Я буду продолжать жить в нём

27 дней спустя. POV Кит Рассматриваю фотографии, не спеша листая их, добираюсь от недавних к сделанным в путешествии. Слегка улыбаюсь, смотря на довольно улыбающегося Марка на экране, и опускаю руку с телефоном на живот, успевший ещё больше подрасти за прошедшие дни. Дохожу до конца альбома, закрываю его и пока не скрываю, оставив видимым в галерее. Откладываю телефон в сторону и откидываюсь на мягкое изголовье кровати, устроив на его верху голову и устремив взгляд в потолок, лениво поглаживаю живот. Прошёл месяц с того дня, когда мы были на Ко Рави и смотрели на водопад. Оставшиеся дни отпуска действительно прошли в спокойном весёлом ключе, оставив хорошие впечатления и воспоминания. Мы тогда провели на Рави ещё два дня, гуляли по острову и занимались снорклингом, а на третий, предпоследний, день отдыха переплыли на Сатун. С машиной ничего не случилось за прошедшие дни, это меня порадовало, потому как я немного беспокоился за неё. Мы заселились в тот же хостел, что и по приезду в этот город, не захотев искать другое место для ночлега, тем более что этот хостел нам понравился. Уже после заселения решили провести оставшийся день за прогулкой по Сатуну. Достопримечательностей у города мало, возможно по этой причине туристы здесь не задерживаются и переплывают на острова, как мы на Ко Рави. Гуляя по Сатуну, мы успели посетить парк обезьян и немного прошлись по ночному рынку, накупив еды, которую я почти всю съел один, удивив этим Марка. Он всё никак не привыкнет к тому, что я так много ем и продолжает шутить на эту тему. Ранним утром следующего дня отправились домой, чтобы приехать не слишком поздно и успеть отдохнуть перед работой. Пока мы ехали, я пребывал в размышлениях по поводу своего увольнения, вспомнив об этой мысли. Я всё решил ещё неделю назад в начале нашего путешествия и, вновь раздумывая об этом желании, только убедился в его неизменности и правильности. Почти половину пути я пытался придумать причину своего увольнения для начальства, по-прежнему не желая говорить правду. Мне всё же удалось придумать правдоподобную причину, после которой я начал думать, говорить Марку об увольнении или врать. В тот момент я решил промолчать об этом, чтобы не отвлекать парня от дороги и не волновать его. Если бы Марк узнал о моём желании, то начал бы расспрашивать не замолкая, а мне хотелось тишины. Я сменял его за рулём, позволяя отдохнуть, а заодно отвлекался так от лишних мыслей, оставаясь сосредоточенным на дороге, особенно когда начало темнеть. Когда мы оказались в квартире, мне ничего не хотелось, даже разбирать вещи, в итоге они были оставлены на потом. В душе ко мне присоединился Марк, из-за него купание растянулось на лишние пятнадцать минут. Но я не стал возмущаться, а спокойно отдался приятным прикосновениям его широких ладоней и мягких губ. В ответ блуждал ладонями по телу любимого альфы, без труда находя все его чувствительные места. На тот момент уже можно было позволить себе заняться сексом, ничего не опасаясь, но на полноценный секс не было сил после долгой дороги, да и тех ласк было вполне достаточно. А от воздержания из-за моего положения и отсутствия времени на секс прошедшие месяцы, оргазм накрыл обоих довольно быстро. Я так разомлел, что был только рад, сначала оказавшись на руках парня, а после замотанным в полотенце и отнесённым в кровать. Набравшись немного сил и высохнув за время лежания, у меня проснулся аппетит, но готовить было не из чего, поэтому пришлось ждать курьера с едой. Марк улыбался и снова шутил над моей прожорливостью, когда застал меня посреди ночи напротив открытого холодильника, доедающего наш недоеденный ужин. За его шутки ему в лоб прилетел лист салата, тогда уже смеялся я, довольный попаданием в цель. Этот лист был съеден Марком, после чего я убегал от него с едой, не желая делиться. Потому что еды и так было мало, а мне нужно было накормить не только себя, но и ненасытного карапуза. Из-за которого я, кстати, стал частенько есть по ночам, уже не удивляя этим своего парня. В тот вечер мы заснули спустя час дурачеств и поглощения пищи. Несмотря на ночное происшествие, утром я был довольно бодр, спокойно собираясь на работу и готовясь к разговору с начальством. Марку я не сказал о своём решении, он уехал на работу немного раньше меня, в принципе, так всегда и происходит. Доехав до работы, я решил сразу сообщить о своём увольнении и поговорил с главврачом больницы. На вопрос, почему я вдруг решил уволиться, сказал придуманную причину, в которую мужчина поверил и принял. Он не стал отговаривать меня, но сказал, что если потом буду искать новую работу, могу прийти сюда. Я тогда только кивнул, как можно спокойнее улыбаясь, и ничем не выдал свои настоящие чувства. Придуманная причина была вполне уважительная и позволяла не отрабатывать две недели, но я не стал уходить с работы в тот день. Я вполне успевал совмещать работу и выполнение некоторых своих желаний в те две недели. Заодно, благодаря работе, немного отвлекался от тоски, опять начавшей иногда доставать меня. Марк до сих пор ходит в неведении о моём увольнении. Я уже чуть больше недели сижу дома и всё ещё не сказал ему об этом. За счёт того, что из дома Марк выходит немного раньше меня, он не знает, что я не езжу на работу. Врать до конца я не смогу, да и не хочу, поэтому ему нужно сказать об увольнении. Можно будет использовать ту же придуманную причину, когда Марк начнёт задавать вопросы. Останавливаю ладонь на верху живота, перестав поглаживать его и смотреть в потолок. Плавно опускаю взгляд на руку и смещаю её на центр живота, спокойно смотря на него. Он натянул домашнюю клетчатую майку, а резинка штанов находится под ним. Обнимаю его обеими руками, сцепив пальцы внизу, и прислушиваюсь к ощущениям. Малыш пока что ощутимо не двигался для меня, но я знаю, что он довольно много ворочается внутри. Так как дети не находятся в одном положении, и не все их движения можно ощутить даже уже на определённом сроке. Малыш здоров и продолжает без проблем развиваться. Через три дня после возвращения из путешествия, я был на приёме у своего врача. Это как раз была та указанная дата визита из сообщения, во время которого мы обсудили всё лично, как и договорились. Мужчина не стал отказываться вести меня из-за моего выбора. Он серьёзно и вдумчиво обсуждал со мной моё наблюдение, график сдачи анализов и процедур. И что мне следует делать с осторожностью, дабы не ухудшилось моё состояние, чтобы я смог дотянуть до родов. Помимо этого, выписал несколько препаратов для поддержания моего состояния и не приносящих вреда малышу. В тот день пришлось сделать УЗИ, чтобы ещё раз убедиться, что моя болезнь никак не отражается на ребёнке. Крохе ничего не грозит, моё самочувствие в этом плане никак не отражается на нём и его здоровье. Эта мысль каждый раз успокаивает и радует меня, когда начинаю волноваться за ребёнка. Смотрю на подросший живот, сейчас мне стало немного труднее сгибаться, но я не жалуюсь и спокойно отношусь к новым небольшим трудностям. Я был готов к ним ещё когда только планировал беременность и отчасти даже ждал эти трудности, желая их ощутить. К Марку теперь тесно не прижмёшься, редко, но это расстраивает, когда гормоны играют и особенно сильно хочется обнимашек. Но и здесь я нахожу, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Я подхожу к Марку почти вплотную, обнимаю его за плечи, немного прогибаюсь и прижимаюсь щекой и грудью к его торсу. Альфу умиляют такие объятия, а меня радуют, потому что только так я могу тесно прижаться к нему спереди и сзади, если обнимаю со спины. Чаще я просто вжимаюсь животом и лбом в его спину, пока Марк занят чем-то на кухне. Меня немного беспокоит, что Марк стал меньше есть из-за меня. Поэтому в эти дни, что уже не работаю, запасаюсь едой и готовлю побольше. А ещё два раза готовил для него завтрак в постель в выходные, радуя парня этой мелочью. Я продолжаю стараться создавать для него приятные воспоминания и прикрываюсь играющими гормонами. Марк удивляется и умиляется с моего поведения и поступков, говорит, что ему нравятся мои милые странности. А мне нравится видеть его счастливым и довольным, ни о чём не подозревающим. О моей болезни знает только врач, и он не нарушает уговор и не пишет ничего кроме напоминаний о новом визите. Марк ещё не был со мной на приёме, я сам рассказываю, как всё прошло. Чувствую я себя относительно нормально и веду себя как прежде в присутствии своего альфы. Поэтому ни моё поведение, ни чувства не выдают моей тайны и, надеюсь, так будет до конца беременности. Вожу ладонями по животу, не расцепляя пальцы, задирая и приглаживая майку. Я не общался с врачом с того визита после путешествия. Пока нет смысла слишком часто посещать его, поэтому график визитов почти такой же, как у всех беременных. Мне нужно будет только вовремя сдавать анализы, нужные при беременности и моей болезни, а также следить за своим здоровьем. В тот последний визит я видел на мониторе УЗИ ребёнка, из-за его движений с трудом, но мне удалось рассмотреть почти все очертания его тела и черты лица. Узнать пол не получилось, хоть уже и можно было попытаться определить его. Я всё ещё хочу сына, но не расстроюсь, если будет дочь. Потому как здоровье этого маленького пузожителя меня волнует куда больше его пола. Обычно за время беременности, если нет проблем, делается три-четыре УЗИ, у меня их уже три, но придётся сделать ещё как минимум два. Одно через месяц, чтобы уже безошибочно можно было определить пол и проверить развитие малыша, а второе УЗИ перед родами. Наклоняюсь к тумбочке, выдвигаю ящик и достаю небольшой чёрно-белый снимок. Устраиваюсь удобнее и внимательно всматриваюсь в первое фото ребёнка. От его активности в тот день часть снимка получилась нечёткой, поэтому тельце видно плохо, но можно рассмотреть черты лица. Улыбаюсь, проводя большим пальцем по чётко выделяющемуся носику, и от него перемещаюсь на лоб. Марк, вечером получив снимок, довольно долго смотрел на него, замерев в одном положении. Я уже начал подумывать о том, чтобы помочь ему, показав, где что находится. Но, как оказалось, Марк просто был под впечатлением, самостоятельно поняв, где и что изображено. Он был настолько перевозбуждён, что долго не мог успокоиться и заснуть, не давая и мне нормально погрузиться в сон. Тогда у меня в голове была мысль, что же будет, когда Марк получит более чёткий снимок, заодно узнав и пол малыша? Мне кажется, что он бы до утра не заснул. Улыбаюсь шире от этой мысли и возвращаю снимок на место, поднимаю телефон. Включаю экран, а потом фронтальную камеру, думаю пару секунд и запускаю видео. Спустя минуту завершаю запись и поджимаю губы, ощутив давление в груди из-за чувств. Сразу беру себя в руки и просматриваю видео, после чего перемещаю его в ту папку, для кого оно адресовано. Одно из моих желаний в списке — тайно от Марка делать фото и записывать видео. Я начал записывать короткие видео после последнего осмотра, получив снимок ребёнка. В тот вечер перед возвращением Марка с работы, я успел записать первое видео для малыша, смотря в тот момент на снимок и поглаживая живот. За прошедшие недели я понял, что тяжелее всего мне записывать видео для своего истинного. После них мне всегда становится тоскливо и накатывают слёзы, от которых я сразу отмахиваюсь, заставляя себя успокоиться. Смотрю на всё больше заполняющуюся папку, скрываю её через настройки в галерее и запускаю пальцы в волосы. -Даже спустя больше месяца мне всё также тяжело, — бормочу под нос, зажмурившись и обняв одной рукой живот. — Но не из-за моего будущего ухода, а что причиню твоему отцу такую нестерпимую боль, оставив шрамы на его сердце и душе. Но если бы я отказался от тебя, то эти шрамы оказались бы у меня. Запрокидываю голову на верх изголовья, закрыв глаза ладонью и крепче прижав вторую к животу. Я перестал переживать целыми днями как это было, когда только узнал эту злосчастную новость. Мне удаётся оставаться спокойным и забываться, как было на Ко Рави. Но стоит начать записывать видео, как накатывает такое состояние как сейчас. Непрошенные мрачные мысли лезут в голову и от них я могу избавиться только отвлёкшись на что-то, требующее концентрации. Встаю с кровати и шагаю к открытой двери спальни, направляясь в сторону кухни. Выдвигаю половину ящиков, достаю посуду и прочие необходимые вещи. Раскладываю перед собой продукты и погружаюсь в готовку любимого блюда своего парня. Это помогает вернуть ясность ума, отогнав все мысли, а ещё мне становится спокойнее. Я люблю готовить и в нашей паре именно я чаще занимаюсь этим, как и уборкой. Марк готовит только тогда, когда я слишком уставший для этого или нет желания заказывать еду на дом. Его мастерство повара зависит от блюд, что-то он готовит ужасно, а что-то очень даже вкусно. Пробую некоторые продукты, неторопливо жую и притопываю ногой в такт музыке, которую включил минут пять назад. Я настолько погрузился в своё занятие, что не сразу обратил внимание на свою улыбку. Помешиваю блюдо, наблюдая за его готовностью, опускаю лопатку и тянусь к соли, нужно ещё немного посолить. -Кит… — дёргаюсь и почти подпрыгиваю от испуга, услышав голос Марка позади сквозь музыку. Резко разворачиваюсь и вжимаюсь спиной в столешницу, перепугано смотря на альфу в дверях. -Ты напугал меня, — прижимаю ладонь к груди, сердце быстро колотится. Смотрю на парня, сделавшего пару шагов ко мне, а после на часы позади него. — Почему ты так рано? -Я же писал тебе, что буду дома раньше, — мельком смотрит на мой телефон на столе и внимательно в глаза. — Ты почему не в больнице? Мнусь, поджав губы и скользя глазами вокруг себя и, похоже, что этим я только больше взволновал своего альфу. -Что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает, быстро направляясь ко мне и осматривая с головы до ног. — Ты отпросился из-за плохого самочувствия? -Успокойся, ничего такого нет, я в полном порядке, — спокойно говорю, слегка приврав, и приподнимаю голову выше, смотря в глаза Марка. — Мне нужно было давно тебе это сказать. Я уволился и уже дней девять сижу дома. -Уволился, почему? — склоняется надо мной, сжав столешницу по бокам от меня. Вздыхаю, обнимаю его за талию и почти честно отвечаю: -Я хотел бы продолжать работать, но понял, что не дотяну до декрета, — смотрю в глаза, медленно поглаживая его бока. — Я стал быстрее уставать, а ещё начал часто терять сосредоточенность и стал рассеянным. Марк слегка кивает, сосредоточенно слушая меня, притянув немного ближе к себе. -Ты же знаешь, что я работаю с маленькими пациентами, и к их лечению нужно подходить с ещё большей серьёзностью, — а вот сейчас я говорю честно, сцепив пальцы за его спиной. — Я побоялся, что из-за своей несосредоточенности могу нанести какому-нибудь малышу вред, поэтому и принял такое решение. -Вот как, — отводит глаза, задумчиво смотря на плиту, я тянусь к ней и выключаю, за время разговора еда должна была приготовиться. -Прости, что не сказал тебе сразу, — виновато тяну, обхватив его лицо ладонями, вернув этим его взгляд на себя. -Малыш, не страшно, что сказал только сейчас, — спокойно смотрит, бережно прижав ладони к моему животу. — Просто я успел испугаться за вас, увидев тебя дома в такое время. Смотрю на его ладони, поглаживающие бока моего живота, и возвращаю взгляд на глаза. -Если с кем-то из нас будет что-нибудь не так, я сразу скажу, знаешь же, — опять вру, при этом старательно легко улыбаясь, успокаивающе глажу его по волосам и договариваю. — Поэтому перестань уже попусту волноваться. -Ну да, с учётом того, сколько ты ешь, здоровье у вас отменное, — весело улыбается, легонько хлопаю его по макушке и надуваю щёки, Марк ласково смотрит и шепчет в губы. — Не дуйся. Я же говорю это любя, а не упрекая. -Я знаю, — бурчу, смотря в полуприкрытые любимые глаза. Слегка поворачиваю его голову, прижимая ладони к щекам, и целую тонкие губы. Марк обнимает меня крепче, приподнимает и усаживает на столешницу. Прижимает ладони к моему животу и началу бедра, неторопливо целуя. Осторожно путаюсь пальцами в его густых тёмных волосах, чтобы не причинить ненужной боли, и жмусь к нему теснее. Чувствую, как становится теплее от его объятий, а энергетика заботливо окутывает, даря покой и чувство защищённости. Немного отстраняюсь и покрываю ласковыми неспешными поцелуями его лицо, обнимаю за плечи и голову, прижавшись щекой к его виску. Марк поглаживает мои бёдра, оглаживает со всех сторон живот и несильно сжимает пальцы в районе рёбер. -Чем ты занимался в эти дни, сидя дома? — тихо спрашивает, потираясь виском о мою щёку. -Особо ничем, отдыхал, убирался и отсыпался, — шепчу ровным тоном и не вру, потому что некоторые из дней были наполнены перечисленным. Вздыхаю и говорю то, что немного волнует меня. — Я переживаю, что теперь нам может не хватать денег. -С моей и твоей зарплатой денег всегда было достаточно, чтобы спокойно откладывать их часть, — отстраняется и прижимает ладони к моим волосам над ушами. — Теперь много откладывать вряд ли получится, но моей зарплаты будет достаточно, не переживай. Киваю и улыбаюсь ему в ответ, наклоняюсь и прижимаюсь губами к его лбу, коснувшись чёлки, начавшей прикрывать его лоб после моих копошений в его волосах. Марк потирается со мной лбом, улыбаюсь шире, прищурившись и крепче обняв его за шею. Вдыхаю запах сочной груши и зарываюсь носом в его волосы, наслаждаясь этим ароматом, Марк же уткнулся носом в мою шею и щекочет её дыханием. Первым отстраняюсь спустя минуту и смотрю в тёмно-карие глаза, сцепив пальцы у него на затылке, прижав ладони к мягким прядям. -Я приготовил твоё любимое блюдо, — мельком смотрю на плиту и ёрзаю на столешнице, желая уже слезть с неё, чувствуя дискомфорт от твёрдой поверхности. -Я по запаху это понял, как только оказался в квартире, — отступает на шаг и помогает мне слезть, договаривает, глядя на плиту. — Я уже в нетерпении съесть его, но сначала быстро переоденусь. Целует меня в щёку, шустро разворачивается и шагает на выход, отвожу от него взгляд и подхожу к плите. Включаю чайник и досаливаю блюдо, вспомнив, что хотел это сделать. Пробую его и довольно киваю, теперь всё идеально. Занимаюсь напитками и неторопливо накрываю на стол. Выключаю музыку и читаю сообщение от Марка, о котором он говорил. Наверное, я не услышал его короткую вибрацию из-за шума готовки, но зато сказал об увольнении. Я думал сказать ему об этом вечером, но получилось чуть раньше и это даже хорошо. Мне нужно было сразу сказать об этом Марку. Ну, лучше поздно, чем никогда. Вот только эта поговорка не касается моего здоровья и ухода, Марк узнает об этом, но не от меня и только через пять месяцев, если не раньше. А до тех пор пусть продолжает жить в блаженном неведении, наслаждаясь моим присутствием. Всё равно изменить что-то он уже не сможет, даже если Марк обо всём узнает. Я опасаюсь того, что узнав, он не только проведёт оставшееся время в отчаянии, но и что может злиться или ненавидеть ребёнка. Ведь я выбрал его жизнь вместо своей рядом с любимым истинным. Марк не поймёт мой выбор, потому как я уже говорил, что я для него всё и это взаимно. Но малыш мне дорог не меньше моего альфы. По правде говоря, это был самый тяжёлый, но в то же время отчасти и лёгкий выбор в моей жизни. Возможно, если бы я не грезил столько о ребёнке от Марка и не желал полноценную семью последние три года, то, может быть, мой выбор был бы совсем другим. Провожу пальцами по верху живота и смотрю в дверной проём, слыша быстрые шаги. Марк широко улыбается и потирает ладони, смотря на накрытый стол. Сажусь напротив него, но парень придвигается ко мне ближе, устроившись слева. Подпираю голову рукой, наблюдая за своим истинным, быстро жующим со счастливым, довольным выражением лица. Улыбаюсь от его вида и чувствую, что и мне становится радостнее благодаря Марку, так как его чувства отражаются на мне. Смотрю в глубокую тарелку, держа левую руку на животе, аппетита нет, наверно, перебил его, пока готовил, пробуя ингредиенты. Отодвигаю тарелку и обхватываю пальцами горячую кружку, ощущаю, как её жар слегка жжёт кожу. Замечаю боковым зрением, как Марк поднял на меня взгляд, обращаю на него внимание и вижу непонимание с лёгким удивлением на его лице. -Перебил аппетит пока готовил, — спокойно отвечаю на немой вопрос и указываю пальцем на свою тарелку, продолжая сжимать кружку. — Можешь съесть, если хочешь ещё. -Я обожаю твой Куай тиеу, но вторая порция в меня, увы, не влезет, — вздыхает, глянув в свою почти пустую тарелку. — Что ты делаешь, что у тебя суп всегда получается таким вкусным и особенным? Сколько пробовал это блюдо в разных местах, но такого как твой, не нашёл. -Ну, ты же знаешь, что всё дело в специях, и у каждого повара свой рецепт этого супа, — неторопливо говорю, Марк кивает и продолжает жевать. Наблюдаю за ним и лениво перевожу взгляд на свою тарелку с супом. Я всегда готовил его по своему вкусу, добавляя те ингредиенты, сочетание которых мне больше нравилось. Первый раз Марк попробовал этот суп в моём исполнении после того, как я понял, что он мой истинный. С того дня он каждый раз радовался, когда я готовил это блюдо, а меня удивляло, что мои вкусы этого супа совпали с его. Потягиваю зеленый чай, согревающий изнутри, и быстро моргаю раза три, сместив ладонь чуть ниже на животе, мне показалось, что я что-то почувствовал. Расстроенно вздыхаю, поняв, что это было не шевеление ребёнка, а бурчание из-за чая. Я очень хочу ощутить его толчки, но, скорее всего, придётся ждать ещё недели две или месяц, прежде чем смогу почувствовать некоторые из движений малыша. Смотрю на живот, слыша при этом, как Марк отодвинул тарелку и поднял кружку. Откидываюсь на спинку стула, держа одну руку на кружке, а вторую на животе, и тихо говорю: -Я жутко захотел манго и лом-яй, — смотрю на Марка и ловлю его взгляд. -Тогда как насчёт того, чтобы прогуляться и купить их? — наклоняется ко мне и опускает ладонь рядом с моей на животе. Прислушиваюсь к своим ощущениям и киваю, убедившись, что желание съесть эти фрукты слишком сильное и будет изводить, пока не съем их. Допиваю чай и встаю, мою посуду, упершись животом в столешницу, подойдя к ней максимально близко, насколько это сейчас возможно. Марк обнимает меня за плечи, сжав их по бокам и прижав предплечья к моей груди, целует в шею и висок. Вытираю руки и сжимаю центр его предплечий, сильнее откинувшись на его грудь и приподняв голову. Вытягиваю губы, наполовину прищурив глаза, Марк улыбается и целует меня, без слов поняв, чего я хочу от него. Люблю, когда он понимает меня без слов, но так было не всегда. Разворачиваюсь в его руках и привычно обнимаю за плечи, чуть прогнувшись и вжавшись в его торс щекой и грудью. Чувствую его дёрганья от беззвучного смеха, легонько, не злясь, хлопаю парня по лопаткам, и начинаю активно потираться щекой о его грудь. -Не делай так, это уже слишком мило, — умилительно тянет и опускает ладонь на мою макушку, а второй проводит по загривку. — Мы рискуем не выбраться за фруктами, если продолжишь. Целую впадинку между его ключиц, прижимаюсь губами под подбородком и отстраняюсь. Улыбаюсь задумавшемуся альфе и шагаю в спальню переодеваться на улицу. -Я говорил, что ты стал ещё более нежным, забеременев? — слышу вопрос Марка сзади и киваю. — Ты слишком милый, когда так себя ведёшь, обожаю эти твои очаровательные странности. Фыркаю, посмеявшись с его восторженного заявления, и достаю вещи из шкафа. Надеваю чёрные джинсы и начинаю застёгивать клёпки белой длинной рубашки с закругленным низом. Смотрю в отражении зеркала на рисунок на кармане-обманке слева. Мне нравятся эти закруглённые прорези внизу рубашки на уровне бёдер. Беру с собой только телефон, засунув его в передний карман джинсов, и иду в прихожую. Пока обуваю белые кроссовки, Марк подходит ко мне и быстро обувается. Складываю руки на верху живота, раскачиваясь на пятках вперёд-назад в ожидании лифта, погрузившись в мысли о фруктах. Такое ощущение, что я чувствую их вкус. -Как тебе идея на выходных пообщаться с друзьями? — захожу в лифт и задумчиво смотрю на парня, он договаривает. — Можно погулять где-то или собраться у кого-нибудь дома. -Я не хочу потом заниматься уборкой после них, — честно говорю и равнодушно добавляю. — Так что, либо прогулка, либо мы едем к ним. -Давай к ним, — согласно коротко киваю, Марк выходит из лифта после меня — Только нужно будет позвонить, мало ли, чем они планируют заниматься на выходных. Молча соглашаюсь, сжав ладонь альфы и прижавшись щекой к его плечу. Несмотря на почти конец декабря на улице ещё не слишком холодно благодаря солнцу и обеденному времени. Слушаю Марка, иногда киваю и вступаю в разговор, смотря под ноги и местность вокруг. Спустя какое-то время прогулки и болтовни ускоряю шаг, таща за собой Марка, увидев впереди магазин. Бросаю на своего истинного предупреждающий взгляд, устав слушать его шутки. Отпускаю его ладонь и сворачиваю в нужную сторону, найдя по вывескам наверху отдел с фруктами. Иду вдоль холодильника и брожу между стеллажей, высматривая такие желанные сейчас фрукты, и радостно потираю ладони, отыскав манго. Выбираю самый спелый жёлтый фрукт и замираю, увидев перед глазами эдакий веник с небольшими коричневыми шариками — лом-яй, он же лонган, второй фрукт, который я хотел. Поворачиваю голову к Марку, он улыбается и тихо посмеивается, держа веник. Морщу нос на его веселье, бросаю манго в пакет и взвешиваю его. Шагаю на кассу и отрицательно качаю головой на вопрос точно ли я больше ничего не хочу. На улице Марк забирает у меня пакет с манго, отрываю шарик лом-яй с ветки в его руке. Ловко по кругу разрываю кожуру и смотрю на почти прозрачный белый шарик мякоти с чёрной косточкой внутри. Жмурюсь от сладкого и немного мускусного вкуса, замедлив шаг. Выплёвываю круглую косточку в ладонь на кожуру и тянусь за новой ягодой. С удовольствием уплетаю фрукт, сбрасывая отходы в пакет, повесив его на руку. Марк целует меня в висок и разворачивает ветку, отрываю очередной шарик. Съедаю почти половину ягод, пока доходим до дома, и бросаю взгляды на манго. Быстро переодеваюсь, мою руки в ванной и спешу на кухню, достаю нож и тарелку. Жёлтая шкурка легко отделяется от мякоти, нарезаю её кубиками и бросаю один в рот. Притопываю от его сочности и сладости, закрыв глаза и прижав ладонь к верху живота, слышу вопрос Марка: -Неужели настолько вкусно? — качаю головой и открываю глаза, протягиваю Марку кубик манго. — Мм, действительно неплохо, спелый и сладкий. По твоей мордашке вижу, что ты доволен, а что насчёт нашего маленького? -Ну, мне явно захотелось фруктов из-за него, — смотрю на живот. — Так что, думаю, малыш доволен. Марк опускается на корточки, прижимает ладони к моему животу и целует его, ласково улыбается. Зарываюсь пальцами в его волосы и медленно поглаживаю его по голове, неторопливо жуя фрукт. Марк ласково тихо разговаривает с ребёнком, потираясь носом о живот. Умиляюсь с него и предлагаю посмотреть какой-нибудь фильм, приставляя к губам парня кубик манго, Марк осторожно забирает его и кивает жуя. Встаю и беру с собой тарелку с манго, Марк несёт лом-яй. Удобно устраиваюсь на диване и опускаю тарелку на бедро, включаю телевизор. Выбираем фильм, запускаю его и ем манго, делюсь им со своим альфой и забираю у него почищенные ягоды лом-яй. Наслаждаюсь этой домашней атмосферой и немного ленивым времяпрепровождением. Целую Марка в щёку и откусываю протянутую ягоду, чувствую, что уже вдоволь наелся фруктов. Ставлю тарелку на столик перед диваном и устраиваюсь в руках любимого, получая удовольствие от его тепла и спокойствия у себя на душе. До ужина проводим время в зале, часть из которого дурачимся и просто лежим на диване, устав смотреть фильмы. Поглаживаю свой живот и волосы Марка, устроившего голову у меня на груди. Вдыхаю запах груши, прекрасно чуя его с такого расстояния, и сжимаю плечо альфы, привлекая внимание. Указываю пальцем на часы, Марк садится и помогает сесть мне, встаю и плетусь на кухню. Голод чувствуется, хоть и несильный, видать фрукты ещё не до конца переварились. Разогреваю ужин, Марк занимается напитками и сервировкой посуды с приборами. Сам устраиваюсь к парню поближе, сев сбоку от него, и отпиваю фруктовый чай. Напоминаю Марку его же слова, что всё-таки нужно позвонить или написать друзьям, чтобы заранее всё решить. Потому как до выходных не так уж и много времени осталось. Марк кивает и перекладывает некоторые продукты из своей тарелки в мою, выгибаю на это бровь. -Ты же любишь это, поэтому и делюсь с тобой, — мило улыбается, поймав мой взгляд. Прищуриваюсь и протягиваю к нему вилку, Марк мельком смотрит на еду на её зубцах и открывает рот. Так-то лучше, нечего отдавать мне половину своей еды, не хватало ещё, чтобы в конец исхудал из-за нас с малышом, недоедая. Надо покупать больше еды и следить за его питанием. Едва заметно киваю этой мысли и улыбаюсь, глядя на своего истинного. Он поднимает на меня взгляд от кружки и смотрит на мои ямочки, привычно тянет к ним руку и обводит большим пальцем правую. Прикрываю глаза и прижимаюсь щекой к его ладони, потираюсь о неё и придвигаю свою кружку ближе к себе. Марк поднимается и занимается грязной посудой, наблюдаю за его передвижениями и допиваю чай, отдаю ему кружку. Встаю и, сложив руки на верху живота, шагаю в спальню, желая переодеться ко сну, чтобы потом этим не заниматься, если слишком разморит. Надеваю спальную футболку без рукавов и шорты, оглядываюсь на Марка, уже развалившегося на полкровати. Осторожно забираюсь на неё, опираясь на четвереньки, и подползаю к парню, наблюдающему за мной с любопытством и едва заметной улыбкой. Плавно усаживаюсь в позу лотоса, расположив руки на животе, и внимательно смотрю на альфу. Марк хлопает ресницами от моего вида, садится и опускает руки на мои бёдра, наклонившись к лицу. -Чего-то хочешь? — спрашивает, всё ещё не понимая моего поведения и выжидающего взгляда. -Звонок или сообщение, сейчас же, — спокойно говорю, указав пальцем на телефон. Марк встрепенулся, поняв меня, он быстро поднимает телефон и ложится с ним. Вижу по движениям его больших пальцев, как он активно печатает сообщение. Минуты через три Марк переводит взгляд от экрана на меня, протянув мне телефон, забираю его и читаю ответ Ваю. Они с Тхану не против устроить посиделки в их квартире в эту субботу. Довольно улыбаюсь, вернув альфе его телефон, Марк убирает его на тумбочку, а я в этот момент осторожно усаживаюсь на его бёдра. Он осматривает моё положение, широко улыбается и прижимает ладони к моему животу, накрываю их своими и прислушиваюсь к ощущениям. Большие ладони греют кожу через ткань, а ещё чувствуется спокойствие с приливом нежности, которым я не в силах противиться. Плавно наклоняюсь, ставлю руки по бокам от головы Марка и начинаю покрывать поцелуями его лицо. -Люблю тебя, — почти мурчу ему на ухо, выливая через лёгкие поцелуи переполняющую меня нежность, и продолжаю шептать. — И всегда буду любить тебя. Слышу довольное урчание, переходящее в утробное рычание, стоит мне прижаться губами к ямке над его верхней губой. Марк сминает мои губы, щурюсь и урчу, довольный таким раскладом, позволив альфе доминировать. Он осторожно переворачивается со мной, уложив на спину и нависнув сверху, опираясь на предплечья. Обхватываю его лицо ладонями, кончики некоторых пальцев утонули в чёрных волосах. Ласковый поцелуй незаметно перешёл в более глубокий и страстный, редко кусачий. Пальцы сильнее путаются в волосах, хватаю ртом воздух в перерывах между новыми укусами и сминаниями губ. В голове затуманивается, а по телу проходится жар вместе с мурашками. Сильнее сгибаю ноги и вжимаюсь бёдрами в любимого альфу, тихо простонав в разорванный поцелуй. Марк трётся носом о метку на моей шее, пройдясь ладонью от колена к бедру, забравшись под штанину шортов. Обнимаю его за голову, подставляя изгиб шеи под влажные поцелуи, закрыв глаза от удовольствия и лениво перебирая мягкие пряди. -Сладкий, вот что ты наделал? — слышу ласковый шёпот в самое ухо, а после поцелуй в его контур, заставивший шумно выдохнуть в его волосы. — Что мне теперь с этим делать? Непонимающе хмурюсь и открываю глаза, Марк отстраняется и смотрит на меня с желанием, чётко отражающимся в карих глазах. Осматриваю его и ещё больше понимаю, почему он задавал эти вопросы. Приподнимаюсь на локтях, целую его подбородок и губы, а после щёку и тяну его к себе. Показываю всем своим видом и поведением, что не против продолжить и даже дойти до конца. Марк улыбается и целует меня в лоб, кончик носа и коротко в губы, опять припадает к шее и поднимается к уху. Запускаю пальцы в его волосы, с наслаждением отдаваясь всем приятным ощущениям. Блуждаю руками по телу парня, прислушиваясь к своему и его телу. Подставляю чувствительные места под поцелуи и прикосновения горячих ладоней, понемногу только сильнее распаляющих желание. Забираюсь пальцами под кофту Марка, касаюсь его пресса и плавно поднимаюсь к ключицам, задирая при этом мешающую ткань. Он садится и быстро снимает кофту, бросив рядом с собой. Любуюсь открывшимся видом на обнажённый торс, пока альфа наклоняется. Перевожу взгляд на его лицо и вижу слишком уж довольную улыбку. -Признайся, ты изначально добивался этого? — внимательно смотрит в мои глаза, прижав ладонь к бедру, и поднимается к колену. -Нет, — честно отвечаю и сажусь, прижимаю ладони к манящему торсу, шепча в тонкие губы. — Я хотел только вылить прилив нежности. Но теперь гормоны заиграли активнее и немного в другую сторону. Марк поднимает мою голову выше, мягко сжимая подбородок по бокам, осыпает поцелуями лицо и дразнит короткими в губы. Скольжу пальцами по изгибам его тела, чувствуя жар и бархатистость кожи. Марк снимает с меня футболку и начинает беспорядочно касаться обнажённой кожи торса и бёдер. Тонкие пальцы ныряют под резинки шорт с трусами и дотягиваются до выступающих тазовых косточек. Прижимаю ладони к двигающимся лопаткам и нежно кусаю его за шею, целую её спереди и провожу языком по кадыку, чувствуя вибрацию от довольного рычания. Отвечаю Марку тем же, но более тихо и ласково, спустившись ладонями к поясу его штанов. Медленно запускаю под него пальцы, коснувшись подушечками начала ягодиц. В голову приходит понимание, что мы давно не касались друг друга вот так, как и не заходили до конца, ограничиваясь лишь прикосновениями. Сейчас я понимаю, насколько сильно соскучился по этому. Нежность граничит со страстью и осторожной грубостью в прикосновениях и поцелуях. Марк водит ладонями по моему животу, сжимает пальцы в районе рёбер и прикусывает ключицы. Полностью отдаюсь прикосновениям и приятным ощущениям, лаская любимого альфу в ответ. Марк поцелуями понемногу сползает всё ниже на живот и уделяет ему особое внимание. Поглаживаю его по волосам, направляя и поощряя его действия словами и ответными касаниями. Мурашки пробегаются по ногам от прикосновения к задней стороне бёдер. Марк ведёт ладони до сгибов и сжимает пальцы под левым коленом, втянув кожу на внутренней стороне бедра. Его руки перемещаются вперёд и неторопливо стягивают с меня оставшиеся вещи. Он отстраняется на полминуты, избавляясь от своих вещей. Медленно опускается, прижав ладонь к моему боку, и обхватывает губами тазовую косточку. Марк приподнимает мою правую ногу, целует бедро и устраивает его на своём плече. Не свожу с него глаз, он смотрит на меня из-под чёлки и мило улыбается, поглаживая моё бедро на своём плече. Прикрываю глаза от прикосновений губ к коже внутренней стороны, сжимаю простынь и наволочку. Громкий выдох сорвался с губ, стоило ощутить язык на вставшем члене, а ладонь — сбоку живота, которую я быстро накрываю своей. Сжимаю его пальцы, качнув бёдрами навстречу возбуждающим прикосновениям. -Маарк, выше, — шепчу на выдохе и прикусываю губу, он поднимается губами к уздечке и, лизнув головку, начинает ласкать уретру. — Ах, да, здесь. Он устраивает и вторую мою ногу на своём плече, поглаживая живот и вбирая член всё глубже, сжимая его губами. Тяну на себя одеяло, сжав на нём пальцы, постанывая от удовольствия. Кожа нагревается, лоб уже начал покрываться испариной, а в животе разливается тепло и желание. Из-за него смазка начала активнее выделяться, сползая между ягодиц, щекоча кожу и добираясь до простыни. Недовольно стону, выпятив губы и нахмурившись, чувствуя вместо мокрого горячего рта Марка прохладу на члене. Альфа спускает мои ноги со своих плеч и плавно садится, осматриваю его, не понимая его заминки и лёгкой неуверенности во взгляде. -Малыш, как ты хочешь это сделать? — заинтересованно смотрит в мои глаза, потянув к себе за руки, заключив в объятия и поцеловав в губы. — Я просто не уверен, в каком положении тебе будет удобно. Чтобы ты не устал слишком сильно и это было безопасно для малыша. -Сейчас мне будет удобно в любом положении, — честно шепчу ему в губы и указываю взглядом вниз. — Главное сильно не давить на живот, а в остальном ты нам не навредишь. -Хорошо, — улыбается и оглаживает мои ягодицы. — Но вопрос изначальный, выбирай шустрее. Думаю секунды четыре и немного отползаю назад, разворачиваюсь и притягиваю свою подушку. Опускаюсь на неё грудью, опираясь на колени и скрещённые руки, устроив на них голову и слегка прогнувшись. Вид моему истинному открылся довольно соблазнительный, и я слишком хорошо чувствую его взгляд. Матрас прогибается от его движений, ягодиц касаются ладони, а загривка — губы. Марк прикусывает его и начинает спускаться поцелуями по углублению позвоночника к паре ямочек над ягодицами. Сначала их касается кончик языка, а после губы, прижавшиеся точно в небольшое левое углубление. Млею от ощущений, вильнув бёдрами навстречу поцелуям и лёгким укусам на ягодицах. Верха ложбинки касается большой палец, поглаживающий её и спускающийся ниже до влажного отверстия. Нетерпеливо качаю бёдрами и не сдерживаю довольного урчания, ощутив проникающий палец. Марк утыкается носом между лопаток, обдав кожу горячим выдохом изо рта, вызвав очередной табун мурашек, от которых, кажется, будто бы и волосы на голове зашевелились, проводит языком по линии позвонка, плавно проникая вторым пальцем. Марк осторожно, не спеша двигает ими, лаская и растягивая стенки входа. Я слышу хлюпанье, стоит ему развести пальцы, а по телу проходится дрожь нетерпения и желания, когда пальцы начинают мягко массировать простату. -Марк, хва-атит, — голос дрогнул на последнем слове, и дыхание уже слишком сбилось. — Давай уже, иначе пойдёшь в душ, потому как второй оргазм я вряд ли потяну. -Сладкий, ты стал таким чувствительным, — шепчет над ухом, прижав ладонь к моим ягодицам, проникнув пальцами глубже. — На тебя так гормоны влияют или отсутствие полноценного секса? -Всё вместе, — произношу на выдохе, сильнее вжавшись ягодицами в его ладонь и насадившись на длинные пальцы. Марк медленно вытаскивает их и прижимается губами к верху ложбинки, двигаясь позади. Он наклоняется, нежно прикусив мой загривок и отодвинув правую ягодицу. Головка упирается во вход и медленно раздвигает его, плавно проникая внутрь лёгкими толчками. Утыкаюсь лбом в руки и довольно протяжно стону, вжавшись ягодицами в пах Марка, ощущая твёрдость его члена и жар кожи тела, нависающего над моим. Легко веду бёдрами и прогибаюсь от первого толчка, когда член проходится по простате. Ноги разъезжаются и вжимаются в ноги Марка, сжимающего начало моей талии, он вновь плавно толкается. Жмурюсь и довольно стону, подстраиваясь под его движения, вытянув вперёд левую руку и сжав простынь. Марк толкается резче, оглаживая все изгибы моего тела, покрывая поцелуями спину, прикусывая лопатки, загривок и изгиб шеи, оставляя метки от зубов и губ. В голове окончательно затуманивается, кожа горит сильнее словно при течке, покрываясь испариной и мурашками, вызванными удовольствием, а прикосновения ощущаются всё острее. Волосы встрепенулись от выдоха альфы, а тело пробила дрожь от его возбуждённого низкого рычания. Томно урчу в ответ, стараясь прижаться к нему теснее, покачивая бёдрами в такт толчков, сильнее вжавшись грудью в подушку. Губы прижались к моему виску, а рука обвила торс ниже подушки. Не успеваю толком среагировать, как оказываюсь сидящим на коленях, максимально вжавшись ягодицами в пах парня. Марк ласково потирается своей щекой о мою и ведёт бёдрами. Тихо вскрикиваю, слегка скривившись, от чего он сразу замирает. Ловлю его взгляд и вижу беспокойство, улыбаюсь и сминаю любимые губы, двинув бёдрами и обняв его за шею, заведя руку назад. Марк понимает, что я в порядке, и подстраивается под мои движения, накрыв ладонью мой живот и начало бедра, сжав на нём пальцы. Отрываюсь от его губ, тяжело дыша, приглаживаю его волосы и наклоняюсь вперёд, опираюсь ладонями на матрас, прогнувшись в спине и резче быстрее толкаясь навстречу. Губы высыхают от частых жарких выдохов, стоны всё чаще срываются с губ, заполняя комнату наравне с ритмичными шлепками тел и шелестом простыни. Широкая ладонь спускается от макушки по спине, смещаясь на бок, а губы обхватывают мочку. Дрожь становится сильнее, ноги начинают дрожать, а бархатный, хрипловатый от возбуждения тембр, раздаётся над ухом: -Мой омега, — от этого гордого тона меня блаженно передёргивает, влажный язык проходится по метке и снова раздаётся шёпот. — Мой сладкий. -Маарк! — вскрикиваю, излившись на простынь, вздрогнув всем телом и замерев в сильных руках. Чувствую, как узел начинает давить, Марк резко отодвигается от меня, выходя. Он целует мою мокрую спину и стонет, уткнувшись в неё лбом, сжав левой рукой бок и излившись на мои ягодицы. Медленно ложусь на бок и перекатываюсь на спину, закрываю глаза и позволяю Марку привести меня в порядок и одеть. Сил хватает только на то, чтобы придвинуться к нему под бок. -Хотел бы я заниматься с тобой сексом до старости, — лениво сонно бормочу, глядя в его глаза. -Твоё желание будет исполнено, — весело говорит, а потом задумчиво хмурится прищурившись. — Хотя, возможно, реже, когда появится малыш. Но всё равно будем уделять этому внимание, к тому же ещё и твоя течка возобновится. То ли за прошедшее время я начинаю привыкать врать и недоговаривать ему, давно смирившись со своей участью, то ли всё дело в оргазме с появившейся сонливостью. Потому что я не чувствую грусти от его слов, и даже смог искренне улыбнуться в ответ, прижавшись теснее. -Мой медвежонок, ты уже заметно сонный, — ласково шепчет, поцеловав в лоб. — Давай засыпать. Киваю и закрываю глаза, удобнее устроившись в сильных руках, и почти сразу засыпаю.