Страсти в Полицейской академии

Курсантам грозила первая самоволка. Тех, кто вот-вот станет настоящими полицейскими, выпускали в город на выходные, и по традиции ребята собирались устроить вечеринку. Все это знали, все понимали, все ждали и радовались. К сожалению, Кёркланд, умудрившийся после всего, что произошло в последние дни, не забыть о своей задаче отсеивать неугодных курсантов, тоже об этом знал. Он вызвал к себе Байльшмидта и Джонса и уверенно заявил: — В городе они устроят вечеринку. — Откуда вы знаете? — спросил Альфред. Слухи ходили, но конкретно пока ни о какой вечеринке они ещё не знали. Всё было зыбко. — Они всегда так делают, я не первый год тут работаю, — Артур закатил глаза. Гилберт пожал плечами — ну да, логично, что лишённые алкоголя на долгие недели ребятки захотят уйти в отрыв. Они молоды и беспечны, что, конечно, прекрасно, но совершенно безответственно с их стороны. Они всё ещё курсанты, и если их поймают за непотребством... Байльшмидт ухмыльнулся. А вот и мотив. — Значит так. Если это начнёт скатываться чёрти-куда, вы знаете, кому звонить, — Кёркланд довольно ухмыльнулся. Вечеринка у молодых, да без непотребств? В жизни такого не было и не будет! Молодёжь себе не изменяет, это он помнит по себе. Может, удастся исключить и чёртового Бонфуа! Вякнуть что-либо прессе он не посмеет, а потому... С точки зрения какой-либо солидарности это было, конечно, подло. Все геи в одной лодке чужого неприятия и ненависти, но Артуру было на это плевать в конкретном контексте: Франциск был настоящим чудовищем, которое следовало исключить из Полицейской академии как можно раньше, пока это не обернулось потерей жизней гражданских. Такие, как он, расшатывают систему, а этого нельзя было допустить. Долг гражданина, полицейского и преподавателя перевесил. Получившие задание Байльшмидт и Джонс удалились. — Слушай, ты же хорошо общаешься с Варгасом? — уточнил Гилберт. Он-то тоже поладил с Ловино в последнее время, но Альфред гораздо чаще него зависал с Варгасом, болтая обо всяких пришельцах, рептилоидах, экстрасенсах и иже с ними. Бред бредский. — Ну да! — кивнул Джонс. — С ним очень круто общаться, появляется ощущение, что мы знакомы уже долго. Наверное, встречались в прошлых жизнях... — Так, стоп, — тут же остановил поток сознания Байльшмидт. Только этого ему ещё не хватало! — Даже не начинай. Просто спроси его, где они устраивают вечеринку. — Думаешь, он знает? — Он всё знает, — уверенно заявил Гилберт. — Я без понятия как, но ничего без его ведома не происходит. К тому же с вероятностью девяносто девять процентов организацией вечеринки занимается Бонфуа, а он его лучший друг. — Точно! Ладно, я тогда пойду на разведку, — заговорщицким тоном доложил Джонс и быстро смылся, пока Байльшмидт отбивал ладонью фейспалм. Иногда Альфред бывал невыносимым идиотом... Так, а у самого Гилберта была непростая задача! Он отправился в кабинет сержанта Эдельштайна. Этот великолепный мужчина задолжал ему свидание!

***

— Опять ты, — устало обронил Родерих, когда к нему зашёл Байльшмидт. — У вас абсолютно отсутствует выдержка, сержант Эдельштайн, — рассмеялся тот. — Всё же с того дня я вас ни разу не беспокоил! — Да мне того и хватило, — вздохнул сержант. — Свидание? — Именно! — кивнул Гилберт и вальяжно опёрся об стол. — Надеюсь, вы ничего не запланировали на эту субботу? — Да я догадывался, что свидание будет в эти выходные, так что, конечно, ничего не стал планировать, — сержант вздохнул снова. А ведь был такой вариант... — Это просто волшебно, потому что в таком случае прогорели бы билеты, — довольно улыбнулся Байльшмидт. — В город приехала известная труппа и в субботу будет премьера их нового спектакля. — Откуда ты знаешь? — оживился Эдельштайн. Ведь он именно туда пойти и хотел! — Работа будет такая, всё знать, вот я и готовлюсь, — немного слукавил Байльшмидт. Он воспользовался услугами Варгаса для ознакомления со вкусами сержанта. — Я думал, достать туда билеты почти невозможно... — И это так, но у меня есть знакомства, а потому и два билета в вип-ложу! — гордо доложил Гилберт. Родерих, к его радости, улыбнулся. Самыми уголками губ, но это уже было победой! — Тогда и впрямь билетам пропадать нельзя, — ответил Эдельштайн.

***

— Ловино! — в столовой Джонс поймал нового приятеля за руку. — Слушай, на выходных же будет вечеринка, так? — Ага, — тот кивнул. — Франц вчера никак не мог решить, где же её проводить. С прошлым местом возникли какие-то сложности... — О, а ты не можешь узнать? — попросил Альфред. Ловино пожал плечами. Да нет ничего проще! В тот момент он не вспомнил, что вообще-то Джонс — старший их отряда на побегушках у Кёркланда. Так вышло, что в их разговорах это не всплывало, и ассоциация Альфреда с Артуром в его голове просто перестала работать. А вот от Гилберта временами даже бывала польза: он время от времени вбрасывал какие-то подсказки, благодаря которым от ловушек вздорного лейтенанта можно было увернуться. Поэтому и в личной просьбе Варгас ему не отказал. Что же до Джонса... Он правда забыл. Ну, а ещё подналёг на учёбу. Заметив, что Бонфуа успокоился и стал всерьёз воспринимать всю эту затею, он и сам невольно подтянулся. Поэтому неудивительно, что кое-что выпало у него из головы. К тому же он был просто перегружен информацией по своей дополнительной "специальности" разведчика. Тому достань то, а этому другое, и всё держи в голове! Ужас же! Так и сдохнуть можно... В общем, простодушно пожав плечами, Ловино отправился к Франциску. — Франц, так где ты всё же решил всех собрать? — спросил он, вломившись в комнату Бонфуа. Тот читал что-то в конспектах, в то время как Тино, сидя у себя на кровати, точил ножик. От этого милого зрелища Варгаса аж всего перекосило, а вот сосед Тино уже успел привыкнуть и даже не реагировал на это. — М-м-м, — отвлёкшись от чтения, француз промычал, выныривая из текста и пропуская через мозг вопрос Варгаса. Ловино... Зачем он спрашивает? Это не в его манере. Обычно он заводит простой разговор и в процессе выводит на то, что ему интересно, вот только... Окинув друга взглядом, Франц заметил, что тот уж очень устал. Бедняга. Может, из-за этого, а может... Может, его попросили узнать, поэтому он и спросил напрямую. Всё это промелькнуло в голове Бонфуа буквально за мгновение. Как и вариант, кто вообще мог попросить об этом Варгаса. Конечно, старшие отряда, а их пускать на вечеринку нельзя. Дружба дружбой, а служба службой, как сказал тогда Байльшмидт. Скрысят, как пить дать. А Бонфуа, пусть и не собирался туда идти, всё же не хотел лишать ребят возможности отдохнуть душой. — "Голубая устрица", — почти сразу ответил он. — Ага, спасибо, — кивнул Ловино и ушёл. — Это же не "Голубая устрица", — удивлённо посмотрел на Франца Тино. — Нет, но лучше бы тебе и остальным помалкивать об этом, — Бонфуа подорвался. — Сильно хочешь быть под присмотром старших? — Ох, ё... А почему Ловино вообще решил им рассказать? — Возможно, они назначили хорошую цену, — Бонфуа выскочил из комнаты. Он был прав: друг его спускался вниз. Во двор или в столовую. Ясно. Ну, потом он ему скажет, где на самом деле всё проходит, да и всё. Скажет, что опять всё поменялось в последний момент. Так ведь?

***

Курсантов вывозили из Академии автобусом. Ещё прежде, чем они сели, Гилберт предупредил Альфреда, что не сможет вместе с ним выполнять задание Кёркланда. — У меня просто свидание всей жизни в эту субботу, — признался он. — Такая шикарная девушка! — Вау, поздравляю! — радостно ответил Джонс. Где-то неподалёку сержант Эдельштайн сморщился, как будто съел лимон целиком вместе с кожурой. — Да, поэтому ответственное задание лейтенанта Кёркланда падает только на твои плечи. Ты же нас с ним не подведёшь? — Конечно, нет! — бодро ответил Альфред. — Отдыхай и не волнуйся. Гилберт кивнул. Артур закроет глаза на то, что он бросит его на передовую. Они с Родерихом друзья, конечно, он узнает, где и с кем был Эдельштайн в тот вечер, но простит это Байльшмидту. Он склонен к фаворитизму, и своим любимчикам спускает с рук всё. Так что даже если Джонс проболтается, что был там один... Какая разница? Как только было объявлено время общего сбора, чтобы отправиться обратно, ребят выпустили из автобуса. Ловино подхватил под руку Альфред, утаскивая подальше от всех. — Слушай, тут вот какая проблема... — начал он. — Дело в том, что у меня нормальной-то одежды почти и не осталось, тем более, чего-то подходящего для вечеринки. Я как вернулся с горячей точки, так сразу переехал в этот город и поступил в Академию, барахлом даже не озаботился... — Я тебя понял, мы всё решим, — уверил его Варгас. — На вечеринку потом пойдём вместе. — Спасибо! — обрадовался Джонс. — Не вопрос. Какой бюджет? — уточнил Ловино. К восьми вечера оба были готовы и стояли у входа в бар "Голубая устрица". В это время Франциск на другом конце города отчаянно пытался вспомнить, что же он забыл, но так и не смог, а потому плюнул на это дело. Спуск в полуподвал и... — Твою мать, Франциск! — ругнулся Ловино сквозь зубы. Это был гей-бар! Куча мужчин в чёрных кожаных и латексных костюмах это подтверждала. Твою, блять, мать, Франциск, ну ничего тебе доверить нельзя! — Ты ничего не перепутал? — спросил Альфред, оценив обстановку и глаза размером с блюдца у друга. — Я нет. А вот ебучему Бонфуа придётся упорно долго объяснять, какого хуя!.. Услышавшие знакомые голоса Иван с Артуром, сидящие за угловыми столиками, попытались сделать вид, что их тут нет. Всё. Достали.