Я твой наркотик.

      Путь до дома длился несколько минут, которые для молодого начальника казались вечностью. Вскоре они подошли к двухэтажному зданию, на площадке которого были расположены множество одинаковых дверей. Мужчины поднялись на второй этаж. Кайа повел Рагнвиндера к двери под номером 35, достал ключ из внутреннего кармана косухи и вставил в замочную скважину. После этого он провернул его два раза, и дверь с характерным скрипучим звуком отворилась, пропуская гостей внутрь.       Помещение было не очень большим, но и не совсем уж крохотным. Оно представляло собой студию, соединяя в себе кухню и спальню. Кухня выглядела довольно пустой, словно хозяин пользовался ей очень редко: пара кухонных тумб, плита и холодильник; недалеко располагался маленький квадратный стол с лишь одним стулом в комплекте. Напротив окна стояла простенькая двуспальная кровать, заправленная коричневым пледом. Шкафа не было — заменой ему служила вешалка для одежды, какую обычно используют в магазинах или на модных показах. На подоконнике были разбросаны несколько коробок, пустых банок из-под пива и жестяная пепельница, заполненная окурками. Также перед окном стояло старенькое кожаное кресло и маленькая деревянная тумбочка. Рядом с кроватью находился туалетный столик с зеркалом, на который хозяин квартиры наклеил множество стикеров с номерами и какими-то заметками.       Стены также были увешаны постерами с изображениями рок-групп и вырезками из журналов. Еще Дилюк заметил там прибитую полку, на которой лежали книги, тетради и цветочный горшок, который, судя по состоянию растения, был давно забыт Альберихом. В нескольких метрах от входной двери расположилась еще одна — по-видимому ведущая в туалет. В общем и целом, обстановка квартиры полностью соответствовала понятию «холостяцкая берлога».       Зайдя домой, Кайа облегченно вздохнул, снял с себя свою косуху и швырнул ее на кресло. — Можешь не разуваться, давненько я здесь не прибирался — стыдливо признался Альберих, почесывая затылок. — Из еды могу предложить только кофе, еще есть пара баночек пива в холодильнике. -Я не пью — коротко ответил Рагнвиндр, изучая глазами квартиру танцора, которая так отличалась от его светлых и просторных апартаментов в центре мегаполиса. Эффект от таблетки понемногу начал проявляться и мир в глазах Дилюка стал расплываться. Ничего не сказав в ответ, Кайа плюхнулся на кровать, раскидывая руки в стороны.       Последний похлопал по кровати, приглашая Рагнвиндера присоединиться к нему: — Не знаю, как тебя, а меня начинает немного торкать. Ложись, не стесняйся, приставать не буду, обещаю — игриво произнес танцор. Почему-то красноволосый ни капли не верил его словам. Несмотря на это, тот все же подошел к кровати и сел на самый край. Рассудок Рагнвиндера уже затуманил наркотик и мужчина, прикрыв лицо руками вскоре тоже оказался лежащим на кровати.       Дилюк редко принимал наркотики, но все же не отказывал себе в таком сомнительном удовольствии. Все его чувства обострились и он, казалось, слышал, как кровь движется в его организме, отдаваясь пульсацией в висках. Рагнвиндр повернулся набок, поворачиваясь к Альбериху и уставился на того полуприкрытыми глазами. Не воспринимая реальность, будучи под действием препарата, Дилюк сделал то, что в здравом уме не мог вообразить себе даже в самых смелых фантазиях: он поднес ладонь к лицу Кайи и нежно огладил линию скул последнего. Стриптизер лежал, уставившись куда-то в потолок, сконцентрировавшись на новых ощущениях, которыми одарил его «Кровоцвет», но действия Дилюка заставили парня повернуть голову в его сторону. Взгляд Кайи тоже был окутан пьянящей дымкой, и мужчина лишь глупо улыбнулся, никак не реагируя на действия Рагнвиндера. — Почему ты такой красивый? — вдруг спросил Дилюк, продолжая поглаживать Альбериха по щеке, — потрясающе красивый…       Красноволосый не отдавал отчет своим словам и просто говорил то, что было у него на уме. Он провел кончиками пальцев по скрывающей глаз повязке, от чего Альберих немного наклонил голову в сторону, возвращая руку Дилюка обратно на его щеку. Видимо, танцор не хотел, чтобы его касались в этом месте. — Почему ты носишь повязку? — спросил осмелевший от препарата Рагнвиндр. Альберих прикрыл глаз, проводя в размышления несколько секунд. После сконцентрировал свой взгляд на глазах Дилюка и ответил: — Мой дед был пиратом, считай — это дань уважения — было понятно, что Кайа не хотел затрагивать эту тему, и Дилюк не стал мучать его расспросами. Должно быть с этой повязкой у Кайи были связаны не самые приятные воспоминания. — Я тебе завидую. Такой свободный, такой настоящий и живой, — продолжал изливать душу Альбериху Дилюк. Его рука в это время плавно переместилась с лица на грудь парня, рисуя известные только самому Рагнвиндеру узоры. Эти манипуляции продолжались недолго, так как стриптизер привстал, опираясь на локоть и навис над Дилюком, второй рукой убирая волосы с белого лица мужчины. — Не заставляй меня нарушать обещание — бархатным голосом тихо произнес Кайа, кладя голову на плечо красноволосого. Последний зарылся пальцами в густые волосы Альбериха, аккуратно, словно боявшись спугнуть, начал гладить его по голове, перебирая пальцами пряди волос цвета ночного неба. Рука мужчины скользнула на оголенную спину Альбериха, оглаживая его крепкие мышцы. Последний шумно выдохнул Дилюку в плечо, поднял голову и прошептал: — Я предупреждал — после чего мужчина навалился на Рагнвиндера сверху, увлекая последнего в томный поцелуй. Этот поцелуй отличался от того, что был в машине: сейчас Кайа был максимально нежным и медленным, словно спрашивая разрешения у парня. Дилюк в свою очередь обхватил руками крепкую спину Альбериха, сжимая ее ладонями. Такой ответ определенно поощрял действия танцора в его сторону и Кайа стал действовать решительней.       Разорвав поцелуй, Альберих начал покрывать шею красноволосого засосами, словно оставляя свои метки, которые означали, что мужчина принадлежит ему. Щеки Дилюка покраснели, а из груди стали вырываться приглушенные стоны. Благодаря «Кровоцвету», Рагнвиндр стал в тысячу раз чувствительней. Даже такие невинные манипуляции срывали парню крышу.       Молодой начальник быстро начал возбуждаться. Руками тот забрался под майку Кайи и слегка провел ногтями по лопаткам, прижимаясь к мужчине всем телом. Альберих протиснул колено между ног разгорячённого парня, от чего Дилюк пошло простонал что-то невнятное прямо в ухо стриптизера. Его горячее дыхание опалило шею Кайи, и возбуждение нахлынуло на того с новой силой.       Комната наполнилась всхлипами, вздохами и стонами. Воздух был пропитан похотью и возбуждением. Мужчины, казалось, не могли насытиться друг-другом. Жадно блуждая руками по раскаленной коже, целуясь то медленно и сладко, то страстно и грубо, кусая губы партнера, два парня утопали в наслаждении.       Кайа уже по-хозяйски устроился на бедрах Рагнвиндера, прожигая того хищным взглядом, мужчина стал развязывать его галстук. Рука Дилюка прошлась от мускулистой груди до паха Альбериха, нарочито не касаясь возбужденного бугорка на штанах, заставляя тем самым синеволосого ускориться. Расправившись с галстуком, Кайа перешёл на рубашку. Сдерживая желание просто разорвать дорогую ткань, мужчина расстегивал пуговицы одну за другой, оголяя торс Дилюка. Последний тоже не лежал без дела, потянувшись руками к штанам Альбериха, мужчина принялся расстегивать его ремень. Бляшка ремня щёлкнула, и Кайа шумно выдохнул. Его возбуждённый орган больше не сдавливал тугой пояс, доставляя дискомфорт хозяину. — Смотри не пожалей о своём поступке завтра — хриплым голосом произнес Кайа. — Я уже тысячу раз пожалел об этом — возбуждённо ответил ему Дилюк.       Синеволосый мужчина стянул с себя майку, оголяя упругую грудь и проступающие кубики пресса. В сознании Дилюка, словно записью на пленке, промчались воспоминания из «Доли Ангелов», где он лицезрел такого же пошлого, такого же манящего стриптизера, который, минуя глазом толпу, не сводил с него взгляда.       Следом за майкой с Альбериха слетели и штаны и единственным элементом одежды, оставшимся на парне, были черные боксеры. Обтягивающая ткань не в силах была скрыть колом стоящий член Кайи, бросив взгляд на который, Рагнвиндр прикусил нижнюю губу. Закончив раздеваться сам, Кайа принялся снимать брюки с молодого начальника. Не став церемониться, танцор стянул их вместе с трусами. Мужчина смотрел на Дилюка, откровенно наслаждаясь открывшимся ему видом: раскрасневшиеся щеки, чуть приоткрытый рот, которым парень жадно хватал воздух, взгляд полный острого желания явно доставляли Альбериху кайф, который затмевал собой любой эффект от наркотика. Рубашка была полностью расстегнута, открывая тонкую шею, усыпанную следами от укусов и засосов стриптизера, аккуратную грудь и плоский живот Рагнвиндера. Вишенкой на торте был полностью стоявший член, который от перевозбуждения истекал смазкой. Черт, да за такой вид и умереть не жалко. Кайа спускался вниз к груди мужчины, жадно кусая и облизывая поочередно соски, срывая с губ Дилюка все новые и новые стоны.       Едва сумев оторваться от разглядывания своего «творения», Кайа встал с кровати и направился к туалетному столику. Он выдвинул ящик и достал оттуда презерватив и баночку смазки. Судя по тому, что такие вещи хранились у него буквально под боком, мужчина вел очень активную половую жизнь.       Наблюдая из-под опущенных ресниц за возвращающимся к Дилюку парнем, тот смущенно пробормотал: — У меня… никогда с парнем… — однако до конца сформулировать свою мысль Рагнвиндр так и не смог, отводя взгляд и прикрывая пылающее лицо ладонью. Однако Альберих уловил суть того, что красноволосый пытался ему сказать. — Я сделаю все как полагается — успокаивал мужчину Кайа, после чего развернул того на живот, заставив согнуть ноги в коленях и принять до ужаса смущающую позу. Альбеих навис над парнем, проходясь поцелуями от шеи по всему позвоночнику. От таких действий Дилюк тихо всхлипнул и закрыл себе рот ладонью.       Кайа вылил достаточно большое количество смазки из принесенного ранее тюбика между ягодиц Рагнвиндера, от чего у последнего тело покрылось мурашками. Дилюк исподлобья наблюдал за действиями синеволосого мужчины. Было видно, что тот держался из последних сил, чтобы не наброситься на молодого начальника и жестко оттрахать. Однако Кайа терпел, стараясь не причинить Дилюку болезненных ощущений. Когда его горячие пальцы, контрастируя с холодом смазки, коснулись тугого колечка мышц, Дилюк вздрогнул. Указательный палец Альбериха начал проникать в мужчину. Ощущения были неприятными и Дилюк попытался расслабиться. Чтобы как-то отвлечь красноволосого, танцор обхватил член мужчины рукой, лаская его. Рагнвиндр вжался лицом в кровать, постанывая от удовольствия. Ноги предательски подкашивались, поэтому Дилюку приходилось прилагать максимум усилий, чтобы просто удерживаться в таком положении. — Ты молодец, — хвалил парня Кайа, одновременно с этим добавляя второй палец. Мужчина целовал плечи, спину и поясницу Рагнвиндера, заставляя последнего плавиться в его руках.       Два пальца уже двигались внутри мужчины без особого труда, поэтому Альберих добавил к ним третий. Тщательно подготавливая Дилюка, танцор нашептывал нежности тому на ухо, иногда слегка прикусывая мочку.       Рагнвиндр не знал куда себя деть. Кайа, казалось, овладевал каждой клеточкой его тела. Он был везде, заставляя мужчину пошло стонать и извиваться в руках Альбериха. Неприятные ощущения сменялись на, до этого не испытываемые Дилюком, чувства, и парень уже сам покачивал бедрами, насаживаясь на пальцы синеволосого.       Заметив это, Кайа решил, что достаточно подготовил мужчину и вынул пальцы из его ануса. С губ Рагнвиндера сорвался разочарованный вздох. Кайа стянул свои боксеры до колен, растирая капельки смазки по члену, стал раскрывать презерватив. Разорвав упаковку зубами, он вынул резиновое колечко из нее и принялся раскатывать его по всей длине своего полового органа. Для подстраховки он выдавил еще немного смазки на презерватив и подставил возбужденную плоть к отверстию Дилюка. — Постарайся максимально расслабиться — нежно прошептал Кайа, схватив ягодицы мужчины ладонями. Бархатный голос танцора успокаивал Рагнвиндера и тот расслабил напряженные мышцы своего тела.       Кайа входил медленно и плавно. Мужчина следил за тем, чтобы Рагнвиндеру не было больно, хотя жар и теснота внутри парня просто сводили с ума. Молодой начальник сжимал простыни, зажмурив глаза и покусывая губы, терпеливо принимал Альбериха в себя. После того, как Кайа вошел в тело мужчины полностью, тот, не сдержавшись хрипло простонал. — Ты в порядке? — поинтересовался Кайа, на что получил лишь короткий кивок от Дилюка.       После этого Альберих взял красноволосого за плечо, заставляя развернуться к нему, а затем перевернул того обратно на спину. Рагнвиндер обхватил торс стриптизера ногами и прогнулся в спине, опрокинув голову назад. Мужчина выглядел слишком горячо, от чего Кайа окончательно потерял самообладание, начал грубо вдалбливать Рагнвиндера в кровать. Маленькую комнату наполнили пошлые звуки удара плоти о плоть. Пульс Дилюка отдавался оглушающими ударами в его ушах. Сердце колотилось как сумасшедшее. Мокрые волосы, с которых давно сползла резинка расплылись огненными прядями по всей кровати. Пот стекал по лицу, груди и бедрам обоих мужчин, не в силах остудить пылающие возбуждением тела.       Дилюк пытался нащупать рукой спинку кровати, однако из-за бешеного ритма Альбериха, ему не удавалось осуществить свою задумку. Видя отчаянные попытки Рагнвиндера, Кайа навис над ним, опираясь одной рукой на кровать, а другой перехватил руку красноволосого, сплетая их пальцы в замок, прижал ладони к простыням. Их лица находились друг к другу максимально близко так, что парни чувствовали дыхание партнера на своей коже. Голос Дилюка охрип от громких стонов и теперь из его уст слышались лишь хриплые всхлипы. Свободной рукой Рагнвиндер притянул танцора к себе и вовлек того в страстный поцелуй.       Отпустив руку начальника, Кайа скользнул своей под поясницу Рагнвиндера, поднимая того с постели. Теперь Дилюк нависал над Кайей, обвивая руками его шею и плечи, постанывал в поцелуй. Альберих позволил парню самому задавать ритм, и контроль перешел в руки красноволосого. Тот резко опускался до самого основания, стукаясь ягодицами о бедра танцора. Последний двумя ладонями прижался к лицу Рагнвиндера, убирая прилипшие влажные пряди. После этого он перевел руки на ягодицы парня, до боли сжимая их, заставляя насаживаться на его член еще сильнее. Оба мужчины тяжело прерывисто дышали.       Кайа, опьяненный близостью с Рагнвиндером, укусил того за плечо, от чего красноволосый запрокинул голову назад, открывая для новых укусов белоснежную шею. Безумие и страсть полностью поглотила обоих. — Кайа… Кайа — отчаянно хрипел Дилюк, — я скоро кончу…       Услышав это, Альберих сжал член мужчины в руке, быстро надрачивая ему. Рагнвиндр почти перешел на крик, последний раз до упора насадившись на Кайу, парня накрыла ослепительная волна оргазма, прошедшая электрическими разрядами от ступней до самой огненной макушки. Без сил Дилюк упал в объятия синеволосого, жадно хватая губами такой необходимый ему сейчас воздух.       От испытанного оргазма мышцы Рагнвиндера напряглись, сжимая член Кайи. От ощущения экстремальной узости красноволосого, Альберих с животным рыком кончил следом за Дилюком. Белый шум стоял в ушах, а в глазах заплясали искры.       Без сил оба мужчины рухнули на кровать. Стриптизер стащил с уже опускающегося члена презерватив, завязал его и швырнул куда-то на пол. — Не оставляй меня — нарушив тишину прошептал Кайа. Голос его, обычно звучавший приторно-сладко и язвительно, сейчас отдавал нотками печали и грусти.       Дилюк совсем не знал этого парня. На публике он производил впечатление хитрого лиса среди пушистых кроликов. Такой уверенный в себе и харизматичный, завладевающий твоим разумом и мыслями, свободный и опасный. Лишь оставшись наедине с Рагнвиндером, Кайа позволил себе снять маску хищника, показывая свою сущность. Такой печальный, такой одинокий.