МьЮ

Несовершенство мира.

Одиночество.

Страх смерти.

Отсутствие глобального смысла.

      По сути своей страх смерти — это простые тревожные переживания о том, что жизнь конечна. Большинство людей боятся умереть. Причина довольна проста и банальна. Виной всему инстинкт. Страх нужен просто для выживания.       Посреди ночи в одной из комнат дома всё ещё горел свет. Чонгук расхаживал по ней, собираясь спать. Внезапно на ноутбук пришло оповещение о том, что для него есть задание. Прочитав название игры Гук замер. «Русская рулетка? Сотка лимонов долларов? Так вы оценили мою жизнь? Что ж, спасибо вам» — подумал Чон и хищно оскалился.       Сам парень жизнь особо не ценил и на игру согласился исключительно ради денег. Они были ему необходимы, и потому невыносимо желанны. Когда мальчишке было всего пятнадцать, мать продала девственность сына богатею всего за триста долларов. С тех пор Гук возненавидел своё тело, отрекся от него, всячески «улучшая» татуировками и пирсингом. Он знал, что его жизнь ни хрена не стоит. Разумеется, сейчас ему стало безумно лестно получить ценник в сто миллионов.       Татуированный суетился и пересекал комнату из угла в угол, в поисках точки успокоения. Он нашёл её именно в тот момент, когда писклявые сигналы разрезали тишину и на экране появилось имя опоннента.

Пак Чимин…

— Уууу, — присвистнул бунтарь, — ох, и не повезло же тебе, булочка. — А вот интересно. Если я его запугаю и он откажется, мне засчитают автоматом техническую победу? — расплылся в улыбке Чон.       Аферисту нужно было только придумать план. Лучшего места, чем чёрная зона отдыха в холле дома, представить было сложно, потому он направился прямиком вниз и уселся на диван. — Чёрт, мне нужно придумать что-нибудь изощрённое. Эдакое дерзкое издевательство, — парень запустил пальцы в чёрные волосы и взъерошил их. — Нужен простой до безобразия план, — сокрушался Чонгук.       Ему нужно было вдохновение. И как же кстати оно пожаловало. Собственной персоной спустилось вниз по лестнице с потерянным видом. «Что бы такого придумать?» — напрягал извилины Чон, но решение пришло невероятно быстро.       Воспользовавшись замешательством Чимина, Гук окликнул его и уставился в упор. — Чего смотришь, красавчик? — завтра с тобой позабавимся, — хищно посмотрел Гу и облизал два пальца. «Идеально, это должно сработать. Нет для молоденького сладенького мальчика страха больше, чем сильный противник, желающий его задницу» — умозаключил Чон и продемонстрировал спортивное тело и сильные руки, откинувшись на спинку дивана.       Пак бросил беглый взгляд по татуированному, фыркнул носом и поспешил наверх.       Когда дверь за спиной брюнета захлопнулась, он рванул к столу, где началась трансляция на ноутбуке. Чимина тоже известили об игре в с Чонгуком.       Несколько вещей Пак знал наверняка. Русская рулетка – это смертельная азартная игра. Когда-то давно маленькому Чимину рассказывал о ней подвыпивший дядюшка. Сейчас Пак сидел в тяжёлых думах и силился вспомнить детали. С каждой минутой сконцентрироваться было всё сложнее. Чуть позже, это и вовсе стало невозможным, ведь сердце забилось о грудную клетку как бешеное.       Смысл игры состоял в том, что в револьвер необходимо поместить один патрон и просто с разной силой начать вращать барабан. «Затем нужно приставить дуло к виску и спустить курок. В последнюю секунду остаётся надеяться, что заряженная пуля в этот момент не совмещена с ударным механизмом.»       Чимин сел на кровать и попытался собрать себя в кучу. Состязание с монетками показалась сейчас парню детской забавой. Рулетка же – это игра на жизнь. «Где-то должен быть подвох и обман» — начал суетиться Пак, сбрасывая на пол листочки для записей и ручку, которую так кстати оставил тут вчера.       К Гуглу обратиться не получится, а значит есть всего один верный способ: поверить в себя и рассчитывать на то, что память не подведёт.       Руки тряслись, но требовательный мозг и холодный разум должны были сосредоточиться. Чимин начал расчёт. Брюнет не был фаталистом и в судьбу не верил, но решил подойти к вопросу более прагматично. Нужно было лишь рассмотреть возможную вероятность выжить с математической точки зрения. «Если я правильно помню, то по канону оружием служит простейший шестизарядный револьвер» — снова напрягал память Чимин.       Парень взял за основу число шесть по количеству патронов и принялся считать. В итоге у него в запасе было среднее количество последовательных нажатий равное трём с половиной, где вероятность остаться в живых была максимально высокой.       Он должен был стрелять первым, при самой низкой вероятности. Второй выстрел достанется опонненту, третий самому Чимину и далее уже шанс Чонгука застрелиться составит пятьдесят процентов. Однако был нюанс и сложности с последующими выстрелами. Со лба начали стекать капли пота, сразу после того, как Чимин вспомнил ещё одну интересную деталь. Вероятность выжить стремилась к нулю при каждом выстреле. Если сначала шанс встречи со смертью был ничтожно маленький, как одна шестая, то далее он же превращался в одну пятую, далее в одну четвертую… В этот момент губы тоже задрожали и парень их прикусил. Он сжал свои мокрые ладошки и вытер о штаны. «Значит после пятого выстрела вероятность смерти будет максимальной»       Парня не хило затрясло и он спустился с кровати. Он хотел бы отказаться, соврать, что у него жена и дети, собака, голодный кот, больные родители и много ещё вариантов. Однако именно сейчас Чимин прочувствовал своё одиночество. Ему не с кем было попрощаться. Он не мечтал никого обнять или утешить. «Он!» — пронеслось в голове, а нос силился вспомнить едва уловимый запах цитрусовых с перцем. «Наверное, я хотел бы увидеть хозяина этого запаха» — улыбнулся про себя Пак, формулируя своё предсмертное желание. — Тьфу ты, о чём я только думаю? — ругнулся вслух на себя брюнет, но тем не менее заметил, как по его телу прошлась нервная дрожь.       Холодные руки с длинными пальцами, которыми мужчина касался персиковой кожи застыли волнующим моментом в подсознании. Чёрные рукава толстовки будоражили сознание. Не зря Пак разглядел их в последний момент перед тем, как хриплый голос шёпотом приказал не оборачиваться. Хозяин запаха и голоса стал навязчивой фантазией Чимина. Это сильно нервировало, но доставляло свой определенный кайф. «Я гоняюсь за призраком мужчины. Я хочу его увидеть и почувствовать. Хочу к нему прикоснуться и слушать его голос» — размечтался Чимин и неожиданно для себя понял, что с вожделением касается своего тела, думая о жилистых пальцах и контрастном запахе. — Да что со мной? Я же не гей. Ещё этот Чонгук со своими пальцами, — возмутился шёпотом Пак и вернулся в реальность, где его ждала игра на смерть. — И как я должен теперь уснуть? — закричал Чимин во всё горло.       Свет в его спальне тут же погас и парень вздрогнул. Потом непонятное мгновение и ему стало всё равно. Тревоги куда-то ушли, и брюнет откинулся назад на кровать. Мысли роились в голове, но потом просто систематизировались, помогая парню настроиться на завтрашний день.       Утром Чонгук проснулся без будильника и сразу направился в закрытое крыло. Стоило ему подойти к вечно запертой двери, как та без лишних усилий отворилась. Словно пропуская и одновременно предлагая Чону войти в тёмный, пугающий коридор. Парень сделал несколько быстрых шагов. На полу, по мере его перемещения, загорались лампочки одна тонкая полоска сверху и по паре ламп в ковровом покрытии с разных сторон. «Как-то жутковато, блин. Сраный, бесконечный путь в неизвестность, чтоб его» — ругался про себя Гук.       Ещё одна тяжёлая дверь и в глаза парня ударил яркий свет. — Зал кинотеатра? Да они, блять издеваются? — зарычал на всё помещение Чонгук. — Подобные комнаты хорошо звукоизолированны, выстрел не будет слышен, — послышался позади приятный тихий голос.       Татуированный резко обернулся и увидел ангела, который словно пришёл забрать его жизнь. Чон легко смирился бы с этим наваждением, но он точно знал, что сейчас перед ним не фантастическое создание, а живой человек. Имя которому Пак Чимин.       На брюнете была невесомая хлопковая кофточка, закрытая сверху белоснежным пиджаком с таким же лавандовыми лацканами. Белоснежные свободные брюки струились по длинным ногами и завершались белыми ботинками на высокой подошве, позволяющей сравняться ростом с Чонгуком. — Что за херня? Решил быть красивым перед смертью? — хмыкнул Гук. — Я не планировал наряжаться, — спокойно ответил Чимин и поправил шелковый длинный шарфик нежного голубого цвета со сложным рисунком. — Тогда, что это за прикид? — допытывался Гук. — На, прочти и сам поймёшь! — Пак протянул оппоненту чёрный чехол с одеждой и записку, — это висело на ручке моей двери. Подозреваю, что ты слинял не переодевшись. — И чо? — И то, что наша игра не начнется пока ты этого не сделаешь, — обречённо по слогам отчеканил Пак, будто разговаривал с полудурком. — Ну и славно, тогда пошли отсюда, — Гук схватился за ручку двери, но та не поддалась. — Что за херня? — Ты ещё не понял? Мы не властны здесь ни над чем, — смирился Пак и спокойно устроился в кресле в первом ряду. — Игра не начнётся и мы останемся в живых, дебил, — засмеялся Гук. — Ну, без оружия быстро не умрём, но вряд ли нас отсюда выпустят. Жрать тебя я не хотел бы. Предпочитаю просто умереть с голоду, — оскалился Пак. — Охренеть, вот это булочка, — удивился Чон и принялся раздеваться прямо перед Чимином. — Может свалишь за стенку ко входу? — рявкнул брюнет, наблюдая за тем, как обнажаются руки с татуировками, как из-под футболки выходят на свет проколотые пирсингом соски и пупок. — Ты больной, — прошипел Пак, но взгляда не отвёл. — Ага, — бросил Гуки и снял шорты вместе с трусами, представая перед соперником абсолютно обнажённым, — скажи же хорош?       Не успел задать вопрос Гук, как свет потух, а на экране загорелись часы отсчёта начала игры.       Когда снова появилось освещение, то перед Чимином предстал уже совершенно не тот Чонгук. На идеальном торсе была надета прозрачная водолазка, сверху тонкая шелковая рубашка, заправленная в классические брюки с высокой посадкой. На ногах красовались туфли, а растрёпанный волос убран в пучок. — Ну что? Начнём? — спросил Чимин, всматриваясь в пространство между рядом и экраном. На небольшом возвышении лежал револьвер. — После Вас, — театрально поклонился Чон, проследив взгляд Пака до оружия казни.       Чим медленно зашагал в угол помещения и поднял с пола ледяное оружие. — Он жутко холодный, — пожаловался Пак и открыл барабан. — Пуля и правда одна, — прошипел Чон, — хочешь быть первым? — Да, без проблем, — спокойно произнёс Чимин и приставил холодное дуло к виску.       Внезапно на экране появилась надпись, предупреждающая о том, что стрелять нужно не в себя, а в оппонента. — Что??? — Чего???? Я готов был стать самоубийцей, но убивать другого… Это грёбаная шутка? — зарычал Чимин. — Стой, ты был готов умереть? — испугался Чонгук, выхватил у парня оружие и направил ему в голову. — Да, не очень давно я хотел утопить себя в ванной. По своим причинам. Стреляй, — голос даже не дрогнул.       Раздался щелчок. Гук вздрогнул и протянул оружие Чимину. На экране загорелись цифры 1/3 и 0/3 — Значит на каждого по три выстрела, — обречённым голосом прочёл Чонгук и встал к Чимину спиной. — Что произошло? — Просто выстрели уже, — не успел договорить Гук, как услышал очередной пустой «щёлк». — Хм, если моя теория верна, то мы должны выжить, — серьёзным тоном произнёс Пак и подал оружие на открытой ладони.       Гук принял, но ему стало не по себе. Тело бросало из жара в холод и обратно. По спине стекали капли пота от нервного напряжения. Внезапная паническая атака заставила сильного парня рухнуть на пол. Чимин решил облегчить его участь и крутанул барабан. — Зачем ты это сделал? — сорванным голосом спросил парень в чёрном и вытер рукавом пот со лба. — Если постоянно крутить барабан, то вероятность выстрела так и останется один к шести. А это значит, что ты, скорее всего выживешь на шестом выстреле. Шанс с пятидесяти процентов вырастает до шестидесяти шести, — таким же безразличным тоном посчитал Пак.       Чонгук весь сжался и нажал на спусковой крючок два раза подряд. Экран вывел новые цифры 3/3 и 1/3 — Что? — запаниковал Чон. — А то, что ты придурок конченый. Теперь вероятность того, что я застрелю тебя стремится снова вверх, — рассердился соперник и обернул полы белого пиджака. — В своё время один мудрый человек сказал мне, что нельзя играть в русскую рулетку, если внутри тебя живёт желание поцеловать или обнять любимых! В этой жизни помереть не трудно, а вот сделать эту жизнь такой, какой ты хочешь — значительно труднее, — разозлился сценарист и крутанул барабан.       Гук закричал, сел на пол и отполз назад, заглядывая в пустые глаза Чимина. Они не выражали ничего. Лишь рот медленно двигался, издавая членораздельные звуки. Уши Гука заложило от непреодолимого стресса. — Ты ведь понимаешь, что русская рулетка не сама продолжительная игра? Особенно, если в неё честно играть, — наступал Пак, продолжая тыкать стволом в парня на полу. — Ни за что, блять, не поверю, что ты решил проверить эти ощущения на остроту. Тебе адреналина в жизни не хватало? Любая игра должна быть обдумана и осознана, придурок, — брюнет поднял Гука за плечи, поставил спиной к себе. Чимин быстро отошёл, развернулся и выстрелил в тёмный затылок. Тело Чонгука с грохотом упало на пол. Барабан открылся и оттуда вывалилась пронумерованная гильза с выгравированной цифрой ноль. — Сраный шифр… Да и вообще, над играми нужно думать, ведь даже безобидная шутка, может обернуться трагедией, — из глаз парня потекли слезы, и он без сил рухнул рядом, не успевая оценить обстановку.       Сердце бешено застучало в попытке разбить грудную клетку. Стальные канаты нервов не выдержали и порвались, вырубая парня сию же секунду.       Техён восседал в небольшой бильярдной комнате и ждал. Его партнёр по игре опаздывал. На протяжении всего времени он постоянно хрустел пальцами и наглаживал украшения, потирая их большим пальцем. — Жутко выглядишь, — в дверях появился Джин, — ты Чимина и Чонгука видел вчера? — На завтраке не было ни одного ни второго, честно признался Ким и встал, — я заебался ждать этого сообщения об игре. Пошёл я наверх.       Светловолосый красавчик встал, поправил очки и вышел. — И чего ты такой нервный? — возмутился ему в спину Джин, — недотрах? — Я тебя сейчас трахну, умник, — Ким хлопнул дверью и направился в холл. — Что за хрень? — Тэхён подошёл к чёрному кожаному дивану, на котором валялся Чонгук. — Эй, Гук-и, очнись, мать твою, — Тэ похлопал парня по щекам, — не помогает.       Он встал и резко зашагал к столику в углу. Тэ выдернул цветы из вазы и швырнул их на пол, а содержимое вылил на лицо Чона. — Какого хрена? Кто здесь? — Гук не мог поверить своим глазам, — Тэхён? Это правда ты?       Парень был так счастлив осознать, что не умер. Он запросто кинулся на шею первому встреченному знакомому человеку. — Гук? Ты чё башкой тронулся? Что с тобой? — недоумевал Ким, но за талию младшего придержал. — Я так рад, что ты здесь. Я не умер, — бормотал ему в шею Чонгук своим горячим дыханием, поглаживая здоровую шишку на затылке.       Краем глаза Тэхён заметил прозрачную водолазку с чёрным кружевом на шее парнишки. — У меня такой стресс только что был, руки до сих пор напряжены и дрожат, — пожаловался татуированный тип. — Стресс? Пойдем со мной, помогу тебе, — Тэ взял парня за руку и потянул за собой.       Дверь с номером тридцать тихонько прикрылась, приглушая освещение в помещении. — Ты так интенсивно дышал мне в шею… А эта прозрачная кофта и тонкая ткань брюк просто сводят меня с ума, Чонгук, — Тэ как умалишённый принялся расстёгивать тонкую чёрную кофту. — Что ты делаешь? — засуетился под парнем Чон. — Помогаю тебе снять напряжение, — Тэхён облизал чоновское ухо и надавил ему на бедро.       Юркий язык скользнул в ушную раковину и дальше вниз по шее. Ещё секунда и губы Кима впились в чужие, бледные от страха. Чонгук поначалу старался сопротивляться, но старший был нежный и ласковый. Его длинные пальцы уже деликатно оглаживали возбуждённый член Гука. — Так ты всё же по мальчикам? — улыбнулся Тэ. — Нет, мой опыт с мужчинами был плачевным, — тихо прошептал Чонгук. — Больно не будет, малыш, — произнёс Ким и выкинул сначала очки, а потом в сторону полетела его собственная рубашка и обувь.       Чонгук осмотрел парня сверху. Ему нравились эти невероятные глаза, причёска с открытым лбом и губы, нежные и мягкие. Парень с лёгкостью порвал на себе водолазку и рубашку, оголяя сильные татуированные руки, которые тут же сомкнулись в замок на пояснице Тэхёна. — Воу, полегче, сломаешь, — Ким прошёлся пальчиками по узорам, нежно оглаживая каждый сантиметр. — Так ты умер, Чонгук-и? — уточнил Тэ. — Ага, вроде того, — тихо кивнул парнишка. — Хорошо, — светловолосый выпутался из чужих объятий и спустил парня на пол, а сам сел на диване как можно удобнее. — Сейчас я дам тебе игрушку для успокоения.       Тэхён медленно вытащил член, довольно внушительных размеров. Резко схватил Чона за подбородок, отчего тот открыл рот. Сразу же мокрое мягкое пространство рта заполнил горячий возбуждённый орган. Ким не стал терять время и объясняться. Он просто принялся резко и жадно насаживать чужую голову себе на плоть. Пальцы на затылке сжимались, а мужчина толкался нагло и глубоко под кашель и стоны Гука. — Да, вот так. Рычи ещё, — стонал Тэхён, ощущая приближение финала, — горло расслабь, быстро.       Старший скомандовал, а спустя секунду излился Чонгуку в горло, от чего тот начал кашлять ещё сильнее. Парнишка упал на четвереньки, пытаясь выплюнуть вязкую жидкость на ковер. — Ох, как это не красиво, Гуки, — прочитал Тэхён, а сам в это время уже спускал с бёдер парня тонкие брюки.       Два пальца довольно резко проникли в чужую задницу, отчего тут же раздался недовольный рык. — Не дёргайся. Я же хочу тебя растянуть. Тише, злобный кролик, — Ким накрыл спину Чона своим торсом и стал посасывать его ухо. Длинные сильные пальцы медленно и трепетно погружались в чужую задницу. Язык бродил по шее и ключицам, а зубы нежно покусывали плечи и лопатки. Чон сладко стонал, отзываясь на эти манипуляции. — Вот и умница, — Тэ лизнул спину парня и погрузил пальцы полностью. — Больно, — зарычал Гук. — Тише, тише, я буду нежным, — Ким снова поцеловал спину и основание шеи.       Его волнующие сексуальные пальцы медленно блуждали в мягких чёрных волосах парня, пока другие тянули туго сжатые мышцы дырочки нервного Чона. Тэ облизал два своих пальца и размазал слюни по головке, затем медленно принялся целовать чужую спину. Нежно и трепетно. Мужчина убрал руки от упругой задницы. Вместо этого головка его члена расположилась непозволительно близко. — Не надо, я не хочу, — причитал Гук — Поздно, — Тэ вошёл полностью и сразу.       Комнату заполнил крик и стон Чонгука.       Чимин замер у незакрытой двери, не в силах отвести взгляд от голой спины Тэхёна, который долбил в зад парня с таутированными руками. Пак вздрогнул. Чего он точно не ожидал увидеть и услышать, так это гейский секс. Прогибающееся тело актива невероятно заводило. Красивый Тэхён извивался, толкаясь внутрь. Чонгука Пак не мог разглядеть более отчётливо за диваном, но видел нужные подробности. Парень стоял в прогибе на коленях и надравчивал себе в такт толчкам. В штанах Пака стало тесно. «Что это значит? Я что завожусь от гейского секса? Да ну, это не нормально» — успокаивал себя брюнет, но чувство тяжести внизу живота не покидало.       Чимин хотел броситься к себе в спальню, чтобы поскорее снять одежду, но не мог оторвать взгляда от двух трахающихся тел. До него продолжали доносится жадные рыки Тэхёна и всхлипывания Чонгука. Брюнет, как заворожённый наблюдал за этим зрелищем. — Оставь меня в покое, я не хочу уже этого, — возмущался Чон со слезами на глазах. — Но твой член говорит об обратном, ты хочешь меня. Так дрочи себе, пока на ладошках мазоли не натрешь. Дрочи только на меня, Гуки, а я буду тебя качественно трахать, — Тэ ускорился, сделал ещё несколько жадных толчков и сдавил пальцы на шее Чона. — Давай, сучка, кончай, — зарычал Тэхён. — Да, я ещё, хочу ещё, возьми меня, — застонал Чонгук и кончил прямо на ковер под собой. — Умница, — Ким разогнался и после пары резких проникновений начал медленно кончать внутрь, не останавливаясь.       Бёдра прижимались к чужим ягодицам. Член хлюпал внутри растраханой дырочки, но красавчик хотел ещё, ему было мало. Тогда он покинул попку Гука, резко повалил того на спину, задрал сильные ноги себе на плечи и снова вошёл внутрь. — Нет, ах… — застонал Гук, — какой он большой. — Разведи ноги и я тебя поцелую, малыш, — приказал Тэхён и наклонился к чужому лицу, чтобы загнать язык в мокрый тёплый рот по самые гланды. — Думаю хватит с тебя, — Тэ продолжал трахать парня в задницу и его рот одновременно. Спустя несколько минут, он вытащил член и сбросил остатки спермы Чону на живот. — Хочу, чтобы моя сперма была у тебя во рту, в жопе и на твоём теле, — прорычал Ким и встал. — Ты животное, мать твою, — улыбнулся Чон.       В этот момент за стеной Чимин не успел добежать до душа и сбросить напряжение, ему дико захотелось подрочить прямо сейчас на кровати. Пак скинул белый пиджак прямо там, где стоял, вслед полетела фиолетовая кофта. Брюки сползли вниз сами, а белое хлопковое белье покинуло попку Чимина с меньшим желанием. Пак лёг на кровать и развёл ноги. «Боже, как же это дико» — пытался привести себя в чувство Чимин. "Я так хочу сейчас почувствовать тот самый пряный запах» — стоило Чимину о нём подумать, как с кончика головки потекла смазка. — Я ведь даже не видел этого парня ни разу, — застонал брюнет, схватился пальчиками за ствол и принялся надрачивать.       Тело нагревалось, волосы становились влажными, но Чимин не останавливался. Он медленно прикрыл глаза, вспоминая ощущения страха, которые его охватили, когда на хрупкие плечи легли холодные руки. Член вздрогнул в руках и смазка стала сочиться чуть обильнее. Пальчики спустились вниз, оглаживая яички. — Чёрт, что я делаю? — задавался вопросом вслух Чимин, а его пальцы спускались ниже по промежности, пока один из них не проник в тугую дырочку, — ох, как же мне сейчас хорошо. — Ах, — застонал Пак, — как они это делают? В чём кайф? — Он перехватил член свободной рукой и, не открывая глаз, продолжил фантазировать о хриплом голосе.       Палец проник глубже, ещё и наконец упёрся в простату. Чимин погладил комочек нервов и сам резко прогнулся от этих ощущений. — Нет, да. Ещё, — пальцы жёстче схватились за член, и парень застонал в голос, трахая свою попку пальцами.       Он неспеша дрочил себе, стараясь восстановить в памяти все встречи и события, связанные с хозяином запаха. — Ещё, — стонал Пак.       Тело извивалось и ползало по кровати. Чимин ввёл в себя второй палец, продолжая надавливать на простату, вызывая в самом себе чувства приятного ликования. — Я хочу носить на себе этот запах, — закричал Пак, — да, пожалуйста.       Пальцы вошли полностью на все фаланги. Свободная рука сжала ствол, а поясница прогнулась, позволяя насадиться на пальцы ещё удобнее. Несколько ускоренных толчков в руку. Нервные подёргивания бёдер снова и снова. Стоны, переходящие в скулёж, заполнили спальню. Паку ещё никогда не было так хорошо от простого самоудовлетворения. Он вернулся в исходное положение и развёл ножки шире. Пальцы погладили головку члена и скользнули вдоль ствола.

Быстро

Резко

Нетерпеливо

Скользко

Мокро

— Дааа, — закричал Пак и дёрнулся в экстазе, кончая на белые простыни.       Первым делом он вывел из попки пальцы и погладил яички, пока член изливался спермой на ткань. Сам брюнет повалился на бок в сладкой истоме, будто руки ему и не принадлежали вовсе. Будто это его эротическая фантазия сидела рядом и дрочила ему. — Господи, какой абсурд. Что я только что сделал… — сокрушался Чимин, не в силах подняться.       Парень продолжал лежать посреди кровати в позе звёзды. Нежная персиковая кожа была запачкана белёсой жидкостью, но от этого Чимин не перестал быть прекрасным. Он лежал совершенно расслабленный и не подозревал, что сейчас за этим происшествием следил тот самый, обожаемый им обладатель запаха. — Что же ты творишь, Чимин~и? — рычал Мин, расстёгивая верхние пуговицы чёрных узких джинсов. — Сил моих нет, терпеть это, гадёныш, — пальцы поглаживали колом стоящий член, которому уже было дико больно в узких штанах хозяина.       Юнги обхватил свой орган пальцами и стал поглаживать. «Чимин стонал так сладко, но о ком?» — Юнги проверял досье всех.       Он точно знал, что Джин, Хосок и Тэхён открытые геи. Что Чонгук жертва насилия, Намджун бисексуален. В гетеросексуальности Чимина Юнги был уверен, но тем не менее непреодолимая сила заставляла желать этого парня. Однако сейчас, искра надежды разгорелась в голове Мина. Маленькая вспышка превратилась в адский костёр. Сомнения покинули голову Юнги. Он сильнее захотел трахнуть Пака, просто потому, что Чимин только что доказал, что не стопроцентный гетеро. Иначе как объяснить тот факт, что вот он - Пак Чимин, дрочащий на гейский секс.       Юнги широко и хищно улыбнулся. Пальцы ускорились, создавая горячее трение кожи. — Да, детка, стони громче, — Мин откинулся на спинку своего кресла и уставился в монитор. — Ох, нет. Куда направились твои пальцы, Чимини. Боже, какой ты горячий! — Мин без остановки дрочил себе, не отрывая глаз от экрана.       Тонкий протяжный стон и Чимин кончает. — Что ты со мной творишь, чёрт тебя подери! — зарычал Юн и кончил на пол.       Мужчина быстро схватил салфетки, которые держал на всякий случай. Действовать нужно быстро. Блондин вытер член и руки, заправил орган в штаны и застегнул пуговицы. Он спешно отлистал камеры. Джун читал и уснул. Джин ещё играл с вибратором. Тэхён трахнул Чонгука и оба сейчас сладко спят. Хосок снова половину вечера пытался проникнуть в комнату Чимина. «Вот неужели думает, что я не узнаю...» — посетовал Юнги.       Несколько щелчков мыши и Хосок был обнаружен в бильярдной, тоже спящим. — Придурок, — рявкнул на весельчака Юнги. Мужчине нужно было точно удостовериться, что Пак идёт в душ. Он увидел желаемую картинку и засуетился. Счёт времени шёл на секунды. Мин выключил мониторы, вытащил ключ защиты и накинул капюшон. Шаги его были беззвучными, а дыхание немного сбитым. — Заставил меня подрочить, вот застранец, — посетовал Юнги и открыл дверь в комнату Пака.       Он втянул сладкий запах парня и положил на столе очередной конверт и цветок. Гость задержался ненадолго, рассматривая бельё Чимина и услышал выключение воды чуть позднее, чем планировал. Он практически успел скрыться, но малыш Чимин всё тоже успел заметить чёрную тень. Тогда парень набрался смелости и крикнул: — Оставь мне какую-нибудь свою вещь в следующий раз…