Ручка

Марк ловит взглядом чужие розовые губы, внимательно наблюдая как легко те смыкаются вокруг синего пластика шариковой ручки. Чужой рот вбирает кончик и почти сразу слышится характерный щелчок, с которым обычно убирается стержень ручки. Быстрые, видимо нервные, щелчки раздаются по всей аудитории, заставляя Ли сильно потеть и облизывать так некстати пересохшие губы. Он бы хотел, чтобы вместо этой дурацкой ручки был его член. Он бы не щелкал раздражительно. Он бы хлюпал от влажного рта, что слюной измазал весь его напряженный член, который наверняка бы дергался при каждом взгляде на эти коралловые губы, завораживающе контрастирующие с нежной карамельной кожей. К ней хочется прикоснуться, её хочется попробовать на вкус. Где-то со стороны раздается грубое и язвительное: «хватит щелкать» .Чужая голова останавливается, а губы приоткрываются в немом удивлении, после и вовсе отрываются от предмета. И блондин впивается жадным взглядом в тонкую ниточку слюны, тянущуюся от рта до пластика. И ручка так красиво блестит, что Марку очень хочется, чтобы также блестел и его член. Ну очень. Вообще Минхен не гей. Он просто хочет, чтобы брюнет за соседней партой отсосал ему, да и все в прочем. Один раз не пидорас, а это даже не раз. Был бы наверное. И это “бы” так злит, что карандаш в жилистых руках ломается от напряжения. Теперь писать вообще нечем, из-за чего блондин разочарованно вздыхает, косясь на свою тетрадь, где за все время не было написано ни слова из сегодняшнего урока. Он ловит удивленный взгляд Донхека, того самого обладателя прекрасных губ и невероятно красивых и тонких пальцев, что сейчас протягивают ему ту самую ручку. Ли сглатывает и медленно, с удовольствием ловя тепло чужих пальцев, забирает пластик, сплошь покрытый чужой слюной. И Марк почему-то смотрит на него как на какую-то реликвию. И жар, исходящий где-то изнутри, внезапно поступает к кончикам пальцев, словно обостряя нервные окончания. Брюнет спокойно достает другую ручку, уже без того механизма, вбирающего его слюну, и принимается мусолить. Хорошо, что Донхек никогда не заботился о чувствах других, спокойно отдавая обслюнявленные ручки кому попало, некоторые одноклассники, получая такую замену своим канцелярским принадлежностям орали “фу, блять, Хэчан, как можно так обслюнявить ручку?” и доставали салфетки, чтобы все как следует обтереть. Минхен ничего обтирать не собирался, только с наслаждением принялся размазывать указательным пальцем чужую слюну. Ощущение вязкой, еле тёплой субстанции, почему-то было невероятным, настолько, что по телу проходила еле заметная дрожь, заставляющая сжаться от какой-то еле уловимой эйфории. И так хочется что-то сделать, получить и почувствовать больше. Вкус. И что-то внезапно загорается, должно быть фитиль от бомбы, готовой вот-вот взорваться, когда он с каким-то наигранным обыкновение берет эту ручку в рот. Чужая, немного холодная слюна смешивается с его, взрывая изнутри фейерверками, так, что держать в себе становится таким мучительным и невозможным, чтобы сделать… Чтобы хоть что-то сделать. Что-то ненормальное, крышесносное, удовлетворяющее и обволакивающее с головы до ног. Большее наслаждение. Его выдают зрачки. Расширенные, невероятно чёрные, зависшие, как у наркомана, дорвавшегося до дозы. И в этот момент, он почему-то абсолютно не отдаёт себе отчёт в своих действиях, хотя вроде бы всегда был осознанным и ответственным парнем. Или не был? А какой он теперь? Что с ним сделал Ли Донхек абсолютно непонятно, но так приятно и до одури опьяняюще, что думать он об этом не собирается ближайшие сутки точно. Он заполучил трофей. Он точно сходит с ума, когда со звонком несется в мужской туалет и, запираясь в кабинке, дрожащими от предвкушения руками вытаскивает из кармана ту самую ручку. Член уже давно заинтересованно дёргается в штанах от предстоящей задуманной шалости. Марк стремительно снимает штаны вместе с нижним бельём и садится на ободок унитаза. Розоватая головка уже поблескивает от выступившей смазки и Ли чуть сжимает основание члена левой рукой, чтобы тот не прижимался к животу. Он отрывает синий колпачок, под которым скопилось чужая слюна, уже чуть смешанная с его, и переворачивает ручку так, что вязкая жидкость ниточкой опускается на пунцовую головку, медленно обволакивая её поверхность. Марк испытывает какой-то болезненный восторг, когда начинает медленно размазывать слюну по всему члену. Он глухо мычит и чуть не стонет, когда запрокидывает голову назад и прикрывает глаза, представляя на месте собственной руки чужой язык, вылизывающий чувствительную плоть. Член в руке начинает пульсировать и Ли подводит себя к концу как можно быстрее, ускоряя движение руки. —Донхек..., - приглушенно стонет Минхен, кончая себе в руку и чуть погодя облокачивается на спинку унитаза, чтобы перевести дыхание. Однако сердце снова заходится в бешеном ритме, стоит раздаться ошарашенному: —М-минхен!? Марк не гей, наверное...