Выгорел, но не перегорел

Для Антона встречаться с Арсением стало чем-то обычным, чем-то обыденным. Арсений не такой как пишут в Твиттере и фанфиках. У него свои истерики и приступы ревности, что посещают его без повода. Свой взгляд на мир, пусть и действительно необычный, но во многом очень романтизирован девочками-поклонницами в соцсетях. Антон Арсения любит по-настоящему, но Антон устал. Ему кажется, что им двоим нужен перерыв, нужно понять, как сильно они друг другу нужны. Он запутался в своих чувствах и мыслях, запутался в своих эмоциях. Ведь само по себе встречаться с парнем у многих вызывает негодование, но сложность кроется совсем не в этом. Они друг друга не слышат и это приводит их к постоянным ссорам. Им вместе тяжело, порознь — невыносимо и Антон просто просит время, но Арс все снова понимает по своему. От громкого стука входной двери кажется осыпается потолок и в этот момент Антон осознаёт — проебал. Трубку Арсений не берет, на смс не отвечает и Антону бы выдохнуть, но успокоиться не получается. Ведь по факту хотел он совсем не этого, но объяснить он не успевает. У Антона горят билеты, поездку в Турцию никто не отменял. Они с Арсением давно все обсудили и кажется Арс даже был за отдельный от него отдых Антона, но сейчас Шасту кажется совсем неправильным уехать в самый разгар ссоры. Но вопреки всем скверным мыслям, он хватает чемодан, пихает пару своих толстовок, особо не присматриваясь к принтам и в скором времени покидает Москву вместе с друзьями и той самой, что уже не первый год исполняет роль его девушки. Единственное, что получает он в смс от Арса, как только спускается с трапа: «Не думал, что все закончится именно так» и «Хорошего отдыха» Антону ничего не остаётся, только устало выдохнуть и убрать телефон в карман. Он до сих пор не может понять почему Арс так зациклен на Ире, зная подписанные контракты и срок их завершения. Он действительно не понимает, почему Арс так едко высказывается и почему его так корёжит от одного имени, если живут они вместе, каждую ночь в постели делят пополам, а совместные завтраки и ужины стали уже традицией. Ире в жизни Антона нет места, она появляется на фото и в каких-то местах, только тогда, когда нужна для вида. Больше их ничего не связывает. Но Арс не может наступить на горло своим принципам, и дабы отвести дополнительные подозрения, наотрез отказывается на Кузнецову подписываться в Инстаграм. Антон с этими заебами давно смирился, но у каждого человека есть та самая грань, та самая точка кипения, когда нервы сдают, а сил выяснять отношения больше попросту нет. Поэтому Антон впервые в жизни принимает решение на подобные выпады не отвечать и не оправдываться. *** Впервые за всю их историю они не поздравляют друг друга с Новым годом. Молчит Арсений, молчит и Антон. На самом деле этот Новый год Антон просто проспал, кутаясь в тёплый плед и собственное бессилие. Ира звала, звал и Стас, но Антон примагниченный диваном лишь отрицательно качал головой. Кое-как поднять себя с кровати получилось только второго января и даже добраться до ванной, но так и не заставить себя взять в руки бритву. Если честно, Антону было плевать сколько растительности выросло у него на лице, единственное чего ему хотелось, выйти на свежий воздух и наконец нормально поесть. Он особо не вникал в заученный рассказ и не сразу обратил внимание на съемки сторис, лишь мечтая как можно скорее вгрызться в сочный кусок мяса. Кажется он начинает приходить в себя. Так странно осознавать тот факт, что практически за две недели он толком об Арсении и не думал. Как и тот в его жизни не появлялся от слова совсем. Обычно он окольными путями узнавал как дела у Антона, как-то намекая, что все ещё присутствует в его жизни, через Серегу или Поза, не важно, но он всегда ощущался рядом. Но только не в этот раз. Антон сидит на чемодане в номере, жуёт собственную губу и пытается понять в какую сторону ему двигаться как только он прилетит в Москву. Думать долго не приходится, в номер врывается Стас с счастливыми воплями и Антон внимательно вслушивается в сбитый рассказ. — В общем, Антошка, пляши. — хлопает в ладоши как маленький ребёнок, на что Антон лишь вопросительно поднимает брови, — Серёжа Лазарев дал добро. Четырнадцатого съемки Громкого вопроса. Готовься. — Это ж через три дня. — И? — Выходные же. — Отдохнули уже. Хватит. Парням сообщишь? Антон кивает как-то потерянно, понимая, что через три дня им точно от встречи друг с другом не отвертеться и уже в дверях окликает Стаса. — Стас. — Что такое? — Только Арсу сообщите сами. Шеминов ничего не спрашивает, поджимает губы и, молча кивнув, выходит из номера. *** Москва встречает снежными хлопьями и трескучим морозом. Щеки мгновенно краснеют, а губы сохнут от ветра. Антон сбито прощается со всеми и заказывает такси указывая адрес их общей квартиры. «Будь как будет» думает про себя Антон. Если Арс там, быстрее поговорят. Он смотрит в окно, как мимо проплывают машины и воздухе кружится снег и понимает, что делать дальше они должны решить вместе. Конечно Антон надеялся, где-то в глубине души, что Арс сидит на их общей кухне с недовольной физиономией, пьёт свой горький кофе грея босые ступни о батарею, но наверное там же, в этой глубине души он знал, что Арса в квартире не окажется. Квартира встречает его темнотой и тишиной, что так отчетливо режет слух. Антон закатывает чемодан, замыкаясь на ключ изнутри, и первое, что бросается в глаза, отсутствие какой-либо верхней одежды Арсения. Обуви на месте тоже не находится и до Шаста доходит, что тот ушёл. Он стягивает ботинки, наступая на пятки и проходит в глубь квартиры в попытке найти хоть что-то, но на полках нет ни футболок, ни брюк, нет вообще никаких следов пребывания Арсения в квартире. Будто и не жили они никогда вместе. На кухне не обнаруживается записки, что по канону должна находиться именно там и Антон невесело усмехается, хоть бы смску написал, что ушёл. На душе скребут кошки, а на языке оседает привкус непоправимого, но Шастун не бросается в омут с головой, не хватает телефон в попытках дозвониться, лишь устало стягивает куртку и топает в ванную на ходу везде включая свет, чтоб не чувствовать себя совсем одиноко. Уже лёжа в холодной постели, бесцельно листая каналы, Антон понимает что скучает, пусть не так ярко и эмоционально как раньше, но в груди сидит тоска, что тянет за невидимые нити. Постель кажется совсем большой, а сопящей темной макушки не хватает под боком настолько, что хочется выть. Антон силой заставляет себя закрыть глаза и провалиться в сон, лишь бы быстрее наступило утро.