Дом с сюрпризом

Эрик проснулся первым и смотрел, как солнечные лучики, запутавшись, отражаются в светлых волосах Ви. Котёнок спал, прижавшись к нему, и счастливо улыбался, иногда причмокивая во сне губками. “Смешной! – усмехнулся про себя парень. – Наверно, опять снится что-то вкусное?” Эрик коснулся белых платиновых волос и нежно убрал их с любимого личика. Малыш чуть-чуть пошевелился и прижался к тёплому и сильному телу теснее. Реснички, веером лежащие на розовеньких щёчках, чуть дрогнули. Эрик поцеловал котёнка в лобик, спустился ниже, лизнул и причмокнул сладкие губки, поцеловал кончик маленького носика. Ви заёрзал сильней, жёлтые глазки моргнули, но утреннее солнышко не давало им открыться. Малыш чувствовал, как Эрик нежно касается его лица, поглаживая пальцами его щёчку, касается губ и одновременно целует. Ви полностью проснулся и забрался на Эрика. Обхватил своими ладошками лицо брюнета и заглянул в ореховые глаза, подёрнутые страстью с примесью нежности. - Чем хочешь заняться сегодня? – спросил Эрик и чмокнул малыша в розовые губки. Ви задумался, а потом хитро улыбнувшись сказал: - Хочу, чтобы ты меня искупал, а потом рассказал про вторую дырочку. Эрик рассмеялся: - Кто бы сомневался, маленький ненасытный извращенец? – Эрик вскочил, сграбастал довольного кота и утащил в душ, смывать следы бурной ночной страсти. Ви радостно повизгивал, пока Эрик рычал, покусывая мокрые ушки, тёр, щекотал и отмывал его в душе, тщательно избавляя от засохшей на животике спермы. Потом чистенького уложил в кроватку и, приблизившись близко к мальчишке, поцеловал в губки. Эрик языком проник в сладкий ротик и поиграл, хозяйничая в нём, лизнул нежный маленький язычок Ви, чуть пососал его. Вильгельм не заметил, когда язык брюнета сменился на указательный палец. Эрик шептал на ушко всякие нежности и водил пальцем по язычку, забираясь вглубь ротика, потом выходил и ласкал влажные губки. - Мой дружок будет также входить, и ты должен будешь ласкать его язычком и губками, – объяснял Эрик, вводя палец в ротик малыша. Кэмп лёг на спину и уложил на себя Ви. Мальчишка лежал на брюнете и посасывал пальчик Эрика, иногда Кэмп притягивал к себе малыша и целовал сладкие губки. - Попробуешь сделать то же самое с моим дружком? – спросил Эрик. Ви кивнул и юркнул ниже: перед его глазками стоял во всей красе изнывающий желанием член Эрика. Ви тихонечко обхватил упругую плоть ладошками и коснулся розовой головки губами, лизнул, почмокал губками, пробуя на вкус. Никаких посторонних вкусов и запахов, лишь приятные ощущения нежной плоти на губах. Розовый язычок снова лизнул напрягшийся член. Ви услышал сдавленный вздох. - Малыш, не дразни, – умолял Эрик, – пусти его в свой ротик. Ему там будет хорошо и уютно. Ви радостно улыбнулся, что смог заставить Эрика просить. Маленькие губки обхватили член, и Кэмп, не удержавшись, толкнулся навстречу. Упругая плоть скользнула вглубь, и Эрик задрожал, там так было горячо и хорошо. Кэмп даже почувствовал, как язычок блуждает по его головке. Парень застонал и ещё раз толкнулся вглубь. - Котёнок… – просил Эрик и снова толкнулся. Ви радостно принимал упругий член, и ему нравилось, как он входит в его ротик, как Эрик стонал, когда он проникал глубже. Ви поглядывал, как Эрик, прикрыв глаза, тонет в удовольствии и приятных ощущениях, которые он дарил ему. - Малыш… – Эрик вздрогнул, и Ви почувствовал, как рот наполнился странной вязкой жидкостью. Он проглотил её и облизнулся, пробуя на вкус. – Прости, котёнок, я увлёкся. Эрик подтянул к себе малыша и уложил его на животик, раздвинув ножки. Ви пискнул и выгнул попку навстречу рукам Эрика. Кэмп прошёлся вдоль спинки губами, опустился ниже к упругой попке и желанной розовой дырочке, которая вчера принимала его всего и дарила столько счастья. - Как твоя попка себя чувствует, малыш? – спросил Эрик, сдерживая своё желание войти прямо сейчас. Ви заёрзал и сказал, что хочет, чтобы Эрик сделал, как вчера. Эрик облизнулся и, зачерпнув на пальцы вчерашний крем, принялся смазывать вход. Ви лежал на животике, широко раздвинув ножки, и оттопыривал попку к верху. Перед глазами Эрика открывался чудесный вид. Эрик видел, как его палец проникает и исчезает в сладком местечке малыша. Эрик добавил второй, Ви уже подмахивал и приподнимал попку ещё выше. - Эрик, пожалуйста, быстрей… - Мой ненасытный котёнок! – прорычал Эрик и заменил пальцы членом. Ви мявкнул от такой резкости, но вскоре стал мурчать и просить больше. Эрик поддерживал малыша за бёдра и насаживал на свой член. Хвостик порхал из стороны в сторону. Эрик, чувствуя скорую развязку, прижался к спинке малыша всей своей грудью, прикусил легонько шею, зарычал и довёл малыша до оргазма. Ви задрожал, Эрик чувствовал рукой, которая обнимала Ви, как напрягся его животик. Эрик толкнулся ещё раз и сам излился внутрь мальчишки, чувствуя, как плотно сжимаются и сокращаются мышцы вокруг его члена. - Эрик, так всегда бывает, когда дружок входит в дырочку? – спросил Ви, лёжа в объятиях Эрика. - Да, мой сладкий, всегда. Если оба этого хотят. ***** Тери приехал к обеду, когда двое поваров любителей пытались приготовить что-нибудь съестное. Эрик пытался изобразить кулинарный шедевр, а Ви ему во всем помогал. “Лучше бы они этого не делали”, – подумал Тери, видя, во что превратилась кухня и какой "порядок" навели эти горе-повара. - Парни, а вот мне любопытно, кто это будет убирать? – поинтересовался Уайт. Ви удивлённо уставился на рыжего, а потом, улыбнувшись во все зубки, сделал хитрую рожицу. Эрик проделал тоже самое. - Ага, я так и понял! – вздохнул Тери и оглядел фронт предстоящих работ. Вечером приехала Лиз, и Ви встретил девушку весьма недружелюбно. Мальчишка прилип к Эрику, вцепился ручонками и не желал отходить ни на шаг. Лиз терпеливо ждала, когда Кэмп уговорит парня дать им возможность поговорить. Ви злился, обижался и косо поглядывал на блондинку. Кот боялся, что Эрик выберет её, и бросит его. - Малыш! Нам нужно поговорить с Лиз наедине, – уговаривал Кэмп. – Побудь пока с Тери или посмотри кино. Ви насупился. - Малыш! – более строго произнес Эрик, и Вильгельм, надувшись, расцепил пальцы и ушёл из комнаты. Ви убежал в сад и забрался на свою любимую яблоню, пытаясь следить за действиями Эрика и Лиз из своего укрытия. Вильгельм зашипел от досады, когда увидел, как девушка подошла к окну и зачем-то задёрнула шторы. “Зачем она это сделала?” – подумал кот. Пока он ломал голову над поступком Лиз, услышал хлопанье крыльев над головой. - Привет, кот! – каркнул ворон. Ви подозрительно глянул на Ноа. В прошлый раз он напугал его, а сегодня это снова был старина ворон. Такой же, как всегда. - Привет, Ноа! – ответил Ви и снова глянул в окно спальни в надежде, что штора снова откроется. Ви уже подумывал рвануть в дом и подслушивать под дверью, о чём говорят эти двое. - Что? Ревнуешь? – хохотнул ворон. Ви дёрнул ушками на слова Ноа, но не стал отвечать. - Всё-таки влюбился. - Не твое дело, птица, ты вообще любить не умеешь! - Откуда тебе-то знать, что такое любовь? – каркнул ворон. – Думаешь, если Эрик спал с тобой, то вы пара? Глупый, безмозглый котяра, за столько лет так ничему и не научился. Ви подозрительно уставился на Ноа. - Что, кот, думаешь, они там разговаривают? - Да, так Эрик сказал. - Дурак, такие мужчины как Эрик могут говорить, что угодно. Она сейчас с ним, а ты здесь сидишь, охраняешь яблоню и наивно веришь, что брюнет тебя любит. Ви от слов Ворона поджал и закусил губу. - Почему ты так говоришь? - Потому что любовь – это не только секс. - Ты знаешь, что такое секс? - Глупый кот! Я знаю всё. Ви задумался. - Оставь Эрика, – каркнул ворон. Вильгельм вздрогнул: - Почему? Ведь ты сам говорил… - Да, говорил. Ну и что? Он парень, глупый кот, и ты тоже. - Но ты говорил… - тихо прошептал Ви. - Я много что говорил. Мне было просто любопытно, на что ты пойдёшь ради того, чтобы снять проклятие. Ви опустил голову. - Эрик тебя никогда не полюбит, ты должен забыть о нём. Даже если ты ему нравишься, он всё равно никогда не примет тебя как Лиз. Общество людей никогда не одобрит ваши отношения. - Почему? – прошептал печально Ви. - Однополые отношения запрещены в их обществе, ты заставишь Эрика страдать. Вам придется скрываться ото всех. Тери отвернётся от него. Ты хочешь лишить его всего? - Нет… – тихо произнёс Ви, и слова Ноа, которые резали похлеще ножа, казались истиной. - Эрик потом возненавидит тебя. Если он останется с тобой, у вас никогда не будет детей. Ты готов обречь его на подобное? Ви помотал головой: - Ноа, какие ужасы ты говоришь. - Мне жаль, кот, но это правда, так устроен мир. Тебе решать, готов ли ты сделать Эрика несчастным? - И что мне делать? - Просто оставь его, откажись от своей любви. Вильгельм промолчал и ничего не ответил. Ворон каркнул и, ударив крыльями, взлетел, растворившись в густой кроне. Ви посмотрел на зашторенное окно, и сердце больно кольнуло от осознания, что Ноа прав. Он действительно глупый кот и ничего не знает. Ви понимал, что должен отказаться от Эрика, дать ему возможность быть счастливым. А он всего лишь кот, даже не человек. - Ноа прав! Я лишний, и я хочу, чтобы Эрик был по-настоящему счастлив. Ви сидел и сидел, а Лиз так и не вышла из дома. Кот печально вздохнул: - Эрик и Лиз всё ещё вместе. Он выбрал её. Вильгельм просидел почти до самого утра, думая и решая, как ему поступить. Решение пришло с первыми лучами солнца, когда алая заря окрасила горизонт огненными всполохами. Ви хотел разреветься, но в нём будто что-то перегорело. Он понял, что не нужен никому. Осталось два года, и Эрик уедет. Кого он обманывает? У брюнета есть Лиз, она будет с ним, а его оставят здесь, и он останется ждать того дня, когда исчезнет навсегда. "Я обречён!” – подумал кот и опустил глаза, он не хотел больше видеть красивые орехового цвета глаза. У его мамы были такие. Тёплые, с оттенком увядающей листвы, похожие на солнечную осень, когда деревья ещё не пожелтели, но уже и не такие ярко-зелёные, как ранней весной. Кот сидел и почему-то вспомнил то время, когда был счастлив, когда родители были рядом. Всё это ушло, затерялось в годах, оставив лишь жалкие клочки воспоминаний. Сколько лет он видел рассвет? И всегда один не походил на другой. Даже казалось, оттенки были разные, но сегодня небо было каким-то особенным. Кроваво-алая полоса прорезала небо, и огромное багряное солнце на горизонте цвета его любви, его сердца. Ви смотрел на мир словно другими глазами. Он знал, что должен уйти и знал, что видит это небо в последний раз. Он так давно здесь, он явно подзадержался и пережил свой век. Ви последний раз глянул на дом, в котором прошло его детство, и в котором он просидел бессчётное количество лет, спрыгнул с дерева и побежал. Он бежал к багряной полосе и ослепительному солнцу. Кот... мальчик.., который полюбил, но его любовь осталось безответной. Он хотел дотянуться до огненного неба, чтобы оно стало последним, что он увидит в своей никчемной жизни. Мир качнулся, когда мальчишка выбежал на перекрёсток дорог к самой кромке поля, усыпанного ромашками. Ви хотел бы добежать до середины и раствориться в чуть горьковатом запахе белых цветов и травы. Хотел, чтобы они стали его саваном, его погребальными цветами, которые никто и никогда не возложит на его могилу. Тьма обрушилась звенящей тишиной, мир плыл во мраке, холод проникал в Вильгельма, струясь по венам. Лица любимых им людей проплывали и исчезали: счастливые, радостные, пронизанные утренними сверкающими лучами солнца. - Они будут счастливы, они все. Я всё сделал правильно. Золотой мир солнца, поглотил, укутал, растворил. Последний, кто возник перед его глазами, был Кэмп. Он был его, пусть совсем недолго, но он научил его любить. Ви знал, что секс здесь ни при чем, он действительно полюбил, потому и ушёл, чтобы Эрику не пришлось выбирать, чтобы дать ему свободу, чтобы он всегда улыбался и был счастлив. Если будет счастлив Эрик, то и он будет счастлив, даже если никогда не увидит этого. - Прощай… Эрик... ***** - Лиз, прости! Я правда не думал, что полюблю этого сорванца. Мы ведь сначала даже не поладили, – извинялся Кэмп за то, что отверг девушку. Эрик прекрасно понимал, что сейчас должна чувствовать Лиз. Но он ничего не мог поделать. Тери прав, так будет честнее. Малыш занял всё его сердце, в нём не осталось даже свободных просветов. Они просидели и проболтали до глубокой ночи. Они вспоминали то, что у них было и говорили о том, что могло быть. Лиз искренне простила Эрика и не держала на него зла, пообещала, что они навсегда останутся хорошими друзьями. У Кэмпа после таких слов, словно камень с души упал. Он любил Лиз как сестру, лучшую подругу, но, увы, не как свою девушку, уважал за её сильный и честный характер. Эрик считал, что такие люди в жизни встречаются всё реже и реже, и не хотел бы разбрасываться такими людьми. Лиз отправилась спать далеко за полночь, когда Эрик отрубился и заснул во время их разговора. Девушка укрыла его пледом и ушла в соседнюю комнату. Утром Лиз приготовила и накрыла завтрак, все собрались за столом кроме Вильгельма. Эрик заволновался, что котёнок на него дуется, ведь он вчера даже не зашёл к нему перед сном. Вырубился, болтая с Лиз. Малыш обижен, ему пришлось засыпать, мучаясь от ревности в полном одиночестве. - Может, сходишь за ним? – предложила Лиз, видя, как расстроен Кэмп. Эрик вскочил и побежал в комнату Ви. Кровать была пуста и аккуратно заправлена. Мальчишки в комнате не было. Эрик рванул на чердак, он был также пуст. Кэмп увидел портрет на стене и задержался на несколько мгновений. На нём бы изображен его малыш с небесно-синими глазами. Такой же маленький, щуплый, с белыми волосиками, счастливо улыбающийся, он словно таким и остался, хотя на портрете Ви выглядел чуточку помладше. - Ви! – крикнул Эрик и сбежал вниз. – Вильгельм! “Яблоня… – подумал Эрик и выскочил в сад. Над головой грозно каркнул ворон и, сделав круг, полетел прочь. - Ви… - прошептал Эрик, и его сердце больно сжалось, глядя вслед улетающей птице. - Что случилось, Эрик? – спросил Тери, выскочивший на крыльцо, рядом с ним стояла Лиз и сминала в руках льняное кухонное полотенце. - Ви…малыш… - Эрик побежал туда, где на горизонте ещё теплился розовый рассвет. Он почти размылся по голубой лазури чистейшего неба, от него почти не осталось следа. Эрик бежал, не щадя ног. Его малыш… Почему, котёнок? Почему ты ушёл? Ворон кружил у самой кромки поля. Именно там Эрик увидел своего малыша, свернувшегося в комочек, окружённого белыми головками цветов с жёлтыми серединками. Сердце парня сжалось от боли и словно остановилось. Он упал на колени и просто смотрел на маленького хрупкого мальчишку. Ви будто спал и улыбался во сне. Эрик поднял почти невесомое тельце и прижал к себе. - Прости, малыш, – Эрик гладил светлые волосики, убирая непослушные прядки с лица. – Я так и не успел сказать, что люблю тебя. Эрик поцеловал гладкий лобик, и из его глаз скатились слёзы, капнув на ещё не потерявшую свежесть щёчку. - Смерть забрала даже твои ушки, – шепнул Кемп и, закрыв глаза, прижался губами к светленьким волосам, укачивая на руках малыша. Он просидел, казалось, вечность, пока к нему не подбежали Лиз и Тери. Они молча смотрели на убитого горем друга, не зная, чем помочь и как утешить. Мальчишка выглядел таким хрупким и невесомым в его руках… Ворон грозно каркнул, сделав круг. - Эрик… - раздался слабенький голосок. Брюнет вздрогнул и распахнул свои ореховые глаза, полные слёз. - Ви… - неуверенно спросил Эрик, думая, что ему послышалось. Реснички малыша дрогнули, и на Кемпа уставились удивлённые глазки цвета ясного безоблачного неба. Мальчишка хлопал глазками и не мог понять, что происходит. Эрик держал его в своих объятиях и плакал над ним. Тери и Лиз стояли рядом и глупо улыбались, особенно Тери. - Ви, твои глаза... и ушки... – сказал Уайт, открыв рот. Вильгельм вскочил, будто и не умирал совсем, и принялся ощупывать свою голову. - Эрик, где мои ушки? Над головой раздалось хлопанье крыльев, и ворон, сделав круг и громко каркнув, спикировал вниз. Все замерли. Вместо ворона рядом с ними окружённый белыми ромашками стоял молодой мужчина. Он был ненамного старше их самих, красивый с длинными иссиня-чёрными волосами, развевающимися на ветру. - Ноа… – тихо произнёс Ви. Мужчина начал меняться, словно был соткан из тьмы и, чёрная дымка приняла другой облик. - Папа… - голос Ви дрогнул. Образ снова поплыл, растаял и снова стал юношей с длинными волосами. - Кто ты? – спросил Ви. - Я тот, кто вынужден веками бродить по земле, – образ мерцал, будто состоял из воздуха, окрашенного в чёрный. – Многие взывают ко мне в порыве гнева и ярости, ища воздаяния. Многие по глупости и незнанию, как твой отец. Я дух возмездия. Я твоё проклятие. Ты свободен, Вильгельм! Мы оба свободны. - Но как? Я же отказался. - Глупый! Любовь - это не только телесные удовольствия и привязанность. Любовь - это умение жертвовать собой ради другого. Умение любить, не требуя ничего взамен. Как у неё! – дух указал на Лиз, и девушка, вздрогнув, покраснела. – Любовь всегда свободна, она не приемлет сетей и оков. Любовь не может быть эгоистичной. Это свет, что дарит твоё сердце. Когда-то давно ты не смог побороть свой страх и предпочёл, чтобы твоя мать умерла в одиночестве, не увидев своего сына. Ты думал о себе, а не о ней. Ты сам прошёл через одиночество и теперь знаешь, каково это. Ты познал истинную любовь. Проклятие снято. Прощай, глупый мальчик, и проживи подаренную тебе жизнь достойно. Дух повернулся ко всем спиной и пошёл прочь, медленно тая и растворяясь среди белых цветов. - Ноа… - тихо прошептал Ви и прижался к Эрику. Кэмп не дал ему грустить, он подхватил своё чудо на руки, обнял, даря свою любовь малышу, и прошептал в человеческое ушко: – Я буду скучать по своему котёнку, особенно по ушкам и хвостику. - Эй, парни! – Лиз тряхнула головой, словно прогоняя туман из головы. – А о каких ушах речь? Тери хохотнул и, приобняв Лиз за плечико, повёл к дому. - Ты понимаешь, Лиз, тут такое дело. Вообще-то это очень длинная история и лучше её рассказывать с хорошей бутылочкой чего-нибудь весьма крепкого… Лиз подозрительно посмотрела на Тери: - Ты случаем не клинья ко мне подбиваешь, а? - Ну, судя по тому, что Эрик покинул наши славные ряды, я не такой уж и плохой вариант. Как думаешь? – Тери подмигнул и улыбнулся. - Я обещаю подумать на твой счёт! – улыбнулась девушка. А свои тайны вы мне всё равно расскажете и не отвертитесь, так и знайте. - Эрик… – пискнул Ви. - Да, малыш! – Кэмп шёл к дому, неся своего малыша на руках и прижимая к себе. - Я есть хочу, – засопел Ви. - Кто бы сомневался, котёнок, кто бы сомневался... - А ты меня сегодня будешь купать? – Ви хитро посмотрел голубыми глазками на Эрика. - Непременно! – улыбнулся Эрик и пошленько облизнулся, предвкушая очередные амурные шалости. - И потом ты сделаешь, как вчера? - И не один раз, мой маленький сластёна. - Эрик…- Ви висел, словно обезьянка и пыхтел в шею Эрика: – Я люблю тебя. Эрик почувствовал, как мальчишка застеснялся и, прижав чуть сильнее малыша, ответил: - И я тебя, мой котенок! Больше всего на свете!!! Больше собственной жизни!!!