Только представь, какие глаза будут у наших детей.

Солнце раскаляло песок, заставляя обитателей пустыни прятаться от жары. Жёлтого цвета змейка растянулась под длинной и сухой веточкой, что отбрасывала продолговатую серую тень. Ей повезло найти хоть такое укрытие, менее успешные поиски могли закончится летально. Но остывать долго ей не позволил человек, что лихо проскочил мимо, заставляя змею дислоцироваться в страхе. Пробегающий шиноби выглядел уставшим. Его лицо скрывала жёлтая от пота и грязи повязка, на руке был протектор с перевёрнутым символом Песка. Мужчина стремительно бежал по ухабистому песку, оставляя за собой небольшой хвост пыли. *  — Кинуи сама, гонец прибыл. У него свиток. Лично для вас. Запечатанный. — Низкорослый парень с бритой головой почтительно приложил левую руку на лицо, закрывая ладонью левый глаз, часть носа и левую сторону рта. Девушка, что стояла на деревянном помосте сделал тоже самое и приветственно улыбнулась.  — Напоить и накормить. Он проделал длинный и опасный путь.  — Оставить его в гостевой части, госпожа? Девушка оперлась об деревянные перила и откинула с ноги лямку ремня, что свисала с поясничного крепления и удерживало на себе приличных размеров стилет.  — Я тебе не госпожа, Менки, мы все равны. Менки кивнул и быстро удалился, скрывшись за ближайшим домом. Девушка продолжила разглядывать что-то невидимое на горизонте пустыни. От зноя создавалась иллюзия искажения, которая забавным образом рисовала разные фантомы и причуды.  — Кинуи. Я связалась с отрядом наших ребят, что готовили засаду на «горниле». — Вторая девушка выглядела старше. Она носила мужскую одежду, оружия при ней не было. Она выделялась своими белыми, словно сметана, волосами. Девушка приложила ладонь к лицу. Та, что выглядела младше — ответила тем же.  — И как все прошло?  — Скверно. — Она тоже прислонилась к перилам. — Выжили лишь двое.  — Коноха опять спустила своих псов?  — Учихи. Мерзость. — Беловолосая сплюнула на горячий песок. След от слюны сразу же исчез. — Ну и пекло сегодня.  — А Хокаге там не было, верно? — Кинуи опять наблюдала горизонт.  — Что бы местный царь с палачами на встречи ездил, должно случится что-то действительно интересное.  — Не переживай, скоро мы устроим по истине уникальное зрелище. Может тогда Коноха поймёт, что Гаара не способен контролировать Песок. На некоторое время повисла тишина. Над их головами, хлопнув крыльями, пролетела какая-то птица. Где-то южнее слышались ругательства, кто-то выяснял отношения.  — Тсукико. — Беловолосая вопросительно посмотрела на предвадительницу. — Ты смогла найти сонар, как я тебя просила?  — Есть у меня один кандидат. — Тсукико ухмыльнулась. — Очень способный мальчишка.  — Мальчишка?  — Возраст тут совсем не имеет значения. Я тебе покажу на что он способен.  — Очередной гений… — Кинуи сдула с лица каштановый локон. — Предыдущий твой вондеркинд сам себя подорвал, пытаясь заминировать стену, помнишь? «Вот же сучка». — Беловолосая кашлянула. — Ты сказала, что тебе нужен был подрывник, который не будет создавать проблемы. Нам даже не пришлось ему платить. Девушка ничего не ответила. Лишь склонила голову набок, задумчиво посмотрев в сторону гостевого дома.  — Гонец прибыл. Мне нужно идти.  — Конечно, «госпожа». — Тсукико еле заметно улыбнулась. Собеседница не ответила. В письме западный клан повстанцев соглашался поддерживать клан Кинуи. Это была очень нужная новость. Новость, которая сейчас как никогда нужна была народу, которому осточертело выслушивать о том, сколько повстанцев полегло на последних вылазках и почему они пока не могут ответить Конохе и Песку. С западным кланом общие силы позволяли добиться намного больше, чем организация диверсий и похищение важных для страны людей. С западными повстанцами уже можно было начинать полномасштабные военные провокации, не говоря уже о налетах на более крупные селения на границах Песка. Кинуи отложила свиток и сложила пальцы замочком. Все идёт совсем не гладко, но идёт. А это главное. Пока её устраивал и такой порядок. В комнату быстро вошли. Это был мужчина одетый в широкие штаны и свободную жилетку, на его ноге был перевёрнутый протектор Песка. Он слегка нервничал.  — Кинуи сама. Я собрал народ, они жаждут услышать вас.  — Речь? Уже…  — Надеюсь, что в письме хорошие новости? Хорошие. Определённо хорошие. Сегодня будет отличная речь.  — Пойдём. — Она не ответила на его вопрос, но лицо у нее прямо-таки излучало позитив. Он это заметил. Когда девушка поднялась на небольшую сценку, сколоченную из досок и профилей, больше похожую на шибинецу, она гордо приподняла подбородок и выставила в перед правую ножку. Её руки были упёрты в бока. Для своего ораторского часа она не выглядела сильно ораторски. Одета в узкие короткие штаны, перетянутые на поясе и левом бедре ремни, распущенные грязные волосы и красноватого цвета свободная рубашка. Но выглядеть чепурно ей и не обязательно, ведь хорошего оратора должно быть хорошо слышно и хорошо видно, а то, как он выглядит сам — уже не так важно.  — Повстанцы. Я тут. И я буду говорить с вами. — Она приложила левую ладонь к лицу. Слушатели повторили её жест. — Я знаю, чего вы хотите услышать. — Голос у нее был сильный. Слегка скрипящий, когда она переходила на крик. — Вы хотите услышать, про то, что Учиховские подонки мертвы, что Гаара и Коноха больше не дружные страны и что завтра мы поставим вопрос о войне ребром. Но я принесла вам более скромные вести, то, что я сообщу вам, приблизит нас к общей цэле. Западный клан поддержит нас! Их идеология сходится с нашей, а политика Конохи и Песка для них — идиотия. — Люди, которые все это время молчали и слушали её с мрачным лицами, начали оживать, словно те пустынные обитатели, что оживали, когда солнце пряталось за редкой тучей, и песок укрывала тень. Послышались довольные возгласы. Кто-то начал свистеть. — Пока Коноха упивается богатством и комфортом, плодоносящими землями и чистой водой, богатой инфраструктурой и технологиями, наш правитель подписывает с Конохой уговор, который меняет все эти богатства на наших воинов, которые согласны умирать на чужой земле. Мы платим им кровью! Да, Коноха тоже, якобы, помогает Песку с её территориальными конфликтами. Но каким образом? — Люди начали мычать, орать, топтать на месте. — Она посылает сюда Учих, Анбу или спец отряды убийц… Она посылает нам тех, от кого сама хочет избавиться из-за страха потерять над этими сукиными сынами контроль. Если мы обнуляем Учиховскую тварь, в Конохе праздник, который Узумаки Наруто маскирует под траур, потому что никто не любит красноглазых! Когда мы убиваем кого-то из Анбу, в Конохе становится меньше почитателей специального формирования, которыми двигал Данзо, самый настоящий маньяк. Коноха посылает на нас убийц! На нас, тех, кто не согласен с политикой Гаары! На нас, тех, кто умирает в нищете и голоде, из-за гребаного песка и солнца, что печет наши головы и сушит наши реки. На людей, которые не понимают, почему грКонохП еска и Конохи это две границы двух разных миров, где в одном все хорошо, а другой — вынужден страдать из-за идиота у власти!!! Народ начал неистово бесится. Орать, хлопать в ладоши, визжать и рычать. В воздух полетели оскорбления правителей двух стран соседей. Кто-то начал стрелять. Кинуи подняла руки, все моментально стихли.  — Красноглазые псы и их хозяин ответят нам за все, а Гаара уберёт свою жопу с трона, и мы поможем ему, тогда наши люди займут места правления. Когда ликование прекратилось и «публика» затихла, девушка приложила руку к лицу.  — Песок оживёт!  — Песок оживёт! — Толпа приложила руки к лицу.  — Песок увидит другое солнце! — Она убрала руку от лица. Повстанцы повторили за ней.