Dark Side Of The Moon

      Если это сон, а это обязательно сон, причём хороший сон, то он хотел бы совсем-совсем не просыпаться. Сколько себя помнил, мальчик видел от жизни немного радостей и света. Истории матери о том мире давали надежду, что среди таких же, как он, ему будет чуточку лучше. Но до этого дня нужно ещё дожить. Мамины кофты красивые, он старается так думать и говорить, но ведь он понимал, что мальчики не должны ходить в розовых кофтах. Но на другую одежду, ему по размеру, денег совершенно нет. А если и есть, они все уходят на оплату квартиры и алкоголь «добытчику» в семье.       Он тихонько мечтал завести настоящих друзей, очень тихо, чтобы не отпугнуть удачу. Когда дети из достаточно обеспеченных семей узнавали, что он из самого бедного района городка, то его шпыняли обратно в ту же вонючую нору. Северус и не знал, как оправдать их поведение. Просто было обидно, только и всего. А возможно, в этом ещё сказался замкнутый характер, угрюмый, холодный, доставшийся ему от любимой матери. Он не умел поддаваться, говорил всё в лоб, попросту не любил врать. А они такое не любят. Что те детишки, что ровесники из его района. Вожака нужно уважать и лизать тому пятки, чтоб хоть как-то выжить среди них.       Мальчик думал, что проведёт свой день рождения в гордом одиночестве, без торта и подарков. В компании мамы с её чудесными рассказами и её бесконечными извинениями. Если совсем не повезёт, то и с отцом, пьяным в стельку, явно не в честь праздника, и горланящего ругательства маглов. Он как-то уж привык к этому. Но в день, когда ему исполнилось пять лет, к ним домой пришёл добрый волшебник. Добрый, ведь только у таких едва заметная, но искренняя улыбка, и тёплые глаза цвета вишни.       Этот волшебник был сильно на него похож внешне, только у него были волосы, пахнущие лавандой, и он не был таким уж худым. У человека не было тех острых черт лица, которые вызывали у отца острую ненависть и мысли об измене жены. В его узких глазах он видел, насколько тот рад его видеть. Именно, что рад, не ненависть, не равнодушие, а радость. В руках у мужчины были большие пакеты, от которых очень вкусно пахло, а в одном прозрачном мелькнуло что-то вроде одежды (неужто для него?). Довольно любопытно, что волшебник пришёл тогда, когда глава семейства был занят в ближайшем кабаке.       Мужчина медленно подошёл к нему, его глаза вмиг стали холодными от тревоги. Он повернулся к старшей сестре, стоявшей в углу с лицом с лицом, словно её брат вернулся с того света, и сердито спросил: — Эйлин, ты его вообще кормишь? Я же присылал по мере своих возможностей еду и одежду для мальчика. Только не говори, что тот ублюдок выбросил всё на помойку.       Девушка только смущённо выдохнула и уставилась на свои ноги. — Ривай, у нас мало средств. Я его кормлю, что ты, просто его организму всё мало и мало. Тем более... ты же знаешь, не в этом проблема. Нам ещё дорого обошёлся визит к врачу.       Ривай недоверчиво фыркнул на её слова. Он до сих пор не одобрял её выбор в качестве мужа. Она не была красивой девушкой, тем более по характеру она была слишком сварливой, но выходить замуж за магла, тем более пьяницу и пройдоху? Он этого не принимал, но, в отличие от своей семьи, не отвернулся от неё. Что-то в его любви к сестре пошатнулось, но вот её единственный сын не должен от этого страдать. Он наклонился к мальчику и дружелюбно потрепал по голове. Мальчик недоверчиво покосился на него и начал пятиться от своего дяди, пока не забился в тёмный угол. Волшебник был добрым, он это чувствовал, но кто знает, вдруг, тот решит, что он плохой мальчик, и вынет из карманов плохую вещь.       Плохой вещью в понимании маленького мальчика был ремень. Длинный такой ремень, с острыми металлическими кнопками.       Ривай осторожно положил пакеты по бока от себя и вытянул руки вперёд, показывая, что в них ничего нет опасного. Он проследил взгляд племянника, скользнувший по его карманам. Боится, что там есть что-то плохое для него? Для его покоя он вывернул карманы, в которых и было, что кошелёк с деньгами, билет на поезд, и зажигалка. Мальчик от такого жеста немного, но расслабился, и даже начал идти к нему навстречу медленными шажками. Чему быть, того не миновать. Может быть, и хорошее что-нибудь перепадёт.       Северус удивлённо приоткрыл рот, когда мужчина гордо сказал ему: — Ты меня не бойся, Сев. Я твой дядя, Ривай Принц. Итак, будем веселиться дню рождения или сохнуть от скуки?       Мальчик тихо-тихо ответил: — Веселиться, мистер Пр... дядя.