Счастье всегда рядом.

В новом учебном году Серёжа Сыроежкин стал учиться вместе с Электроником в одном классе. После возвращения робота из Тэймера Серёжа всё свободное время старался проводить с ним и даже чувствовал вину, что раньше не уделял своему другу больше внимания. Он понял, как ему дорог Элек и больше всего боялся снова потерять его. В классе Электроник общался почти со всеми, кому он был интересен. Он любил каждый раз объяснять одноклассникам Теорему Пифагора, а любопытному Рыжику-Чижику рассказывать про звёзды. Но лучший друг у него был только Серёжа Сыроежкин. — Эл… — обратился к нему Серёжа на перемене и вдруг сильно смутился. — Ты мне сегодня поможешь… с домашним заданием? — Конечно! — улыбнулся робот. — Что тебе не понятно? — Ничего не понятно! — ответил Сыроежкин. — У меня по геометрии одни двойки! — А почему двойки? Ведь ты же не глупый. — Я не люблю геометрию и мне лень её учить! — Хорошо! Я помогу тебе. — Электроник встал с места. — Надеюсь, что ты больше не будешь их получать. Ведь геометрия же лёгкая! Это очень интересный предмет! — Пойдём сегодня после уроков ко мне в гараж. — предложил Серёжа. — Там и объяснишь мне. Элек кивнул и сел на место. После уроков он как и обещал, пошёл с Серёжей в гараж. Сыроежкин разложил на столе учебники и открыл нужную страницу. Я не понимаю, что с этим делать! — он ткнул пальцем в одну из задач. — Тут всё легко! Давай я объясню тебе! — Элек сел рядом и начал объяснять тему. — Ты понял? — Понял… — Серёжа сел ближе к Элеку. «Какой приятный запах…» — подумал Сыроежкин и даже закрыл глаза. — Теперь пиши решение! — Элек показал ему номера, которые надо делать. Серёжа сразу пришёл в себя и начал медленно записывать в тетради решение задач. Электроник сидел рядом и внимательно смотрел, что пишет Сыроежкин. — Правильно? — Серёжа решил две задачи и показал роботу. — Правильно. Молодец! — Электроник отдал ему тетрадь и перелистнул страницу. — Давай ещё одну реши. Сыроежкин тяжело вздохнул и стал решать третью задачу, чтобы не разочаровать друга. Электроник почувствовал боль внизу живота, и погладил его. «У меня никогда раньше не болел живот… Что это?» — не понимал робот. — С тобой всё хорошо? — Серёжа поднял взгляд на Элека. — Не знаю… со мной такого никогда не было. — Электроник покраснел. — А что с тобой?! — Серёжа начал волноваться. Электроник гладил свой живот и опустил голову. — Я тебе не могу сказать, Серёжа. Потому что сам не знаю. — Вот… — Серёжа дописал задачу. — Проверишь? — Всё правильно! — Электроник улыбнулся ему. — Сергей, тебе ещё надо что-то объяснять? Или я могу домой пойти? — А тебе очень нужно домой? — Серёже стало неловко, но в то же время не хотелось отпускать Эла. — Если хочешь, я могу ещё остаться, но недолго, профессор волноваться будет. — Электроник складывал в портфель свои учебники. — Хочу! — резко сказал Сыроежкин и покраснел. — Помоги мне… с физикой. — А какие у тебя оценки по физике? — Тройки… — Давай свою тетрадь и учебник. И я тебе всё объясню. Серёжа протянул ему тетрадь… Электроник ещё двадцать минут ему всё рассказывал и показывал. Он ходил по гаражу и объяснял тему про электричество. — Вот скажи, Серёжа, почему когда мы нажимаем на выключатель, у нас загорается свет? Это всё объясняется в учебнике! — и Электроник начал рассказывать ему про ток, электричество и энергию. — Ты понял меня? — Понял… — Серёжа старался внимательно слушать Элека, но постоянно ловил себя на мысли, что ему не хочется отводить взгляд от робота. «Умной, красивый… почти как я, только лучше…» — восхищался Сыроежкин. — Серёжа, ты просто не хочешь читать! — Элек положил руку ему на плечо. — Ты ленишься. Не надо лениться. — Ты прав… — Сыроежкин покраснел. Ему было стыдно перед другом. Но если он станет учиться лучше, то Элек перестанет приходить к нему в гараж. А этого нельзя допустить! — Хорошо, что ты всё понял. — улыбался робот. — Я могу идти? — Можешь… — Серёжа быстро сложил учебники в портфель. — Пойдём вместе! — Ко мне домой? — не понял робот. — Серёж, я бы с радостью, но я у профессора не спросил. — Нет, я… — Серёжа опять начал краснеть. — Я хочу проводить тебя до дома, если ты не против… — Не против! — Элек снова ощутил боль в животе. — Эл… Что с тобой?! — Я не знаю, Сергей. — У тебя что-то болит?.. — Да… — Что? Где болит? — запаниковал Сыроежкин. — Вот здесь. — Элек указал пальцем на низ живота. — Ты знаешь почему? — Не знаю… — Серёжа растерялся. — А что ты сегодня ел? — Я только завтракал… — Элек схватил Сыроежкина за руку, и со всей скорости побежал до своего дома. Когда они остановились, Серёжа не хотел так быстро прощаться с ним. — А сейчас… болит? — Немного… — Элек сел на землю. — Так больно… Серёжа, беги домой, тебя, наверно, мама ждёт… — Нет, Элек, я не могу тебя оставить! — Сыроежкин крепко держал его руку. Электроник зажмурил глаза и поднялся с земли. — Я дождусь профессора и спрошу у него про это… — А вдруг тебе совсем плохо станет?! — Серёжа сильно за него переживал. — Я боюсь… — Не бойся, Эл. — Серёжа приобнял его за плечи. — Я рядом… — Ты можешь зайти ко мне… Мне станет легче… — Пойдём! — Серёжа не отпускал бедного Эла. — Я тебя не оставлю! — Я тебе так благодарен. Мы с тобой давно дружим! И я тебе доверяю. — Элек корчился от боли. Серёжа помог Элеку лечь на диван и присел рядом. — Может, тебе принести таблетку? — Спасибо, Серёжа… Мне очень неловко… — Элек держал его за руку и был сильно уставшим. — Давай принесу! Где у вас лекарства? — у Серёжи сжималось сердце, когда он видел Элека в таком состоянии. — Н-на полочке… пожалуйста… — уже с трудом говорил Элек. У него закрывались глаза. Серёжа быстро нашёл на полке обезболивающее, взял стакан с водой и вернулся к Элу. — Держи! — Огромное спасибо тебе, Серёженька. — Элек выпил таблетку и положил голову на подушку. — Сергей, тебе ведь домой надо… Я не стану тебя задерживать. — Я никуда не уйду, пока не вернётся профессор! — заявил Серёжа и опустил руку на голову Эла. — Бедный… Элек закрыл глаза и по его лицу потекли слёзы. «Я сейчас такой слабый…» Серёжа продолжал поглаживать Элека по мягким волосам. Заметив на щеке робота слезу, он осторожно вытер её. Элек слабо улыбнулся. Через час вернулся профессор… Серёжа так и не отходил от друга. Потом он подбежал к профессору, быстро поздоровался и сам начал рассказывать про Элека. Профессор тоже переживал за робота и обнял Серёжу за плечо. — Может быть, потому, что он… омега. — Омега? — не на шутку испугался Серёжа. — А что это такое?! — Тебе ещё столько надо всего рассказать. — профессор закрыл дверь в комнате Элека и ушёл с Сыроежкиным пить чай. — Омега — это такое создание… и Элек, оказывается, тоже… стал… им. У них начинается первая течка и сильно болит живот, появляется запах… — профессор начал ему рассказывать об этом, а самому было очень стыдно перед мальчиком. — Омега полностью подстроены под своих альф и деторождение. Когда альфа ставит ему метку, омега больше не может ни с кем встречаться. Он будет любить только своего альфу. Их прямая кишка намного длиннее, и они могут полностью принять половой член альфы. Стенки кишки эластичны и могут растягиваться, потому омега может не волноваться за размеры своего партнера и спокойно рожать. Они имеют также хорошую интуицию, обострённые чувства. Характер у омег мягкий, когда альфа зол на омегу или раздражён, повышает голос — омега всегда тушуется. Какие бы отношения не были между этими двумя полами, инстинкты важнее — омега всегда опустит глаза вниз, демонстрируя главенство альфы перед ним. Они легко подчиняемы. И у альф… начинается гон… в какие-то дни… и может это будет, когда у Элека начнётся течка. Вот тебе книга… возьми, почитай. — профессор протянул ему старую и пыльную книгу. — Вот это да… — Сыроежкин слушал профессора, открыв рот. — Я не знал про такое… Значит, Элек может… рожать детей? Профессор тяжело вздохнул и опустил голову. — Я… обязательно прочитаю это. — Серёжа сжимал в руке книгу. — Ну я… пойду… И ещё… забыл сказать. Как бы альфы и омеги не хотели уйти от них, этого никогда не случится. К инстинктам приписываем такие явления как течка и гон. Течка — это тот страшный период, когда альфы и омеги поголовно сходят с ума, так как вокруг нее крутятся взаимоотношения альфа-самцов… В среднем это длится от трёх до семи дней, раз в три-четыре месяца. В эти дни тело омеги становится очень чувствительным, особенно это касается… заднего прохода. Смазка в период течки выделяется интенсивнее, чем обычно, и содержит феромоны, которые призваны привлекать и сводить с ума всех окрестных альф. — Бедный Элек… — вздохнул Сыроежкин. — А я ему дал таблетку… обезболивающую. С ним же ничего не случится? — Не случится. — профессор улыбнулся. — Спасибо, Серёжа. Ты настоящий его друг. Я сам… не думал… что Элек может стать… омегой. — вздыхал профессор. — А можно мне зайти к нему? — нетерпеливо спросил Сыроежкин. — Если он не спит… И Серёжа тихо открыл дверь в комнате Эла. Элек лежал на спине с закрытыми глазами. Серёжа не удержался, подошёл к нему и погладил по голове. «Какой красивый…» — подумал Сыроежкин в этот момент. Элек улыбнулся и открыл глаза. — Уже уходишь? — Да… Профессор вернулся… — грустно кивнул Серёжа. — Тебе лучше? — Да… Серёжа, тебя же мама ждёт. — Элек гладил его по руке. — Знаю… — Серёжа не хотел покидать Элека, и уже догадывался, по какой причине. Он оказался альфой, который находился рядом с течным омегой. И, кажется, влюбился в него. — До завтра, Эл… — Серёжа смотрел ему прямо в глаза. — До свидания, Сергей! — Элек поднялся, чтобы проводить друга. — Тебе надо лежать… — заботливо сказал ему Сыроежкин перед выходом из квартиры. Сильнее всего он боялся, что Элек завтра не придёт в школу.