Теплая зима

Кассандра любила зиму. Ее всегда радовал колкий морозный ветер, румянивший бледное лицо. Радовал бодрящий холод и скрип снега под подошвами удобных сапог. Ей даже нравилось иногда прокатиться на коньках по блестящему льду – конечно, в первую очередь потому, что ее лучшая подруга Рапунцель вечно тащила ее на каток, одержимая восторгом от любой детской забавы и такая непосредственно-энергичная… Теперь их отношения стали более дистанцированными, как и следовало ожидать. Кассандра вернулась в Корону спустя полтора года одиноких опасных приключений и странствий. Она проверила себя на прочность, вытравила из своей души едкое чувство вины, осадок горечи и постылую зависть. Она стала лучше, тверже и светлее. Прямо как этот снег под ее подошвами – его честная, суровая белизна парадоксально согревала душу. Кассандра чувствовала себя свободной, спокойной и несомненно исцелившейся от тьмы. И это заставляло ее верить в себя, как никогда прежде.

***

На городской площади вовсю кипела подготовка к грядущей рождественской ярмарке. Молодые люди (и более крепкие девушки) устанавливали палатки и стенды. Сердобольные пожилые женщины расклеивали афиши благотворительных концертов и распродаж. Дети радостно бегали небольшими стайками, возбужденно смеясь и бросая мягкие снежки в угрюмых одиноких прохожих. Все было таким, как раньше, только вот Кассандра теперь стала совсем иной. Суматоха и предвкушение общего веселья задевали ее лишь по касательной, только невесомо, слегка тревожили безболезненную ностальгическую печаль в глубине сердца. Ей не следовало задерживаться здесь надолго. Возможно, интуиция ее подвела, и ее место было вовсе не здесь… Возможно..? Когда чья-то ладонь коснулась плеча Кассандры, она отреагировала почти молниеносно. Никто не мог подкрадываться к ней со спины, если только не… - О, милорд алхимик, неужели? – дружелюбная усмешка тронула ее губы при взгляде на знакомое оживленное лицо. - Миледи, - Вэриан слегка поклонился с трогательной сдержанностью "доброго старого друга". Затем он чихнул и неловко одернул свой новый меховой плащ. Все такое же теплолюбивое сентиментальное существо. Но такая странная компания все-таки лучше, чем никакая, верно? Кассандра мысленно согласилась с этим вкрадчивым внутренним голосом и первая сжала худую, но удивительно теплую ладонь.

***

Они не говорили в тот день ни о чем определенном, потому что слова казались неуместными, а мысли - слишком беспокойными, чтобы их озвучить. Лезвия коньков, взятых напрокат, лихо чертили восьмерки и круги на крепком льду. Пальцы рук были крепко переплетены - чтобы никто не упал, конечно. Лица розовели от морозного воздуха – и только. Вэриан стал немного выше и молчаливее, но блеск восторга в его глазах при каждом взгляде на Кассандру все-таки сохранился. Как и годы назад, в их первую странную встречу. Вот только иногда он все-таки отводил взгляд, опасаясь очевидности того, что давно уже было известно каждому, кто видел их вместе. - Я не любил зиму раньше, - признался юноша, когда они остановились купить глинтвейн и свежую выпечку возле одной из палаток. - Так что же изменилось? – нарочито небрежно уточнила Кассандра и сделала большой глоток из своей кружки. - Очевидно, нам двоим просто стало теплее, - сообщил Вэриан с широкой искренней улыбкой, говорившей больше, чем любые слова объяснений. «И если ты не откажешься держаться за меня в будущем, я точно никогда не упаду», - закончил он мысленно, не отводя глаз. Тогда Кассандра первая оставила на его губах удивительно мягкий, уверенный, полный согласия поцелуй. У них наконец-то все получилось, сложилось и склеилось, а значит, зима обещала быть нежной. Зима обещала им счастье и новый, восхитительно долгий год.