Хорошие мальчики с девочками не дружат

Брюнет потянул на себя парня, который даже не знал, куда идти после того, как ему сказали пойти в свою комнату. Где его комната? Где он и куда идти? Что будет теперь, что ему делать? Нет, делать он конечно ничего не будет. По правилам. А вот что-то против них — с радостью. Поэтому Пак хотел сейчас же порвать свою футболку или брюки, чтобы всем этим смущёнкам стало стыдно, а его сразу же выгнали. Однако ему мешал Хисын, который взял под руку блондина и тянул куда-то, словно настырного пса. — Пошли уже, чего стоишь?— возмутился брюнет и посмотрел на Пака. Было видно, как дёргается его глаз,— больше не говори про очко, пожалуйста... — Согласен, шутка устаревшая,— кивнул,— надо что-то новое придумывать. А куда пойдём? — В комнату твою. Я, вроде, не твой сосед, так что просто покажу, где дверь и где твоя кровать. Пожав плечами, Чонсон наконец сдался и пошёл за Ли. По крайней мере до второго этажа, ведь этот несносный парень решил прокатиться по ступеням на заднице. Набрав скорости, начал смеяться и радостно катиться вниз, затем споткнулся и покатился уже всем телом по лестнице, сбив пару учеников и уже знакомого Сону, который выругался и ударился лицом о перила в попытках схватиться за них. Хисын в это же время что-то рассказывал, но понял, что его подопечный не идёт с ним. Посмотрев назад, обнаружил лежавшего Джея, Сону с разбитым носом, ещё пару парней, которые на четвереньках старались подняться, а за этим всем наблюдал Сонхун, который шёл за своим хубэ, как он его назвал, пока того не сбил несносный Пак. — Ты адекватный вообще?— заголосил брюнет, спускаясь к своему другу, который улыбался как дурачок и преспокойно смог встать,— как ты? Боже, кровь! Вам надо в медпункт. — Да нормально всё, раз в месяц кровь должна идти,— махнул Ким, с которого Чонсон громко захохотал, снова упав от смеха. Сонхун смотрел на Хисына, а Хисын на Сонхуна, в глазах обоих читались паника, недовольство, страх, отвращение и недопонимание происходящего. И самый главный вопрос словно был выжжен и зашрамирован на лбах обоих: За что? С горем пополам дойдя до нужной комнаты, Хи пропустил Пака внутрь и зашёл сам. Было две кровати, обе двухъярусные и когда старший показал на второй ярус кровати слева, то блондин радостно заулыбался, ведь всегда мечтал спать на втором "этаже" подобной кровати. Сама комната очень просторная, санузел хоть и смежный, но зато их два, поэтому Чонсон был непротив жить даже с тремя парнями, главное, чтобы не занимали сразу оба туалета. Стало очень даже любопытно, кто его соседи. Сев на свою кровать, болтал ногами и ожидающе смотрел на дверь. Сейчас не должны все по комнатам разойтись? Директор сказал расходиться, так чего этих трёх куриц нет? Наконец дверь скрипнула и в неё вошли сразу двое: блондин и шатен. Спрыгнув с кровати, блондин распахнул руки и заулыбался. В одном из них даже умудрился узнать того, кого сбил, когда катился по лестнице. Второй блондин тоже узнал его и недовольно сощурил итак узкие глаза. — Это ты тот сумасшедший на лестнице?— недовольно спросил, а Пак кивнул довольно, словно это похвала,— не беси и уйди с дороги, я спать хочу. — Привет, я — Ян Чонвон, а это мой хубэ — Рики Нишимура, он чучуть недружелюбный, но в целом... — Но в целом могу врезать, если спать мешают,— громко пригрозил японец и недовольно стрельнул взглядом в шатена, который кивнул ему и помахал. Чонсон недовольно осмотрел блондина и фыркнул, будучи недовольным такими манерами. Видимо, это место лишь формально, ведь тут не поют песни, не танцуют и нет атмосферы добра и дружбы. Все такие же агрессивные, что хоть на цепь сажай. Затем в комнату вошёл ещё один парень и когда он увидел Чонсона, то тут заныл громко и пошёл в ванную, запираясь и так же громко изображая слезы и нытьё. Следя за действиями Сонхуна, парни чуть не засмеялись, но ради приличия сдержались. ***** — Как тебе твои соседи?— спросил Хи, неся поднос с едой,— о, вон там свободно, пошли. Столовая тут просторная, можно есть на улице и в помещении, где ещё и второй этаж есть. Очень необычное строение, которое поражало новенького. Форма была неприятной и на вид ужасной, поэтому Пак был в одежде, которую взял с собой, за что получал десятки замечаний со стороны преподавателей и дежурных. — В общем, вот твоё расписание,— достал из сумки файл с бумажкой,— завтра начнёшь учёбу, сегодня можем сходить в библиотеку, чтобы взять учебники. Тут нет математики, могу порадовать. Как и истории. — В тюрьме её тоже нет, найди пять отличий,— усмехнулся блондин, доедая рис с говядиной,— признаю, еда отменная. Хисын тут же закивал, полностью соглашаясь. Даже трудно как-то описать впечатление об этом месте, ведь эмоции смешанные, да и парень ещё не успел ничего натворить. Лестница — мелочь, ему надо как минимум разбить окно или же поджечь библиотеку, чтобы действительно повеселиться. И тут в голову приходит довольно странная мысль, из которой разрастаются и другие мыслишки, пугающие парня. — Слушай, Хисын, а тут геи есть?— испуганно спросил, а старший подавился едой и удивлённо вылупился на хубэ. — Не знаю, не проверял,— выдохнул, понимая, что от этого парня и не такое можешь услышать,— почему ты здесь? Нет, я вижу, почему, по тебе видно, но что ты такого сделал? Джей задумался. Действительно, что он такого сделал? Прогулял уроки? Играл в видеоигры? Ленился? А так не все подростки делают? Неужели его отцу просто приспичило избавиться от сына на ближайший годик? Ну нет уж, он просто так не уйдёт на год, только в армию, если поймают, но здесь он не задержится даже на неделю. Прозвенел звонок и все поспешно начали вставать и относить грязные подносы к столу, где копилась грязная посуда. Ли тоже встал и позвал за собой младшего, чтобы тот тоже оставил поднос и они пошли по комнатам. Как же не хотелось оставаться в комнате, где один какой-то токсичный японец, ноющий парень с сединой, а вот Чонвон казался как раз самым нормальным среди этого цирка. Залезая на свою кровать, Пак не хотел даже переодеться или помыть руки, ему было крайне лень. Этот день очень волнительный и насыщенный, поэтому тот уснул, свесив ноги, а телом лёжа на постели. Недовольный Хун оттолкнул от себя висящие ноги, но они, по законам физики и подлости, вернулись к нему с ударом по голове. Гневно сжав челюсть, он поднял конечности и уместил на постели, заранее сняв обувь. — Ты такой заботливый, хён,— промычал Чонсон, чем сильнее напряг Пака, который искал в рюкзаке тетрадь. Без неё ему наступит конец и ему придётся остаться на воспитательном часу. Когда все соседи по комнате собрались, то началось самое интересное — всеобщее молчание. Никто не желал общаться, все были либо заняты, либо просто чувствовали неприязнь к своим соседям, а кто-то просто спал, посапывая и порой бурча что-то. Проснулся блондин только в четыре часа ночи, когда все остальные уже видели пятые сны. Джей даже не понял, где он и почему не дома, поэтому по привычке хотел встать с кровати, но вместо земли был воздух и парень просто сбросился с кровать, с грохотом падая и разбудив всех трёх. Сонхун тут же запаниковал и встал на пол, но вместо пола был Пак, который мычал под Хуном и схватил его ногу. — Твою мать!— закричал сероволосый, падая спиной обратно на кровать, но головой ударяясь о стену. — Что такое?!— громко произнёс Чонвон, включив свет, и, увидев эту картину, пытался понять, как Чонсон оказался на полу, держа ногу Сонхуна, а тот лежал на кровати, скрючившись и держась за голову,— что произошло? Посмотрев друг на друга, оба Пака взглотнули и даже не знали, как это всё объяснить. ***** — Молодой человек, Вы что делаете?— спросила женщина, работавшая в качестве библиотекаря,— Вам помочь? — Я за учебниками пришёл,— протянул лист с расписанием и женщина поняла, что ему надо, поэтому пошла на склад, чтобы взять стопку учебников,— а нахер мне учебники, если меня могут сейчас исключить? — В каком смысле?— спросил сидевший неподалёку Чонвон, однако не успел и среагировать, как вся библиотека наполнилась громкими звуками хлопков самодельных бомбочек, что все, кто был в этом огромном помещении, закричали и выбежали оттуда. Женщина, что несла учебники, непонимающе наблюдала за всем этим, когда всё стихло, но запах дал понять, что здесь была попытка террористического акта. Довольный Джей вышел из библиотеки, а за ним чуть ли не плачущий Чонвон, который перепугался не на шутку, что аж сердце словно грозилось остановиться. — Пак Чонсон, немедленно в кабинет директора,— разнеслось по всему зданию из колонок и блондин довольно улыбнулся, поворачиваясь к шатену. — Видимся последний раз, пока,— помахал и вприпрыжку направился в кабинет директора.