Правило, нарытое в интернете, оказалось правдой. Дух-хранитель подчиняется хозяину дома, если тот проявил себя в облике человека. - Отлично, а теперь я посмотрю, какой ты прыткий? Злорадный смех прокатился по комнате: Ви даже вздрогнул и ещё сильнее прижал ушки. Он недоумевал, откуда Эрик узнал, что он обязан подчиняться. Все, кто жили до него, ни разу не приказывали ему. Вильгельм вздохнул и, обернувшись котом, сбежал в сад. Чуял его хвостик, что власть в доме резко переменилась. - Глупая птица! Это Ноа накаркал, дурацкий дух.